Сонджин моргнул, потом потёр глаза. Но он не ошибся. Эвстазия лежала на его кровати, приняв такую позу, будто готова была принять от него всё что угодно. Хотя от смущения она обнимала себя за грудь, а колени её были плотно придвинуты друг к другу, всем своим видом она показывала, что готова к тому, чтобы стать его.
Она подняла голову, стараясь смотреть уверенно, но её взгляд всё время скользил в сторону. Под полупрозрачной тканью её стройное тело, подчёркивающее её крепкие, точёные формы, дрожало, как натянутая тетива лука. Та, кого называли лучшим полководцем в четырёх королевствах, перед ним превратилась в застенчивую женщину. Это было зрелище, которое мог видеть только он. Она, которую никто и представить не мог в подобной ситуации, великий полководец, становившаяся женщиной перед мужчиной. Тот факт, что он мог завладеть даже самыми сокровенными женскими тайнами этой гордой и благородной особы, разжёг в нём сильное желание. Мужчина был готов к своей трапезе.
Сонджин с усилием пытался сохранить рассудок перед этим манящим, запретным плодом.
—Что… что это?
Сохранять рассудок в юном возрасте было невероятно трудно.
—Кхм… ты…
Сонджин хотел спросить, почему она на его кровати именно в таком положении и в такой одежде, но слова застревали в горле. Только когда он очистил свой разум, ему удалось немного отвлечься и взглянуть на женщину, любуясь ею, как прекрасным пейзажем. Но в ситуации, когда его желания бушевали… Перед картиной, где женщина, которую он считал харизматичной и обворожительной, так застенчиво позволяла… В конце концов, он был всего лишь молодым юношей.
Первой заговорила Эвстазия.
—Я… готова… так что делай… нет, как прикажет… господин…
Её щёки порозовели ещё ярче. Серебристые глаза мягко закрылись, словно она больше не могла выносить смущения.
—Зачем? – ответил Сонджин.
Что она имела в виду, говоря «делай, как прикажет»? Это? Он почувствовал, как его будто опьяняет запах зрелого плода. Море разжигало его молодую кровь под палящим солнцем.
- Что ж, если победителю угодно… такова судьба плененной – заплатить свою цену… Я ожидала этого… еще когда он меня спас…
Честно говоря, в своих фантазиях она вела себя куда увереннее. Но в реальности все оказалось не так просто. Со всеми врагами она могла сражаться храбро. Но стоило мужчине оказаться с ней в постели, как сердце ее начинало неистово колотиться.
- Наверное, я все-таки женщина… Но если такова моя судьба…
Сун Цзинь спас ее, получив взамен важное преимущество в войне. Поскольку ее жизнь была продлена по его желанию, она должна была принять свою участь, как приняла свой статус пленницы. С самого начала, быть может, такова и была ее судьба. Едва они встретились, ее судьба, казалось, была предрешена – сломленной именно его руками. Что еще ей оставалось, как не заплатить цену?.. Но разве это было действительно что-то негативное?
Честно говоря, она уже думала раньше про себя: если бы это был именно он… Разве не проносились у нее такие мысли несколько раз? Пусть даже это была судьба, но она ведь не противилась ей – это была правда.
- Эм… слушайте.
Сун Цзинь приблизился к ней, говоря эти слова. От присутствия мужчины она крепко зажмурила глаза. Его руки легли ей на плечи. Голова Сун Цзиня закружилась. Инстинкт опередил разум. Никаких мыслей, просто вкусить эту добычу. Заманить ее. Такие необузданные порывы пронзили все его тело. Кровь закипела в жилах. Его неровное дыхание обжигало ее шею.
Наконец… Она подтвердила свою уверенность. И все же, в то же самое время ее ожидания росли. Страх был не единственной причиной, по которой ее тело напряглось.
***
В тот же миг Эрека молча подняла чашку с чаем. Но кислый чай не мог успокоить ее разрывающееся сердце. Рядом с ней Риттиер изливала свое негодование.
- Ваше Величество, почему вы помогли ей одеться, прежде чем отправить ее в его покои?
Так и было. Перед тем как Евстасия вошла в покои, Эрека заранее провела процедуры по очищению тела.
- Это касается Сун Цзиня, поэтому я должна проявить самую внимательную заботу, как диктует долг.
- Это совсем другое дело! Он даже не коснулся Вашего Величества, но поступил так с этой женщиной первым, что определенно дает Вам право на возражение, хотя бы один раз.
Рядом с ней Дженна моргнула глазами, будто желая показать свою непричастность к этим делам, но медленно поджала хвост.
«Этот дедуля наконец-то сказал что-то путное», - подумала она.
Она тоже была недовольна поведением Сонджина, когда он убежал спасать Юстазию, оставив королеву Эреку, только для того, чтобы увезти ее в свои покои, как только она оказалась в его руках.
- Если напомнить вам факты, у Сонджина нет никаких обязанностей передо мной. Разве нам не стоит радоваться, что у него наконец-то появилась женщина на уме?
- Но! Ваше Величество ведь тоже!
- Ну это… я… действительно сожалею.
Маленькая капелька росы выступила в уголке глаз Эреки.
Было бы ложью сказать, что у нее не было чувств ревности.
Обманом было бы думать, что ее сердце не болело.
Она хотела, чтобы в эту ночь именно ее позвали в его покои.
Даже это…
Она бы согласилась, если бы он позвал их обеих в свои покои.
Если он решил отказаться от своих мыслей о дистанцировании от женщин, не было причин не принять и ее.
Это вызывало сожаление и боль.
- Но… госпожа Юстазия очень подходит Сонджину.
- У Вашего Величества нет ничего хуже, с чем можно было бы сравнить.
- Это… Сонджин решает.
Эрека сделала еще глоток чая.
Возможность повернуть вспять первую встречу между ней и Сонджином была худшей. По сравнению с этим, Юстазия и Сонджин с самого начала прекрасно ладили.
Выражение его радости по поводу того, что он встретил хорошего игрока в шахматы, было тем, чего она никогда не видела за все время, что была рядом с ним.
И это было все?
Сонджин хотел Юстазию все это время.
Он хотел ее, даже если она была верной служанкой своей стране и его врагом.
И…
Сравнению меня, которая без помощи Сонджина разрушила бы эту страну до основания, она действительно талантлива сама по себе.
Она была увереннее и талантливее ее, прекрасно разбиралась в военном деле, отлично дополняя его.
- Она... станет огромной помощью в осуществлении желаний Сонджина. И... я вижу, она честно... тоже испытывает желание к Сонджину.
Она была его врагом лишь как верная слуга своей страны; как женщина, она чувствовала, что разум Юстасии уже обращен к Сонджину.
Поздравить их с тем, что они наконец счастливо соединились – вот что она должна сделать для своего спасителя и как подруга.
Эрека улыбнулась сквозь слезы.
- Мне все равно, если Сонджин счастлив.
- Но!.. Ваше Величество тоже королева страны. Непобедимый рыцарь седьмого уровня с Эгидой. Что касается благородства, вы будете впереди нее, а не позади!
- Все в порядке. Я…
Эрека вытерла слезы.
- Независимо от того, любит меня Сонджин как женщину или нет…
Даже если Сонджин никогда не видел ее как женщину.
- Я решила, что буду служить ему вечно. По сравнению с этим, леди Юстасия будет сожалеть о предыдущем короле, если Сонджин не подтвердит свои отношения с ней. С такой трещиной в ее стенах это будет опустошительно для нее. Это лучшая ситуация для всех.
- Ваше Величество…
- Моя королева…
Перед ее великодушным разумом даже Риттиеру ничего не оставалось, как замолчать.
Тем не менее, он считал, что ей незачем помогать любимому мужчине сблизиться с другой женщиной.
Но как он мог изменить то, что она твердо считала праведной жертвой?
- Все мне так говорили. Что нет лучшего отдыха для героя, чем иметь красавицу в объятиях. Что для него, спасшего массы после сражений весь прошлый год, этот отдых наверняка необходим…
Хотя она была бы в восторге, если бы это была она.
Хотя ей было больно знать, что это не так.
- Я все равно буду счастлива и благословлю их.
Перед ее ищущим сердцем важнее было, чтобы он нашел свою любовь.
Её желание отошло на второй план, главное было его счастье. Вот почему наутро она поздравляла его первой.
***
Сонджин крепко сжал плечо Евстасии.
– Ну… Что ж… Я благодарен тебе за то, что ты отдалась мне.
– Вам не стоит уточнять, господин. Это очевидная участь пленницы.
Евстасия оправдывалась, ссылаясь на свой долг. Но если бы её спросили, она бы не смогла ответить с уверенностью. По правде говоря, она делала это из принуждения? Или она просто пыталась сохранить свою репутацию, утверждая, что её взяли силой против её воли?
– Ты действительно… завораживаешь.
– Вы перехваливаете.
Евстасия подняла взгляд. Выражение лица Сонджина было живым, но глаза спокойными. Хм… Видимо, он из тех, кто сначала нежно говорит и медленно создаёт настроение. Он не из тех, кто набрасывается немедленно. Или же он собирался продолжать в таком же медленном темпе? А может, он изменит своё отношение в любой момент? Её любопытство и страх быстро росли.
– Но я не могу взять тебя вот так.
– Что?
От удивления она забыла о своей решимости говорить уважительно. Сказать, что он этого не сделает, в такой ситуации?
– Я бы удовлетворил свои желания.
Он наверняка чувствовал бы ликование.
– Но потерял бы что-то гораздо более важное.
Он определённо должен был придерживаться правила откладывать такого рода ситуации для того, кто действительно сможет полюбить кого-то. Сонджин подавил свои пылающие желания. В конце концов, было бы худшим удерживать человека, которого он не любил, под именем пленника. Это было бы желанием, а не инстинктом.
– Что… Что вы имеете в виду! Почему вы останавливаетесь сейчас! Тогда зачем вы вообще позвали меня сюда!
Евстасия закричала, охваченная яростью. Она тоже не могла назвать точной причины этого. Было бы лучше, если бы он не смог сделать этого из чувства долга. Всё закончилось бы разочарованной надеждой. Это потому, что была задета её гордость? Или…?
– Я тебя не звал, – Сонджин отрицал, недоумевая, что за недоразумение у неё возникло.
– Вы звали меня!
– Когда? И кто тебе это сказал?
- Что значит «кто»? Вы же сами сказали мне сегодня утром, что я красивая!
- Да? Ну… да, говорил.
Какая связь между этим и тем? Сонджин ничего не понимал.
- Когда вышестоящие называют служанку красивой, это значит, что они желают ее в своих покоях ночью, чтобы она исполнила их желания. Неужели вы этого не знали? - упрекнула его Эвстасия.
И тут до Сонджина наконец дошел истинный смысл происходящего.
- Это обычай… существует.
Так и было. В этом-то и заключалась подоплека всей ситуации. Сонджин действительно не знал всех этих иносказаний, которыми знать пользовалась, вызывая слуг для ночных поручений и других дворцовых ритуалов.
У него был определенно выдающийся для военной науки склад ума, и достигнув Вальхаллы, он первым делом занялся сбором информации о текущем ходе войн, но никак не мог найти времени для заучивания всех этих мелких придворных манер. Он и впрямь был заблудившимся в чужом мире старшеклассником.
- Вы… правда не знали?
- Прошу прощения.
Даже понимая, что ситуация сложилась из-за его невежества, Сонджин извинился за то, что поставил женщину в такое неловкое положение.
- И-и-их! Ну и пусть! Вы все равно здесь король! - Эвстасия швырнула подушку в сторону короля и выбежала прочь.
Так горничная не должна была бы обращаться с королем, но Сонджин только почесал щеку.
– Эх. Неужели мне придется изучать и придворные манеры? У меня на это нет времени. Хотя, благодаря своему невежеству он получил приятное лицезрение. Это была неловкая ошибка, которую он не собирался повторять.
-
Эвстасия предстала перед Эрекой, которая вытирала слезы.
- Что… уже все закончилось?
- Он не то имел в виду.
- Что именно?
- Он говорит, что не это имел в виду. - И она убежала, оставив эти странные слова, ведь показываться в таком наряде перед другими тоже было неловко.
После исчезновения Эвстасии Эрека задумалась на некоторое время. И поняла через мгновение.
- Ах… вот… вот оно что. - Эрека осознала свою ошибку и потерла ладони. - О Боже. Что же теперь делать? Мастер Сонджину, должно быть, было неловко. Я и мисс Эвстасию заставила испытать унижение.
Стоило подумать, что Сонджин не разбирается в дворцовом укладе.
Она просто действовала, исходя из своих предположений, ведь расспрашивать о таком было бы нескромно.
Какая ошибка…
Но она не знала, что делать с чувством облегчения и счастья, вызванным столь неловкой ситуацией.
Ах. Должно быть, я злобная женщина.
Подумать только, она поставила других в такое положение и радовалась.
Я не должна быть такой…
Ритье кашлянул рядом.
- Хм-хм. Понятно… поскольку он так глубок, я не понял, что он не знал таких мелочей.
- Эм, всё в порядке?
Дженна невинно моргнула, как бы подчеркивая свою непричастность.
Но в радости она виляла хвостом.
http://tl.rulate.ru/book/30857/6484572
Готово:
