Срок службы Сухёка в качестве опытного ассистента оказался недолог.
Двухнедельная практическая подготовка, изначально не рассчитанная на долгий срок, подошла к концу, и 8-я группа успешно завершила курс.
Вслед за этим закончилась и церемония выпуска, которую провел Им Саёль, принявший руководство после Шахар.
За исключением 3-й группы, отсеянной ранее из-за конфликта с 8-й, испытания прошли все. Случай не то чтобы беспрецедентный, но довольно редкий. Это означало, что общий уровень нынешнего потока был весьма высок.
— Вы все отлично потрудились. Больше никто не посмеет называть вас курсантами, — Шахар, одарив их на редкость бодрой улыбкой, предстала перед троицей из 8-й группы: Сухёком, Пэк Иён и Чин Чханхёком.
— Превосходно, — продолжила она. — Раз уж вы добились столь выдающихся успехов, всем троим наверняка поступят предложения на заманчивых условиях. Что бы вы ни выбрали – это ваше право. Однако позвольте мне, как вашему недолгому учителю, добавить кое-что от себя.
Она подняла указательный палец и обвела взглядом бывших подопечных, на чьих лицах застыла гамма противоречивых чувств. — В том, что вы делаете, нет нужды искать особую честь. Вы уже честны перед собой, раз решились выйти на поле боя ради этого мира. Я лишь хочу, чтобы ваш выбор никогда не заставлял вас стыдиться самих себя. Лишние слова ни к чему. Молодцы.
С этими словами Шахар развернулась и медленным шагом направилась прочь.
На этом их короткая связь с инструкторшей по имени Шахар оборвалась. Возможно, судьба еще сведет их где-нибудь, но сейчас это было окончательное прощание. От этой мысли у каждого на душе стало неспокойно. И причина тому была лишь одна.
«Она была хорошим учителем».
Шахар действительно была безупречным наставником. Несмотря на то что она была эльфийкой, а не человеком, она вкладывала всю душу в их обучение. Пусть ее и можно было назвать в чем-то закостенелой, у нее были четкие принципы. Она никогда не разделяла курсантов по личным симпатиям и искренне дорожила каждым в 8-й группе. Именно осознание этого факта делало расставание столь горьким.
Но время вспять не повернуть. Теперь они сами стали Пробужденными и должны были выйти на передовую, выбрав стезю Хранителя или Охотника. Впереди еще маячила финальная проверка способностей, но там Шахар они уже не увидят. Если отпустить ее сейчас, неизвестно, когда представится новая встреча.
— Уа-а-а, инструктор Шар! — Пэк Иён, чьи глаза почему-то уже давно были на мокром месте, в конце концов разрыдалась и закричала.
Шахар, не спеша удалявшаяся от них, обернулась. — В чем дело? — Невозмутимо спросила она в ответ, но Сухёк успел заметить, как в уголках ее глаз тоже блеснули прозрачные капли. Впрочем, внезапный порыв ветра тут же смахнул их, так что остальные двое ничего не увидели.
Тем временем Пэк Иён сорвалась с места и бросилась в объятия Шахар.
— Спасибо вам огромное! Если бы не вы, инструктор Шар, я бы никогда не смогла так стараться! Ы-ы-ы!
На губах Шахар, взирающей на рыдающую девушку с легким замешательством, промелькнула мягкая улыбка. Ее рука легла на голову Пэк Иён, нежно поглаживая волосы.
— Я тоже была очень счастлива встретить вас. И для меня большая честь – быть с вами до этого самого момента.
— Если вы уйдете сейчас, когда мы увидимся снова? — Всхлипывая, спросила Иён. — Инструктор Шар, у вас что, нет мобильного телефона?
— Мобильный телефон… хм… — Выражение лица Шахар стало озадаченным. Она признавала, что среди вещей Земли этот предмет был довольно забавным. Но, не видя в нем особой нужды, так и не обзавелась им. — Если нам суждено встретиться, ветер принесет весть.
— Уа-а-а! Ну что это за ответ!
Пока Шахар прижимала к себе все еще рыдающую Пэк Иён, ее взгляд переместился на подошедших Сухёка и Чин Чханхёка.
— А ведь я хотела, чтобы наше прощание было красивым и достойным.
И она могла бы это устроить. Захоти она, Шахар могла бы исчезнуть в мгновение ока, еще до того, как Пэк Иён успела бы открыть рот. Но она не сделала этого. Ее собственные ноги словно налились свинцом. У ее медленной поступи была причина.
— Послушайте… — первым заговорил Чин Чханхёк. На протяжении всего обучения он был самым молчаливым. С Шахар он и вовсе старался не заговаривать. На деле Чханхёк находил ее общество крайне тягостным и неловким.
— Мне нужно вам кое-что сказать, — в его голосе, вопреки обыкновению, чувствовалась заметная дрожь. Между бровей залегла глубокая складка, а взгляд никак не мог сфокусироваться на лице эльфийки.
— Как вы знаете… я преступник с судимостью.
Об этом он объявил еще в первый день, и тогда Шахар ответила, что в его прошлом нет препятствий для того, чтобы стать Пробужденным. Слушая его с трудом дающиеся слова, Шахар кивнула с той же улыбкой, что и в их первую встречу.
— Ты так говорил.
— В тот день вы сказали, что мое желание стать Пробужденным – это «почетное покаяние».
Эти слова Шахар произнесла во время сессии вопросов и ответов.
— Я помню.
На эльфийском это звучало как «Ранг-Дер».
— Это не так. Я… я не был почетен. В моей душе не было ничего подобного. Я просто… просто хотел заработать денег. За всю свою жизнь я ни разу не испытывал тех чувств, о которых вы думали.
Теперь уже все тело Чин Чханхёка сотрясала крупная дрожь. — Ни единого раза за всю жизнь… я не поступал честно. Ни перед братьями, ни перед группой, ни перед вами…
За его плечами было несколько краж и карманных краж, из-за которых он и стал рецидивистом. За этим крылось обостренное чувство ответственности: ему в одиночку приходилось кормить троих младших братьев, которых бросили родители. Рано бросив школу и окунувшись в суровый быт, он свернул не на ту тропу. Из страха показаться слабым или смешным он забил тело татуировками. Даже чуть было не примкнул к банде, хотя в последний момент и отступил, терзаемый сомнениями.
— Я мог бы работать усерднее. Мог бы учиться, найти другой путь, но я… такой никчемный человек, как я… всегда искал легких путей, и… — Глаза Чин Чханхёка покраснели. Кулаки сжались так сильно, что проступили вены. — Я был лжецом. Ни разу не встав на этот путь с честными намерениями, я лишь покорно кивал на ваши слова утешения. Да, я лжец, трус и обманщик.
По щекам мужчины покатились слезы. Горечь и раскаяние, копившиеся годами, хлынули потоком, прокладывая дорожки по его лицу.
— Для такого, как я, само ваше присутствие было утешением. Услышав от вас, что даже такой отброс может стать почетным воином, я смог набраться храбрости. Спасибо. Спасибо вам огромное.
Чин Чханхёк резко согнулся в глубоком, девяностоградусном поклоне, и слезы закапали прямо на землю. Это был жест глубочайшего почтения, на который он только был способен.
— Отныне… я стану достойным братом! Стану учеником, за которого вам не будет стыдно!
Исповедь Чин Чханхёка была искренней и тяжелой. Пэк Иён к тому времени уже перестала плакать, а Сухёк смотрел на него с нескрываемым удивлением. Шахар, сохранив прежнюю улыбку, хоть в ней и сквозила некоторая неловкость, обеими руками помогла Чханхёку подняться.
— За все то время, что мы провели вместе, ты ни разу не дал повода усомниться в твоем достоинстве. С чего бы ты ни начинал, это не значит, что путь нельзя изменить. Помни: Ранг-Дер.
— Ранг-Дер… — прошептал Чин Чханхёк, и его веки дрогнули, повторяя за ней эльфийские слова.
— Тебе больше не придется проливать слезы раскаяния. Каждая битва, каждое стремление защитить принесет тебе почетное искупление. Ибо именно ты и есть настоящий герой.
Шахар и Чин Чханхёк обменялись серьезными, глубокими взглядами. Твердая вера. Столкнувшись с этим чувством впервые в жизни, он сначала пошатнулся, а затем полностью оттаял. Увидев это, Шахар широко улыбнулась.
— Я буду наблюдать за тобой.
