Глава 20. Взыскание
Разрушенный Сорок четвёртый полигон дышал им в спины гарью, оставляя на языке металлический привкус; воздух здесь намертво пропах озоном, змеиной чешуей и кровью. Башня виднелась впереди, проступая сквозь редеющий ядовитый туман гигантских деревьев. Команда седьмая двигалась в тишине.
Саске шел впереди. Лихорадка отступила после наложения запечатывания, но сменилась холодным подозрением. Мальчик держался особняком, каждым скупым движением демонстрируя, что воспринимает осторожность и скрытность Какаши как недоверие и слабость, все больше отдаляясь от наставника. Трещина в фундаменте команды седьмой стала глубже, расползаясь прямо на глазах.
Какаши замыкал строй. Он сделал очередной шаг, и левая нога снова отозвалась острой, простреливающей болью вперемешку с потерей координации. Это была отложенная цена — расплата за заимствованную силу, которая теперь стягивала виски стальным обручем.
В пустоте его восприятия пульсировал холодный, протокольный интерфейс. Текст светился багровым оттенком, пульсируя, как открытая рана.
[Срок отсроченного платежа истекает. Взыскание отложенной цены за временное наследие «Навыки АНБУ» активировано.]
[Требование: Цена должна быть уплачена до завершения текущего этапа экзамена. Формирование вариантов списания завершено.]
Какаши прикрыл единственный открытый глаз, подавляя судорожный вздох. До ворот башни оставалось меньше километра. Этап заканчивался. Система больше не позволяла откладывать долг, угрожая критическим повреждением принудительного изъятия.
[Внимание. Выберите категорию изъятия для компенсации.]
[Вариант первый: Изъятие одного тёплого воспоминания о Минато Намикадзе.]
[Вариант второй: Подавление части эмоциональной реакции на страх учеников.]
[Вариант третий: Изъятие спокойного сна.]
Мир вокруг на мгновение замер. Звук шагов Наруто, тихое прерывистое дыхание Сакуры, хруст сухих веток под ногами Саске — всё это отошло на второй план, заглушённое пульсацией системных строк.
Какаши смотрел на спины своих генинов. Нестабильная печать Саске реагировала не только на клокочущую в мальчике ненависть, но и жадно питалась его чувством глубокого, раздавливающего унижения. Наруто тяжело переживал кризис беспомощности перед угрозой S-ранга, а Сакура, первая распознавшая гендзюцу фальшивого этажа, теперь была истощена до предела.
Система предлагала легкий выход. Отдать память о смехе учителя. Отдать часть той боли, что сжимала его грудь каждый раз, когда он видел страх в глазах своих подопечных. Облегчить ношу. Эмоциональное обеднение сделало бы его идеальным, безупречным шиноби. Холодным клинком.
«Нет», — мысленно произнес Какаши, чувствуя, как горечь смешивается с мрачной решимостью.
Если он перестанет реагировать на их страх, если забудет тепло тех, кого любил, он потеряет единственную причину защищать этот мир. Впервые он осознанно выбирал цену, которая вредила ему физически и психически, но не уменьшала его способность любить и защищать. Отказ от эмоционального обеднения был возможен, но он знал, что плата за это станет тяжелее.
«Забирай третье. Чтобы не потерять связь с людьми, я обойдусь без отдыха».
Интерфейс мигнул, багровый цвет сменился ледяным белым.
[Выбор подтвержден. Изъятие спокойного сна инициировано.]
[Компенсация проведена. Наследие «Навыки АНБУ» полностью оплачено.]
В ту же секунду его сознание пронзила раскаленная игла. Какаши споткнулся, чудом удержавшись на ногах. Перед его внутренним взором с пугающей яркостью вспыхнула галлюцинация: его собственные руки по локоть в чужой крови, пробивающие грудную клетку, звук рвущейся плоти и затухающий чужой взгляд. Видение исчезло так же быстро, как и появилось, оставив после себя тошнотворный ком в горле. Бессонница с навязчивыми сценами альтернативных убийств пустила корни в его разум.
— Какаши-сенсей? — Сакура обернулась, заметив его заминку. В её голосе звучала едва сдерживаемая тревога.
— Всё в порядке, — ровно ответил он, привычно изогнув линию маски в подобии улыбки. — Просто задумался о том, как хорошо будет наконец-то покинуть этот лес. Вперед, мы почти пришли.
Они пересекли порог башни за несколько минут до истечения установленного срока. Внутри царил полумрак, освещенный лишь редкими лампами. Тяжелые двери закрылись за ними с глухим стуком, отрезая команду от полигона, где мир так яростно стремился восстановить ключевые события.
В просторном центральном зале уже собрались другие выжившие команды, потрепанные, израненные, но сохранившие хищный блеск в глазах. На возвышении стоял Хирузен Сарутоби, окруженный джонинами-наставниками, а перед ним — экзаменатор Гекко Хаяте.
— В связи с неожиданно большим количеством прошедших команд, — голос Хаяте разнесся по залу, прерываясь сухим кашлем. — В башне объявляются предварительные бои.
Саске напрягся. Его рука рефлекторно дернулась к плечу, где под блокирующим контуром Какаши пульсировала проклятая печать.
Какаши шагнул в тень, скрестив руки на груди. Ему нужно было остановить Учиху, но система жестко контролировала вмешательство в канонные узлы, запрещая лишать учеников их ключевого выбора.
Электронный звон снова разрезал его восприятие. На этот раз интерфейс не требовал оплаты. Он констатировал факт, рассыпаясь перед глазом ломаными, багровыми строками.
[Анализ грядущих поединков завершен.]
[Внимание. Система помечает пару Саске Учихи как нестабильную точку разлома.]
[Вероятность критического искажения линии повышена.]
На гигантском черном табло под потолком с механическим щелканьем начали сменяться имена. Какаши смотрел на мелькающие символы, чувствуя, как фантомная кровь чужих непрожитых жизней липнет к его пальцам. Бой начинался.
http://tl.rulate.ru/book/204930/25546404
Готово:
