Глава 53. Рост
Ангор отклонил предложение об Алхимическом фамильяре. На лице Флоры появилось легкое разочарование: если бы Ангор согласился, она могла бы тщательно изучить глупую птицу и, возможно, даже вывести ключевые данные Искусства Сотворения Грейи.
Жаль.
Однако сожаление Флоры длилось всего несколько секунд, потому что даже если бы она получила полные данные Искусства Сотворения, ей было бы трудно воспроизвести его, если она не пошла по пути Грейи. Ее любопытство было лишь естественной жаждой знаний, присущей колдунам.
Флора сказала, что сначала отведет Ангора в его комнату. По пути Ангор с удовольствием любовался пейзажами луга на спине кита, но чем глубже они заходили на это «пастбище», тем страннее он себя чувствовал.
Например, проходя мимо какого-то квадратного каменного дома, он смутно уловил сильный, до предела концентрированный запах крови.
Кроме того, с тех пор как он пошел за Флорой, ему постоянно казалось, что кто-то тайком наблюдает за ним со спины. Это ощущение, словно кол в спине, вызывало сильный дискомфорт. Но каждый раз, когда он оборачивался в поисках источника взгляда, он никого не находил. Пологи всех палаток были плотно закрыты, и, кроме коров, разбросанных по лугу, он не видел ни единой души.
Но стоило Ангору отвернуться, как ощущение пристального взгляда возвращалось.
Ангор чувствовал себя не в своей тарелке. Казалось, Флора заметила его состояние, но не дала никаких объяснений.
Проходя мимо полностью металлического здания, Ангор почувствовал странную атмосферу, исходящую от его плотно закрытой двери. Он не был уверен, но ему показалось, что он уловил зловоние разлагающегося трупа.
Солнце сияло, трава была свежей и зеленой, коровы лениво паслись, а соколы свободно парили в небе.
На первый взгляд это пастбище казалось таким чистым и естественным. Некоторое время назад Ангор думал так же. Но все эти странные места, запах крови, злобные взгляды и многозначительная улыбка Флоры, которая появлялась время от времени, убедили Ангора в том, что с этим пастбищем что-то не так.
Возможно, за солнечным светом скрывалась бездонная пропасть, невыразимое зло.
Ангор не собирался вникать в это, но даже это первое ощущение говорило о том, что атмосфера здесь совершенно иная, чем на «Пурпурном Шипе».
Возможно, это и была разница между организациями Белых волшебников и Черных волшебников, о которой говорили Ученики волшебника? На «Пурпурном Шипе», хотя и случались грязные и мерзкие вещи, можно было оставаться в безопасности, если не лезть на рожон. На «Пурпурном Шипе» Ангор никогда не чувствовал, что его волосы встают дыбом, но едва ступив на Облачного Кита, он ощутил, как напрягается каждый нерв, словно в любой момент его может поглотить монстр, выскочивший из ниоткуда.
Раньше Ангор свободно общался с Флорой и даже считал, что иметь такую старшую ученицу — просто замечательно, легко и приятно.
Но в этот момент Ангор замолчал.
Он едва знаком с Флорой и Сандерсом. Даже если его приняли в Ученики, как можно навешивать на людей ярлык «хороший» всего по одному дню знакомства?
Даже Моро говорил, что Флора — известный Черный волшебник Южного Региона по прозвищу Кровавая Ведьма. А Сандерс — могущественный колдун, способный уничтожать целые области. Как он мог так опрометчиво полагать, что, став Учеником, он сразу же получит особое отношение?
Тревога за будущее у Ангора была.
Но теперь он внезапно кое-что осознал: нельзя слишком долго зацикливаться на тревожных чувствах. Постоянные сомнения и страх потери могут неосознанно породить зависимость и заставить человека игнорировать важные детали.
Как в классическом примере из земной психологии — Стокгольмском синдроме:
Два судимых преступника, неудачно попытавшись ограбить крупнейший банк в Стокгольме, столице Швеции, захватили четырех сотрудников банка. После 130 часов противостояния полиции и преступников инцидент завершился капитуляцией бандитов. Однако спустя несколько месяцев после этого события четверо заложников по-прежнему проявляли сочувствие к похитителям. Они отказались давать показания против них в суде и даже собирали средства для их юридической защиты. Все они заявили, что не ненавидят преступников, выразили благодарность за то, что те не причинили им вреда, а заботились о них, и заняли враждебную позицию по отношению к полиции.
Более того, одна из заложниц влюбилась в одного из грабителей и обручилась с ним во время его тюремного заключения. Грабители держали заложников в течение шести дней, угрожая их жизням, но иногда проявляя и милосердие. В результате неожиданного и сложного психологического сдвига все четверо заложников сопротивлялись попыткам правительства их спасти.
Ситуация со Стокгольмским синдромом, хоть и отличалась от нынешнего положения Ангора, имела много общего.
В состоянии крайнего психологического дискомфорта человек подсознательно хватается за любую опору, которая может дать ему хоть малейшую надежду. Ангор сейчас находился именно в таком тревожном состоянии, раздираемый сомнениями. Если он начнет менять свое субъективное восприятие из-за доброжелательности Флоры и Сандерса, то чем это будет отличаться от Стокгольмского синдрома?
Подумав об этом, Ангор покрылся холодным потом.
В этот момент он медленно убрал свое явно дружелюбное отношение к Флоре, вернувшись к аристократическому этикету «выражать чувства, но соблюдать границы». Даже выражение его лица изменилось, став похожим на покойного старого Патта — сдержанным и отчужденным.
В конце концов, Дикая пещера — это организация Черных волшебников. Если он наивно предположит, что здесь действуют мирские моральные нормы, его конец будет ужасен.
Ангор заметил изменения в себе, и Флора это ясно видела.
Как и в случае с запахом крови и гнили, Флора ничего не сказала, но в ее глазах промелькнуло одобрение.
Ангор все еще был неопытным юношей, и ни она, ни Наставник не станут его няньками. Ангор должен сам стать сильным в этом мире, где человек поедает человека, чтобы обрести свое место.
— А вот и твой шатер. Как тебе? — сказала Флора, указывая на круглый шатер с белым верхом и красным флагом.
Ангор, взглянув на него, остолбенел.
Шатер был самым обычным.
Но он находился всего в сотне метров от роскошного шатра Наставника. Если идти по прямой, нужно было лишь перевалить через небольшой холмик, чтобы добраться до него.
Однако Флора вела его, наматывая круги, на протяжении целого километра.
Ангор посмотрел на Флору, внезапно что-то понял, хотя многое оставалось смутным.
Он улыбнулся. — Отлично, спасибо.
— Рада, что тебе нравится. Заходи, а я приду вечером.
Глядя, как Флора собирается уходить, Ангор поспешно спросил:
— Можете сказать мне, почему Наставник принял меня?
Флора остановилась.
Она обернулась и ослепительно улыбнулась, а ее глаза изогнулись полумесяцами.
— О, об этом я сама очень хочу знать. Почему бы тебе не спросить его лично сегодня вечером?
Круглый белый шатер.
Обстановка была простой: кровать с балдахином, прикроватная тумбочка, белые тканевые занавески, а также ажурные стулья и стол цвета темного соуса. Кроме того, были часы и подсвечник. Обстановка была похожа на ту, что была на «Пурпурном Шипе», но на ступень выше по изысканности.
Ангор сел на стул и поставил свою сумку на стол.
В небольшом кожаном рюкзаке лежало все его имущество: одежда, туалетные принадлежности и пара замшевых охотничьих сапог. Кроме того, там была маленькая деревянная шкатулка с Эфемерой Осколков, полученной от Госпожи Грейи, и несколько бамбуковых трубок с высушенной Утренней росой после дождя.
Для Ангора содержимое рюкзака было неважным, и он не пожалел бы, если бы потерял его. По-настоящему ценные вещи он носил с собой: например, Голографический планшет и Глаз Внешнего Неба.
Разобрав сменную одежду, Ангор обнаружил, что ему нечем заняться.
Он хотел было открыть Голографический планшет и продолжить чтение романа, но, вспомнив, что находится на чужой территории, а отношение Наставника неоднозначно, и приняв во внимание слова Флоры о «глазах и ушах колдунов», Ангор не осмелился включать планшет, опасаясь слежки.
Если бы планшет обнаружили, это было бы полбеды, поскольку все его содержимое написано иероглифами, и никто бы не понял. Но он боялся, что если начнут копать глубже, то выяснят, что его Наставник — «нелегал», и тогда возникнут большие проблемы. Поэтому Ангор решил некоторое время воздерживаться от использования планшета, по крайней мере, пока он находится на Облачном Ките.
Без планшета, чтобы скоротать время, и отдав все купленные книги Аллену, Ангору оставалось только сидеть и пялиться в пустоту.
http://tl.rulate.ru/book/27632/825522
Готово:
