Готовый перевод Scholar's Advanced Technological System / Передовая Технологическая Система Ученого: Глава 1120. Наследство

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Последние несколько дней все отели вблизи Цзиньлинского университета были полностью забронированы.

Причиной тому были не День Святого Валентина или Рождество, а масштабный наплыв зарубежных учёных.

На протяжении трёх последних дней Лу Чжоу практически не покидал здание спорткомплекса, если не считать времени на еду и сон. Он проводил время в помещении, временно переоборудованном под лекционный зал, где отвечал на вопросы учёных, касающиеся Теории Великого Объединения.

А также на некоторые вопросы, связанные со стандартными гипотезами Гротендика.

Честно говоря, Делинь даже не знал, чему именно ему следует удивляться.

Хотя с той самой минуты, как он увидел статью Лу Чжоу по Теории Великого Объединения, у него было предчувствие, что её можно использовать для доказательства стандартных гипотез Гротендика, он не ожидал, что этот день наступит так скоро.

Он был к этому совершенно не готов.

Лу Чжоу потребовалось два часа, чтобы на сцене разрешить эту давнюю проблему.

Кампус Цзиньлинского университета.

После того как двое пожилых мужчин поужинали в столовой, они прогуливались по аллее, засаженной деревьями.

Профессор Сарнак посмотрел на недалеко расположенный спорткомплекс и произнёс:

— Проблеме всего полвека… Не маловато ли это?

Делинь покачал головой и ответил:

— Нет… Этот человек — исключение. Любую проблему, которую он решает, следует рассматривать особняком.

В конце концов, стандартные гипотезы Гротендика направляли развитие алгебраической геометрии на протяжении полувека. И даже если скорость развития была несколько слишком "высокой", это не умаляет её вклада в область алгебраической геометрии.

Профессор Сарнак с улыбкой сказал:

— Резонно.

Оба замолчали, каждый по своим соображениям. Делинь размышлял о будущем школы Бурбаки, в то время как Сарнак думал о будущем Принстона.

Хотя они и не хотели этого признавать, центр тяжести в математике сместился. С момента выхода журнала Future эта тенденция становилась всё более и более очевидной.

Прогуливаясь по дорожке, профессор Сарнак внезапно произнёс:

— Я готов поклясться, что через десять лет это место станет мировым центром математики.

Делинь взглянул на него и сказал:

— Разве для этого потребуется целых десять лет?

Профессор Сарнак с лёгким смущением прокашлялся и произнёс:

— Должно быть! Взращивание учёного — это долгий процесс, а взращивание многих учёных — процесс, занимающий целое поколение. Десять лет — это оптимистичная оценка; возможно, потребуется двадцать лет или даже больше.

Профессор Делинь улыбнулся и не стал отвечать.

Он признавал, что, в теории, Сарнак был прав.

Однако была одна вещь, которую Сарнак упустил из виду.

А именно, что Лу Чжоу было всего тридцать лет.

Строго говоря, золотой период академической карьеры учёного длится от 30 до 50 лет. Десять-двадцать лет — это оптимистичная оценка, но она не принимает во внимание все факторы.

Как место зарождения Теории Великого Объединения, пока Лу Чжоу остаётся в области алгебраической геометрии, учёные из Цзиньлина будут находиться на переднем крае математического сообщества.

И Сарнак, и Делинь были в этом единодушны.

Подумав некоторое время, профессор Сарнак внезапно произнёс:

— Мы можем обсудить с ними вопрос об академическом обмене студентами.

Профессор Делинь приподнял бровь и сказал:

— Типа программы по подготовке?

— Ага… — профессор Сарнак посмотрел на прогуливающихся неподалёку студентов-бакалавров и не смог сдержать завистливого взгляда. — Несправедливо, что профессор Лу принадлежит только им одним.

Подумав, профессор Делинь кивнул.

— Тогда я поговорю с ректором.

Тем временем, в кабинете декана факультета математики.

Децин Цинь сидел за своим столом. Увидев входящего Лао Тана, он поднялся, протянул руку и улыбнулся:

— Лао Тан, какими судьбами? Проходи, садись.

— Без церемоний! — Тан Чживэй отстранил его руку с улыбкой, уселся на диван и сказал. — Посмотри на себя! Отлично выглядишь, что, в лотерею выиграл?

— Какая лотерея, я чертовски занят, — декан Цинь сел на диван и сказал. — С чего это ты? По-твоему, я похудел?

— О, нет, ни капли.

Лао Тан вышел на пенсию с тех пор, как Лу Чжоу начал преподавать в Цзиньлинском университете. Он проводил дни, занимаясь тайцзи в парке, играя в шахматы со старыми приятелями и рыбача на озере. Он жил прекрасной жизнью.

Что касается математики, то, кроме как периодически следя за последними достижениями, он почти её не касался.

В конце концов, то, что он до сих пор в ясном уме, — уже чудо, и во многом это заслуга его математической карьеры.

Однако, даже несмотря на то, что до выхода на пенсию Лао Тан был обычным профессором, декан Цинь испытывал к нему огромное уважение.

Не только потому, что они были хорошими друзьями, но и потому, что Лао Тан был научным руководителем академика Лу. Декан Цинь слышал, что академик Лу каждый год привозит подарки старому профессору.

Даже министр образования вынужден был бы уважать Лао Тана, не то что такой декан, как он.

Декан Цинь начал беседовать с Лао Таном о житейских мелочах.

Декан Цинь начал задаваться вопросом, с чем пришёл Лао Тан. Тот допил свою чашку чая и снова наполнил её. Внезапно он заговорил:

— Лао Цинь, в Цзиньлинском университете в последнее время довольно оживлённо.

Декан Цинь улыбнулся и сказал:

— Ещё бы, иначе я не был бы так занят.

Лао Тан улыбнулся и сказал:

— Ах да? Тогда я должен поблагодарить тебя за то, что ты уделил время из своего напряжённого дня, чтобы поговорить со стариком вроде меня.

Декан Цинь:

— Без проблем. Если ты старик, то тогда и я старик?

Лао Тан:

— Конечно, старение — это единственная вещь в жизни, которой нам не избежать.

Декан Цинь улыбнулся и ничего не сказал.

Он почувствовал, что Лао Тан хочет что-то сказать, и сохранил молчание.

После того как Лао Тан сделал глоток чая, он с чувством произнёс:

— Я скачал статью о Теории Великого Объединения в алгебраической геометрии и прочитал её. Должен сказать, что после пяти лет вдалеке от этой области я чувствую себя чужим в математике.

Декан Цинь:

— Ну, знаешь, как говорят, никогда не прекращай учиться, потому что жизнь никогда не перестаёт учить.

—Да, — Лао Тан вздохнул и сказал. — Мы все однажды стареем, возможно… наше время прошло.

Декан Цинь нахмурился. Он был озадачен.

— Лао Тан, что ты пытаешься сказать, выкладывай прямо…

Профессор Тан поставил чайную чашку и торжественно произнёс:

— Я хочу попросить тебя об одолжении.

Услышав это, декан Цинь на секунду замер.

Он впервые слышал, чтобы Лао Тан просил об одолжении таким серьёзным тоном.

— Да, о чём?

— Ты слышал о "Принципах Математики"?

Декан Цинь:

— … Конечно, все слышали.

Как один из самых известных трудов группы Бурбаки, "Принципы Математики" были совместно написаны многими учёными, такими как Вейль, Картан и Дьёдонне. В общей сложности 40 томов были опубликованы в 1930-х годах, и новые материалы добавляются по сей день.

Даже если математик не работал в области алгебраической геометрии, он слышал об этой знаменитой книге, уступающей только "Началам" Евклида.

— Верно, конечно, — профессор Тан сказал. — Недавно мне было скучно, и я просматривал историю математики, и обнаружил, что группа Бурбаки и "Принципы Математики" имеют общее происхождение.

Самое раннее использование псевдонима "Бурбаки" было в качестве одного из авторов "Принципов Математики". Бурбаки относился к группе строгих математиков, большинство из которых были французами.

Книга "Принципы Математики" изучалась гёттингенской школой, и её влияние распространилось по всей Европе.

— … Мы можем многому научиться из того факта, что группа Бурбаки неотделима от "Принципов Математики".

— Знание заключается не только в создании, но и в наследовании.

— Сейчас математический мир стоит на перепутье. Всё, что за его пределами, — это мир, который никто никогда не видел. Я предлагаю организовать группу перспективных учёных для совместного написания книги по алгебраической геометрии и Теории Великого Объединения.

Это было похоже на книгу "Принципов Математики", написанную группой Бурбаки.

Услышав предложение профессора Тана, декан Цинь выглядел нерешительным.

За последние несколько дней он думал о многом, в том числе о том, какое влияние этот доклад окажет на факультет математики Цзиньлинского университета, а также о будущем факультета математики. Однако он никогда не думал о чём-то подобном.

Честно говоря, он не представлял, насколько мощным может стать Цзиньлинский университет.

Что касается написания книги о будущем математики…

Было бы здорово, если бы книга получилась хорошо.

Однако, если она будет написана плохо, не станут ли они посмешищем?

— … Не будет ли это несколько слишком радикально?

— Радикально? Какая школа не была радикальной? — Тан Чживэй улыбнулся и сказал. —Декан Цинь, даже я ещё не спятил, а ты становишься всё более и более осторожным. Мы учёные, а не политики. Распространение знаний — наш долг.

Лао Тан посмотрел на неуверенное выражение лица декана Циня и продолжил:

— Цзиньлинский университет теперь отличается от прежнего. Даже Университет Авроры и университет Янь должны уважать нас с точки зрения международного влияния. Но заметил ли ты кое-что? Нам ещё предстоит сформировать подлинную научную школу.

— Это наша слабость, это то, на чём нам следует сосредоточиться. Как же иначе мы будем играть роль в международном академическом сообществе? Неужели ты никогда об этом не задумывался? Но это не твоя вина, у тебя есть другие заботы. Зачастую мы используем старые методы для решения новых проблем. Но сейчас ситуация иная! Это шанс, выпадающий раз в жизни! Если мы упустим его, кто-то другой воспользуется преимуществом, и не мы будем теми, кто передаст знания дальше!

Лао Тан откинулся на спинку дивана, отпил чаю и спокойно ждал ответа декана Циня.

Декан Цинь оставался в молчании долгое время.

И только когда чай остыл, он наконец заговорил.

— Я подумаю над этим.

— Нечего думать. Чем старше становишься, тем более упрямым делаешься. Раньше ты таким не был, — Тан Чживэй хлопнул себя по бедру и сказал. — Я поговорю с академиком Лу.

Он ни разу не просил своего ученика об одолжении.

Однако он делал это ради будущего китайской математики.

Не говоря уже о том, что это могло принести пользу самому Лу Чжою.

Возможно, Лу Чжоу больше не заботился о своём академическом влиянии.

Однако было бы стыдно упустить такую возможность…

http://tl.rulate.ru/book/26441/8428479

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Всего комментариев: 1
#
Вах дочитал на одном дыхании - это было круто
Развернуть
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода