Тайная пещера в лесе, всего в полукилометре от горы Багровой…
В душном полумраке каменного мешка едва виднелась чья-то фигура. Человек, прислонившийся к стене с опущенной головой, казался почти безжизненным. Его волосы, спутанные и грязные, закрывали лицо. Лишь редкие подрагивания груди выдавали, что он всё ещё жив. Если бы не это, любой, кто увидел бы его, решил бы, что перед ним труп.
Лицо мужчины, проглядывающее сквозь пряди волос, казалось смутно знакомым. Да, это был тот самый человек, которого совсем недавно преследовал Бай Юньфэй. Тот, кто чудом избежал смерти в последний миг… Чжан Чжэньшань!
Сейчас он выглядел даже более жалким, чем во время их схватки. С того рокового дня прошло шесть дней… Или всё же больше? Чжан Чжэньшань не мог сказать точно. Всё пространство пещеры было погружено в кромешную тьму, и следить за временем было почти невозможно. За эти дни он ни разу не покидал своего убежища. Более того, он почти не двигался. На это было две причины. Во-первых, его измождённое тело, измученное схваткой и попыткой саморазрушения. Во-вторых… ему просто не хотелось.
На краю его поля зрения мелькнул едва заметный тёмный силуэт. Тень расположилась в углу пещеры, справа от Чжан Чжэньшаня, но заметить её можно было, только если пристально вглядеться в темноту. Половина фигуры словно сливалась с тенью, и если бы не то, что Чжан Чжэньшань от скуки начал внимательно изучать своё окружение, он бы её не заметил. И даже теперь, увидев её, он не мог ощутить присутствия этого человека.
Именно эта тень доставила его сюда. В тот миг, когда Чжан Чжэньшань попытался запустить процесс саморазрушения, чтобы унести Бай Юньфэя в могилу, мощная сила внезапно остановила его. Он очнулся в этой пещере, а тень бесцеремонно швырнула его к стене, словно ненужный хлам.
Теперь он был жив, но последствия его поступка были ужасающими. Попытка саморазрушения уничтожила всё, чего он достиг за годы тренировок. Жалкие остатки духовной силы в его теле едва ощущались. Теперь он был слабее, чем самый обычный человек.
Чжан Чжэньшань никогда не искал смерти. Его поступок был вызван не бесстрашием, а отчаянием. Именно поэтому теперь в нём теплилась надежда. Возможно, он всё ещё мог избежать смерти… Снова.
Похоже, таинственный незнакомец тоже не хотел его гибели. В конце концов, он спас его. Время от времени в пещере появлялись вода и еда, явно предназначенные для живого человека. Однако за всё это время незнакомец ни разу не заговорил с ним. Чжан Чжэньшань ничего не знал о своём спасителе. Он даже не мог понять, кто это – мужчина или женщина, стар или молод. У него была лишь одна догадка: таинственная тень чего-то ждала… или, точнее, кого-то.
***
– С-с-с-с-с…
Впервые за шесть дней пещера наполнилась звуком. Он был низким, едва уловимым, но при этом невероятно чётким.
– Молодой мастер.
Чжан Чжэньшань увидел, как тень отделилась от стены и шагнула к выходу. Фигура в чёрных одеждах, с лицом, похожим на безжизненную маску, оказалась мужчиной преклонного возраста. Его голос был надтреснутым, а фигура – сутулой.
Свет, и без того скудный, померк, когда у входа появился ещё один человек.
– Как он? – раздался молодой, но уверенный голос.
– Практически уничтожен как духовный практик, но в остальном – в порядке, – без промедления ответила тень.
Молодой человек, названный “молодым мастером”, кивнул, словно не ждал другого ответа. Он сделал несколько шагов вперёд и навис над Чжан Чжэньшанем.
– Ты хочешь отомстить? – спросил он, внимательно осматривая его.
– А? – Чжан Чжэньшань не ожидал такого вопроса.
– Ты хочешь снова сразиться с убийцей своего сына? С врагом, который довёл тебя до такого состояния? Разве ты не мечтал заставить его молить о смерти, отрывая ему руки и ноги одну за другой?
Эти слова словно разожгли огонь в его потухшем сердце. Тело, казавшееся безжизненным, вдруг затрепетало от вспыхнувшей ярости. Он не стал спрашивать, что это значит или как он сможет это сделать. Его разум уже был полностью поглощён образом ненавистного врага.
– Хочу! – резко выкрикнул он, подняв голову. Его глаза горели яростью.
– Даже если это будет означать, что тебе придётся пожертвовать всем? Продать душу? Стать слугой или рабом? Демоном? Что скажешь?
– Скажу, что это лучшее предложение в моей жизни!
– Хо-о… очень хорошо. Именно такая ненависть и тьма мне по душе… – На лице юноши появилась довольная улыбка. Он повернулся к старику в чёрном: – Гуй Вэй, с этого момента он будет с тобой. Я хочу, чтобы ты превратил его в Предка Духа за год.
– Да, молодой мастер!
Чжан Чжэньшань с изумлением смотрел на юношу. Его удивили не только слова, но и внешность “молодого мастера”. Свет, проникающий в пещеру, был тусклым, но его хватило, чтобы разглядеть черты лица юноши…
Бывший старейшина узнал его! Он видел его раньше, и совсем недавно – в Школе Ремесла! Этот юноша был там, когда всё произошло. Загадочный компаньон молодого мастера Школы Укротителей – Мо Ни!
Мо Ни обменялся с Гуй Вэем ещё несколькими фразами, после чего старик повернулся к Чжан Чжэньшаню.
– С этого момента я стану твоим мастером. Ты отбросишь всё своё прошлое, кроме ненависти в сердце. Ты будешь беспрекословно подчиняться моим командам. Без моего слова ты не сделаешь даже шагу. И звать тебя теперь будут… Гуй Пу!
***
Гора Багровая…
Через три дня после ночной вылазки Бай Юньфэя за головой своего врага Юй Фэй и его люди покинули Школу Ремесла. Два дня спустя Хуанфу Нань наконец завершил создание земного предмета высшего уровня для Линь Дунсяо. Молодой глава Школы Укротителей и Мо Ни тоже покинули Школу Ремесла сразу после этого. Всё вернулось на круги своя.
Бай Юньфэй наконец-то смог продвинуться в понимании Искусства Двойного Пламени, и в течение следующего месяца даже опробовал свои новые знания на практике под строгим наблюдением Цзы Цзиня. Результат превзошёл все ожидания. Когда Юньфэй вернул Семя Пламени из Печати Канавы обратно в своё тело, сгусток стихийной энергии, как обычно, устремился к изначальной точке, но на этот раз взрыва не произошло. Следуя указаниям трактата о Двойном Пламени, юноша смог заставить два Семени сосуществовать в странном подобии равновесия. Этот "мирный договор" продлился лишь мгновения; затем давление стало нарастать, и Бай Юньфэй, опасаясь потерять контроль, был вынужден снова вернуть Семя Пламени в Печать Канвы. Но сам факт, что он сумел успешно применить Искусство Двойного Пламени, наполнил сердце Цзы Цзиня гордостью за своего ученика. Старик согласно кивнул и сказал, что такое возможно только благодаря этой древней технике. Даже автор техники не смог в полной мере её использовать. Духовные техники часто требовали от практиков выполнения особых условий, и Искусство Двойного Пламени относилось именно к такой категории. Не считая Бай Юньфэя с его уникальными обстоятельствами, никому до сих пор не удавалось обрести два полноценных Семени Пламени, не взорвав себя при этом. Лишь особый предмет Юньфэя смог стать вместилищем одного из Семян. И даже Цзы Цзинь пока не мог объяснить, почему это стало возможным. Бывший глава Школы Ремесла провёл несколько дней, наблюдая за тренировками Бай Юньфэя, но в конце концов сдался, позволив юноше практиковаться самостоятельно.
---
Стук в дверь отвлёк Бай Юньфэя от серого пергамента, который он держал в руках.
– Входи, Синьюнь, – позвал он.
Дверь открылась, и в комнату вошла улыбающаяся девушка.
– Юньфэй, ты готов идти?
– Идти? Куда?
– Ты… разве ты не говорил, что мы сегодня отправимся на Кленовую гору? Ты что, забыл?
– Ха-ха, как я мог забыть? Сейчас пойдём, Синьюнь, только подожди минуточку. Мне нужно закончить этот эскиз.
– Хорошо… – Тан Синьюнь подошла к столику рядом с кроватью и с любопытством взглянула на пергамент. – А что ты рисуешь?
На сером листе была изображена какая-то спиральная диаграмма, которой девушка никогда раньше не видела. Другие, более мелкие детали тоже были ей непонятны.
– М-м, скажем так, это дизайн компонентов для духовного предмета.
– Духовный предмет? Дизайн?
– Угу. Я почти всё время провёл за изучением Искусства Двойного Пламени, но это мешает моим обычным тренировкам ремесленника, так что я решил соблюдать меру. Мне ещё многому нужно научиться, поэтому я разработал один духовный предмет. Если всё получится, то по этому чертежу я смогу создать весьма любопытное оружие.
– Хо… – Тан Синьюнь будто бы поняла и кивнула. Затем снова подняла бровь. – Но что это за духовное оружие? Выглядит очень странно. Не думаю, что мне попадалось что-то подобное…
– Это огненное копьё, – улыбнулся юноша.
– Копьё? – Тан Синьюнь в замешательстве уставилась на рисунок. – Это копьё?
– Ха-ха, это не тот вид "огненного копья", на мой Язык Пламени оно совсем не похоже, – рассмеялся Бай Юньфэй.
Парой завершающих штрихов он закончил эскиз, затем ещё несколько секунд разглядывал пергамент и удовлетворённо кивнул.
– Его имя… Пустынный Орёл!
---
В одной глухой деревушке провинции Северных Скал…
– Дя… дядюшка Чжан… что вы делаете?! Не… не подходите! Вы… а-а-а-ах!
Сначала послышался чей-то испуганный шёпот. Затем неразборчивые слова сменились леденящим кровь визгом. И наступила тишина. Окровавленная рука обхватила лицо молодого человека, подняв его в воздух. Между окровавленными пальцами можно было увидеть панические, но постепенно стекленеющие глаза. Из безжизненного тела начал исходить чёрный туман, который устремился к руке убийцы. А у ног обмякшего юноши лежал ещё один труп!
Бух! Полностью поглотив чёрную дымку, убийца небрежно швырнул тело на землю. Секунды назад это был полный сил юноша, но теперь его кожа приобрела нездоровый серый оттенок. Даже его мышцы заметно истончились и усохли, как у древней мумии! Оба мертвеца имели удивительно схожие черты лица. Это были… Юй Фэй из Школы Льда и его сын!
– Хе-хе… ку-ху-ху-ху… – послышался гулкий и пугающий смех.
Тело убийцы, полностью скрытое за слоями одежды и чужой кровью, внезапно сотрясла мелкая дрожь. Это была чудовищная и гротескная картина, особенно с учётом лежащих у его ног холодных тел.
– Хе-хе-хе-хе… Бай Юньфэй… за пролитую тобой кровь ты расплатишься собственной! Вымой шею и готовься узреть ад на земле!
Конец 3 тома.
http://tl.rulate.ru/book/298/369192
Готово:
Спасип
А не честная культивация