На эти слова Чин Чханхёк, выпрямившись, гордо ответил:
— Слушаюсь!
Одарив его одобряющим взглядом, Шахар повернулась к Сухёку. — А ты…
Ее мысли были путаны. По правде говоря, она не так уж много дала Пэк Иён и Чин Чханхёку – Пробужденным, которые постигали искусство боя инстинктивно. Она лишь старалась быть для них опорой, пока шло обучение. Она не была уверена, что справилась на «отлично», но сейчас, когда все подходило к концу, чувство на душе было приятным.
Однако с Сухёком все было иначе. Ему она не дала ровным счетом ничего. Она даже не знала, стала ли для него хоть какой-то поддержкой. Сухёк уже был самодостаточным и выдающимся. Сосуд его таланта был настолько велик, что вряд ли кто-то вообще осмелился бы претендовать на роль его учителя.
— Для меня было честью учиться у вас, — произнес Сухёк, склонив голову. Его голос звучал спокойно, но в нем чувствовалась глубокая серьезность. Он повторил те же слова, что сказала сама Шахар.
— Надо же…
Могло ли быть более радостное созвучие душ? Для каждого из них это знакомство стало честью. Взаимоотношения учителя и ученика именно таковы: это не односторонний процесс, а взаимный обмен. От этого осознания сердце Шахар наполнилось глубоким удовлетворением. Ей захотелось похвалить саму себя за то, что согласилась участвовать в подготовке курсантов на Земле.
— Увидимся на поле боя.
— Да.
Шахар протянула руку, и Сухёк крепко пожал ее. Это было прощание в ясный, погожий день.
* * *
На следующий день после расставания с Шахар Сухёк снова отправился в Ассоциацию Пробужденных в Ёыйдо. Ему нужно было завершить полную регистрацию в качестве Пробужденного Республики Корея. Как и планировалось изначально, Сухёк подал заявление на роль Охотника.
За этим последовали тесты на физические способности и предрасположенность к мане. Несмотря на окончание тренировок, работа Пробужденного по-прежнему оставалась опасной, поэтому внутри Ассоциации проводилось собственное ранжирование.
От 1-го до 13-го ранга. Такова была классификация охотников, действующих сейчас в Республике Корея. Среди них был лишь один обладатель 13-го ранга и пятеро – 12-го. Не будет преувеличением сказать, что эта шестерка была главной силой, защищающей и ведущей страну вперед.
Чтобы понять, где он находится по этим объективным показателям, Сухёк подошел к тестам со всей серьезностью. И результат он получил в тот же день.
6-й ранг.
Лицо сотрудника Ассоциации, который выдал Сухёку после всех проверок листок с результатами и серебристый браслет – символ Охотника 6-го ранга, – светилось нескрываемым шоком.
«Он же только вчера закончил обучение, разве нет?»
Где это видано – новичок 6-го ранга? Большинство курсантов после выпуска получают 1-й ранг. Те, кто поспособнее – 2-й. Гильдии среднего звена и Ассоциация в первую очередь стараются завербовать именно таких обладателей 1-го и 2-го рангов. Их нельзя назвать выдающимися новичками, но и крест на их потенциале ставить рано. Как говорится, «большому кораблю – большое плавание»: пусть и редко, но встречались Пробужденные, которые при скромных стартовых данных позже достигали высоких рангов.
И были те, кого действительно называли «руки» – талантливые новички 3-го ранга. Таких самородков обычно бывает максимум двое на поток, а иногда они не появляются и вовсе по два набора подряд. Это те, кого можно сразу бросать в Порталы 3-го ранга сразу после выпуска. За такими талантами охотятся даже гиганты индустрии. Хотя случаи позднего раскрытия таланта и бывали, большинство гениев блистали уже в короткий период обучения. Поэтому 3-й ранг на выпуске считался невероятным достижением. Это означало, что в будущем такой человек может замахнуться на 10-й ранг и выше. А 10-й ранг – это элита, входящая в топ-1 процент всех Пробужденных Кореи. Разумеется, на таких перспективных бойцов сыпался град предложений.
Но иногда появлялись монстры, превосходящие даже этих талантов.
http://tl.rulate.ru/book/24735/548834
Готово:
Лучше назвали классом
Больше подходит