"Я говорю тебе, ты мечтаешь! Злое семя, выпавшее из твоего живота, отправлено на тест на отцовство! Я хочу посмотреть, какими средствами ты обладаешь!"
Слова Цинь Цитуна просто упали вниз, а затем он услышал громкий шлепок.
"Па ~!"
Эта громкая пощечина потрясла всех людей в палате.
"Папа..."
Цинь Цитун прикрыла побитую левую щеку и уставилась на стоящего перед ней мужчину.
Эту пощечину получил не кто-то другой, а отец Цинь Цитун.
"Папа, ты снова меня ударил...", - это явно были высохшие слезы. Было ясно, что Цинь Цитун плачет не из-за таких вещей.
В это время из ее глаз снова покатились слезы.
Она не могла поверить, глядя на своего отца. Она не понимала, почему правда вырвалась из ее уст.
Есть доказательства, но почему отец не верит ей.
"Я ударила тебя, потому что ты зашел слишком далеко! Ты, ты! Посмотри, что ты сказала! Что ты сделала!" Отец Цинь посмотрел на свою дочь и в оцепенении посмотрел на него. Он выглядел молчаливым и плачущим. Он не поворачивал головы.
"Я зашел слишком далеко? Я зашел слишком далеко или ты зашел слишком далеко!" Цинь Цитун закричал, его лицо было полно негодования: "Ты даже не веришь собственной дочери! Я сказал! У меня есть доказательства! Почему ты мне не веришь!"
"Муж, забудь, забудь, Тонгтонг, у нее глубокое предубеждение против меня. Я нехорошая..."
Гэ Цин тоже встала с больничной койки и подошла к отцу Циня.
"Быстро ложись. Не двигайся, ты только что закончил операцию".
Отец Цинь увидел, что Гэ Цин идет к нему с трудом, и захотел его утешить. Он поспешно протянул руку, подошел к Гэ Цину и сел обратно на больничную койку.
"Муж, в этом деле тысячи ошибок. Я беременна твоим ребенком. Думаю, мне лучше сделать операцию по стерилизации, чтобы избежать...".
Слушая лицемерные слова Гэ Цин, Цинь Цитун усмехнулся: "Притворяйся! Притворяйся! Ты продолжаешь притворяться! Что еще ты можешь сказать, когда я вижу перед тобой доказательства?"
"О, ты так хорошо умеешь притворяться.
Предполагается, что к тому времени я уже смогу что-то сделать".
Пейдж увидела холодную и отчаянную улыбку Цинь Цитун, и в душе почувствовала себя очень расстроенной.
Она знает, что с сегодняшнего дня простой и доброй девушке, возможно, придется измениться.
Хотя говорят, что после этого события простая и добрая девочка поумнеет, она не хочет видеть этот рост.
Если бы она могла, она бы предпочла, чтобы эта девочка навсегда осталась такой простой и доброй.
"Тонг Тонг! Хватит болтать!"
Цинь Сюйцзинь, возможно, тоже не мог видеть, как его сестра становится такой, и нахмурился, чтобы остановить его.
Однако Цинь Сюйцзинь только открыл рот, как его прервал Цинь Цитун, прежде чем он успел что-то сказать.
"Мой дорогой брат, кстати, и ты". Цинь Цитун снова перевела взгляд на Цинь Сюйцзиня.
Она усмехнулась и холодно сказала: "Ты тоже веришь в постороннего человека, а не в собственную сестру?
Неужели вы такие глупые! "
Цинь Сюйцзинь впервые слышал, чтобы сестра так с ним разговаривала. Он не мог никак отреагировать. Он просто смотрел на Цинь Цитуна в оцепенении.
"Ты постоянно говоришь, что любишь меня и что ты мой самый близкий человек, но... Человек, который причинил мне глубокую боль, тоже ты".
Цинь Тун постепенно вытирала слезы на лице.
"Цитун, прекрати, прекрати". Пэй Гэ подошла к Цинь Цитун, осторожно положила кольцо на плечо Цинь Цитун и мягко сказала.
"Сестра Пэйгэ, дай мне закончить. После этого я ничего не скажу".
Только после меня больше не будет этих двух семей.
Глаза Цинь Цитун наполнились слезами. Посмотрев на Пейджа, она продолжила говорить.
"Веришь ты или нет, но я Цинь Цитун никогда не толкала Ли Юмэн и Гэ Цин, и не хотела навредить еще не родившимся диким особям".
Подняв голову, Цинь Цитун холодно посмотрела на отца Цинь и Цинь Сюйцзинь.
"Улики расследует мой двоюродный брат. Верите ли вы доказательствам или нет, я больше не буду высказывать свое мнение, потому что..."
Лицо Цинь Цитуна вспыхнуло холодной улыбкой, и он твердо сказал: "С сегодняшнего дня я, Цинь Цитун, официально покидаю вашу семью Цинь!".
Слова Цинь Цитуна потрясли отца Цинь и Цинь Сюйцзиня.
Они не ожидали, что Цинь Цитун скажет такие слова.
"Не волнуйтесь, в будущем я не буду появляться перед вами, чтобы мешать вам смотреть. Я не попрошу у вас ни копейки!"
С этими словами Цинь Цитун повернулся и пошел к двери палаты.
"Тун Тун!"
"Тун Тун!"
Отец Цинь и Цинь Сюйцзинь, возможно, испугались слов Цинь Цитуна. Очевидно, они все еще злятся на Цинь Цитуна, но все они нервно преследуют Цинь Цитуна.
Однако им пришлось их догонять, но Цинь Цитун, который направился к двери палаты, стоял ошеломленный на пороге, открыв дверь палаты.
"Почему ты здесь?!"
удивленно воскликнул Цинь Цитун.
Услышав удивленный голос Цинь Цитуна, несколько человек в палате слегка растерялись, думая о том, кто пришел.
"Цинь Тун, прости, что я неправильно тебя понял".
В палате раздался жесткий и тусклый голос.
Пэй Гэ быстро понял, что это голос Би Чжэна.
От такого простого предложения Цинь Цитун, который притворялся очень сильным, в одно мгновение рухнул.
"Вот это да!" Цинь Цитун протянула руку и обняла Би Чжэна.
Она была похожа на тонущего умирающего, который нашел в воде корягу, крепко обнял Би Чжэна и заплакал, как ребенок.
"Мертвый Би Чжэн! Уродливый Би Чжэн! Как ты сюда попал! Знаешь ли ты, как мне тяжело!"
Слушая детские слова Цинь Цитуна, словно ребенок, Пэйгун весело покачал головой, и на сердце у него сразу стало легче.
К счастью, к счастью, Би Чжэн, ключевая фигура, пришел.
К счастью, Би Чжэн наконец-то увидел правду и пришел извиниться перед Цинь Цитуном. Иначе Цинь Цитун не знает, как ей будет больно.
http://tl.rulate.ru/book/26918/2145690
Готово:
