Ким Минук, административный директор гильдии и сверхобразованный элитарий из Лиги плюща, оценивал её административные способности даже выше, чем у О Сину.
Благодаря этому у Сухёка освободилось немало времени.
Пока совет директоров из тридцати человек во главе с Нефелиано занимался руководством и подбором подходящих кадров, компания работала как часы. И хотя со счёта юридического лица Сухёка утекали приличные суммы, его богатство было столь велико, что эти траты не казались такими уж значительными – даже покупка здания ударила по карману сильнее.
«Всё-таки быть президентом приятно: стоит только основать компанию и наладить дела, как можно почивать на лаврах и загребать деньги, покатать в кресле…»
Вспоминая времена, когда он был императором на Континенте Хвань, Сухёк осознавал: за исключением начального периода жуткой перегрузки, он почти никогда не выходил на передовую лично после того, как правильно распределил таланты по местам. Он практически полностью устранился от подсчёта денег, мелкой административной рутины, политики и дипломатии.
Конечно, в политическом плане само существование Сухёка придавало империи такой вес, что его прямое вмешательство требовалось от силы пару раз в год. Но всё же.
«Если подумать, в те времена я с легкостью швырял сотни миллиардов в валюте Континента Хвань…»
Видимо, тогда он не чувствовал ценности этих денег, считая их государственными. Или же дело было в том, что после возвращения в Республику Корея, где жизнь давалась ему с таким трудом, его финансовое чутье стало болезненно острым. Однако теперь, когда ради управления гильдией он начал ворочать крупными суммами, былое спокойствие постепенно возвращалось.
«Траты ощущаются примерно так же, как и тогда. Пожалуй, управлять гильдией даже проще, чем целой империей».
И всё это – благодаря кадрам, присланным О Сину, и самому присутствию Нефелиано.
— Хм… — Сухёк довольно хмыкнул. — А я ведь и впрямь везучий на людей. А, Пелли – он же не совсем человек? Ну, неважно…
В освободившееся время Сухёку оставалось только одно – тратить деньги. Направившись в Йонсан, он отыскал лавку всякой всячины, принадлежащую Нэй. Он опасался, что она может быть закрыта, но, к счастью, двери были распахнуты.
— Снова ты? — Встретила его Нэй. — А я уж думала, наши нити судьбы на время разошлись…
— Да я, честно говоря, не к тебе собирался. Хотел купить в другом месте, но раз уж я твой постоянный клиент, решил заглянуть. У тебя есть бездонная сумка подпространства?
— Ты про сумку-обманку?
— …Кажется, название немного изменилось.
Нэй лучезарно улыбнулась. Подняв ладонь, похожую на кошачью лапку, она игриво пошевелила указательным пальцем.
— Само название «бездонная сумка подпространства» – уже обман. Конечно, бывают и действительно бездонные, но цена на них заоблачная.
— Я так и знал, что начальная цена в тридцать миллиардов – это какой-то подвох. А я-то гадал: неужели для обычной утилитарной сумки так важен бренд или материал?
— О боже, разумеется! — Всплеснула руками она. — Изделие от «Бланд и Деро», созданное совместно мастером по коже из Пантериума и эльфийским алхимиком из Эльвенхейма, при тех же характеристиках будет стоить от восьмидесяти миллиардов вон.
— …Серьёзно?
— Зачем мне врать? К тому же брендовые вещи такие красивые… В них есть какой-то особый шарм. Не хочешь взглянуть? У меня как раз завалялось парочка.
Нэй заговорила, щурясь от яркого света своими вертикальными зрачками.
— Обойдусь. Мне не нужны бренды, важна только практичность. Какой объём у той, что за тридцать миллиардов?
Раз она не «бездонная», значит, лимит всё же есть.
— Ну, за тридцать миллиардов ты получишь базовую модель. Считай, что это примерно как магический багажник обычного внедорожника.
— Всего-то? И после этого вы называете её бездонной?
— Зато её удобно носить с собой. Разве этого мало для такой крохи? Учитывая, что на неё наложено заклинание облегчения веса, цена вполне оправдана.
— А если мне нужно в два раза больше места?
— Около пятидесяти миллиардов.
— Дорого!
— Это тебе не «Бланд и Деро», конечно, но всё же продукция «Вэйнко».
— Я же сказал, мне плевать на бренды.
— Послушай, изделия «Вэйнко» очень хороши. Кожа качественная, наложены защитные чары, а магические круги расширения пространства, облегчения и стабилизации начертаны так плотно, что структура почти никогда не разрушается. Объём в два с половиной раза больше, чем у стандартной сумки за тридцать миллиардов. Знающие люди говорят, что это лучшее соотношение цены и качества.
— Звучит заманчиво, — признал Сухёк.
— Хи-хи, это действительно отличная вещь. Ну как, не желаете приобрести сумку за пятьдесят миллиардов? Дорогой мой лох… ой, то есть клиент?
— Мне показалось, или ты сейчас сказала «лох»?
— Это такое ласковое приветствие для самого любимого клиента моей лавки.
Нэй кокетливо скрестила ноги и сощурилась в улыбке. Сухёк чувствовал подвох, но лучшего торговца, чем Нэй, у него всё равно не было. К тому же ни один товар, купленный у неё или по её совету, его ещё не разочаровывал.
— Всё это здорово, но было бы лучше, если бы у меня не возникало чувства, будто меня нагло обувают.
— Но тогда мне, как продавцу, будет не так весело!
— Эх… Ладно, по рукам.
— Принято. Будете оплачивать картой?
— Да.
— Я бы не прочь накинуть десять процентов НДС, но для нашего постоянного «лохо-клиента» сделаю исключение и вычту его.
— Премного благодарен.
Так Сухёк стал обладателем бездонной сумки подпространства за пятьдесят миллиардов вон.
* * *
После этого Сухёк продолжил тратить деньги. Но на этот раз он покупал не товары из иных измерений.
Обычный универмаг в Республике Корея.
Оказавшись в месте, где продавались исключительно земные вещи, Сухёк на мгновение вздрогнул от непривычного чувства, но тут же быстро зашагал вперед. Его взгляд и шаги замерли у входа в бутики брендов, создающих предметы роскоши из дорогой кожи.
«Всегда считал такие вещи бесполезными, но…»
Стоило ему подумать о Суа и Хан Чжонхи, как настрой в корне изменился. До сих пор Сухёк тратил деньги только на себя. Он оправдывал это тем, что ему нужно вернуть силу и наладить охоту, чтобы поднять семью на ноги, но, по правде говоря, он ещё ни разу не тратился на саму семью.
Конечно, можно было вспомнить, что для Ян Сынбона скоро должны были подогнать машину от государства. Сухёк не возражал против задержки, ведь ему пообещали новый седан отечественного производства высшего класса. А вот для Суа и Хан Чжонхи подарков не было вовсе.
Он купил им новый дом, давал деньги на карманные расходы и ежемесячно выделял суммы, с лихвой покрывавшие все нужды, но сердце Сухёка – брата и сына – требовало иного. Ему захотелось подарить им брендовые сумки, которые носят в каждой мало-мальски обеспеченной семье, а иногда и в тех, где денег в обрез – хоть бы и подделки.
«Сложно понять, как такие вещи могут влиять на уверенность в себе, но…»
На самом деле, даже на Континенте Хвань предметы роскоши часто использовались женщинами на собраниях именно для этих целей. Да и среди мужчин хвастовство дорогими побрякушками было обычным делом.
Сухёк никогда не вписывался в такие компании, но и не питал к подобному поведению особой неприязни. Он считал, что если вещь получена как награда за честный труд, то она вполне может служить источником мотивации. Вот только тех, кто добывал такие блага нечестным путем ради хвастовства, он искренне презирал.
Как бы то ни было, Сухёк заработал свои деньги честно, и теперь их у него было в избытке. Теперь он мог позволить себе купить сумки ценой в несколько миллионов, а то и десятков миллионов вон.
Приняв решение, он без труда совершил покупки в универмаге. Для Суа он выбрал сумку примерно за три миллиона вон, учитывая её юный возраст, а для Хан Чжонхи присмотрел модель почти за десять миллионов.
«Может, они и смутятся от таких подарков, но…»
Он решил просто вручить их, не называя цену.
Завершив шопинг для семьи, он внезапно вспомнил о Нефелиано.
«Хотя он ведь не женщина…»
Тем не менее оставлять без внимания Нефелиано, который так старался ради его компании, было как-то некрасиво.
«Надо будет на днях сходить с ним пообедать и предложить выбрать что-нибудь самому».
Постановив так, Сухёк вышел из универмага. Было приятно шагать по улице с полными руками пакетов, которые из-за объема коробок казались больше, чем были на самом деле. Правда, мысль о том, чтобы бежать в таком виде, вызывала неловкость. Даже если он будет нестись там, где нет людей, поначалу он всё равно будет бросаться в глаза.
«Кстати, не мешало бы и мне обзавестись машиной».
Ему нужен был безопасный автомобиль не для охоты, а для обычной жизни, для спокойных поездок. Когда он один, это не имело значения: гораздо проще было использовать технику легкости и нестись по крышам, чем стоять в пробках забитого Сеула. Но всё менялось, когда нужно было ехать с кем-то, кроме Нефелиано.
Например, если он соберется в путешествие с семьей? В такие моменты ему хотелось самому вести машину и наслаждаться днем вместе с близкими, а не заставлять Ян Сынбона крутить баранку.
— Решено, скоро куплю и повседневную машину.
Стоило один раз решиться и начать тратить, как процесс пошел легко. Когда расходы не бьют по психике, потребление приносит удовольствие. Сухёк поймал себя на мысли, что теперь немного лучше понимает тех, кто покупает предметы роскоши ради удовлетворения.
Размышляя о разном, он добрался на технике легкости до своего района и, выйдя на широкую дорогу, медленно пошел пешком. В этот момент…
— Наконец-то ты пришел, Ян Сухёк.
Мужчина, прислонившийся спиной к стене в переулке, заговорил с ним так, будто они были знакомы. Сухёк недоуменно наклонил голову, глядя на высокого – почти метр девяносто – статного мужчину в черном костюме и массивных солнцезащитных очках, закрывавших половину лица.
— Уличный торговец?
Под очками лицо незнакомца странно перекосилось.
— Если нет, то кто ты?
— Ох, так ты меня не узнал.
Мужчина коротко усмехнулся, кашлянул и приподнял очки. Его суровое лицо и жесткий взгляд впились в Сухёка.
— Всё-таки торговец?
— Да нет же… Ох, ладно. Кто ты? Не помню.
— Я Ким Мансу.
— Ким Мансу… Ким Мансу… А-а-а…
Только когда мужчина вытащил из кармана черные стальные шары и демонстративно защелкал ими, Сухёк что-то вспомнил и хлопнул в ладоши.
— Вспомнил! Ты просто перестал быть тем, за кем мне нужно пристально следить, вот я и забыл. Извини.
Несколько месяцев назад, после семейного ужина, он столкнулся с Хан Арым, которая изводила Суа в туалете. Гнев Сухёка тогда привел к цепочке событий, вызвавших определенные трения. Ким Мансу на тот момент был одним из сильнейших Пробужденных, которых встречал Сухёк. Особенно впечатляла мощь его Черного кольца, от которого сердце в пятки уходило.
Тогда он оставил сильное впечатление, но после сражений с Пробужденными и демонами, которые были на голову выше Кима, тот совершенно вылетел из головы. Проще говоря, Ким Мансу перестал представлять для Сухёка хоть какую-то угрозу.
Возможно, Ким почувствовал эту искренность в его словах.
— Ты бросаешь ранящие слова, даже не задумываясь, — в голосе Ким Мансу просквозила обида.
— Кхм… Признаю. Ян Сухёк, у «Ноунейма» есть на это полное право. Как ты умудрился превратиться в такое чудовище всего за пару месяцев?
Будучи человеком гордым, Ким Мансу не привык к подобному отношению. Но у него не хватало смелости спорить с Сухёком. Даже не имея точных данных, он инстинктивно чувствовал: нынешний Сухёк разительно отличается от того, каким он был несколько месяцев назад.
— Ты пришел только для того, чтобы спросить об этом?
— Да нет. На самом деле всё это неважно. Разве я не говорил тебе тогда? Что я приду к тебе.
— Про это я действительно забыл. Прости.
— …Ничего страшного.
Кратко, но тяжело вздохнув, Ким Мансу протянул ему черную сумку, которую держал в руках.
http://tl.rulate.ru/book/24735/653151
Готово:
