Готовый перевод Leveling up / Поднятие уровня с нуля: Том III. Глава 9

Над ладонью Сухёка вспыхнуло и заколыхалось призрачное синее марево.

Он сделал это намеренно – хотел продемонстрировать свои способности, выставить напоказ обретенную силу. Однако Хан Чжонхи лишь пренебрежительно фыркнула в ответ.

— Чем ты сильнее, тем с более страшными монстрами тебе придется сражаться, — отрезала она. — Сухёк, сынок мой. Твоя мать вовсе не дура.

— Э-э… — протянул он.

— На словах-то ты, может, и осторожничаешь, но в жизни разве бывает как в сказках? Стоит податься на север, как попадешь в мир, кишащий чудовищами… А ведь есть еще и Демоны, которые куда могущественнее людей. Я права? — Продолжала она.

Сухёк осекся, не в силах вымолвить ни слова. Он собирался убедить Хан Чжонхи в своей безопасности, но в голове внезапно стало пусто, словно на чистом листе бумаги. Мать была права. Она не была глупа. И она не была настолько наивной, чтобы слепо радоваться тому, что ее сын стал могущественным Пробужденным. Она мгновенно учуяла риск и ударила прямо в самое уязвимое место.

Сухёку было нечего возразить.

— Поэтому я хочу спросить тебя только об одном, — Хан Чжонхи пристально посмотрела сыну в глаза. — Ты ведь делаешь это не по принуждению? Не из-за денег или из-за нас, непутевых родителей?

— Нет, что вы! — Тут же вырвалось у него.

Протест был яростным и искренним. В конце концов, это был его собственный выбор. Даже если бы он не стал Пробужденным, он все равно бы практиковал боевые искусства. Зачем давать таланту чахнуть, если эта сила приносит пользу? С такими мыслями он слушал ее. Справедливости ради, он не мог полностью отрицать, что деньги играли роль – они были ему нужны. Но слова о «непутевых родителях» он стерпеть не мог.

— Совсем нет, честное слово. Я не знаю, каким я был в прошлом, но нынешний я…

Сухёк на мгновение замолчал.

Прошлое. Время до того, как его насильно перебросили на Континент Хвань. Он понимал, что тогда вряд ли был хорошим сыном. Вечно недовольный, полный обид, особенно на отца, Яна Сынбона. И при этом у него не было ни малейшего желания что-то менять в себе.

Лишь оказавшись в одиночестве в том суровом мире Континента Хвань, он все осознал. Понял, что вся та горечь была лишь глупым капризом избалованного ребенка, который мог позволить себе злиться только потому, что его оберегала родительская любовь. Именно поэтому он так отчаянно стремился вернуться. Груз вины перед оставленной Землей был слишком велик, и, осознав ценность семьи, он решил во что бы то ни стало совершить возвращение.

— Вы двое… вы действительно мне очень дороги, — прошептал он.

Хан Чжонхи молча смотрела на него.

— Поэтому, пожалуйста, не говорите так. Знаете, я считаю нашу семью лучшей в мире. Пусть у нас нет власти или больших связей, ну и что? Зато мы всегда могли положиться друг на друга и черпать в этом силы. Мы ведь были счастливы, — продолжал Сухёк.

Его голос звучал сбивчиво, в нем слышались едва сдерживаемые слезы. Глядя на него, Хан Чжонхи невольно улыбнулась – сначала глазами, а затем и уголками губ.

— Сынок… как же ты вырос. Когда ты только успел так повзрослеть? — Она протянула руки и ласково накрыла ими правую ладонь Сухёка. Ее кожа была грубой от тяжелой работы, но прикосновение было невероятно теплым. И уютным.

Сухёк почувствовал, как у него предательски защипало в носу, и задрал голову повыше.

— Мой сын, мой любимый сын, — нежно произнесла она.

— Да… мама.

— Главное – не делай ничего через силу и не изматывай себя. Ты уже взрослый человек, выдающийся мужчина, и я не вправе указывать тебе, какой путь выбирать. Это было бы уже чрезмерным вмешательством в твою жизнь. Буду просто считать, что мой сын служит в каких-то опасных войсках. Как сказала Суа, я тут по телевизору видела – не так уж часто сейчас случаются по-настоящему страшные вещи.

— Да… Да, мама. Ничего опасного не случится, обещаю.

— Я верю тебе. Так что если станет тяжело, давай нести эту ношу не вдвоем, а втроем. Нет, вчетвером – и отца позовем. Ты ведь сам сказал: семья должна поддерживать друг друга?

— Я обязательно так и сделаю.

— Вот и славно. Сынок, если ты счастлив, то и мне больше ничего не нужно.

Хан Чжонхи осторожно обняла Сухёка, поглаживая его по спине своей теплой ладонью. Окутанный этим родным теплом, Сухёк улыбнулся и крепко обнял мать в ответ.

— Да. Я по-настоящему счастлив. Так что теперь… давайте все вместе, всей семьей, будем счастливы.

Это было обещание. Клятва, которую он давал себе снова и снова.

— На тебя можно положиться, сын. Ты стал таким надежным.

В тот день Сухёк впервые в жизни услышал, как в голосе Хан Чжонхи дрожат слезы. Но, разумеется, он сделал вид, что ничего не заметил.

***

В то время как Сухёк, закончив разговор с матерью, наслаждался спокойным днем, Владимир входил в роскошное поместье клана Пэк, расположенное в районе Ханнамдон.

— Завтра я улетаю, — бросил он.

Услышав это внезапное заявление, Пэк Чхэмун, который исполнял обязанности дворецкого во время пребывания гостя в Корее, не скрыл удивления.

— Но вы ведь говорили, что собираетесь встретиться с Ноунеймом?

— Встретился.

— А… — Пэк Чхэмун издал короткий вздох и замолчал.

Если они встретились, значит, о чем-то договорились. Владимир занимал особое положение даже среди Вселенской Восьмерки и обладал соответствующим влиянием. Дворецкого так и подмывало расспросить подробнее, но он сдержался. Годы наделили Пэк Чхэмуна мудростью – он не был ребенком и понимал, когда не стоит лезть с вопросами.

— Если вкратце – он просто потрясающий. Фантастический парень, — заговорил Владимир первым.

Это был знак: Пэк Чхэмуну дозволено знать. Или даже – он обязан это знать. Дворецкий весь обратился в слух.

— Великолепный юноша. Из-за него мне захотелось полюбить эту маленькую страну еще сильнее.

— Вот как?

— Да. Пэк Чхэмун, знаешь что? Я сегодня сразился с ним. И проиграл.

…?! — У обычно сдержанного Пэк Чхэмуна глаза полезли на лоб. Дрогнувшие морщины на его лице выдали крайнюю степень потрясения. Он тут же низко склонил голову, издав сдавленный звук:

— Прошу прощения…

— Да брось, я просто хотел тебя удивить. Хотя это было всего лишь мое воплощение, я и представить не мог, что проиграю кому-то, кроме Пэк Мухака. Ух, а парень-то… резкий.

— Господин Пэк Чхэмун.

— Да.

— Он мне нравится. Настолько, что я во что бы то ни стало хочу быть с ним на одной стороне, — Владимир провел кончиком языка по своим алым губам. — Так что пока оставим его в покое. У меня нет ни малейшего желания с ним враждовать. Понимаешь, о чем я?

— Главе клана…

— Передай ему: когда закончит свои тренировки и выйдет – пусть сидит смирно. И пусть даже не думает провоцировать Ноунейма. Если он его тронет… — Владимир на секунду задумался, коснувшись указательным пальцем края губ, а затем добавил: — …Я сочту это за личный вызов.

— …Вас понял.

— Остальным я передам сам, так что не бери в голову.

— Слушаюсь.

— Самолёт Ацтеки пообещали подготовить заранее. Тебе нужно только довезти меня до аэропорта.

— Все будет готово.

— Ну, на этом вроде всё… — Владимир уже собирался войти в дом, махнув рукой на прощание, но, словно что-то вспомнив, хлопнул в ладоши и обернулся к Пэк Чхэмуну:

— Ах да, чуть не забыл самое важное. Устрой мне завтра перед вылетом одно интервью.

— Будет сделано.

— Тогда отдыхай. А я завалюсь спать до самого утра. И так терпеть не могу разгуливать при свете дня, так еще и воплощение из-за всех этих повреждений тает, как мороженое. У-у-у… Увидимся завтра.

С этими словами Владимир скрылся в глубине особняка, окна которого были плотно завешены черными светонепроницаемыми шторами.

«Ноунейм, значит…»

Оставшись один, Пэк Чхэмун почувствовал, как мысли в его голове перепутываются в сложный узел. Он невольно причмокнул губами. «Я-то думал, это просто легкий ветерок… А оказалось – тайфун? А ведь я просто хотел спокойно дожить свои дни».

Опыт подсказывал ему, что тайфун никогда не проходит бесследно, всегда оставляя после себя раны. Похоже, Ноунейм – Ян Сухёк – был именно таким природным явлением.

— Фух… — Вырвался тяжелый вздох, но что поделаешь? Он всего лишь наемный работник. Отбросив бесполезные тревоги о том, на что не мог повлиять, Пэк Чхэмун решил сосредоточиться на своих обязанностях – в этом тоже заключалась мудрость, обретенная им за долгие годы. — Подготовка к интервью… Нужно связаться с телеканалами.

Его шаги стали стремительными.

Перед отъездом из Кореи Владимир запросил интервью. Поскольку он был фигурой мировой величины и мастером эпатажа, почти все крупные газеты и агентства проявили небывалый интерес.

Само интервью длилось недолго. По сути, оно превратилось в поток личных рассуждений Владимира. Однако никто не остался недоволен или разочарован. Напротив, репортеры были в ужасе и восторге одновременно – они хватались за телефоны прямо во время беседы, стараясь передать информацию первыми.

— Да, именно так… Владимир вчера утром… — доносились обрывки фраз.

— Погоди, сейчас… Слушай, он еще что-то говорит!

— Твою мать, почему ты так долго не берешь трубку?! Ты с ума сошел!

Зал для пресс-конференций гудел от возбуждения.

— Мне захотелось вернуться в Корею снова, — Владимир с явным удовольствием наблюдал за суматохой. Это была его последняя фраза, после которой он закончил интервью и покинул зал. Ни один журналист не бросился за ним в аэропорт – у всех руки были заняты телефонами и диктофонами.

Их рты не закрывались ни на секунду.

— Владимир и Ноунейм встречались!

— Пошли слухи о новом члене Вселенской Восьмерки… Или уже Девятки?!

В тот же вечер Республику Корея буквально затрясло от новостей.

Как и всегда, быстрее всего новости разлетелись по сети.

«Владимир контактировал с Ноунеймом вчера утром! О самой встрече Владимир отозвался так…»

На главной странице крупнейшего портала красовался огромный заголовок. Журналистам даже не пришлось ничего придумывать – достаточно было привести цитаты из интервью, чтобы обеспечить себе взрывной охват.

«Ноунейм превосходит любого Пробужденного, которого я когда-либо встречал. Он обладает выдающейся проницательностью и мудростью, и он отважен. Впервые за долгое время я встретил человека, о котором могу с уверенностью сказать: „Я его уважаю“. И я хочу, чтобы в будущем он встал в один ряд с нами под именем „Вселенский“. Я был по-настоящему поражен. Республика Корея – небольшая страна. Население не так велико. И все же здесь появился такой талант…»

Имена Ноунейма и Владимира снова возглавили списки поисковых запросов. Чувства людей, прочитавших статью, трудно было описать словами. В то время как имя Ноунейма уже становилось новой легендой Кореи, признание от сильнейшего Пробужденного России поставило окончательную точку. Теперь ни у кого в мире не осталось причин сомневаться в силе Ноунейма.

— Это реально? В нашей стране правда появится еще один член Вселенской группы?

— Уровень Республики Корея с населением в 50 миллионов человек – это нечто!

— У меня даже патриотизм проснулся, которого никогда не было.

— Теперь вся надежда только на Ноунейма.

— Это не просто легенда, это Легендище!

— Число участников фан-клуба скоро перевалит за полтора миллиона. Согласны? О да, согласны. Уровень просто зашкаливает. Пойду и я вступлю.

http://tl.rulate.ru/book/24735/579690