Готовый перевод Leveling up / Поднятие уровня с нуля: Том II. Глава 11

Ощутив, как чьи-то пальцы стальным обручем сомкнулись на запястье, женщина до боли сжала кулаки и сорвалась на крик:

— Эй, ты куда руки распускаешь?! Извращенец!

Резкий возглас заставил прохожих остановиться. Люди начали оборачиваться, привлеченные шумом.

Картина, представшая их взору, была странной: женщина стояла посреди улицы и вопила, задрав руку, словно та застыла в воздухе сама по себе. Вот только рядом с ней не было ни души – ни одного мужчины в радиусе нескольких метров.

Под градом недоуменных взглядов повисла ледяная тишина. Люди смотрели на ее стремительно краснеющее лицо, разочарованно качали головами и один за другим отворачивались, теряя интерес к представлению.

— Пу-ха-ха! Ну ты и сумасшедшая, Хан Арым. Ой, не могу! — Суа разразилась приступом гомерического хохота. Она едва сдерживалась, глядя на Хан Арым, которая из-за своего же искусства изменения облика в мгновение ока выставила себя городской сумасшедшей.

— Ах ты… дрянь паршивая! — Взвизгнула та. Захлебываясь от ярости, она наотмашь ударила Суа по щеке.

Раздался звонкий хлопок. Удар вышел сочным, голова Суа даже наполовину повернулась в сторону, а тело неестественно качнулось, будто она вот-вот потеряет равновесие.

«Совсем не больно?», – промелькнуло в мыслях у девушки.

Нет, дело было не в боли – она вообще ничего не почувствовала. Вместо жжения от пощечины Суа ощутила мягкое, почти теплое прикосновение. Это была рука Сухёка, вовремя легшая ей на плечо. Он осторожно придержал её, не давая упасть, и заслонил собой, пряча за спину.

— Ты… ты… как ты опять там оказался?! — Глаза Хан Арым округлились от шока.

Две ее спутницы, помогавшие до этого травить Суа, тоже замерли в растерянности, не веря своим глазам.

— Я с самого начала здесь стоял. Что за бред ты несешь? — Сухёк усмехнулся и, заслоняя сестру, сделал шаг вперед. — О том, что здесь произошло, я расспрошу её позже. Но если не хочешь серьезных неприятностей, советую на этом закончить.

— Не смеши меня. Ну и что ты сделаешь, а, братец Ян Суа? Такой же нищеброд, как и она. Что ты нам противопоставишь?

Сухёк прищурился. В его глазах, где еще секунду назад плясали искры раздражения, теперь воцарилась арктическая стужа.

— Бедность – не преступление.

— Пфф, не смеши. Еще какое преступление! С деньгами ты невиновен, без денег – виноват всегда. В этой стране всё устроено именно так. Но тебе-то откуда знать, ты же всю жизнь под крылом у таких же нищих родителей прозябал? Твою сестрицу я бью, а она и пикнуть в ответ не смеет – знаешь почему? — Хан Арым гордо расправила плечи и задрала нос.

Самым нелепым было то, что стоявшие рядом девицы тут же скопировали её позу, выпятив грудь.

«Это еще что за цирк? Собрание кроликов, возомнивших себя львами?», – подумал Сухёк.

Есть такое выражение: «Лиса, пользующаяся могуществом тигра». Оно описывает тех, кто кичится чужой силой. Однако эта Хан Арым, как ни старайся, на лису не тянула – так, мелкая сошка. А те две тощие уродины рядом с ней были и того хуже – обычные трусливые кролики. Для Сухёка это зрелище было в новинку.

— Свали с дороги, если не хочешь огрести. Или вставай на колени и моли о прощении. Прямо сейчас. Я не шучу: если моя семья за это возьмется, таким отбросам, как вы, даже в вашей тесной каморке жизни не будет.

— О как? Неужели? — Протянул Сухёк.

— Хватит, хён, — подала голос Суа, вцепившись в его рукав. Несмотря на внешнее спокойствие, в её голосе дрожали нотки страха. Это было совсем не похоже на ту Суа, что минуту назад дерзко высмеивала обидчицу.

«Значит, она не просто хвастается…», – понял Сухёк. Видимо, семья этой девицы действительно обладала большими деньгами и властью, раз Суа так отреагировала. Впрочем, его это мало заботило.

— Не понимаю я тебя, — невозмутимо произнес Сухёк. — В моих глазах ты просто закомплексованная девка, которая выглядит как нищенка, даже в дорогих шмотках. Бесишься от того, что наша Суа во всем лучше тебя.

Хан Арым буквально окаменела. Лица её прихлебательниц тоже вытянулись. Они явно не ожидали услышать такое – для них подобные слова были за гранью вообразимого.

— Ой, я что, попал в самую точку? Хотя… — Сухёк медленно, с вежливым безразличием окинул Хан Арым взглядом с ног до головы. — На такую вешалку хоть что надень – всё мусором кажется…

— Ах ты, сукин сын! Думаешь, раз рожей вышел, то тебе всё можно?!

Сухёк был довольно высоким, поэтому она замахнулась не кулаком, а кожаной сумкой, висевшей на плече. Сухёк мгновенно перехватил ремень сумки с логотипом известного бренда и резко дернул на себя.

Хан Арым вскрикнула, пошатнувшись. Вырвав сумку из её рук, Сухёк слегка отступил, продолжая закрывать собой сестру, и издал задумчивое:

— Хм…

— Ты… ты, псих недоделанный! А ну отдай сейчас же! — Взвизгнула Хан Арым. Её лицо побагровело, но она чудом удержалась на ногах.

— Эту? — Сухёк небрежно качнул трофеем.

— Да, придурок! Ты хоть знаешь, сколько она стоит?!

Сухёк не знал. И, разумеется, ему было плевать. Всю свою жизнь он провел в заботах, где не было места ни женским сумочкам, ни предметам роскоши в принципе.

— Если на моей крошке появится хоть царапина, я тебя уничтожу!

— Надо же, — хмыкнул Сухёк. — Если ты так дрожишь над этой «крошкой», зачем же тогда размахиваешь ею направо и налево?

— Козел! Да ты за месяц на такую сумку не заработаешь, нищеброд!

— А по-моему, нищенка здесь ты – душой и манерами. А всё туда же: «нищеброды», «отбросы»… — Сухёк поморщился и взял сумку обеими руками.

Лицо Хан Арым застыло. — Ты… ты что задумал?

Она не успела договорить.

Раздался резкий треск:

— Тр-р-рах! — И следом звонкие щелчки фурнитуры.

Кожа лопнула под его пальцами, словно тонкая бумага. Дорогая отделка и золотистый логотип посыпались на асфальт. В тот же миг из разорванного чрева сумки на землю хлынуло всё её содержимое.

Снова воцарилась тишина. Хан Арым, бледная как полотно, смотрела на это широко раскрытыми глазами, а её тело била мелкая дрожь.

— Э-это же… это сон, да? — Пролепетала она.

Сухёк с издевкой посмотрел на неё и разжал пальцы, позволяя обрывкам кожи упасть на землю.

— С чего бы? Самая что ни на есть реальность.

— А-а-а-а! Моя прелесть! Моя сумочка! Ублюдок! — Потеряв голову от ярости, Хан Арым бросилась на него.

Естественно, задеть Сухёка она не могла. После нескольких неуклюжих взмахов руками она, тяжело дыша, закричала своим спутницам:

— Хватайте его! Чего стоите?!

По этой команде две девицы тоже начали беспорядочно махать руками. Начался танец, на который невозможно было смотреть без слез. Сухёк легко уклонялся, пока три фурии с воплями носились вокруг, пытаясь его достать. Казалось, он даже получает удовольствие от этого зрелища.

Наконец, подхватив Суа, он одним резким движением разорвал дистанцию.

— Пробужденный! — Выдохнула Хан Арым.

Только сейчас, увидев его невероятную скорость и вспомнив, как легко он разорвал сумку, она осознала, кто перед ней.

Сухёк усмехнулся и потянулся к телефону, который всё это время лежал на подоконнике и записывал их «беседу». Точнее, он только собирался его взять.

— Фью-ить!

Внезапно откуда-то вылетел черный шар, метивший прямо в запястье Сухёка. Нахмурившись, он довернул корпус и, окутав тыльную сторону ладони Ци, отбил снаряд.

Раздался сухой стук, похожий на столкновение бильярдных шаров. Снаряд подлетел в воздух и бессильно упал на землю. Сухёк тем временем спокойно подобрал телефон, спрятал его в карман и посмотрел на Хан Арым.

— Надо же, у тебя и телохранитель в засаде сидит. Какая жалость, телефон-то уже у меня. Ты ведь из «высокородных», верно? Интересно, что будет, когда это видео всплывет?

— Ты… ты…! — теперь лицо Хан Арым из бледного стало землисто-серым. В глазах, полных невообразимых картин своего краха, заблестели слезы.

— Предупреждаю один раз: не смей трогать Суа, — ледяным тоном произнес Сухёк.

Его фигура вновь смазалась в движении, промелькнув мимо троицы. В следующее мгновение сумки двух других «кроликов» тоже лопнули пополам и сползли с их плеч.

— А-а-а!

— Чокнутый!

Снова поднялся визг. Не обращая внимания на шум, Сухёк вернулся к сестре и бросил напоследок:

— Радуйтесь, что отделались только сумками. Если бы я по-настоящему захотел, вы бы сейчас уже были мертвы.

Это была не пустая угроза – от его слов веяло могильным холодом.

* * *

Стычка была недолгой. Оставив позади пребывающих в ужасе девиц, Сухёк и Суа направились было обратно к ресторану, но девушка остановилась. Ноги её подкашивались, и она попросила посидеть немного на ближайшей скамейке, прежде чем возвращаться к родителям.

Сухёк молча положил руку ей на плечо, направляя поток энергии, чтобы успокоить сестру. Тем временем он отправил сообщение Ян Сынбону: написал, что они с Суа ненадолго зашли в кафе и скоро вернутся с кофе, так что волноваться не стоит.

Отец тут же ответил: «Может, мне подойти к вам?», но Сухёк не стал ничего писать в ответ. Вместо этого он сосредоточился на технике Искусства Изначальной Почвы, согревая сестру теплым дыханием своей Ци. Они сидели в тишине, пока Суа наконец не заговорила:

— Эх… правда… меньше всего на свете я хотела, чтобы ты видел меня такой, — она глубоко вздохнула и тряхнула головой. На губах заиграла вымученная улыбка. — Напугала я тебя?

Глядя на неё, Сухёк невольно улыбнулся в ответ – точно так же, как улыбалась она сама.

— И это ты мне сейчас говоришь? — В его голосе слышалась мягкая ирония.

Вообще-то, утешать нужно было именно Суа. Семейный праздник, такой счастливый и теплый день, под конец оказался безнадежно испорчен. Вряд ли у неё на душе сейчас было спокойно.

— Ну и что это за мина? — Фыркнула она. — Притворяешься невозмутимым только потому, что ты мой хён?

— Вообще-то, я и есть твой хён.

— А, ну да. Точно.

Суа снова неловко усмехнулась, но тут же нахмурилась.

— Просто… мы учились в одном классе. Все три года в старшей школе.

У Сухёка было много вопросов, но он лишь молча кивнул, давая ей возможность выговориться.

— Как видишь, отношения у нас не сложились. У неё, как бы это сказать… какой-то нездоровый комплекс превосходства. Она и раньше была не подарок, но в первом классе всё было не так плохо. А вот ко второму у её отца дела, видать, пошли в гору.

— И что с того?

— Ну, я мозолила ей глаза, вот и начала бесить. Сам знаешь: твоя сестренка и учится отлично, да и красавица к тому же. Разве нет?

Сухёк красноречиво сдвинул брови к переносице.

— Ой, посмотрите на него! А когда только глаза открыл, рассыпался в комплиментах, какая я красивая.

— Тогда во мне чувства через край плескали.

— Вот оно что! Значит, теперь чувства во всем теле окончательно вымерли? — Суа улыбнулась и покачала годовой. — Да плевать я на неё хотела. Это просто всплеск её неполноценности. Ей не давало покоя, что я в чем-то лучше. Хотя, если честно, была и еще одна причина…

— Могу я спросить?

— У нас же была школа совместного обучения. Где-то в конце второго курса парень, который ей нравился, признался мне в любви.

Сухёк замер с ошеломленным видом. Внезапно все детали пазла сложились в единую картину.

«И здесь любовные разборки?», – подумал он. Хотя чему тут удивляться? Мир просто пропитан подобными историями.

— Разумеется, я с ним не встречалась. До свиданий ли мне тогда было? Ты в коме, мама болеет…

— …Но Хан Арым на это было плевать. Для неё ситуация вышла унизительной: она призналась ему на неделю раньше и получила отворот-поворот. После этого она сделала кучу пластических операций, но… ай, неважно. В общем, как-то так. Обычная зависть. А я… я просто не была уверена, что смогу разгрести последствия, если ударю её. А она знала, что ей за это ничего не будет.

На губах Суа промелькнула горькая, самобичующая усмешка.

— Вот и терпела, стараясь только высмеивать её в ответ. Это было единственное сопротивление, на которое я была способна. Жалко выглядит, правда?

Слова сестры и выражение её лица отозвались острой болью в сердце Сухёка. Его взгляд на мгновение дрогнул.

http://tl.rulate.ru/book/24735/565734