На самом деле, когда Перельман спросил Лу Чжоу, почему тот не примет участия в проекте, Лу Чжоу назвал ему лишь одну из причин.
Помимо недостатка времени, была и другая причина: он хотел предоставить эту возможность другим людям.
Фактически, когда Чэнь Ян был в процессе изложения своих мыслей, у Лу Чжоу в голове уже был готовый план решения. К тому моменту, как Чэнь Ян закончил записывать свои идеи на маркерной доске, у Лу Чжоу уже сформировалось базовое понимание того, как можно решить эту проблему.
Он не пытался хвастаться, но с тех пор, как он поднялся до 10-го уровня в математике, его математическая интуиция достигла нечеловеческого уровня.
Одним из самых значительных изменений, произошедших после повышения до 10-го уровня, стало то, что сколь бы абстрактными или сложными ни были математические концепции, они становились для него кристально ясными. Большинство проблем, находящихся на уровне научных исследований, были для него теперь сущими пустяками.
Однако усилий одного человека недостаточно, чтобы двигать вперед всю математическую науку.
Решение проблем — не конечная цель математики; постоянно открываются новые методы и теоремы. Эти теоремы улавливают саму суть вселенной.
Если бы он один решал все проблемы, многие люди начали бы ему поклоняться. И это, возможно, не пошло бы на пользу цивилизации.
Всему должно быть свойственно поступательное развитие, а экспоненциальный рост за короткий промежуток времени может породить разрывы между поколениями исследователей, что способно привести математическую науку в тупик.
Именно поэтому Лу Чжоу посвятил 5 страниц из 40-страничной диссертации изложению ряда общих выводов, которые он считал верными, но намеренно опустил все детализированные доказательства.
Он хотел дать другим людям шанс самостоятельно разобраться с проблемами.
Он хотел, чтобы другие люди потеряли сон из-за этих проблем.
Лу Чжоу вдруг подумал, что, возможно, когда Ферма записывал свою Великую теорему, у него и вправду было гениальное доказательство.
А почему он не записал его, и оно было найдено Уайлсом лишь три с половиной столетия спустя…
Возможно, Ферма чувствовал то же самое.
Какими бы ни были истинные причины, Лу Чжоу знал точно: дело было не в нехватке бумаги.
…
С наступлением декабря погода в Цзиньлине становилась все холоднее и холоднее.
Лу Чжоу сидел за своим столом, потягивая горячий кофе, который приготовил его ассистент. Он просматривал последние новости из мира физики, и в нем зародилось чувство легкой ностальгии.
За последние несколько лет статус китайского сообщества математиков и физиков в международной академической среде кардинально изменился.
Он чувствовал, что по меньшей мере половина заслуги в этом принадлежит ему.
Внезапно дверь открылась, прерывая его размышления.
Он услышал знакомый голос.
— Обалдеть! Братец Лу.
Лу Чжоу поднял взгляд и увидел Ло Вэньсюаня, который приближался к нему с улыбкой во все лицо.
— Я слышал, ты недавно снова совершил крупный прорыв?
Лу Чжоу улыбнулся и сказал:
— Да так, ничего особенного.
— Не скромничай. Когда я возвращался из Шанхая, я слышал, как несколько физиков обсуждали, как распространить твою теорию на физику элементарных частиц. Особенно на теорию струн. Читая некоторые статьи, я видел множество мнений о том, что Теория Великого Объединения может предоставить новое математическое обоснование для теории струн. Похоже, кто-то в Стэнфордском университете уже исследует эту область, и я сам немного изучил этот вопрос… Эх, какая досада.
Лу Чжоу:
— Что досада?
— Если бы я не был занят работой в МЦКПТ, я бы сам занялся этим исследовательским проектом, — с грустным видом произнес Ло Вэньсюань. Он смотрел на Лу Чжоу с упреком.
Лу Чжоу почувствовал, как у него зашевелились волосы.
Хорошо, что он в этот момент не пил кофе; иначе он бы наверняка расплескал его по всему столу.
Но, если честно, жалобы Ло Вэньсюаня были не безосновательны.
С тех пор как штаб-квартира МЦКПТ открылась в Шанхае, Лу Чжоу назначил его Генеральным секретарем организации, и того буквально приковало к Шанхаю.
Хотя в кабинете стало тише без него, Лу Чжоу подумал и понял, что ему этого парня очень не хватает.
Лу Чжоу какое-то время смотрел на свою клавиатуру, а затем неожиданно заговорил:
— Я планирую открыть физический исследовательский институт в Африке.
Ло Вэньсюань остановился как вкопанный.
—… В Африке?
Лу Чжоу:
— Ага.
Ло Вэньсюань нахмурился и спросил:
— А там есть физическое сообщество?
— Нет… — Лу Чжоу вздохнул и сказал. — Но именно потому, что его там нет, мы, как научные работники, должны внести свой вклад в общество.
Он сделал паузу, посмотрел на Ло Вэньсюаня и произнес:
— Чтобы физика распространилась по всему миру, мы должны посеять её семя в странах третьего мира. Я планирую назначить тебя деканом нового физического исследовательского института.
Улыбка мгновенно сошла с лица Ло Вэньсюаня.
— Не надо, брат, если я тебе не угодил, так и скажи. Я не хочу ехать в Африку.
Хань Мэнци сидела неподалеку. Она пыталась сдержать смех, и её плечи начали подрагивать от сдерживаемого хихиканья. Хэ Чанвэню удалось сдержать смех, но он случайно уронил ручку на пол.
Лу Чжоу посмотрел на озабоченное лицо Ло Вэньсюаня и улыбнулся. Он кашлянул и сказал:
— Я просто пошутил, чтобы разрядить обстановку… Кстати, зачем ты приехал из Шанхая?
— Скоро начнется конференция по Лунному адронному коллайдеру, я здесь, чтобы доложить тебе! А ты сейчас говоришь, что хочешь отправить меня в Африку, у меня просто сердце разрывается!
Лу Чжоу усмехнулся в ответ.
Что ж, это была всего лишь шутка.
Видя, что Лу Чжоу не говорит какое-то время, Ло Вэньсюань тихим голосом спросил:
— Значит, институт физики в Африке — это неправда?
Лу Чжоу с насмешкой посмотрел на него и сказал:
— Как ты думаешь?
Ло Вэньсюань кашлянул и сказал:
— Я просто приму за данность, что ты пошутил.
— Я и шучу.
"Уж лучше бы я назначил тебя директором африканского зоопарка".
Лу Чжоу покачал головой, глядя на то, какой доверчивый Ло Вэньсюань.
Хотя парень временами бывает весьма наивным, он хороший исследователь в области физики.
Лу Чжоу был вполне доволен его работой.
Строительство Лунного адронного коллайдера в основном курируется Лунным орбитальным комитетом, и до тех пор, пока МЦКПТ исправно выполняет свою работу, проблем возникнуть не должно.
Ло Вэньсюань не доставлял ему хлопот и тихо и спокойно выполнял свою работу и задания. Лу Чжоу был им вполне доволен.
— Я вернулся в Цзиньлин, чтобы уладить кое-какие дела в университете, а также отчитаться тебе о ситуации. Есть несколько документов, которые тебе нужно просмотреть и подписать, — сказал Ло Вэньсюань, кладя на стол папку с документами. Он огляделся и спросил. — А где ассистентка Кун?
— В отпуске.
— В отпуске? — лицо Ло Вэньсюаня омрачилось разочарованием. — Ну ладно, не повезло.
Лу Чжоу посмотрел на его разочарованное выражение лица и покачал головой.
"Этот парень все еще не оставил надежд…"
"Может, он и вправду ее любит".
Лу Чжоу чуть было не возникло желание свести их для свидания.
Конечно, он не стал бы этого делать на самом деле.
А что, если они потом расстанутся?
Виноватым-то окажется он.
"Оставлю все как есть, пусть разбираются сами".
http://tl.rulate.ru/book/26441/8611027
Готово:
