На поверхности планеты Комия, у взлетно-посадочной платформы космолета, застыли два двенадцатиметровых серийных меха. Это была засада, которую Сун Минхао подготовил заранее. Под перекрестным огнем двух боевых машин у Тан Юня практически не оставалось шансов выжить. Но даже если бы ему чудом это удалось, пилоты без колебаний уничтожили бы сам космолет.
Сун Минхао не покидало дурное предчувствие. Ему казалось, что Тан Юнь действительно способен преодолеть это последнее препятствие. Именно поэтому он заблаговременно эвакуировал с корабля весь гражданский персонал и приказал двум группам наемников взять под охрану по одному космолету.
Внезапно из тени холмов планеты Комия бесшумно выскользнул угольно-черный меха. От его бесшумного приближения веяло смертельной опасностью, словно от притаившейся в листве ядовитой змеи, пробующей воздух раздвоенным жалом.
Наемники заметили врага, лишь когда меха «Апокалипсис» сблизился с ним примерно на двадцать метров, но предпринимать что-либо было уже поздно.
Черный меха рванулся вперед широкими шагами. Прежде чем противники успели принять боевые стойки, из его темных манипуляторов, покрытых матовым противорадиолокационным покрытием, с сухим щелчком выдвинулись острейшие штурмовые штыки и с силой вонзились в броню одного из противников!
Второй меха «Апокалипсис» тут же отпрянул назад, вскидывая кинетическую винтовку. Но не успел пилот выцелить врага в завязавшейся рукопашной схватке, как вокруг черной машины стремительно поползла густая серая пелена.
Это была уникальная, единственная в своем роде кристалл-технология класса S – «Горный Туман»!
Этот меха принадлежал к элитной серии гильдии убийц «Кошмар Тени» и носил имя Теневой Воин. А значит, за пультом управления сидел не кто иной, как лучший ликвидатор гильдии по прозвищу Рыбья Кость!
Внутри «Кошмара Тени» царила строжайшая иерархия: члены организации разного ранга носили маски с определенным количеством глазных прорезей и пилотировали соответствующие машины. Теневой Воин являлся венцом инженерной мысли гильдии, и таких машин во всей организации насчитывалось всего четыре. А уникальный кристалл «Горный Туман» и вовсе относился к высочайшему рангу А.
На лишенной атмосферы планете Комия в условиях полного вакуума туман не мог возникнуть сам по себе. Кристалл «Горный Туман» генерировал энергетическую взвесь из чистых фотонов. Способность с безупречной точностью имитировать природное природное явление и делала этот кристалл шедевром инженерной мысли. Разумеется, если бы его действие ограничивалось простым созданием дымовой завесы для дезориентации врага, он никогда бы не получил столь высокий ранг.
В вакууме не распространялись звуки, а в густом тумане ничего не было видно. Пилот меха «Апокалипсис», судорожно сжимая винтовку, с нарастающим отчаянием смотрел на монитор радара, по которому расходились ровные, спокойные волны помех. Радар не просто не видел черную машину – он полностью потерял из виду даже его собственного напарника.
А внутри зоны действия «Горного Тумана» разворачивалась совсем иная картина.
Энергетические вихри тумана уплотнялись и под чутким контролем Рыбьей Кости сплетались в подобие щупалец осьминога, стягивая меха «Апокалипсис». Они не могли полностью обездвижить многотонную машину, но эта вязкая, липкая субстанция замедлила движения гиганта едва ли не в десять раз.
На глазах у цепенеющего от ужаса наемника антрацитово-черный штык с хрустом пробил бронестекло кабины пилота.
Второй пилот, оказавшийся совершенно бесполезным в этой неразберихе, в панике вызывал командование, бестолково вертя стволом винтовки:
— База, ответьте! Это второй! На нас напали… Похоже, это Кош… мастер… Нужна… под…— связь оборвалась.
Сун Минхао успел поймать лишь этот обрывок зашумленной передачи, и прежде чем он успел хоть как-то отреагировать, второй меха тоже скрылся в серой пелене.
Главный компьютер центрального пульта управления наконец вернулся в строй, и координаторы «Апокалипсиса» перестали быть слепыми котятами на собственной территории. Взгляд Сун Минхао быстро скользил по загорающимся экранам системы слежения. Вскоре он, как и ожидал, засек нужный силуэт и тут же принялся отдавать приказы по рации.
Чэнь Ханьюй сидел на диване, неловко зажав тремя пальцами сигарету. В мыслях он уже набрасывал оправдательный отчет для директора Шэня.
Он уже отменил приказ взять Тан Юня живым. Потухший, изнуренный взгляд Чэнь Ханьюя медленно обходил присутствующих в комнате: ему срочно требовался козел отпущения, независимо от того, удастся ли в итоге остановить беглеца.
Тан Юнь пробирался по самому верхнему ярусу концентрационного лагеря, выискивая путь наружу.
Этот уровень лагеря «Апокалипсис» был заметно шире нижних ярусов и не походил на извилистую кроличью нору. Глядя на ряды припаркованных вездеходов и малых челноков, можно было подумать, будто попал на гигантскую подземную парковку.
— На поверхности планеты копать всегда проще, чем на глубине, поэтому здесь так просторно. Да и технику размещать удобнее, — небрежно заметил Рыбья Кость, однако его маленькие глазки, проглядывающие сквозь маску, непрестанно сканировали пространство.
Прежние коридоры были низкими и узкими. Хоть туда и могли пройти меха, развернуться им там было негде. Здесь же ситуация в корне отличалась: теперь им следовало всерьез опасаться этих стальных исполинов – самого грозного оружия лагеря.
Меха по праву считались вершиной индивидуального вооружения в обитаемом космосе. С точки зрения классического военного дела они обладали высокой мобильностью, сокрушительной огневой мощью и потрясающей приспособляемостью к любым условиям боя. Однако статус абсолютного оружия они заслужили благодаря свето-структурным кристаллам, входящим в стандартное оснащение каждой боевой машины, – этим причудливым, непредсказуемым сгусткам аномальной энергии.
По совету Сбо Тан Юнь выследил наемника в герметичном скафандре звездной пехоты, оглушил его и затащил в пустой десантный бронетранспортер. Носитель и паразит решили переждать здесь волну патрулей и подготовиться к решающему рывку.
Сделав несколько глотков воды, Тан Юнь облизал пересохшие губы и съел еще пару белковых брикетов. Лишь после этого он снял медицинскую шину с правой руки. Хотя конечность почти полностью зажила, юноша все же обработал ее заживляющим аэрозолем. Убедившись, что травма больше не доставит хлопот, Тан Юнь аккуратно надел Шестиглазую Маску и под руководством Сбо настроил проекционный дисплей и радарную систему вывода данных.
В планах Сбо Шестиглазой Маске отводилась ключевая роль. Она не просто обеспечивала тактическое превосходство; эта маска должна была подарить Тан Юню новую личность в будущем. Пока никто, кроме Рыбьей Кости, не знал, что артефакт у них, поэтому Тан Юню следовало беречь его от чужих глаз.
Сняв с оглушенного наемника скафандр, он натянул его поверх своей одежды. Демонтировав из шлема все блоки связи и сканирования, он надел его прямо поверх Шестиглазой Маски. Шлем идеально скрыл артефакт, а поверх Тан Юнь накинул свой гравитационный костюм.
Чтобы вырваться из лагеря «Апокалипсис», ему нужно было подготовиться к смертоносному вакууму на поверхности планеты.
Этот скафандр с замкнутой системой жизнеобеспечения обладал отличной термоизоляцией и поддерживал необходимое давление. И хотя конструкторы постарались сделать его как можно более анатомическим, Тан Юнь, сделав пару движений, почувствовал некоторую скованность. Особенно досаждало то, что в шлем пришлось силой заталкивать весьма объемную Шестиглазую Маску, отчего та неприятно давила на лицо.
Судя по всему, на планете Комия сейчас царила ночь, и чем ближе к поверхности, тем ниже опускалась температура. Тан Юнь тщательно отрегулировал систему климат-контроля. После этого, по настоянию Сбо, он сделал несколько глубоких вдохов, расслабляя мышцы и успокаивая разум.
Выдыхаемый им воздух проходил сквозь фильтры маски и оседал легкой дымкой на панорамном стекле шлема, но встроенная система обогрева мгновенно убирала конденсат. С каждым вдохом сердце Тан Юня билось все ровнее.
Завершив приготовления, Тан Юнь выбрался из бронетранспортера. Теперь он твердо знал: он больше не дичь. Он – хищник.
А его добычей был космолет на поверхности планеты.
Тан Юнь пробирался между рядами припаркованной техники, пригнувшись и сверяясь с зелеными точками радара на проекционном дисплее маски.
— Что-то тут не так, — прошептал Тан Юнь, глядя на экран. — …Охранники лагеря словно нарочно избегают меня. Они будто стягиваются к одной точке?
— Это наемники, а не охранники, — поправил его Сбо.
Голос паразита, заглушаемый шлемом скафандра, звучал глухо:
— В лагере полно камер. Нам до сих пор везло лишь потому, что тот парень в маске вывел из строя систему наблюдения.
— …Похоже, теперь ее починили.
http://tl.rulate.ru/book/207721/26411027
Готово:
