Когда упала чёрная королева, лицо Нуля прояснилось. А вот у Посейдона, наоборот, будто буря бушевала. Рука у него дрожала, когда крепко сжимал фигуру, прижимая к груди. Раздался еле слышный хруст, и бедная чёрная королева превратилась в пыль. Нуль старался не обращать внимания на его страдальческий вид и сделал следующий ход, который завершил игру.
– Шах.
Посейдон не стал играть второй и третий раунд, сразу сдался Нулю. Молодой доктор легко победил, а Посейдон ушёл, даже не взглянув на Нуля. Подросток не винил его за такое поведение. Наоборот, он был рад, что Посейдон наконец открыл глаза и принял факт: Афины больше нет. Нужно время, чтобы пережить горе, чтобы раны сердца начали заживать.
Нуль был благодарен, что всё прошло гладко, и даже немного рад, что на этот раз не пришлось использовать нечестные приёмы для победы. Ему казалось, что в нём ещё осталось что-то чистое, раз не пришлось прибегать к давлению на чувства и манипуляциям, хотя он и не понимал, что это за ощущение.
Вернувшись в свою комнату, Посейдон наконец дал волю слезам, хотя они тут же растворялись в море, едва появившись. Когда до него дошла весть о смерти Афины, Посейдон ни разу не плакал по ней. Когда Медуза оказалась проклята, он даже не навестил её, мучимый чувством вины перед царицей, которой пришлось так страдать из-за того, что он не мог выбрать между ними. Отвращение к себе и вина не давали Посейдону видеть ни одну из любимых женщин. Самоистязание и одиночество лишь заглушали боль, которую он отказывался чувствовать, пока Нуль не растеребил раны и не заставил его столкнуться с реальностью самым жестоким способом.
Весь Гиацинт знал о результатах поединка, даже если никто особо не пытался проверить их подлинность. Как жители Гиацинта, они понимали, когда Посейдон скорбит, и присоединялись к его трауру. Море утратило свою энергию, и все вокруг стало очень торжественным. Никто не комментировал бурлящие подводные течения, что появлялись и исчезали, словно отражая колебания эмоций своего господина в тот момент. Зеро также решил подождать, разумно предоставив своему наставнику по стратегии необходимое уединение, пока сам он общался с другими Великими Богами. Он сообщил им о своем намерении восстановить Посейдона в ранге Великого Бога и заодно попросил разрешения у Фрейи снова посетить Валгаллу.
Никто не стал оспаривать предложения Зеро. Напротив, Аид и Зевс были невероятно благодарны, что Зеро хочет вернуть Посейдону былое положение. Седна была тронута, и облегчение в ее голосе лишь подтверждало, насколько тяжелым было бремя ответственности для нее за последние несколько столетий без помощи Посейдона.
Когда Посейдон вышел из траура спустя две недели, Зеро был готов. Слепой титан держал свой золотой трезубец и носил на голове корону из коралла, облаченный в великолепное одеяние из синей чешуи, тщательно сшитой сплетенной морской травой. Его царственный вид поразил многих жителей. Карлсен, в частности, не мог сдержать слез и рыдал от счастья, видя своего господина в столь изысканном наряде. Именно так выглядел Посейдон в расцвете сил, и, несмотря на седеющие волосы, бог, казалось, не постарел слишком сильно, хотя и провел столько столетий в изоляции.
Зеро был одет в парадное одеяние, готовый сопровождать Посейдона на Небеса. В то время как Зеро имел свободный доступ на Небеса всякий раз, когда пожелает, благодаря своему особому титулу, Посейдон не мог сделать того же. Сначала им предстояло отправиться в Нирвану, где их должен был встретить Будда.
Временная точка перехода, которую создал Зеро, превратилась в настоящие врата, которые можно было открыть с помощью маны. Так, Посейдон мог легко вернуться на Гиацинт и при необходимости попасть в Дом Великих Богов после своего возвращения. Посейдон ничего не сказал, когда увидел врата, созданные Зеро посреди храмового двора. Как-никак, он проиграл битву и не имел права голоса. Его судьба была в руках Зеро.
Зеро настроил координаты врат и отправил сообщение Будде, который ответил, что уже ждет их прибытия. Убедившись, что все готово, Зеро попрощался с Карлсеном и верными слугами Посейдона, еще раз извинившись, что не может взять их с собой.
Прибытие в Нирвану было для Зеро как возвращение домой. Казалось, что он провел целую вечность в унылом подводном царстве и в бесконечных прыжках сквозь космические червоточины. Приятная энергия, наполнявшая воздух, помогла Зеро немного расслабиться. Он посмотрел на Посейдона, который, казалось, чувствовал себя неловко вне воды, но дышал нормально, и это был хороший знак. Зеро приготовил заклинания на случай, если Посейдону понадобится помощь, чтобы привыкнуть дышать воздухом, но его волнения оказались напрасны.
Будда вежливо поприветствовал гостей и проводил их к Лотосовому Пристанищу, где Зеро взял на себя управление лодкой, плывущей на Небеса. Поскольку путь займет около суток, молодой доктор решил развлечь слепого Титана, который давно там не был, рассказывая о самых обычных вещах, происходящих на Небесах.
На губах Посейдона играла лёгкая улыбка. Было очевидно, что старался сделать Зеро. И хотя сами истории ему не особо нравились или забавляли, он ценил усилия Зеро, который помогал ему справиться с горем. Сначала он злился на Зеро за то, что тот загнал его в угол, но после визита в Нирвану понял – это было нужно. На самом деле, Посейдон мог бы пожалеть обо всем, если бы Зеро не вытащил его из скорлупы. Он не знал, как встретиться с Медузой или своими братьями, но с солнечным брюнетом рядом чувствовал себя немного лучше, зная, что ученик не оставит его наедине с кошмарами.
Посейдон слабо задремал, пока Зеро наблюдал за учителем – теперь ещё и пациентом. Посейдон выглядел бодрее, а поток его маны становился более стабильным по мере приближения к Небесам. Михаил ждал у причала, чтобы помочь с регистрацией, дабы Зеро и Посейдон могли без задержек отправиться в Дом Великих Богов. План был таков: после восстановления Посейдона Седна передаст ему часть своих обязанностей, а Фрейя позволит и учителю, и ученику посетить Вальхаллу.
Зеро немного нервничал из-за встречи с Медузой и её сёстрами, особенно учитывая, как они расстались в прошлый раз. У него не было времени извиниться за случившееся, хотя это была чистая случайность. Он надеялся, что с помощью Посейдона сможет пробудить в Медузе великодушие и найти способ снять их проклятие. В отличие от Фрейи, Зеро не особо боялся, что горгоны превратят Посейдона в камень. Властелин Океанов был слеп и отказывался от лечения зрения по личным причинам, которые Зеро уважал. Тем не менее, если Медуза всё ещё испытывала чувства к Посейдону, Зеро надеялся, что после снятия проклятия бывшая царица уговорит его лечиться, прежде чем Зеро отправится в Полумесячную Деревню, чтобы встретиться с Труэном.
Лодка причалила к пирсу. Там стоял Михаил, как всегда величественный и с ледяным взглядом. Ноль почувствовал легкое беспокойство, глядя на сурового архангела, но все же сумел поприветствовать его непринужденно.
– Ты рано, – заметил архангел, нахмурившись.
Ноль сглотнул.
– Путешествие прошло гладко? – пискнул он и нервно рассмеялся, когда Михаил снова посмотрел на него невозмутимым взглядом.
– Посейдон, поскольку ты ранее был изгнан с Небес, тебе потребуется подписать этот договор для получения временного разрешения на повторное пребывание. Все остальные необходимые документы обработаны, но нам все еще нужна магическая подпись для скрепления договора. Если ты нарушишь правила, знай, что будут последствия в соответствии с законами Небес. Ты не должен отлучаться от своего сопровождающего, Ноля, более чем на пять минут и всегда должен находиться в радиусе пятидесяти метров от него. Если все ясно, будь добр использовать свою ману, чтобы скрепить договор.
Резкий тон Михаила заставил Ноля нервничать. Он не знал, устроит ли уже и так чувствительный и взвинченный Посейдон проблемы грубому архангелу. К счастью, Посейдон уже привык к высокомерному поведению архангела и легко отмахнулся от него. Он подписал магический договор, и его тут же приветствовали поклоном.
– Приятного пребывания у нас, господин, – поклонился Михаил и удалился по своим делам.
Ноль с легкой обидой наблюдал, как уходит надменный архангел. Неужели так уж больно было обменяться парой любезностей, чтобы вспомнить былые времена? Михаил был таким же недружелюбным, как и всегда, хотя Ноль знал, что под этой ледяной маской скрывается хороший человек.
Решив, что у него ещё достаточно времени до встречи с Великими Богами в Доме Великих Богов, Зеро отправился на прогулку по рыночному кварталу. Он гулял вместе с Посейдоном, который уменьшил свой размер, чтобы не привлекать излишнего внимания. Впрочем, это не сильно помогло, поскольку странный наряд, в который был облачён Бог Океанов, всё равно бросался всем в глаза. Золотой трезубец в его руке также не оставлял сомнений в его личности. И всё же, вместо враждебности, многие жители тепло приветствовали изгнанного бога, а Зеро получал огромные скидки на купленные снэки.
Зеро был слегка удивлён, узнав, что у Посейдона оказалась довольно хорошая репутация среди жителей Небес. Скидки на купленные для учителя лакомства стали приятным бонусом. На самом деле, Зеро просто хотел показать Посейдону, насколько Небеса изменились с тех пор, как он был здесь в последний раз. Это больше не была та уродливая зона военных действий для богов и их мелких распрей. Конечно, Зеро не упустил возможности купить столько почтовых голубей, сколько смог, пока они бродили по улицам. Он никогда не забывал регулярно писать Труэну, даже находясь в Гиацинте и Гаммере.
К тому времени, как Зеро и Посейдон добрались до Дома Великих Богов, остальные уже ждали их.
- Седна! Гея! Исида, Фрейя, Зевс и Аид! Вы рано, - усмехнулся Зеро и потянул Посейдона за собой, взяв его за перепончатую руку.
Подросток прыгнул в раскрытые объятия Седны, обменялся поцелуями с Исидой и Фрейей, уютно прижался к Гее, затем немного обнялся с Аидом и попытался увернуться от слюнявых поцелуев Зевса.
- Давно не виделись, - нейтральным голосом поприветствовал Посейдон, но Великие Боги знали лучше. За маской безразличия скрывался один из них, сильно страдающий.
– Рада снова вас видеть, – ответила Исида, чувствуя тяжесть на сердце. Снова Зеро добился того, чего не удавалось другим его версиям. В иных мирах проклятие Афины сняли бы силой. Посейдон был уже мертв, когда Зеро узнал о горе горгоны. Другие версии Зеро, пытавшиеся разрешить сожаление Афины и снять проклятие, часто не могли полностью упокоить душу богини, даже если добивались прощения Медузе. В конце концов, проклятие не было предназначено для оков Медузе, но ни один из других Зеро не узнал правды.
Аид и Зевс были больше всего потрясены во время воссоединения. Они не виделись столько лет и им было о чем поговорить. И все же ни единого слова не слетело с их губ. Посейдон не знал, что им сказать после того, как отвернулся от двух самых дорогих ему людей, пытавшихся поддержать его после смерти Афины. Точно так же Аид и Зевс не знали, с чего начать разговор. С одной стороны, они были счастливы, что Посейдон вернулся, но его возвращение означало, что Богу Океанов придется снова пережить болезненные воспоминания об Афине. Это было очень противоречивое чувство.
Церемония восстановления была очень простой. Зеро не думал, что они закончат так быстро. На самом деле, из-за того, как быстро это произошло, подросток задался вопросом, достаточно ли Посейдон морально готов к тому, что они собирались делать дальше. Он не сказал своему учителю, что они собираются навестить Медузу, потому что не хотел, чтобы стратег струсил и отказался от этого.
Фрейя заметила замешательство Зеро и быстро предложила им выбрать живописный маршрут и осмотреть немного реконструированные Небеса. Взгляд Зеро, полный облегчения и благодарности, заставил Фрейю подмигнуть ему. Она могла бы выиграть время для Азеро и Посейдона, если им потребуется. В конце концов, войти в Вальхаллу можно было в любое время.
– Ты уверен, что не хочешь остаться ещё немного? – осторожно спросила Гея, опасаясь напугать Посейдона слишком навязчивым гостеприимством. Братья так давно не виделись, и расставание должно было произойти так быстро. Её сердце сжималось от боли за этих неловких родственников.
Исида предпочла молчать и наблюдать со стороны. Посейдон не сразу ответил, и это дало Седне надежду. Она быстро переглянулась с сестрой и взяла обеих других титанид за запястья.
– Нам тоже давно пора освежить воспоминания, почему бы нам заодно не посмотреть на восстановленное Небо? Говорят, Зеро там многое переделал с нашего последнего визита.
Несмотря на выбор, всех потащили на экскурсию. Дамы старались свести братьев, чтобы дать им возможность поговорить, но те были настолько скованны и неловки, что Зеро пришлось вмешаться.
– Учитель говорил, что ты сжульничал, когда вы втроем тянули жребий за владения, – юный доктор обратился с обвинением к Зевсу, который поспешил защищаться. Его маленькая хитрость сработала, потому что вскоре трое братьев уже разговаривали и смеялись, вспоминая прошлое.
Экскурсия прошла хорошо, и постепенно каждый бог нашёл предлог, чтобы откланяться, пока не остались только Посейдон, Фрейя и Зеро. Фрейя мало что сказала на их последней остановке, и Посейдон не стал спрашивать, наслаждаясь теплом братской привязанности после долгого времени. Семейные узы были всё ещё сильнее, чем можно было себе представить, и даже если время многое изменило, он всё равно был рад, что Аид1 и Зевс никогда его ни в чём не обвиняли.
Пока они шли по совершенно безлюдным улицам, Посейдона не покидало ощущение, что что-то не так. Раздавались ужасные крики, но ни Фрейя, ни Зеро никак их не прокомментировали. Неужели они шли по району, который стал частью бездны? Посейдон знал не так много, но ему было известно, что часть Небес откололась и превратилась в Ад, которым правили Люцифер и другие Владыки Демонов. Неужели это то самое место, где откололся кусочек Небес?
- Мы на месте, - буднично сказала Фрейя после того, как они остановились перед тремя сестрами-горгонами, от которых исходила очень пугающая убийственная аура.
- И снова ко мне? Какая неожиданность, - насмешливо прозвучал сладкий голос с ядовитыми нотками, показавшийся Посейдону очень знакомым. Он очень хорошо знал этот голос в прошлом, но без зрения ему было трудно вспомнить лицо, которому принадлежал этот голос.
- Веди себя прилично, - предупредила Фрейя. - Сегодня Зеро привел гостя. Гостя, который, вероятно, хотел увидеться с тобой несколько тысяч лет назад, но не осмелился после того, что сделал.
Медуза прищурилась, непривыкшая к яркому факелу, который принесла Фрейя. Однако, узнав в госте того самого, горгона замолчала, подавленная эмоциями, грозящими разорвать ее на части.
После долгих усилий ей удалось с трудом выдавить:
- Сайден?
Посейдон замер. В этом мире был только один человек, который обращался к нему так.
- Медуза?
http://tl.rulate.ru/book/28547/6542353
Готово:
