Глава 18. Отправление, курс на Город Небесных Врат
Утро 11 июня, 612 год по календарю Звездного Альянса.
Метеосводка: Ясно.
Прямо перед входной дверью скромной квартиры семьи Линтон разыгрывалась сцена, достойная театра абсурда. Если бы случайный прохожий взглянул на этих двоих — изможденного, покрытого шрамами мужчину и хладнокровного юношу, — он бы ни за что не поверил, что между ними есть хоть какая-то родственная связь. Тем не менее, диалог между ними строился по классической схеме гиперопекающего родителя и подростка.
— Терминал взял? — сурово сдвинув брови, спросил старший.
— Взял, — процедил сквозь зубы младший.
— Смартфон? Магнитные ключи?
— Во внутреннем кармане.
— Зимние вещи в чемодан запихнул? Прогноз передавал, что там сейчас собачий холод, самый стык осени и зимы!
— Да упаковал я их! — Юноша закатил глаза, всем своим видом выражая крайнюю степень мученичества. — И вообще, я вампир! Моему телу по физиологии плевать на низкие температуры, какая мне разница, минус там или плюс?!
— Вампиры тоже имеют свойство превращаться в заледеневшее мясо, если застрянут на морозе! Не смей недооценивать стихию! — Мориссон уткнулся взглядом в затертый листок бумаги в своей руке, на котором кривым почерком был выведен длиннющий список вещей. Черным угольным карандашом он с силой вычеркивал пункт за пунктом. Затем он поднял глаза, критически окинув взглядом Омо, чье терпение явно висело на волоске. — Оружейный кофр… а, черт с ним, про этот пункт можно даже не спрашивать.
Для любого профессионального ликвидатора наличие под рукой смертоносных игрушек было правилом номер один. А уж для такого параноика, как Омо, который трясся над своей коллекцией клинков и пистолетов как дракон над золотом, это было святым. Собственно, причиной вечных дыр в семейном бюджете, из-за которых им приходилось экономить в конце каждого месяца, была маниакальная тяга парня к скупке редких оружейных прототипов.
Омо перевел тяжелый взгляд на массивный металлический чемодан, стоявший у ног Мориссона. Он дождался, пока опекун вычеркнет последний пункт в своем дурацком списке, после чего старший аккуратно сложил бумажку пополам, потом еще раз пополам, добиваясь идеальной геометрии, способной успокоить любого перфекциониста, и сунул ее в нагрудный карман куртки.
И только после этого Омо с наслаждением произнес фразу, которую Мориссон так отчаянно ждал:
— Ну всё! Таможенный досмотр окончен, можем выдвигаться?
Бах!
Вместо ответа Мориссон с силой захлопнул входную дверь и решительно зашагал по коридору к лифтам.
— Ты бы хоть на замок закрыл, ради приличия! — с тяжелым вздохом бросил ему вслед Омо.
Он подошел к сканеру у двери, нажал нужную комбинацию на сенсорной панели и тихо, чтобы активировать голосовой протокол, скомандовал:
— Заблокировать.
Светодиод на замке мигнул, сменив цвет с изумрудно-зеленого на кроваво-красный. Внутри бронированной двери глухо лязгнули тяжелые титановые засовы, намертво запечатывая квартиру.
Сегодняшний день был особенным. Это было первое утро свободы после окончания изнурительных выпускных экзаменов, и именно сегодня они отправлялись в долгое путешествие к Городу Небесных Врат.
Один ехал в опасную служебную командировку, другой — в долгожданный отпуск. Все приготовления были завершены, списки вычеркнуты, чемоданы собраны. Пора было сделать первый шаг.
Что же касается странного распределения ролей, где взрослый, умудренный опытом наемник суетится как курица-наседка, а юноша сохраняет ледяное спокойствие генерала… Здесь не было посторонних, так что и удивляться было некому.
Они настолько привыкли к этой эксцентричной динамике, что даже повседневные вещи воспринимали через призму своего специфического юмора. Проходя мимо соседской двери, они не упустили возможности обменяться колкостями.
— Слушай, — задумчиво протянул Мориссон, кивнув на наглухо запертую стальную дверь соседа, — а мне одному кажется, что кроме того самого первого дня, когда мы сюда въехали, этот парень вообще не показывается на глаза днем? Дверь постоянно заперта.
— Что странного в том, что истинный представитель ночного народа избегает солнечного света? — пожал плечами Омо. — Пусть его родословная полна загадок, но чистота его крови сомнений не вызывает. Он настоящий.
— Пожалуй, мне стоит выкроить вечерок, чтобы зайти к нему и принести свои извинения, — внезапно выдал Мориссон.
— Извинения? За что? — Омо удивленно вскинул бровь.
— Скажу ему: «Многоуважаемый сосед, приношу свои глубочайшие извинения за то, что мой непутевый племянник, позорящий славный род кровососов, доставляет вам столько эстетического дискомфорта своим существованием».
— Ты бы хоть для начала научился называть меня приемным сыном, старый ты пень! — огрызнулся Омо, еле сдерживая желание пнуть чемодан опекуна.
«Значит, сам факт того, что я доставляю ему дискомфорт, ты даже не отрицаешь…» — с тоской подумал юноша, покрепче перехватывая ручку своего чемодана на колесиках.
Внезапно в его голове, прямо на периферии сознания, вспыхнула проекция системного окна:
| Внимание: Штормовое предупреждение для Северного сектора Округа Врат. |
| [Анализ геопозиции: Ваш маршрут пролегает через Главный Звездный Проспект. В течение ближайшего часа ожидается выпадение осадков (от слабого до умеренного дождя). Рекомендуется активировать влагозащитные системы или найти укрытие.] |
Синтетический голос базового нейрочипа, частично дублирующего функции наручного терминала, безжизненно отчеканил прогноз прямо в слуховые нервы. Омо, до этого бездумно пялившийся в экран планшета, поднял голову и посмотрел в окно летящего над магистралью аэротакси.
Небо и правда затянуло тяжелыми, свинцовыми тучами, грозящими вот-вот прорваться ледяным ливнем. Впрочем, Омо был готов и к этому: два компактных зонта из углеволокна были заранее распиханы по их рюкзакам. Поэтому мрачное небо интересовало его куда меньше, чем то, что возвышалось над горизонтом.
Колоссальный, подавляющий своей монументальностью силуэт Великих Врат.
Одно дело — наблюдать за этим чудом инженерной мысли из окна аудитории в Западном округе, где они казались лишь частью пейзажа. И совсем другое — мчаться по скоростной трассе Северного сектора прямо к их подножию. Отсюда грандиозный масштаб конструкции обрушивался на сознание всей своей тяжестью.
Металлические пилоны уходили в самые облака. По их поверхности непрерывно пульсировали сложнейшие геометрические узоры. Вращающиеся сегменты Врат двигались с пугающей плавностью: то сходились вместе с оглушительным лязгом, то расходились в стороны, окруженные яростным треском электромагнитных разрядов и слепящими дугами плазмы. Лишь в моменты пиковой нагрузки — когда система достигала критической массы и в небеса вонзался колоссальный столп ослепительно-синего света — Врата замирали, демонстрируя свою истинную, несокрушимую форму, от которой захватывало дух.
В этом сооружении холодная, прагматичная красота механизмов сплеталась в идеальной гармонии с древним искусством. По всей поверхности мегаструктуры были выгравированы светящиеся руны эманирующей инженерии, превращая банальный транспортный узел во врата к богам.
Большинство современных моделей Звездных Врат создавались именно на стыке квантовой механики и мистической рунологии. Это позволяло стабилизировать червоточины и многократно удешевить процесс массового производства. Будь то прыжки между континентами одной планеты или транскосмические перелеты на край галактики — эти Врата неумолимо сжимали время и пространство, связывая миры и судьбы воедино.
Но, несмотря на всю эту безграничную свободу, личный мир Омо всегда был крошечным. Он ограничивался грязными улицами Округа Врат и тем самым мрачным сиротским приютом в Демоническом секторе, территория которого составляла жалкие четыре тысячи квадратных метров.
Путь от ворот приюта до его нынешней квартиры был самым дальним путешествием в его жизни. Он никогда не покидал пределов этого бетонного мешка, никогда не ступал на чужую, незнакомую землю.
В глубине души в нем боролись противоречивые чувства: липкий, иррациональный страх перед неизвестностью мешался с обжигающим любопытством и почти детским восторгом. Долгое время после побега из приюта он был слишком занят выживанием и изучением правил игры в своем новом ареале обитания. У него просто не было времени мечтать о звездах.
До сегодняшнего дня.
Теперь у него было и время, и возможность сделать первый шаг за пределы своей клетки.
В отличие от того далекого дня, когда Мориссон буквально вытащил его за шкирку и увез в неизвестность, лишив права голоса, сегодня этот выбор принадлежал только ему.
Именно в этом аспекте свободы воли они с Дэвидом были так похожи, что понимали друг друга с полуслова.
Но было между ними и одно фундаментальное отличие. Омо с самого начала, с первых минут осознанной жизни, искал право выбора. Он жаждал его.
Именно поэтому, едва познакомившись с Дэвидом, он с такой безжалостной, почти агрессивной прямотой припер его к стенке, заставив принимать решение. Дэвид, чья психика была искалечена кислотными дождями и корпоративным рабством Найт-Сити, привык плыть по течению и подчиняться обстоятельствам. У него никогда не было роскоши выбора. Но здесь, в новом мире, перед ним открывались сотни путей.
А сам Омо решил использовать образовавшиеся каникулы, чтобы отправиться в свое первое настоящее путешествие.
Осознавая, что в ближайшем будущем их пути с Дэвидом могут не пересечься, а слова, брошенные прямо в лицо, всегда обладают наибольшей пробивной силой, Омо пошел на рискованный шаг.
Он тщательно спланировал эту психологическую интервенцию. В ту самую ночь, когда Дэвид согласился стать его другом, Омо уже начал плести паутину. Он погрузился в сеть, просеивая форумы наемников, и выудил информацию о фронтире — галактике Цзи Ле Тин.
Он подготовил сцену, просчитал все переменные. Основываясь на психологическом портрете, который он составил за несколько часов наблюдения за киберпанком, Омо оценил шансы на успех выше пятидесяти процентов. Этого было достаточно, чтобы нанести удар.
Да, они были знакомы без году неделя. Вторгаться в чужую душу и диктовать условия будущего было верхом наглости и бестактности.
Но Омо действовал тоньше. Он не стал читать нотации. Он просто создал иллюзию случайного разговора, забросил наживку с видеороликами наемников, а затем безжалостно сорвал покровы, показав перспективы этого мира. Это была блестящая многоходовочка, и, к его гордости, качество исполнения оказалось на высоте.
И самое главное — план сработал безупречно.
Пусть это была импровизация, но она вырвала его нового друга из болота сомнений и заставила сделать первый шаг. Для Дэвида это стало ответом на мучивший его вопрос о смысле существования. А для Омо это было очередным доказательством его способности читать людей как открытые книги и вмешиваться в их судьбы.
Ему даже не нужно было расспрашивать Дэвида о его мрачном прошлом. Ему было плевать на детали. Он не собирался писать для него сценарий жизни. Он лишь хотел, чтобы в пустых глазах Дэвида загорелась искра желания выбирать.
Этого было более чем достаточно. А что именно выберет Дэвид — это уже его проблемы. Пусть ломает голову, как тот же Би Цзэ.
Омо верил в концепцию «будущего». Он верил в математическую мощь «вероятностей». И он искренне желал, чтобы каждый человек в его окружении владел этими двумя концепциями. А если кто-то из-за своей слепоты не мог их найти, Омо был готов насильно вложить их в чужие руки, даже если те будут сопротивляться.
Находясь в прострации, Дэвид, скорее всего, даже не понял, как искусно им сманипулировали. Наверняка пройдет несколько дней, прежде чем шестеренки в его голове провернутся, и он, оглядываясь назад, осознает подвох. Или, быть может, первым забьет тревогу его громила-наставник Мейн, или та загадочная Люси, о которой он пару раз обмолвился, или эта сумасшедшая Ребекка с пушками... Они слишком хорошо знают Дэвида, чтобы не заметить чужеродное влияние в его внезапном озарении. И тогда след неизбежно приведет к самому Омо.
Но Омо было плевать. Если они действительно заботятся о парне, то не станут лезть в бутылку и мешать его развитию. Максимум — затаят злобу на хитрожопого подростка, который влез в их дела.
В конце концов, они все сидели сложа руки, боясь навредить Дэвиду, а Омо просто подошел и дал ему смачного пинка под зад.
Грубо? Да. Эгоистично? Абсолютно.
Выльется ли это в угрозы расправы, вызов на дуэль или нечто похуже? Посмотрим. Сейчас это не имело никакого значения. К тому моменту, когда до них дойдет суть происходящего, Омо уже будет попивать кофе в Городе Небесных Врат, принимая дорогие межзвездные звонки с угрозами.
Тарифы на роуминг там, к слову, грабительские, так что звонящим придется выражать свою ненависть максимально лаконично.
Когда ты уже сидишь на чемоданах и готов сбежать на другой конец галактики, чувствуешь себя непобедимым.
Отгоняя лишние мысли, Омо решил, что даже не станет проверять списки зачисленных.
Обычно все абитуриенты сходили с ума в ожидании вечера, когда публикуются проходные баллы. Но для человека, уверенного в своем абсолютном интеллектуальном превосходстве, эта суета была лишена смысла. Он знал, что прошел. Завтра утром приемная комиссия элитного ВУЗа сама пришлет ему письмо с мольбами о зачислении.
Но пока ящик был пуст...
Омо мельком проверил почту, пролистал новостные ленты в закрытых чатах гильдий и вновь устремил взгляд в окно. Аэротакси уже начало снижение, выруливая к колоссальным терминалам Аэропорта Небесных Врат.
— Подъем, спящая красавица, наша остановка, — громко скомандовал Омо, обернувшись к заднему сиденью, и бесцеремонно сдернул с лица опекуна черную маску для сна.
— А?! Чего?! Какого дьявола?! — Мориссон, ослепленный светом, подскочил на сиденье, инстинктивно потянувшись к кобуре, но, сфокусировав взгляд на наглой ухмылке Омо, со стоном откинулся обратно. — Тьфу ты, демонье отродье…
— Доспишь на борту орбитального шаттла, — Омо, сидевший со стороны тротуара, первым толкнул дверь и выбрался под моросящий дождь. — Или ты собираешься прямо с трапа броситься в бой?
Он прекрасно знал, что вчера Мориссон не устраивал пьяных загулов и не торчал в подпольных казино. Вся его усталость была следствием бюрократического ада, и то, что он отключался при любой возможности, означало лишь одно — впереди его ждала серьезная и опасная работа.
— Да куда там… Дело пахнет керосином. Официальный правительственный заказ, высший уровень секретности. Заставили подписать договор о неразглашении кровью, — проворчал Мориссон, выбираясь из машины и разминая затекшие плечи.
Упоминание правительства и секретности не оставило у Омо никаких сомнений. Учитывая специфику работы опекуна, это могло означать только одно: Второе управление Бюро Безопасности. Те самые ребята, что контролируют перемещения между мирами.
— Звучит так, будто мне не светит узнать никаких сочных подробностей, — усмехнулся Омо, прикладывая браслет к терминалу водителя, чтобы оплатить поездку.
— Я же сказал — подписка о неразглашении, умник.
Мориссон с теплотой посмотрел на подростка. За годы совместной жизни он прекрасно изучил своего воспитанника. Он знал, что интерес Омо к «попаданцам» из других вселенных продиктован отнюдь не фанатским восхищением их пестрыми костюмами или суперспособностями.
Именно этот холодный, расчетливый интерес и заставил парня выбрать своей целью самый кровавый департамент Бюро Безопасности.
Но работа есть работа. Контракт — это святое.
Мориссон протянул свою огромную, мозолистую ладонь, собираясь по-отцовски взъерошить идеально уложенные волосы Омо, но парень молниеносно уклонился, как от смертельного удара.
Старый наемник лишь усмехнулся. К таким провалам он давно привык. Не показывая неловкости, он перевел тему:
— Ладно, расслабься и наслаждайся своей студенческой поездкой. И не забудь переслать мне официальное уведомление о зачислении, когда оно придет. Выделю пару секунд в своем графике, чтобы пробежаться глазами.
— Собираешься тыкать им в лица своим собутыльникам? — фыркнул Омо. — Будешь раздуваться от гордости и играть роль идеального отца, воспитавшего гения?
— Эй, я имею на это полное право! В конце концов, это я вбил в твою пустую голову хоть какие-то полезные знания!
О да, знания. Захваты, болевые приемы, ножевой бой в ограниченном пространстве, стрельба в движении и пара-тройка грязных магических трюков для уличной драки…
— Ни один из этих навыков никак не влияет на итоговый академический балл, — ледяным тоном констатировал факт Омо.
— Ну, они хотя бы помогли тебе не сдохнуть на нормативах по физической подготовке! — выпалил Мориссон, чувствуя, что начинает проигрывать в этой словесной перепалке.
Прохожие, спешащие с багажом ко входу в терминал, не обращали на странную парочку никакого внимания, но самолюбие старого вояки было уязвлено.
— Оценки за физическую подготовку не суммируются с общим баллом вступительных экзаменов. Они учитываются только после зачисления, при распределении на профильные специальности, — сухо просветил его Омо.
— Да ладно?! — Мориссон ошарашенно захлопал глазами. Этот факт почему-то задел его за живое. — Когда они успели поменять систему?!
— По крайней мере, в Округе Врат правила именно такие.
— Слава небесам, что мое время за партой давно закончилось… — с облегчением выдохнул мужчина.
— … — Омо посмотрел на своего приемного отца долгим, невыносимо презрительным взглядом, в котором читался окончательный и бесповоротный диагноз его интеллектуальным способностям.
http://tl.rulate.ru/book/204803/25747679
Готово:
