ГЛАВА 15
Уриэль смотрел, как пламя охватило артиллерийские позиции. Их оборона была рассчитана на бои с обычной армией, которая сражалась с понятной тактикой и реагировала на изменяющиеся обстоятельства логически предсказуемыми методами. Это было ошибкой, ибо предсказать действия Губительных сил было невозможно: само их существование проистекало из текучего хаоса имматериума.
В свете молний и горящих танков Кроваворожденные бросились вниз по склону ущелья к имперским защитникам. Уриэль ожидал увидеть буйную толпу недисциплинированного сброда, но обнаружил, что это не просто убийцы-пираты, а обученные солдаты. Они двигались от укрытия к укрытию; одна группа продвигалась вперед, а другая вела подавляющий автоматный огонь.
Танки прорвались через беспилотные баррикады и открыли огонь по позициям Калтской ауксилии, а их главные орудия с грохотом вернулись на компенсаторы отдачи. Ряды обороняющихся взорвались выстрелами. Лазерный огонь ответил на атаку Кроваворожденных, но он был нескоординированным и беспорядочным. Душераздирающее отчаяние, вызванное враждебным колдовством и черным дождем, все еще держало многих парализующей хваткой, и вырвать его когти из сердца удавалось далеко не сразу.
Войска ауксилии, к чести их, восстанавливали рассудок и мужество гораздо быстрее, чем большинство смертных, пораженных варп-колдовством, но Уриэль понимал, что если он будет бездействовать, их ничто не спасет.
— Ультрамарины! — скомандовал Уриэль, выпрямившись во весь рост в командирском люке «Носорога». — Вперед. Общее наступление. Построение «Гладий».
Его «Носорог» выкатился из укрытия и запустил двигатель, выбрасывая комья темной грязи, пока гусеницы боролись за опору на мокрой земле. Машина рванулась вперед, быстро пробираясь между деревьями к передовой линии сражения. Уриэль надеялся держать своих воинов в резерве достаточно долго, чтобы точно определить слабое место в атаке и разделить наступление противника, но события развивались слишком молниеносно.
«Носороги» 4-й роты плавно выдвинулись на позицию позади него, образовав лезвие гладия, два сухопутных рейдера — квиллоны, а «Тандерболты» роты — рукоять. Уриэль сжал рукоять штурмболтера, дав механизмам своего нового аугметического глаза соединиться с машинными духами корабля.
— Исключительная работа, магос, — сказал Уриэль, когда в центре его зрения появился прицельный ретикул, внутренние механизмы глаза компенсировали движение танка и условия низкой освещенности. Он нажал на курок, прицелившись в группу вражеских солдат, бегущих в укрытие к разрушенному путевому убежищу. Две очереди срезали их, и он взмахнул штурболтером, целясь в другую группу. Еще одна точно нацеленная очередь убила шестерых вражеских воинов.
Ауксилия теперь отстреливалась всерьез, и вовремя: неприятель столкнулся с ней нос к носу. Отчаянными очередями вспыхивали выстрелы из лазружей, раскалывая древесину и разрывая мешки с песком. Кроваворожденные были армией уродов, их бронзовые и железные маски изображали вопящий демонический ужас. Те, кто не носил шлемов, изуродовали себе лица лезвиями и ногтями, превратив их в гротескные рожи хуже любой маски.
Ни один не был похож на другого, но, несмотря на все различия, они сражались как единое целое. Ими грамотно командовали, и они были обучены именно для такого боя. Уриэль навел штурмболтер на лихую группу вражеских солдат, опрокинув их одним нажатием курка, когда его «Носорог» резко остановился в тени пустой танковой насыпи.
Он спрыгнул в «Носорог» и закрыл за собой люк, когда бронированные двери сбоку машины открылись. Первым вышел Петроний Нерон, за ним следовал древний Пелей, который немедленно развернул знамя 4-й роты. Мечи Калта высадились из «Носорога» быстро и эффективно, и Уриэль повел их к ближайшей баррикаде, на бегу оценивая ход битвы.
Он знал точное местоположение каждого из подчиненных, их огневые возможности и расположение вражеских сил в пределах досягаемости. Информация, собранная его новым глазом, осознавалась усиленным разумом, чтобы дать наиболее точную тактическую оценку событий на поле боя. За считанные секунды он наметил направления атак.
— Сержант Актис, подавите огонь по разрушенному путепроводу на востоке, там у противника тяжелые орудия. Нестор и Терон, держитесь за баррикадами и продолжайте простреливать леса. Пазаний, двигайся вперед и налево. Кроваворожденные скапливаются в развалинах на твоем фронте. Выкури их оттуда и гони на восток, на огненные дуги Актиса. Всем остальным отрядам— поддерживать вспомогательные силы обороны;будьте готовы заткнуть любые бреши.
— Лендрейдеры «Артемис» и «Капиталин», не обращайте внимания на пехоту, — сказал Уриэль, переключая каналы связи. — Цельтесь в боевые танки противника. Заставьте их разделиться.
— А мы? — спросил Брут Киприан, постукивая по значку Ультрамаринов на боку своего болтера. — Мы что, не вступим в бой?
— Нет, Киприан, — сказал Уриэль, рискнув взглянуть поверх баррикады, когда из-за металла послышался свирепый шквал выстрелов. Громоподобные залпы сотрясали холмы, и разящие снаряды взрывались среди почерневших обломков кирпичной кладки и стальной арматуры на восточных склонах. Уриэль увидел, как Пазаний и капеллан Клозель ведут воинов сквозь бурю артиллерийского огня к развалинам, где укрылась полусотенная группировка Кроваворожденных.
— Приближается бронетехника, — сообщил Ливий Адриан, вскидывая на плечо мелтаган. Вражеские танки — оскверненные машины, утыканные железными шипами и истекающие топливом, — громоздились на истерзанном склоне холма, их тяжелые орудия были нацелены на позиции Ультрамаринов.
— Отставить, — сказал Уриэль, увидев группу Кроваворожденных, марширующих рядом с танками. — Возьмемся за пехоту.
Сбитые с первоначального курса огнем тактических отрядов Нестора и Терона, солдаты Кроваворожденных начали наступление, полагаясь на защиту своих тяжелых доспехов. С их стороны это стало роковой ошибкой.
Уриэль видел, как порченый «Леман Русс» взорвался, когда обжигающий лазерный разряд пробил его башню и снес оружие по бокам. Дюжина Кроваворожденных была скошена острыми обломками, и земля содрогнулась, когда два «Носорога» Ультрамаринов прорвались сквозь разрывы в обороне, проделанные артиллерийской перестрелкой, чтобы вступить в бой с вражескими танками. Снаряды с грохотом пролетали и взрывались, но броня сухопутных рейдеров защищала от большинства попаданий.
— Вперед! — крикнул Уриэль. — Мечи Калта! За мной!
Уриэль вскарабкался на баррикаду и прыгнул вперед, сверкнув мечом, который зашипел в черном дожде. Земля под ногами была липкой и скользкой, но с новыми системами, встроенными в глаз, Уриэль обнаружил, что может сохранять равновесие так же легко, как если бы шел по плацу. Огонь штурмболтеров с «Носорогов» хлестал сверху, подавляя врага, в то время как Ультрамарины шли в атаку.
Дождь размыл все силуэты до теней, освещенных стробирующими вспышками выстрелов и взрывов. Горящие танки и цветные вспышки ракетных взрывов освещали неестественные сумерки, но чувства космодесантников четко воспринимали даже это адово пекло. Болтерный огонь уничтожил четырех Кроваворожденных, появившихся из-за горящего танка, и жгучие языки пламени охватили их аръегард. Но человек двадцать Кроваворожденных выжили, чтобы напасть на Ультрамаринов.
Издалека Кроваворожденные казались какой-то безобразной пародией на солдат, но вблизи они были намного, намного хуже. От них разило потом и жиром, изодранные мундиры заскорузли от навоза: они нарочно старались выглядеть как можно омерзительнее. И все же, несмотря на уродливые маски и изгаженную форму, они были смертны. Предупреждение инквизитора Судзаку настраивало на худшее, что могли бросить против них Губительные силы, но эти воины были смертными и хрупкими. Когда явятся демоны, а Уриэль не сомневался, что они явятся, бойня начнется всерьез.
Воин с маской рычащего демона бросился на Уриэля. Зазубренный штык полоснул его, но Уриэль легко блокировал удар, повернув запястье и вонзив меч в горло противника. Он низко развернулся и полоснул клинком по ногам другого, выпрямляясь, чтобы ударить третьего кулаком наотмашь.
Вражеские воины окружили их, но Мечи Калта сражались клином, который с силой врезался в их ряды. Их присутствие было подобно каменной жиле, притягивающей все больше воющих убийц с каждым мгновением.
— Ничего себе толпа! — крикнул Ливий Адриан.
— Просто еще больше тех, кого мне надо убить! — ответил Брут Киприан, сокрушая окровавленное лицо воина рукоятью болтера.
— Да пусть бы их было и побольше, — отозвался Адриан.
— Они получат награду за каждого убитого из нас, — сказал Уриэль.
— А ты откуда знаешь? — спросил Петроний Нерон, грациозно выкашивая мечом Кроваворожденных. Там, где Нерон был художником, Киприан и Адриан сражались без всякого изящества, нанося врагу сокрушительные удары цепными мечами и болтерами.
— Оттуда, что именно это я и сделал бы, будь их командиром, — ответил Уриэль, принявший близко к сердцу последние слова Клозеля.
Селен дрался рядом с Уриэлем, прикрывая короткими очередями из болтеров остальных членов отделения. Мечи Калта действовали как один, продвигаясь вперед и убивая всех на своем пути с мрачной эффективностью. Уриэль потерял счет тому, сколько вражеских солдат он убил, его меч покраснел от рукояти до последнего зубца. Линия обороны держалась, и Кроваворожденные вели с воинами Уриэля бой на уничтожение.
Гулкие взрывы эхом отдавались по бокам отсека, когда взрывались вражеские машины, снятые Опустошителями Актиса или мощными орудиями лэндрейдеров. Горячий ветер дул через пещерный отсек, воняя горелым металлом и паленым мясом. В густом дыму почти ничего было не разобрать. Ход сражения менялся, и Уриэль почувствовал, что воля Кроваворожденных,рвавшихся в зубья обороны Ультрамаринов, ослабевает с каждой секундой.
— Древний! — закричал он. — Подними знамя повыше!
Пелейкивнул и вложил пистолет в ножны, высоко подняв ротный штандарт обеими руками, чтобы его видели все защитники. Даже под темным дождем знамя 4-й армии вспыхнуло в свете костра, и при виде его со стороны сил ауксилии раздались громкие возгласы радости. В перерыве между стычками Уриэль оглянулся через плечо, обрадованный тем, что ряды смертных солдат снова заняли позиции и открыли огонь по врагу с обычным усердием.
Огромный огненный шар поднялся из руин на востоке. Уриэль видел, как горящие тела падали с разрушенных башен и крепостных валов. Над ним, на склоне холма, Кроваворожденные отступали из леса на дорогу. Позади них Пазаний, Клозель и Поджигатели заняли огневые позиции на опушке леса и, тщательно целясь, отстреливали врагов. Тех осталось немного: воины Пазания загнали Кроваворожденных в сектора Терона и Нестора, и под испепеляющим огнем с флангов мало кто остался в живых.
— Враг отступает! — крикнул Нерон.
— Будем преследовать? — спросил Адриан со страстью в голосе.
Уриэль горячо желал покончить с противником, воспользовавшись случаем, чтобы выгнать его с Калта раз и навсегда, но Кодекс Астартес не одобрял безрассудное преследование. Во всяком случае, вопрос ушел с повестки дня из-за того, что появилось над грубой крепостной стеной в конце ущелья Четырех Долин.
Множество механизированных машин-киборгов, вооруженных вращающимися цепными клинками, тяжелыми орудиями калибра и защищенных толстыми пластинами брони. Кошмарные завывания скрап-кода вырывались из расщепленных аугмиттеров, прикрепленных к их груди и головам. Отвратительная смесь органических и механических частей, оживленных демонической волей в адское живое оружие, двигалась, как стая стрекочущих многоногих насекомых.
Это была та самая демоническая угроза, о которой предупреждала его Судзаку.
Подобно нашествию саранчи, они тысячами устремились к Ультрамаринам.
***
Хонсю натянул через голову ремни безопасности и зафиксировал их с жестким щелчком металла о металл. Ему не нравилось быть запертым в эту... штуку, особенно когда Кадарас Грендель еще не снял доспехи, но он был командиром, а дело командира — вести за собой. Железные Воины последовали его примеру, и через несколько мгновений вокруг выстроились сорок лучших бойцов. Ему не нравилось идти в бой заключенным в длинную металлическую трубу, но он решил, что это ничем не отличается от абордажной торпеды или штурмовой капсулы. Да и Железные Воины были не одиноки, потому что Танцоры клинка Ксиомагры пришли сюда за тем же.
Грендель и Свежерожденный расположились напротив него, и он кивнул лейтенанту и защитнику, когда они заняли места. Грендель был без шлема, и Хонсю пришлось смотреть на его покрытое шрамами лицо через весь отсек.
— Не по душе мне это, — буркнул он, глядя на Танцоров клинка. — Паршиво уже то, что мы — мальчики на побегушках у М’Кара, да еще и брать с собой этих идиотов!
Хонсю наклонился к нему.
— А ты скажи им это в лицо, — сказал он. — Я бы не рискнул.
Грендель промолчал, вспомнив недавнее унижение от Ксиомагры. По совести, Хонсю тоже не хотелось идти вместе, но места для Танцоров хватало, и их клинки могли пригодиться.
Танцоры клинка молча сидели в задней части отсека, склонив головы и держа перед собой длинные мечи острием вниз. Хонсю подумал, что это небезопасно, учитывая вибрацию и грохот, сопровождающие путешествие, но улыбнулся при мысли о том, что кому-нибудь из воинов Ксиомагры случайно отрубят голову. Он не спускал с них глаз на этот случай.
Он покачал головой и снова уставился перед собой, пока высказывался Свежерожденный.
— Я согласен с Гренделем, но не потому, что не доверяю Танцорам клинка.
— А почему? — спросил Хонсю.
— Мне кажется... неправильно вот так уходить с поля боя. Выходить из битвы, когда исход еще не ясен.
— Опять в тебе говорит Ультрамарин, — засмеялся Грендель.
— Исход боя не имеет значения, — сказал Хонсю. — Во всяком случае, сейчас.
— Ты это о чем? — потребовал Грендель, когда завывающий рев двигателей машины и главных генераторов включился. — Ты же вроде говорил, что, наоборот, эта миссия второстепенна.
— Ну, я врал, — сказал Хонсю, — это вообще надо бы сделать, и чем скорее, тем лучше. Пока Ультрамарины зациклились на этом ущелье, нам следует побывать сам знаешь где.
— И ты знаешь, где это святилище? — спросил Грендель у Свежерожденного.
— Да, — ответил Свежерожденный. — В пещере Драконов. Стены покрыты фресками и мозаикой. Такими... вроде детских рисунков. Там есть каменная стена и потайной ход в другую пещеру за ней. Никто не знает, что она там есть, по крайней мере сейчас.
— Вот так мы его и найдем? — хохотнул Грендель. — Вряд ли это точные координаты, а?
— Это довольно близко, — сказал Хонсю. — Мы спустимся по туннелю в нижние пещеры и выдвинемся оттуда. Посмотри, куда ведет нас судьба.
— Отлично, — огрызнулся Грендель. — А я-то беспокоился, что у тебя нет плана.
— У меня всегда есть план, — ухмыльнулся Хонсю.
Со скрежетом плохо смазанных полозьев и пронзительным воем гидравлики задняя стенка отсека начала подниматься, а по всей его длине замигали красные огоньки, и Хонсю ощутил знакомое возбуждение от миссии с нулевыми шансами на успех. Скулящий, пронзительный визг буровых долот и лазеров, впивающихся в скалу, эхом разнесся по десантному отсеку, когда зарывшаяся в землю боевая машина врубилась в скалу Калта. Далеко за входом в туннель бушевала битва в ущелье Четырех Долин, но Хонсю и его воины не собирались в ней участвовать.
— Пари держу, Обакс Закайо сказал бы, что эта миссия безрассудна и безумна, — крикнул Хонсю, когда отсек затрясся от их падения.
— И был бы прав, — сказал Грендель.
— Может, и прав, — сказал Хонсю. — Но мне она нравится.
ГОЛОСФЕРА засветилась следами вражеских перемещений и дислокации войск, когда магос Локард обрабатывал тысячи сигналов от мириадов авгуров и геодезического оборудования, доступных ему через поверхность «Лекс Тредецимус». Империалис Капитолий был обширной сетью командования и управления, но сеть, созданная Адептус Механикус, была намного больше.
Оснащенные машинами для обнаружения элементов, длин волн и физических явлений, намного превосходящими все, что требуется Имперской Гвардии, ее сенсорные каналы подавили бы неаугментированных стратегов или военных адъютантов. Тридцать многозадачных сервиторов двигались по командному мостику «Лекс Тредецимус», собирая информацию и подавая ее непосредственно в голосферу.
Прямо сейчас Локард следил за передвижением тысяч уродливых преторианских боевых сервиторов, хлынувших через импровизированную крепостную стену Железных Воинов. Хотя многие эмоции, которые смертные принимали как должное, были вытеснены превосходящими логическими способностями, он все еще чувствовал глубокую и горькую ненависть к порченому магосу, который извратил эти совершенные образцы Омниссии.
Лишь осколок некогда могучего огня Бога-Машины тускло мерцал в их прерывистых кошмарах. Паразитическая воля приводила в движение волокнистые связки мышц и оживляла механизированные структуры. То, что когда-то было великолепно и логично сконструировано, превратилось в опасные отклонения, заслуживающие ненависти и, главное, уничтожения.
Локард включил вокс-связь с коммандером Трехо, командиром воинства скитариев, которое он привел на Калт. Развернутые к западу от главного входа в ущелье, они идеально подходили для контратаки.
— Коммандер Трехо, вы видите это?
— Так и есть, магос, — прорычал Трехо; его густой бархатный акцент все еще был заметен даже после обширной аугметической операции на челюсти. — Запрашиваю команду идти в наступление.
— Считайте, что она дана, — сказал Локард. Ему не нужно было добавлять, против какого врага. Ненависть Адептус Механикус к порченым машинам остро ощущалась всеми служителями. — Служи воле Омниссии.
— Есть, — Трехо отключил вокс.
Не успела связь прерваться, как золотые значки скитариев двинулись на восток в сопровождении поддерживающих их боевых сервиторов. Ультрамарины уже сражались с неприятельскими машинами, и как бы сильно Локард ни желал видеть порченые двигатели уничтоженными, уместнее было бы, чтобы они пали от руки праведного слуги Бога-Машины.
Не было никого более основательного в праведной мести, чем Трехо. На голосфере вспыхнул предупреждающий значок повышенной сейсмической активности, и Локард провел по дисплею рукой с включенным осязанием, выводя показания на передний план. В скале регулярно вспыхивали вспышки энергии. Само по себе это не было необычно, особенно на планете, изобилующей пещерами и туннелями, но показания были неестественно правильными для перемещений во время боя.
Быстрыми жестами магос уточнял параметры поиска сейсморазведчиков, отфильтровывая локальные смещения тектонических плит и удары тяжелой артиллерии. Пять следов двигались из туннеля на дальней стороне ущелья, и этому могло быть только одно объяснение.
— Идентификация, — сказал он, прогоняя сейсмические следы и анализ вибрации через логические двигатели «Лекс Тредецимус». — Погрешность была не более десяти процентов.
Как и предполагал Локард, ответ не заставил себя долго ждать: следы были настолько ясны, что он даже не нуждался в когитаторах, чтобы понять, на что смотрит.
В голосфере открылось новое окно, заполненное светящимся изображением, которое медленно вращалось в трех измерениях. Длинный и цилиндрический, он был весь изогнут и зазубрен, как злобный подводный хищник с коническим рылом.
Он отпустил стекло щелчком пальцев и вызвал призрачное топографическое изображение ущелья Четырех Долин. Подразделения Калтской ауксилии обозначались белыми символами, Ультрамарины —синими, а силы Адептус Механикус — золотыми. Локард назначил Гвардии Ворона зеленые значки, но по непонятным ему причинам они не появлялись на голосфере. Его заинтересовала одинокая серебряная иконка инквизитора Судзаку, движущаяся от Кастра Меридем к линии фронта.
Сейсмические следы уходили все дальше в глубь земной коры, но Локард знал, что это ненадолго. Его пальцы танцевали в воздухе, когда он вводил множество вероятных сценариев и моделей движения, основанных на плотности горных пород ущелья Четырех Долин.
— Спроецируйте вероятные точки появления, основываясь на текущей траектории входящих следов, — прошептал он. — Вопрос: где они собираются всплыть?
***
Мерцающий свет освещал ужас машин смерти, страшные маски одержимых демонами преторианцев и мерзость их мутантной плоти. Органические и искусственные компоненты смешались в гротескном слиянии, напомнившем Уриэлю о гангренозных ранах.
Черный ливень не прекращался, и земля превратилась в трясину, каждый шаг по которой давался с трудом. Сотни тел лежали в застывших лужах маслянистого дождя, а грязь была скользкой от крови после резни. Над головой прогремел гром, и видимость сократилась менее чем до ста метров. Дрожащие фигуры двигались в тени, охотясь на стаи переоборудованных сервиторов, вооруженных электрошокерами и электрическими ножницами, которые потрескивали и шипели под дождем. Другие стреляли из грохочущего оружия, похожего на заклепочные ружья, а большинство было вооружено лазганами, изрыгавшими заикающиеся вспышки свирепой энергии.
Демонические машины рыскали по руинам и горящим лесам ущелья Четырех Долин, снуя между укрытиями, когда они приближались к имперским линиям. Сотни из них валялись на грязной земле; бронированные тела разлетелись вдребезги от артиллерийских снарядов, упавших в опасной близости от имперских линий, но еще сотни летели вперед в безумной спешке.
«Носороги» выплюнули болтерные снаряды в сторону врага, и оба лендрейдера продолжали сражаться, несмотря на тяжелые повреждения. Их броня была побита и обожжена, «Артемида» хромала на поврежденной гусенице, а «Капиталин» потерял один из боковых спонсонов. Оба все еще были на ходу, но их боеприпасы и энергия были истощены до предела.
Демонические двигатели разбивались о линии Ультрамаринов в буре клинков и машинных проклятий. Взрывы, выстрелы и кровожадный механический вой сливались в ужасный, протяжный крик вечной ненависти.
Уриэль пронзил мечом то немногое, что осталось от порченого боевого сервитора, пролив мерзкий ихор, смердящий машинным маслом и тухлой кровью. Машина взвизгнула от резкого всплеска боли и рухнула, ее сильно распухшие конечности обмякли. Взрыв и нестройный всплеск статики дальше по линии Ультрамаринов возвестили о смерти еще одной машины. Уриэлю не нужно было видеть значки статуса на краю визора, чтобы понять, что Ультрамарины тоже умирают. Мечи Калта сражались болтерами, оружие ближнего боя покоилось в ножнах: скоординированные залпы болтерного огня — единственное, что могло вывести из строя эти чудовищные двигатели. Благодаря тяжелой броне они могли выдержать невероятное количество попаданий, прежде чем упасть.
— Берегись! — крикнул апотекарий Селен, когда вопящая стая неуклюжих жукоподобных машин вырвалась из-под того, что было адской гончей, а теперь превратилось в пылающую развалину. Их панцири блестели от дождя, а акульи головы в форме пуль были обшиты зазубренным металлом.
Древний Пелей поднял болтер и сделал два быстрых выстрела в забрало ближайшей демонической машины; та беззвучно рухнула. Киприан и Селен атаковали следующую, стреляя непрерывными очередями в ее корпус, пока броня не прогнулась и масс-реактивные снаряды не разрезали ее надвое. Третья упала, сраженная из мелтагана Адриана, и Уриэль разрядил болт-пистолет в четвертую. Она пошатнулась, но продолжала приближаться, ее корпус превратился в массу кровавых кратеров там, где взорвались болты. Еще три выживших порченых машины добрались до Ультрамаринов, и Нерон мгновенно выхватил меч.
Демонические машины столкнулись с Мечами Калта, и Ливия Адриана сбило с ног сокрушительным взмахом громоздкой серворуки с бензопилой. От его доспехов оранжевым веером полетели искры, когда зубья вонзились ему в грудь, но прежде чем тварь успела пронзить его, Брут Киприан выстрелом разорвал ее на части.
Петроний Нерон нырнул под размахивающие конечности, казалось, предвидя каждое движение противника, когда тот протаранил клинком узкую щель в его броне. Он повернул клинок, и чудовище упало с придушенным криком. Адриан перекатился на спину и испарил визжащую машину выстрелом из мелтагана.
Киприан помог ему подняться, а вокруг них кружилась битва. Уриэль и Нерон приблизились к чудовищу с оскаленной волчьей мордой, его серебряная маска оживлял зловещий свет. Ничем не сдерживаемая жажда крови горела в красных глазах, и враг завывал механическим гудком, совершенно нечеловеческим в своей злобе.
— Слева, — сказал Нерон, и Уриэль прислушался. Он нанес удар пневматическим молотком, и Уриэль нырнул под удар, перекатившись на ноги и рубанув мечом по кабелям, соединяющим кулак с потрескивающими генераторами на спине. Нерон отразил размашистый удар множества огромных ножниц и вонзил свой меч в мягкую ткань под плечом монстра. Его клинок рванулся вверх и наружу, разрезая обшитые металлом сухожилия руки. Демоническая машина безвольно завалилась на бок, попытавшись пнуть Нерона шипастой ногой.
Мечник отскочил в сторону, и Уриэль, воспользовавшись тем, что врага отвлекли, прыгнул на панцирь демона-машины. Тот дернулся, норовя сбросить его, но Уриэль ухватился за рогатый хребет и опустил клинок вниз, одним ударом рассекая демона от черепной коробки до ключицы. Чудовище шлепнулось рылом в грязь, и Уриэль успел отскочить прежде, чем оно опрокинулось. Нерон посмотрел на него и покачал головой.
— Рискованный маневр, — сказал он. — А если бы он покатился вместе с тобой, когда упал? Тебя бы раздавило и проткнуло насквозь.
Уриэль кивнул и сказал:
— Знаю, но он подох, и это главное.
Он перегруппировался вместе со своим отделением, довольный тем, что все выдержали атаку относительно невредимыми. Даже Ливий Адриан был ранен не очень серьезно, хотя кровь слабо сочилась из пробоины в его пластроне. Остальные члены командного отделения, забрызганные грязью, были великолепны в своей решимости. Хотя черный дождь не прекращался с самого начала сражения, ткань знамени 4-й роты не была осквернена ни единым пятном.
Десять воинов-Ультрамаринов ранены, трое из них — настолько серьезно, что не смогут сражаться. Их линия удержала первую волну демонических машин, но, глядя в наполненное дождем и молниями ущелье, Уриэль увидел, что они готовятся к новой атаке.
— Они скоро вернутся, — сказал Нерон, озвучив его мысли, и взмахнул клинком, чтобы расслабить мышцы плеча.
— Пусть идут, — ответил Киприан, стукнув кулаком по ладони, — я не откажусь от боя, достойного моей силы. Кроваворожденные — это как-то неспортивно. Спасибо примарху, но все же…
— Даже тебе придется нелегко с этими гадами, — сказал Адриан, вставляя новую силовую ячейку в мелтаган. — Спорим?
— Нет. Мне бы очень не хотелось, чтобы кто-то оторвал тебе голову только затем, чтобы доказать мою правоту.
— Пусть только попробуют, — предупредил Киприан.
— Никто тебе голову не оторвет, Киприан, — произнес чей-то голос. — У тебя же нет шеи, чтобы ее оторвать.
Уриэль узнал голос и улыбнулся, глядя, как Пазаний ведет Поджигателей рядом с Мечами Калта. Тактическое отделение Нестора заняло позицию слева от Уриэля, а капеллан Клозель повел отделение Пазания на позицию справа. Воины его друга были потрепаны в битвах с Кроваворожденными и демоническими машинами. Никто не погиб, но все щеголяли впечатляющими ранениями, полученными отнюдь не на прогулке.
— Хорошо, что ты с нами, — сказал Уриэль, удивляясь, как сильно ему не хватало Пазания рядом в битве. Каким бы спаянным боевым подразделением ни были Мечи Калта, у них не было той многолетней дружбы, которая связывала Уриэля и Пазания.
— Я нужен тебе здесь, — сказал Пазаний. — Тебе не хватает моих приземленных мудрых советов. В конце концов, это то же самое, что почетная гвардия. Сержанты здесь действительно всем заправляют, а? Скажешь, нет, Нестор?
Сержант Нестор кивнул и ответил:
— Как скажешь, сержант Пазаний.
Пазаний указал на покрытую воронками от снарядов пустошь и сказал:
— Похоже, именно здесь они нанесут нам самый сильный удар, когда придут снова, так что я собрал немного помощи.
Между «Носорогами» маршировали три громадных бронированных чудовища из керамита, стали и плоти, с целым арсеналом смертоносного оружия в могучих кулаках.
— Я привел дредноутов, — сказал Пазаний.
Дредноуты 4-й роты выполняли в сраженях роль огневой поддержки ближнего боя, но можно было не сомневаться: этот бой очень быстро станет ближним. Присутствие древней силы дредноутов в рядах воинов укрепило решимость и мужество каждого, кто сражался в их тени.
Когда-то 4-я рота могла похвастаться четырьмя дредноутами, но брат Барк погиб на Эспандоре, защищая Коринф. Его смерть была тяжелым ударом, ибо он верно служил Ордену почти тысячу лет и нес в сердцах мудрость и мужество, которых не было, наверное, больше ни у кого.
Рядом с братом Сперитасом и братом Зетом космодесантники казались карликами; их бронированные саркофаги были украшены золотыми лаврами, изображениями латных перчаток и символами Ультрамаринов, выполненными из сверкающего кварца. Оба сменили привычное оружие на предназначенное для ближнего боя. На одном кулаке Сперитас держал огромный огнемет, сопло его горелки мерцало голубым огнем, а на другом — потрескивающий пневматический молот, способный за считанные секунды пробить путь сквозь метры адамантия.
Зет, всегда бывший более тонким воином, поднял потрескивающий энергетический кулак и штурмовую пушку.
Оба дредноута сражались плечом к плечу с Уриэлем в кампании на Павонисе, но он никогда не знал их при жизни. Зато последнего дредноута 4-й роты Уриэль знал уже много лет.
Технодесантник Харк был смертельно ранен на Павонисе, но его мрачная воля к жизни привела к тому, что искалеченное тело поместили в стазис и вернули на Макрагг, где ему была оказана честь быть погребенным в одной из самых священных реликвий Ордена. Его кузница была восстановлена на Макрагге, и одну руку заменили многофункциональной серворукой, оснащенной смертоносными сверлами и энергетическими резаками.
— Брат Харк, — сказал Уриэль с поклоном. — Вы оказываете нам честь своим присутствием.
— Слишком давно я не сражался вместе с боевыми братьями, — сказал Харк, проходя мимо Уриэля, чтобы занять место в шеренге. Уриэль смотрел ему вслед.
— Разговорчив, как всегда, — сказал Пазаний.
— Харк никогда не был общительным, — сказал Уриэль. — И когда он служил в 4-й во плоти, тоже.
— Похоже, погребение его не изменило, — заметил Пазаний.
— Верно, но я ценю его не за общительность, — сказал Уриэль.
— Вот-вот. Этот сверлильный рычаг выглядит очень удобным, — сказал Пазаний. — А плазменная пушка нанесет изрядный урон.
Уриэль смотрел на руины и выжженные пустоши ущелья, а из-за стены, которую построили Железные Воины, доносился сводящий с ума барабанный бой. Ее строители не сидели сложа руки во время боевых действий. Выросли новые бастионы и редуты, и усиленным зрением Уриэль видел, что бастион выступает из устья туннеля, поглощая все больше драгоценной земли Калта.
Желчь и гнев подступили к горлу Уриэля при виде разоренной планеты, которую он наивно считал защищенной от любых нападений. Почерневшие от огня руины плакали черными слезами из разбитых окон, а горящие леса выбрасывали снопы искр, когда демонические машины вырывались из-за деревьев. В тот же миг на крепостном валу появилась линия знамен, а из ворот ринулась толпа Кроваворожденных.
Земля содрогнулась от басовитого грохота, похожего на первые толчки сильного землетрясения, и Уриэль вцепился в выхлопную трубу соседнего «Носорога», чтобы не упасть. Воины обеспокоенно огляделись вокруг, бросая тревожные взгляды на потолок пещеры, когда осколки камня и пыль посыпались вниз. Подземные толчки нередко случались на Калте, но ритмичный гул и глубокая вибрация указывали, что землетрясение не было естественным.
— Жиллиман, защити нас! — прошептал Брут Киприан, и Уриэль увидел огромную тень Черной Базилики, нависшую над стенами; ее колоссальная громада была темнее самой мрачной ночи. Над головами по дуге проносились снаряды тех немногих артиллерийских орудий ауксилии, которые пережили магическую атаку, но вспышки малиновых молний вспыхивали с каждым ударом и уничтожали каждую боеголовку, не давая ей разорваться. Грянула лобовая пушка, и стометровый участок оборонительной линии исчез в пылающем огненном цунами.
Вокс-бусина в ухе чирикнула, и Уриэль узнал значок шестеренки магоса Локарда на своем забрале. Значок сообщения яростно замигал красным, и он открыл ссылку.
— Магос, — сказал он, — сейчас не время.
— Капитан Вентрис, я должен сообщить вам, что пять вражеских боевых машин прямо сейчас прокладывают туннели под вашей позицией, — сказал Локард. — По моим прогнозам, они появятся примерно в трехстах метрах позади вашего текущего местоположения. Я не могу различить их полезную нагрузку, но по соотношению веса и скорости я подозреваю предателей-астартес.
— Еще этого не хватало! Мало нам одного сражения, — выругался Уриэль.
— Я отправил скитариев коммандера Трехо к вам, — сказал Локард. — Они сейчас будут у вас.
— Понятно. — Вентрис отключился, повернулся и сказал: — Ультрамарины! Отряды ауксилии отступают на двести пятьдесят метров и следят за появлением подземных транспортов в тыловых эшелонах. Остальные сохраняют позицию и готовятся к бою. Отвага и честь!
И началась резня.
http://tl.rulate.ru/book/30591/6089504
Готово:
