Глава 23: Божественный Меч Шести Меридианов?
В сердце Дугу Янь все еще жил один глубокий страх — воспоминания о муках ее отца перед смертью. Агония, которую он испытывал, сгорая от собственного же яда, навеки запечатлелась в ее памяти. Это заставляло ее гадать: неужели и дедушка день за днем терпит ту же бесконечную пытку?
А что касается ее самой… Появились признаки, тревожные звоночки, в которые она не хотела верить. Дедушка никогда ничего не говорил, а она не смела спрашивать. Сам вопрос мог вновь разбередить его рану.
Эти тревоги грызли ее постоянно. У нее просто не оставалось сил думать о романтике или всяких пустяках.
Е Линлин молча наблюдала за ней и тихо вздохнула. Когда их взгляды встретились, в них отразилось взаимное сочувствие — это было безмолвное понимание двух одиноких душ. Обеих воспитывали деды, без родителей. Возможно, именно поэтому они понимали друг друга так глубоко — связанные потерей и тишиной.
Тем временем в столовой…
Стоило Дугу Янь и Е Линлин уйти, как шум вернулся, подобно приливу. Дугу Фэн уже стал главной темой дня. После дуэли и короткой стычки с Дугу Янь теперь каждый в академии знал его имя.
Более того, его хитроумные слова привели к великолепному недоразумению. Все решили, что эти двое — просто повздорившие родственники: старшая «сестра» отчитывает младшего «брата» за то, что тот вляпался в неприятности. Те, у кого были свои сестры, смотрели на него с особым сочувствием. Дугу Янь славилась своим властным нравом — мало кто решался перейти ей дорогу.
Учитель Гэ Ин усмехнулся:
— Брат Фэн, а тебе, я гляжу, чертовски везет с женщинами!
— Учитель, пожалуйста… хватит надо мной смеяться.
— Когда мы наедине, зови меня просто «брат Гэ» или «старший брат Гэ», — подмигнул Гэ Ин. — Но послушай моего совета: пока не высовывайся. И у твоей «кузины», и у Нин Жунжун полно обожателей.
«Ты вроде как учитель, — подумал Дугу Фэн. — А ведешь себя совсем не по-преподавательски».
Ему оставалось лишь обреченно вздохнуть. Детские драмы утомляли. Это даже всколыхнуло в памяти смутные воспоминания о начальной школе на Голубой планете — мелкое соперничество, потасовки на площадке, детские угрозы.
«Если они меня совсем допекут… может, один быстрый укус змеи будет не такой уж плохой идеей? — мелькнула мысль. — В конце концов, это вполне впишется в мой нынешний возраст, верно?»
После обеда Гэ Ин повел класс на тренировочные полигоны. Это была огромная зона: часть леса, часть холмистой местности — размером с несколько футбольных полей, зажатая между берегом озера и подножием горы. Там он разделил детей в зависимости от их успехов.
Те, у кого еще не было духовных колец, медитировали для накопления силы, а те, кто уже обзавелся кольцом, практиковали свои способности.
Дугу Фэна определили у кромки леса, всего в нескольких десятках метров от озера. Его окружали низкие кустарники и причудливая яркая флора, многие виды которой были крайне ядовиты. Идеально.
Он кивнул. На какое-то время это место станет его тренировочной площадкой — изолированной и спокойной. Удаленность от остальных его вполне устраивала.
Медленно вокруг него начал подниматься фиолетовый туман. Через мгновение он плотным ковром накрыл площадь более ста квадратных метров. Даже издалека другие ученики заметили это и инстинктивно отступили на несколько шагов.
Именно этого он и добивался. Густая миазма образовала идеальный барьер, скрывая всё, что происходило внутри. Никто не мог за ним подсмотреть.
Он слегка приоткрыл рот, и из него вырвались две бледные струйки изумрудного света. Нити сконденсировались в его ладонях в две бело-зеленые жемчужины, мягко мерцающие в тумане.
Жемчужины Дань.
— Жемчужины Дань… мой истинный козырь, — прошептал он, перекатывая их между пальцами и чувствуя пульсацию энергии. — Если их максимальная емкость — сто единиц, то сейчас они заполнены лишь на тридцать шесть. Осталось еще шестьдесят четыре до полной силы…
— Слишком медленно. С момента пробуждения моего боевого духа три месяца назад они поднялись с тридцати трех до тридцати шести — едва ли по единице в месяц. Неприемлемо.
Эволюция жемчужин заключалась не только в количестве энергии, но и в ее качестве. Больше жемчужин, выше плотность силы, глубже трансформация.
Он вспомнил слова Старой Змеи: когда Дугу Бо сражался с Золотым Святым Драконом, он объединил свою жемчужину Дань с восьмым духовным навыком, усилив мощь до запредельных высот.
В глазах Дугу Фэна вспыхнула решимость. Две жемчужины подлетели к паре нефритовых змеек, дремавших на его запястьях. Под его ментальным контролем они превратились в полоски зеленого света и погрузились в тонкие тела змей.
Он давно понял, что жемчужины податливы — они могут уменьшаться, расширяться или сливаться. Это были истинные артефакты таинства. Они могли питать его тело, поглощая его кровь и яд — идеальный цикл обмена.
Теперь он намеревался включить Девятисегментных Нефритов в этот же круг, создавая общую систему культивации. Жизненная сила змей будет питать жемчужины, а сущность жемчужин, в свою очередь, укрепит их самих. Вместе эта троица будет расти гораздо быстрее, чем поодиночке.
— Один месяц, — строго сказал он им. — Через месяц вы двое должны достичь столетнего рубежа и освоить полет. В этот раз никакой халявы — работайте усердно.
— С-с-с… — возмущенно отозвались змейки, подергивая хвостами.
— Знаю, знаю, вы и так стараетесь, — с усмешкой ответил Дугу Фэн.
Пара тут же соскользнула к двухметровому цветущему дереву. Одна за другой они забирались наверх и прыгали вниз, неуклюже покачиваясь в воздухе, прежде чем мягко приземлиться — и повторяли это снова и снова. Глядя на их старания, Дугу Фэн довольно улыбнулся. Настоящие передовики производства.
Пока жемчужины питали их энергией, змеи тренировались без устали. Он добавил порцию особого змеиного корма из своего духовного хранилища, чтобы поддержать их силы.
Когда всё было готово, он снова сел, скрестив ноги. Глубоко вдохнув, словно кит, втягивающий воду, он вобрал весь ядовитый туман обратно в легкие. Затем, активировав первое духовное кольцо, он начал пропускать Бирюзово-фосфорный лиловый яд через свое тело.
Яд следовал по его меридианам, скапливаясь в кистях рук. Но концентрация была слишком высока; меридианы в руках отзывались острой болью, буквально разрываясь. Он тут же восстанавливал повреждения с помощью духовной силы и повторял процесс.
Боль, исцеление, циркуляция — и так по кругу. Благодаря этому бесконечному циклу меридианы его рук закалятся и адаптируются, что в конечном итоге позволит ему выбрасывать яд из ладоней стремительно, словно лезвия.
«Ха, это почти как практика Божественного Меча Шести Меридианов».
Чем больше он об этом думал, тем больше находил сходств. После получения кольца духа Старая Змея обучил его технике выпуска яда через точки давления на руках. Для этого нужно было укрепить двенадцать меридианов — полную сеть каналов, проходящих через руки. Это были двенадцать основных меридианов тела, соединяющих органы, конечности и поверхность — жизненные потоки любого существа. В отличие от скрытых восьми необычных сосудов, которые требовали «прорыва», эти двенадцать были естественными путями.
Легендарный Божественный Меч Шести Меридианов из его прошлой жизни также использовал меридианы ладони, выталкивая внутреннюю силу подобно энергетическим копьям, чтобы поражать врагов на расстоянии. Для того искусства требовалось шесть определенных меридианов, в то время как ядовитая техника Старой Змеи задействовала все двенадцать. По шесть на каждой руке — по два на мизинцах — что позволяло всей сети выстреливать яд, словно невидимые стрелы.
Удары Бирюзово-фосфорного яда десятью пальцами: быстрые, как молния, точные, как меч, способные пробить защиту и убить одним касанием.
От одной этой мысли его кровь закипела от возбуждения.
«Божественный Меч Шести Меридианов… версия с ядом», — подумал он, довольно ухмыляясь.
http://tl.rulate.ru/book/208024/26596693
Готово:
