— Я действительно не хочу разлучаться с тобой...
Я крепко сжала руки капитана Джулиуса. К сожалению, я недооценила, насколько эффективно может действовать адъютант Зиг. Он слишком быстро привел свой план в действие. Кто мог ожидать, что мы так скоро расстанемся друг с другом?
— Ничего не поделаешь. Я перед тобой в большом долгу за все, что ты сделал для меня.
Услышав в моих словах нотки сожаления, капитан Джулиус хмуро кивнул головой.
— Мне не нравится, что лорд Роэль уходит, но... мы ничего не можем с этим поделать.
— Да. Кстати, капитан, называй меня просто Роэль.
— А?
— Я уже тебе говорила, что больше не являюсь святым рыцарем. Также я сказала, что после возвращения из храма ты можешь называть меня по имени. Само собой разумеется, что Роэль — это мое имя, но ты вполне можешь произносить его без почетного звания.
Когда я произнесла эти слова, его бледно-серые глаза еще больше увлажнились. На них едва не выступили слезы. Нет, не нужно плакать. Для этого нет никакой причины.
— Роэль...
— Да, капитан Джулиус.
— Тогда я тоже...
Немного поколебавшись, он так ничего и не сказал. Просто передумал и закрыл рот. Вообще-то, ты можешь высказать все, что у тебя на уме.
— Если ты хочешь что-то сказать, просто скажи. Все хорошо. Я же говорила, что буду помогать тебе во всем.
Главное, чтобы это было в пределах моих возможностей. Но даже если это не так, я могу обратиться за помощью к окружавшим меня людям. Когда я попросила его высказаться, капитан Джулиус наконец-то произнес слова, которые не мог выдавить из себя ранее.
— Я бы хотел, чтобы ты тоже называла меня по имени...
— Почему ты сразу не мог это сказать? Ты думал, что я откажусь выполнить такую просьбу?
"..."
Вместо ответа капитан Джулиус лишь пристально посмотрел на мое лицо, пытаясь угадать мое настроение. Он мне нравится, но такое поведение меня разочаровывало. Как бы это сказать, у меня возникало такое ощущение, словно я удерживаю капитана Джулиуса против его воли и постоянно обижаю его. Я считала, что отношусь к нему хорошо, но вдруг ему так не кажется? При виде его несчастного взгляда, как у побитого щенка, я тяжело вздохнула.
— Я и в самом деле немного волнуюсь, оставляя тебя здесь. Конечно, ты и до моего появления прекрасно справлялся, так что я это просто так сказала.
— Тогда, пожалуйста, возьми меня с собой.
Ортцен, который равнодушно наблюдал за нами обоими, внезапно вмешался в разговор.
— Не воркуйте, держась за руки, в чужом кабинете, словно кроме вас тут никого нет.
— В моей спальне сейчас прибираются и упаковывают багаж. Кроме того, адъютант Зиг говорил, что мне не следует находиться в одной комнате с капитаном, когда там больше никого нет.
— А, ладно. В любом случае, если вы так беспокоитесь о нем, то можете забрать с собой. Он вполне может приезжать оттуда в штаб и уезжать обратно.
— Это так, но...
Я склонила голову набок и задумалась. Мне показалась интересной мысль забрать к себе домой капитана Джулиуса в качестве нового графа Эферия.
— Позволит ли это адъютант Зиг?
— Сэр Зигфрид может заниматься всеми делами в доме, но лорд Роэль все равно в нем хозяйка, верно? Поскольку у капитана нет личной резиденции, и он обручен с вами, его вполне можно поселить в отдельном здании. Пусть даже для мужчины и женщины считается неприличным жить в одной резиденции, но никто из вас особо не заботится о таких вещах. Напротив, это некоторым образом будет полезно для лорда Роэля. Не думаю, что сэр Зигфрид будет сильно возражать против этой идеи.
Правда? Хорошо, если так. Я повернулась к капитану Джулиусу и снова спросила у него:
— Капитан... нет, Джулиус, что ты об этом думаешь? Хочешь жить вместе со мной?
Мне было немного неловко называть его по имени. Похоже, то же самое чувствовал и капитан.
— Если Роэль не против жить вместе со мной... тогда я тоже согласен.
Почему эта ситуация такая неловкая и смущающая? Прочистив горло, я снова повернулась к Ортцену.
— Тогда я пойду и спрошу. Если он не разрешит... что ж, тогда я просто заупрямлюсь и буду настаивать на своем.
— Я пойду с вами для поддержки. Капитан, вам следует попросить Клауена помочь собрать ваши вещи.
— Хорошо.
Капитан Джулиус ушел первым, а я вместе с Ортценом отправилась в свою спальню, где сейчас находился адъютант Зиг. Я сбежала оттуда вовсе не потому, что не хотела помогать ему собирать мои вещи. Мне просто надоело слушать его ворчание насчет того, что я стала нахлебницей в штабе отряда Особого назначения.
Пока мы шли по коридору, я решила затронуть тему, над которой уже долго размышляла.
— Мне кажется, капитан слишком робкий. И дело не только в этом. Мне кажется, я слишком активно веду себя с ним, все время беру инициативу на себя. Как будто я постоянно вмешиваюсь в его жизнь.
Ортцен посмотрел на меня и сказал:
— Честно говоря, похоже на правду, что мисс Эферия раньше вела беззаботную жизнь.
Должно быть, он слышал об этом от моего адъютанта.
— Нет... но какое это имеет отношение к нашему разговору?
— Потому что у вас с капитаном совершенно разные жизненные обстоятельства. Вас же никто прежде не ненавидел, правда?
— Вообще-то, меня ненавидели многие люди.
Например, некоторые старейшины, которые считали меня бельмом на глазу. В высшем обществе тоже было не все гладко. В отличие от женщин, которые только сплетничали, многие недоумки пытались затеять со мной ссору и вызвать на дуэль.
— Позвольте мне выразиться точнее. Полагаю, вас никогда не ненавидели люди, которые вам нравятся.
— М-мм... Думаю, такого не было.
— В этом и заключается разница. Стоило вам пожелать, и вы с легкостью могли произвести хорошее впечатление на других людей. Если вам кто-то нравился, вы без всяких колебаний знакомились с этим человеком поближе. Я хочу сказать, что вас не беспокоило, что вы можете получить отказ.
— Ну... да, так и было.
Конечно же, мне не нравился никто из тех недоумков, которые пытались задирать меня. Помимо них... все остальные относились ко мне более-менее дружелюбно.
— Если бы такая отважная красавица так откровенно предложила свою дружбу кому-то другому, очень немногие ответили бы отказом. Но в случае капитана Джулиуса все обстоит как раз наоборот. Когда ему кто-то нравится, он не только опасается сблизиться с этим человеком, но еще и боится, что его возненавидят. Хотя его и так все побаиваются, но если бы стала известна его тайная история, обычные люди сторонились бы его еще больше. Он все время ожидает, что его оттолкнут и бросят. Вот почему он невольно проявляет осторожность в своих поступках, тем самым защищая себя. Чем больше ему нравится другой человек, тем более робким он становится.
— Я не собираюсь так поступать.
— Даже если вы так говорите, люди могут изменить свое мнение в любой момент.
— Кажется, я еще ни разу не испытывала неприязни к человеку, который мне раньше нравился.
Как только я договорила, мне внезапно вспомнился рассказ адъютанта Зига. Не знаю, какой проступок совершил в прошлом Палма, бывший святой рыцарь из моего отряда, но после этого адъютант Зиг поручил Кейну тайно разобраться с ним, чтобы не заставлять меня ненавидеть своего товарища и испытывать горечь предательства. Дело не в том, что мне повезло ни разу не испытать ненависти к когда-то дорогому человеку. Просто меня намеренно оберегали от этого. Честно говоря, это была немного неприятная истина.
— Разве это не значит, что капитан Джулиус до сих пор мне не доверяет? Ведь он спокойно общается с тобой или Клауеном.
Взглянув на мое надувшееся лицо, Ортцен улыбнулся.
— Правильнее будет сказать, что мисс Эферия нравится капитану намного больше, чем я или Клауен.
— Даже больше, чем вы оба?
— Да. Хотя это правда, что капитан очень осторожен и пассивен в личных отношениях, но во всех остальных ситуациях он — полная противоположность. Просто он неуверен в себе и не ждет, что кто-то может полюбить его.
Это прозвучало как-то грустно. Немного повздыхав, Ортцен продолжил:
— Из опасения, что его могут возненавидеть, он общается со всеми холодно и сухо. Хотя в некоторых случаях лучше с самого начала игнорировать определенных людей, например таких, как наш вице-капитан.
— М-мм, он и правда в первую нашу встречу держался немного холодно. Но потом он довольно быстро оттаял, да? Он относился ко мне по-доброму.
— Это потому, что ты очень странная. Капитан впервые встретил благородную леди, которая спокойно общалась с ним. К тому же, ты разговаривала с ним в непринужденной и дружеской манере. Было бы странно, если бы он сразу не влюбился в тебя.
— Неужели?
Капитан Джулиус слишком влюбчив для мужчины. Полагаю, мне следует повнимательнее присматривать за ним.
— Да. Из-за этого он так осторожничает. Ему хочется произвести на вас как можно лучшее впечатление, чтобы мисс Эферия его не возненавидела.
— Другими словами, ты хочешь сказать, что он ведет себя робко только с теми, кто ему очень нравится?
— Да, именно так. Что еще хуже, опыт капитана в личных отношениях практически близится к нулю. Он понятия не имеет, как ему следует вести себя, чтобы добиться вашего расположения.
Даже не знаю, что делать. Он такой милый. Кхм.
— Но мне все равно не нравится, что он постоянно съеживается рядом со мной. Есть ли какой-то способ это исправить?
— В случае, если он допустит небольшую ошибку, вам следует убедить его, что вы не возненавидите его и будете продолжать его любить. Думайте об этом так, будто приручаете дикое животное с помощью ласки, не применяя никакого насилия.
— Дикое животное? М-мм...
Может быть, мне его чем-то угостить? Но в отношении еды я не смогу сравниться с поварами Айрой или Саной. Или мне лучше обратиться за советом к дрессировщику диких зверей?
Когда я вошла в спальню, меня встретила София, которая держала в руке довольно большую сумку.
— Мисс, все готово. Мы можем идти.
Возможно из-за того, что вещей у меня было совсем немного, она довольно быстро упаковала багаж.
— Где адъютант Зиг?
— Сэр Зигфрид спустился вниз, чтобы подготовить карету. Кстати говоря...
С немного непонятным выражением лица София шепнула мне:
— Он действительно собирается стать дворецким в доме Эферия?
— Он и в самом деле так говорил, но я все еще не уверена.
Честно говоря, я надеялась, что он не станет дворецким. Как только София услышала мой ответ, выражение ее лица стало еще более странным. Она одновременно выглядела встревоженной и воодушевленной.
— М-мм, вообще-то ходят слухи, что сэр Зигфрид — старший брат леди Кидия, существование которого хранилось в тайне... по крайней мере, я так слышала. Выходит, он из герцогской семьи, да?..
— Да, так и есть. Но он все равно не имеет права наследовать титул. Как старшему сыну герцога, ему нельзя возвращаться в семью. Полагаю, ему больше некуда пойти.
— Пусть так, но он же все равно, что принц! Боже мой...
Щеки Софии залились краской. Эй, несмотря на свое знатное происхождение, он обладает дурным характером. Сказки и реальность — не одно и то же.
— Боже мой... боже мой... заполучить принца в дворецкие... Кстати, мисс, сэр Зигфрид случайно не испытывает к вам романтических чувств?..
— Нет, ничего подобного.
— Но я не могу придумать никакой другой причины, заставившей такого знатного джентльмена выразить желание стать простым дворецким.
— Это не так.
Честно говоря, даже если бы адъютант Зиг испытывал ко мне романтические чувства, сейчас бы они уже прошли. Потому что все мужчины, которые в этом смысле интересовались мной в прежнем облике, на самом деле были геями. Пусть даже я была женщиной, но для всех остальных выглядела и вела себя как мужчина.
После серии отрицаний, София уныло опустила голову.
— И все же... никогда не знаешь наверняка...
http://tl.rulate.ru/book/30321/2658661
Готово:
