— Императрица, — тихо позвал Ричард.
— Я знаю. Принцесса Юлиана, очевидно, провернула несколько трюков, — ответила Сесиль кивком.
— Да, но я считаю, что они отличаются от того, что было раньше. Похоже, она пытается применить чуть более мощный гипноз.
— Тогда зачем было затевать эту детскую игру, вместо того чтобы околдовать их всех сразу? — с любопытством спросила Сесиль. Казалось, это был окольный путь к достижению цели.
— Возможно, это разжигание. Так сказать, искра в маленьком костре, прежде чем сделать его больше, — объяснил Ричард.
Он посмотрел на горячо хлопающих людей и прищелкнул языком, а Сесиль ждала, когда он продолжит.
— Сила принцессы — это форма гипноза. Чары, наложенные на пустое состояние, приводят к слабому и легко разрушаемому заклинанию. Трудно проявлять рвение к тому, что не имеет сути, не так ли? Однако если чары основаны на действиях или поведении, которые могут быть истолкованы как впечатляющие... можно наложить гораздо более сильный гипноз.
«Так вот оно, как».
Благодаря подробному объяснению мага, Сесиль смогла разобраться в ситуации. Казино пробуждали в людях примитивные желания и легко возбуждали эмоции. Экстравагантность вступительных ставок также ослабляла рациональность толпы. Это означало, что зрители были готовы к чарам Юлианы.
Видя, что императрица замолчала, Ричард сказал:
— Теперь вы понимаете, да? Просто предоставьте это мне, и...
— Принцесса Юлиана, — Сесиль проигнорировала шепот повелителя магов и обратилась к принцессе, — я не знала, что вы вынашиваете такие удивительные идеи. Слушая вас, я понимаю, что мне есть, чему у вас поучиться.
Юлиана подозрительно сузила глаза. Девушка знала, что на императрицу не влияют ее способности, так почему же она произносит глупости, как и все остальные?
— Жемчужины мудрости должны быть на вес золота, — равнодушно продолжала Сесиль. Она положила скипетр на игровой стол. Даже те, кто был очарован, отреагировали с удивлением. — Ради вас я собираюсь еще немного поднять ставки в этой игре.
Глаза Юлианы начали хаотично бегать.
***
Далеко в центре Эрна, столице княжества Этия, стоял замок великого князя. Глубоко в недрах подвала этой исторически богатой крепости великий герцог Фарус смотрел на пробирку. В ней находилось ярко-красное вещество, похожее на кровь, которое корчилось и ползало, словно живое.
— Мне это больше не нужно. Не сейчас, когда придет настоящая, — пробормотал Фарус. Он бессистемно швырнул трубку на землю. Та разбилась от удара, и когда кровь попала в воздух, то начала биться и корчиться, пока не потемнела и не взорвалась.
Великий Князь щелкнул языком, раздраженно вытирая брызги крови с лица, а затем повернулся к ужасающей сцене позади него. Там лежала груда из десятков недавно умерших тел. Лишенный всякого сочувствия, великий князь смотрел на эту сцену с глубоким презрением.
— Убожество. Как они за двадцать лет не смогли создать никого, превосходящего Эстиана? — Он пожевал губу.
Император скоро прибудет, и этот факт одновременно вселял страх в его сердце и заставлял его трепетать от восторга.
— Эстиан... Интересно, знаешь ли ты, сколько усилий мы вложили в твое создание?
Тон великого герцога был странно интимным для человека, называющего имя правителя империи. Он рассмеялся, с нежностью вспоминая тот исторический день, когда собрались представители десятков королевств и герцогств, включая империю. В тот день не было никаких записей о дискуссиях и обещаниях, которыми обменивались на собрании, да в этом и не было необходимости — существование Эстиана служило доказательством их результатов. Он был единственным выжившим экземпляром и единственным успешным экспериментом.
Мужчина повернулся, чтобы посмотреть на портрет, висевший в углу подвала, на котором был изображен тихий замкнутый мальчик с темными волосами. Это был портрет Эстиана в юности. Воспоминания о том, как юноша выглядел, когда его втолкнули в лабораторию, были свежи в его памяти. Лицо мальчика было наполнено страхом, он цеплялся и слезно умолял о пощаде. Теперь этот бессильный мальчишка возвысился до императора и шел разорять земли великого герцога.
Фарус перешагнул через трупы, разбросанные по полу, и пошел вглубь подвала, пока не добрался до того, что выглядело, как масса черной миазмы. Она корчилась, и среди нее плавали части тела, похожие на глаза, нос и уши, которые то появлялись, то исчезали. Чем ближе он подходил, тем яростнее извивалась миазма. От нее исходил странный шум.
— Да, вы, должно быть, тоже заметили. Эстиан приближается, — заметил великий князь. — Тебе не хватает способностей, но, по крайней мере, ты похож на него.
Поняло ли оно его слова? Черная миазма разразилась причудливым звуком. Эстиану удалось вернуть себе человеческий облик с помощью графа Ревенана, но как долго это продлится? Фарус скучал по прежнему облику императора — по тому, как он искажался и деформировался, пока не превратился в саму силу.
— Должно быть, поддерживать человеческое тело крайне утомительно. Иди сюда скорее, Эстиан, — усмехнулся великий князь, — я верну тебе твой прежний облик.
http://tl.rulate.ru/book/30632/2832399
Готово:
