Чёрный жрец Пангнилин внимательно разглядывал Сунджина. Тот выглядел моложе верховного жреца.
Но по внешности не всегда определишь возраст.
Верховному жрецу перевалило за сотню. А кто знает, сколько лет другому мировому королю? Его бешенная, кипящая энергия действительно впечатляла. Человек с грандиозными амбициями, подкреплёнными умениями. Человек, который имеет такой недостаток, как нулевой уровень, но умудрился обойти это ограничение, будто оно пустяк.
Он силён…
Чувствовалась сила молодого воина, но и только.
Их враг, Святая Нация, была построена верховным жрецом Педрианом от основания до нынешнего величия. Барьер, созданный силой их бога, подобен высочайшему горному хребту. Даже если молодой воин с жаром полезет по нему, он замёрзнет и умрёт с голода.
Сунджин был впечатляющим, но их верховный жрец был вне его досягаемости.
Сейчас лучше избежать конфликтов.
И Золотой Мудрый Король, и Сунджин неизбежно падут перед их богом, когда они вернут жертву и завершат строительство храмов. Нет смысла усложнять ситуацию.
– Ребёнок, который находился под строгим надзором, сбежал из нашей страны. Приношу свои извинения.
– Не нужно извинений.
– Ха-ха! Нет, пожалуйста, примите их. Ходят слухи, что из-за этого дитя, поражённого проклятиями, вашу страну охватила эпидемия. Как можем мы не попросить прощения за то, что потеряли её?
Пангнилин снова извинился.
Министры начали перешёптываться.
Проклятое дитя стало причиной эпидемии?
Невозможно… или это правда?
Нет, нельзя верить всему, что говорит Рупеллион…
Но если это правда…
– Хорошо, и как вы собираетесь возместить ущерб? – неторопливо спросил Сунджин.
– В качестве компенсации за потери вашей нации, мы выплатим вам 10 000 000 даллант за каждого потерянного работника.
10 000 000 за одного!
– Вдобавок, мы предоставим вам ещё 300 000 000 даллант за любой причинённый ущерб.
– О.
Министры переглядывались. Такая сумма, даже за важный торговый договор, заставляла их сомневаться. Радоваться или переживать?
Даже если причина эпидемии… та девушка, сбежавшая из Рупеллиона… Почему они предлагают так много? Хотя Сунжин добился впечатляющих успехов, он молод по сравнению с правителем Рупеллиона. С чего бы им просто так отдавать столько денег?
Но министры были не просто программами, которые можно купить. Они понимали: если такая страна делает такое щедрое предложение, это не подарок, а требование.
– И ваше требование?
– Через голос нашего бога мы знаем, что проклятое дитя здесь. Пожалуйста, передайте ее нам, чтобы мы могли запечатать ее вновь.
– И что вы получите, запечатав ее?
Вопрос Сунжина был резким, но Пангнилин сохранял вежливую улыбку.
"Пока все идет по плану".
Он знал, что Сунжин не любит деньги. Информаторы описали его как человека, который защищает слабых. Если он видел сбежавшую жертву, то просто так не отдаст. Чтобы убедить его, нужен веский довод.
Это была другая игра.
– Наша страна получит то, что больше не будет болезней из-за этой девушки. Что ни в чем не повинные люди не пострадают от нее, и что милость нашего бога достигнет этого мира…
– Вы считаете меня дураком. Перестаньте тратить мое время. – Сунжин прервал его.
– Ха-ха. Понимаю. Мы не можем вечно скрываться. – Пангнилин спокойно отступил.
"Я знал, что ты не дашь себя обмануть".
Он специально произнес эту вступительную речь, чтобы Сунжин подумал, что раскусил его хитрость. Это должно было помочь ему легче поверить в следующие слова.
– Да, правда в том, что на ребенке лежит глубокое проклятие. Мы использовали это проклятие, чтобы создать пограничный барьер между моей страной и Эльдорадо.
– Барьер…
– Да, так что верните ребенка. Я уверен, мы предложили достаточное возмещение за ваши потери. Вы даже не знаете, как используется этот ребенок.
Голос Паньнилиня звучал все убедительнее.
В конце концов, война на континенте шла между тремя странами, а не двумя. Если обе стороны могли найти выгоду, компромисс был возможен. Страна Сонджина выиграла бы больше от денег, чем от проклятия, о котором они ничего не знали, а Рупеллиону стоило денежных вложений вернуть жертву.
– Так это ваше предложение?
– Именно так.
Паньнилинь был уверен, что его слова произвели впечатление на слуг Сонджина. Всё шло по его предсказаниям. Министры ничего не говорили вслух, но он знал, что они уже внутренне согласились принять это предложение.
Это должно быть принято.
Конечно, мы не можем просто сказать: «Хорошо, нам нужно поторговаться по цене».
Рупеллион, должно быть, предложил ту цену, предполагая, что мы ее поднимем.
Проклятый ребенок, вызвавший эпидемии, был горячей картофелиной. Если они могли отдать ее и получить достаточное возмещение, этого было достаточно. Паньнилинь не остановился на этом. Хотя путь к компромиссу был логичным, для Сонджина он был ненадежным.
– Это не только ради доверия между нашими двумя странами. Пока ребенок не запечатан, это бедствие будет продолжаться. Мы делаем это также для благополучия народа; наша компенсация может быть использована для заботы о ваших людях. Разве вы не согласны, что это выгодно всем?
Это был также вопрос защиты жизней простых людей. Он знал, что если он не сделает такого предложения, Сонджин не рассмотрит возможность сотрудничества. Выложив все козыри, Паньнилинь слабо улыбнулся под своим невозмутимым лицом.
Вернуть девочку – только это имело значение. Если он сможет использовать ее как жертву, то сможет дать Сонджину то, что обещал. За одного этого ребенка Сонджин получит богатство, которое сможет улучшить жизнь многих.
Переговоры и сделка между двумя мужчинами считались государственной политикой. Купить человека, идущего по пути величия, нечто, что дополнит его великую цель, – вот что представляла собой политика.
И…
Рейчел, прислушиваясь к разговору в соседней комнате, затрепетала от страха.
- Все будет хорошо… Оппа… он сказал, что обещал… он ведь не выдаст меня, верно?
- Это… да, конечно. Не волнуйся. – Куга обнял Рейчел, успокаивая ее. Но на спине льва выступил пот.
Подумать только, Святая нация решится на такое.
Он знал, что Рейчел так просто не выдадут, но не ожидал столь сильного хода от Святой нации. К тому же, обещание Сонджину было лишь устным соглашением. Ничто не обязывало его сдержать слово.
Было бы нормально передумать.
Он был королем. Хотя его и восхваляли как доброго короля, заботящегося о своем народе, он также ценил свои возможности. Его великодушие позволило бы ему принять просьбу несчастного ребенка об убежище; но поскольку она была проклятым существом, было правильно изгнать ее ради общего блага.
Они даже предлагали дополнительную компенсацию за его людей, пострадавших от эпидемии; как он мог отказаться? Черный жрец пришел с наилучшим предложением для такого короля, как Сонджин.
Сонджин ответил:
- Хорошо. Забирайте ее…
- Спасибо.
- Господин, не думаете ли вы, что должны получить большую компенсацию?
Министры пытались остановить его, но Сонджин продолжил.
- …после того, как вы одолеете меня.
Лицо Паньнилиня окаменело.
- Почему? Наше предложение должно быть выгодно обеим сторонам.
- Но Рейчел будет растоптана. – Рейчел, юный наивный ребенок, который бежала в его объятия, веря ему.
- Думаете, я не знаю, что вы за страна?
Страна святынь, где обвиненных в ереси пытали так долго, что даже самый ясный день казался мрачнее грехов их. Не смерть, но бесконечные муки ждали тех, кого считали отступниками. Страна, где люди доносили друг на друга, чтобы убедить самих себя в собственной праведности. И самое главное – это была страна, ставшая источником эпидемии, унесшей жизни тех, кто был дорог ему.
– Вы готовы разрушить отношения между нашими странами ради одного ребенка? Мы уже извинились за случившееся.
– Извинились?
Они извинились за его финансовые потери, но не за искалеченные жизни тех, кто погиб, и страдания их семей. Сунцзинь встал.
– Вы должны извиниться перед теми, кто потерял свои жизни и жизни своих близких!
В его глазах горела ненависть. Даже великий черный жрец, Паннилинь, попятился перед его пылающей яростью, казалось, готовой испепелить любого на своем пути.
– Я не приму такую фальшивую отговорку!
Поддаться деньгам и проглотить обиду ради выгоды – это значило бы стать таким же тираном, как они. Ведь он сам когда-то был растоптан властью тех, кто стоял выше.
Сунцзинь снова сел, отвечая свысока:
– Я больше не позволю вам топтать ни Рахиль, ни кого-либо другого. Это моя позиция.
Великий черный жрец выпрямился, воздух вокруг него стал ледяным.
– Если вы не примете наше предложение, мы заберем ее силой.
Это была прямая угроза нападения. Сунцзинь ответил:
– Хватит лаять, начинайте кусать.
Он едва заметно шевельнул пальцем.
– Что за наглость!..
– Я говорю: нападайте. Я пообещал Рахиль защиту и безопасность. Если вы хотите нарушить обещание мужчины, будьте готовы заплатить своей жизнью.
–Глупец! Это твоё последнее предупреждение. Отдай мне ребёнка. Тогда мы дадим тебе обещанное. Откажешься – я имею право прямо сейчас объявить о начале войны. Все проклянут тебя как дурака, навлекшего войну на свою страну.
–Объявляй, – без страха ответил Сунцзинь.
–Хорошо! Готовься! – в гневе взорвался верховный чёрный жрец. – Через пять дней, в день войны, мы покараем твою самонадеянность именем Бога!
Встреча закончилась провалом.
После ухода верховного чёрного жреца министры попытались вразумить Сунцзиня.
–Господин Сунцзинь, пожалуйста, пересмотрите это решение.
–Да, держать её у себя опаснее, чем отдать.
– Что опаснее?
–Ну, неминуемый конфликт с Святой Нацией…
–Вот именно. Раз они объявили о нападении, скоро они отдадут нам новые земли. Разве это не большая выгода, чем какие-то деньги? Это будет шаг к покорению Святой Нации в будущем.
Его взгляд был хищным, словно у зверя, увидевшего добычу, а на губах играла зловещая улыбка. Он был уверен в своей победе, несмотря на огромную силу противника.
–Да?
Министры раскрыли рты. Они хотели сказать, что очевидно, кто из них сильнее, так на основании чего он…
Но если бы не его решимость, он бы даже не попытался объединить четыре королевства.
Да… он именно такой человек.
Они не смогли бы остановить его советами. Они начали думать об этом как об оборонительном маневре.
Верховный жрец стоит особняком…
Но, возможно, всё обойдётся. Говорят, верховный жрец сейчас занят чем-то другим.
Понятно… он нацелился именно на этот краткий момент.
Наверняка он всё обдумал, даже если это казалось безрассудным вызовом.
– Думаю, да. Мастер Сун Джин явно торопил нас с подготовкой к следующей войне. Это может означать только одно – он уже всё продумал для обороны.
Педриан был силён. Четверо его главных жрецов тоже были неплохи. Но они уже на своей шкуре почувствовали, насколько хитрой может быть оборона Сун Джина.
Жалобы министров как-то сами собой улеглись.
– Ну, если вы победите, так тому и быть.
– Вот и ответ. Спорить об этом больше не будем.
– Подчиняемся.
Министры ушли, не говоря больше ни слова.
http://tl.rulate.ru/book/30857/6489407
Готово:
