Глава 99. Все четыре кандидата, которых император даровал, вошли во дворец. Лишь после того, как они стали Иньян, люди из резиденции Ванга узнали шокирующую правду – Ван Е был понижен в должности. Теперь он больше не был Цинь Вангом, и пособия для его резиденции, а также количество слуг должны были сократить. Соответственно, размер резиденции тоже уменьшился, и от некоторых людей решили избавиться. Вдобавок к этому, слуги, уже обеспокоенные своим будущим, услышали еще одну ужасную новость. Ван Е был отстранен от двора, и его жалование должно было быть сокращено до минимума на пять лет. Более того, он должен был публично признать свои преступления в письменной форме. Слуги, которые неохотно покидали дворец, больше не сопротивлялись. Они ждали уведомления, чтобы найти нового хозяина. Что касается тайцзянев и дворцовых служанок, которые ушли из департамента по семейным делам, они сразу же захотели вернуться туда. Они скорее найдут другого господина, чем будут служить тому, у кого нет будущего. По крайней мере, сейчас им казалось, что других вариантов нет.
Цинь Бай Лу не ожидала, что все обернется именно так. Она послушала Ру Хуа и, заикаясь, произнесла:
– Разве он не хотел развестись со мной? Теперь, когда он в таком положении, как он вообще собирается это сделать?
Ру Хуа вздохнула от бессилия. Не говоря уже о гордости Ван Е, даже обычный человек, услышав слова Ванг Фэй, разозлился бы. Когда Ванг Фэй только вошла в резиденцию, она опрометчиво разобралась с наложницами. Стоило Вангу лишь слово сказать, как между ними началась вражда, и резиденция превратилась в посмешище. Теперь Ван Е и Ванг Фэй не могли найти общий язык, а Ван Е потерял власть. Ванг Фэй следовало бы подумать о том, как утешить своего супруга и позаботиться о людях в резиденции. Но вместо этого она радовалась его несчастью. Продолжая в том же духе, остались бы какие-нибудь чувства?
Видя, что Ру Хуа хочет что-то сказать, но сдерживает себя, Цинь Бай Лу холодно произнесла:
– Раз Ван Е не хотел, чтобы я управляла чем-либо в резиденции, то что бы ни случилось, я не буду вмешиваться. Если кто-то попросит о встрече, просто скажи, что я больна.
– Как скажете, Ванг Фэй, – поклонилась Ру Хуа.
Прослужив Ванг Фэй почти десять лет, Ру Хуа хорошо изучила характер своей госпожи. Она понимала, что разговор окончен. Служанка молча встала в сторону.
Однако Цинь Бай Лу не могла долго сохранять спокойствие. Ее семья передала весть о том, что ее двоюродный брат был унижен императором перед всеми дворянами. Ранее она «заболела», чтобы избежать посещения банкета Цюй Цин Цзюй, и даже не предполагала, что такое может произойти. Узнав причину этого, Цинь Бай Лу становилась все злее. Неудивительно, что Ван Е так отзывался о дочерях ее семьи. Значит, все было из-за этого. Также неудивительно, что ее родная семья не отправила ей свои документы. Они хотели подняться выше, а она была всего лишь неудачницей Ванг Фэй. Какая от нее польза?
Когда она осознала все это, в ее сердце поселился холод. И семья, и муж – все они были одинаковы. В ее жизни не осталось никакой надежды. Думая о беременной Цюй Цин Цзюй, она опустила голову и коснулась своего плоского живота. Она не понимала, почему все хорошее в мире доставалось только Цюй Цин Цзюй. Хорошая мать, прекрасный муж, достойная родословная, а теперь у нее скоро будет ребенок. Кто сказал, что у небес есть глаза? Одни живут хорошо, а другие – нет.
– Ру Хуа, передай мой приказ. Цюй Ши серьезно больна. Чтобы она не заразила других, ей придется покинуть резиденцию. Сегодня же она переедет в Сяо Пин Чжай на западе, чтобы подлечиться, – холодно произнесла Цинь Бай Лу.
Она не верила, что всем женщинам семьи Цюй повезет. Ру Хуа, услышав зловещий приказ, слегка задрожала.
– Служанка передаст приказ немедленно.
Выйдя из резиденции, Ру Хуа посмотрела на большое здание и почувствовала, как по телу пробежали мурашки.
Тем временем больная Цюй Юэ Су лежала на кровати, наблюдая, как слуги грубо упаковывают ее вещи и складывают их посреди комнаты. Она ненавидела Цинь Бай Лу за жестокость и себя за то, что не могла ничего сделать с этими отвратительными слугами. Когда вещи были собраны, одна из служанок подошла и стащила с нее одеяло, равнодушно объявив:
– Цюй Фэй, вам нужно встать. Ванг Фэй приказала вам переехать в Сяо Пин Чжай до полуночи. Придется нарушить ваш покой.
Она легонько вытащила из постели Цюй Юэ Су, которая была лишь в нижнем белье. Цюй Юэ Су была тяжело больна и не могла терпеть такое обращение. Ее тело замерзало, она дрожала от холода и непрерывно кашляла. Закрыв рот, она с ненавистью посмотрела на служанку, желая разорвать ее на части.
– Цюй Фэй, не смотрите на меня так. Я не виновата, – служанка махнула рукой другой служанке позади нее. – Что ты стоишь? Помоги мне.
Когда Яо Сяо несла миску горячего лекарства, она случайно увидела, как две служанки вытащили Цюй Юэ Су из комнаты. Та была одета лишь в ночнушку, ее волосы беспорядочно развивались за спиной, создавая жалкий вид.
– Что вы делаете с Цюй Фэй?! – крикнула Яо Сяо, поставив чашу на землю и бросившись вперед, чтобы остановить их.
– Яо Сяо, это приказ Ванг Фэй. Не вмешивайтесь, – усмехнулась старшая служанка. – Если вы продолжите суетиться, я могу предположить, что вы злитесь на Ванг Фэй и сознательно выступаете против ее приказа.
Яо Сяо сдержалась. Она запаниковала и рассердилась, но холодно спросила:
– Что ты имеешь в виду? По-твоему, Ванг Фэй приказала вам забыть о том, чтобы одеть Цюй Юэ Су?
Старшая служанка скривила рот и ответила:
– Яо Сяо, вам следует меньше говорить. Я уже немолода и почти ничего не слышу.
Она махнула рукой, и слуги утащили Цюй Юэ Су. Яо Сяо могла лишь смириться.
Имя резиденции, в которую их отправили, звучало неплохо, но условия были ужасны. Яо Сяо встала на колени у кровати, ее глаза были красны от слез. Она смотрела на свою хозяйку, лицо которой неестественно покраснело, и прошептала:
– Госпожа, я попрошу Ван Е прийти. Он спасет вас.
– Нет необходимости, Ван Е все равно не придет, – слабо ответила Цюй Юэ Су, глядя на рыдающую Яо Сяо. – Не плачь. Все мы когда-нибудь отправляемся в такое путешествие.
Она была больна изначально, и после такого испытания вряд ли выживет.
– Жузи, не говори так, ты поправишься, – Яо Сяо подошла ближе и взяла руку Цюй Юэ Су. – Нуби приготовит для тебя лекарство, ты обязательно выздоровеешь.
Цюй Юэ Су лишь слабо покачала головой. Ее взгляд был пустым, словно она видела перед собой те самые яркие фонарики на берегу реки в день фестиваля, шумную толпу и Цюй Цин Цзюй, держащую за руку императора. Она прошептала:
– Это изначально было моим... Это мое... Цюй... Цин Цзюй, почему...
Ее голос постепенно затих, и в комнате воцарилась тишина. Яо Сяо взглянула на бледное, неподвижное тело на кровати и громко закричала.
В этот момент в комнату вошла Ру Хуа. Она увидела, что Ван Фэй сидит у окна, читая книгу. Подойдя ближе, она тихо сообщила:
– Яо Сяо хочет увидеться с Ван Е.
Цинь Бай Лу перевернула страницу, даже не подняв головы:
– Пусть обратится к Хи Фу Эру. Я больше не принимаю решений.
Ру Хуа поняла, что Ван Фэй не желает разговаривать, и, поклонившись, вышла. У двери ее ждала Яо Сяо, одетая в простую одежду, с красными от слез глазами. Ру Хуа на мгновение замешкалась, не зная, как сообщить ей новость.
– Ван Фэй сказала, что она больше не занимается домашними делами. Если хочешь увидеть Ван Е, тебе нужно обратиться к главному управляющему Хи, – Ру Хуа оглянулась по сторонам и быстро сунула Яо Сяо мешочек с серебром.
Яо Сяо медленно встала. Держа мешочек в руке, она направилась к главному зданию. Она служила Ван Е столько лет. Разве он не позволит ей похоронить человека?
В главном зале Хи Юань был окружен красивыми женщинами. Одна из них подавала ему вино, а другая, когда он напился, играла на цитре, чтобы поднять ему настроение. Он пил, пока окончательно не потерял самообладание.
– Ван Е, Цюй Ци Фэй скончалась, – доложил Хи Фу Эр. – Яо Сяо просит аудиенции. Она служила Ци Фэй.
– Кто такая Цюй Ци Фэй? – Хи Юань поцеловал женщину, сидящую у него на коленях. Когда она засмеялась, он нахмурился. – Уходи, зачем говорить об этом Бен Вангу?
– Ван Е, Цюй Ци Фэй – сводная сестра императрицы, – Хи Фу Эр видел, что Ван Е был пьян, но продолжал. – Многие люди наблюдают за этим.
– Сестра императрицы? – Хи Юань оттолкнул женщину с колен и, потирая лоб, попытался собраться с мыслями. Он долго сидел в тишине, а затем произнес: – Если это так, то убедитесь, что слуги уделят достаточно внимания и похоронят ее по протоколу.
Обычно протоколом не пренебрегали, но в данном случае это было непросто. Хи Юань задумался, кого назначить для выполнения этой задачи.
– Ей повезло, что Ван Е позаботится о ней. Я найду кого-нибудь, кто займется этим, – сказал он.
Хи Юань усмехнулся:
– Если бы она не была сестрой императрицы, Бен Ванг не стал бы тратить на это время.
Хи Фу Эр слегка изменился в лице:
– То, что у Ци Фэй была сестра-императрица, было ее удачей.
– Хорошо, – зевнул Хи Юань. – А по-твоему, это не несчастье для императрицы иметь такую сестру?
Он сухо рассмеялся, зная, что Ван Е слишком пьян, чтобы ответить.
– Уходи, – Хи Юань снова обнял женщину. – Не беспокой Бен Ванга.
В Руи Ван Фу было много женщин, и смерть одной из них не считалась серьезным событием. Однако Ци Ши была сестрой императрицы, и это требовало особого внимания. Новость сначала передали в Департамент по делам семьи, а затем доложили императрице.
Цюй Цин Цзюй была удивлена, когда младший руководитель Департамента по делам семьи попросил аудиенции. В данный момент она не занималась дворцовыми делами, так зачем ему было обращаться к ней?
Когда она прочитала сообщение о смерти, в ее душе возникло противоречие. Она держала письмо в руках, не зная, что сказать. По ее мнению, Цюй Юэ Су была талантливой и красивой женщиной. Она могла бы выйти замуж за достойного юношу, но вместо этого выбрала путь, который разрушил ее жизнь. Если бы она не стала наложницей Руи Ван Фу, а вышла замуж за сына благородной семьи, все могло бы сложиться иначе.
– Императрица, – младший начальник отдела по делам семьи заметил, что выражение лица Цюй Цин Цзюй изменилось, и его сердце заколотилось. Он не знал, о чем она думала.
– Ты извиняешься, – Цюй Цин Цзюй положила письмо на стол и махнула рукой. – Хуан Ян, возьми с собой несколько человек в Руи Ван Фу, зажги благовония для Цюй Ци Фэй и не забудь про деньги и свечи.
Для одной быть наложницей было печально, но как жена, скольких женщин она осчастливила? В эту эпоху всем женщинам, так или иначе, приходилось идти на жертвы.
http://tl.rulate.ru/book/2684/367382
Готово:
