— Наша Юйтун всегда холодна и не умеет выражать чувства, поэтому я отвечу за неё.
— Ли, красавчик, три дня назад мы все упали на этот Бронзовый Корабль, настолько огромный, что в нём легко потеряться. Ты потерял много крови и был на волосок от смерти, тебе срочно требовалось переливание. Только твой старший брат и я, твоя добрая сестра, согласились стать донорами.
— Но группа крови твоего старшего брата не подошла, так что всё легло на неё! — Ци Шаньшань улыбнулась, её губы блестели, а на лице играла очаровательная, манящая улыбка.
Такая ослепительная целительница сама по себе была лучшим лекарством.
Ли Вэйи только сейчас понял, что проспал три дня.
— Большое спасибо, старшая сестра, спасибо, доктор Ци.
Ли Вэйи попытался опереться на руки и сесть, но левая рука, помимо жгучей боли, не чувствовала абсолютно ничего. В правой, из которой всё ещё переливали кровь, тоже почти не было сил.
Ранение оказалось серьёзнее, чем он предполагал.
Ци Шаньшань сказала:
— Лучше лежи спокойно! Рана на левой руке почти полностью разорвала мышцы, глубоко, до самой кости, на которой теперь трещина. Хотя мы всё промыли и зашили, медикаменты в медицинском отсеке почти все уничтожены, подходящих почти не осталось. То, что ты выдержал до сих пор, ещё не значит, что не возникнет осложнений.
— Отдыхай и пей побольше воды.
Цай Юйтун, немногословная как всегда, протянула ему открытую бутылку воды и вместе с Ци Шаньшань вышла из медицинского отсека.
Палуба Бронзового Корабля была необъятной – только в ширину она достигала пятисот метров, а из-за густого тумана другой край скрывался из виду.
Снаружи, в окружении зловещего и мутного могильного тумана, тянулись ряды каменных плит – мрачное место, похожее на призрачную обитель. Погода напоминала зимнее утро в густом тумане.
Ближайшие курганы, высотой в семь-восемь метров, напоминали маленькие земляные холмы; неизвестно, какие существа были там похоронены. Перед некоторыми стояли старые, ветхие Знамена Призраков с пугающими узорами, что развивались на ветру.
Сами плиты были колоссальными, весом в десятки тысяч фунтов. Каменный слой осыпался, древние письмена на них почти стёрлись, и под ними как раз спорили и изучали их несколько пожилых профессоров.
С другой стороны, стометровое научно-исследовательское судно, похожее на стального зверя, лежало на боку на пустой палубе, переломленное пополам. Изогнутые стальные балки торчали наружу, образуя проходы внутрь корпуса.
Группа крепких молодых исследователей торопливо выносила всё, что можно было спасти. Крики, звон металла, топот ног – всё это смешивалось в тумане.
Цай Юйтун сегодня была не в привычной громоздкой защитной куртке, а в кожаном плаще поверх вязаной юбки. Линии талии и груди выглядели безупречно, а облегающие джинсы подчеркивали стройные ноги. Ей не нужно было стараться, чтобы привлекать взгляды проходящих мимо членов экспедиции.
Некоторые смотрели и на Ци Шаньшань. Её гладкие, словно нефрит, ноги, видневшиеся из-под халата врача, приковывали внимание; по красоте она уступала Цай Юйтун лишь самую малость.
— Чувствуешь перемены? — Тихо прошептала Ци Шаньшань, глядя на призрачные облака за бортом.
Цай Юйтун спросила:
— Какие перемены?
— Ох, ты всю свою проницательность тратишь на науку! — Ци Шаньшань посерьезнела и понизила голос ещё сильнее. — Ты не заметила, что взгляды, которыми они провожают нас, стали более наглыми и агрессивными?
— Правда?
Цай Юйтун взглянула на рабочих и охранников, занятых делами.
Ци Шаньшань с грустью вздохнула:
— Как думаешь, мы ещё сможем вернуться?
— На Землю… в наш привычный мир?
Цай Юйтун задумалась:
— Мы даже не знаем, как оказались на этом Бронзовом Корабле. Возвращение кажется невозможным. Микромир и наш макромир – это две разные вселенные. Как ты думаешь, куда направляется этот корабль? К какому берегу он нас везёт?
Туман был слишком плотным, чтобы разглядеть поверхность моря, но чувствовалось, что Бронзовый Корабль движется с огромной скоростью.
Ци Шаньшань не стала обсуждать то, на что не могла повлиять:
— Если мы не сможем вернуться, думаешь, люди долго будут соблюдать законы и мораль?
Цай Юйтун не была глупой, она была очень умной, просто слишком сосредоточенной на делах, в отличие от глубоко мыслящей Ци Шаньшань.
Раз та заговорила об этом, Цай Юйтун начала размышлять:
— Когда узы человечности ослабевают, цивилизация и мораль рушатся. Старые социальные статусы потеряют смысл, и на их место придёт грубая сила. Абсолютная сила.
— Тот, кто сильнее, не захочет подчиняться и будет бороться за власть, что принесёт с собой насилие и кровь.
— Этот Бронзовый Корабль уже стал отдельным миром.
Ци Шаньшань добавила:
— И миром с дефицитом ресурсов. Если корабль не остановится, очень скоро борьба за власть и тёмные стороны человеческой натуры выйдут наружу. Мы с тобой слабы, а ещё обладаем внешностью, которая в хаосе станет лишь обузой. Если заранее не спланировать всё, финал будет печальным.
Цай Юйтун спросила:
— Ты так боишься, что кто-то положит на нас глаз?
— Не боюсь, а чётко осознаю: без наших званий и регалий мы просто беззащитные женщины. Почему у тебя нет такой бдительности?
Ци Шаньшань недовольно фыркнула и продолжила:
— Самый сильный здесь – старпом Чжао Мэн.
В глазах Цай Юйтун блеснула усмешка:
— У тебя есть виды на него? Не хочешь ли ты…
Ци Шаньшань покачала головой:
— Чжао Мэн силён, справедлив и обладает задатками лидера, но он слишком слабо реагирует на перемены ситуации – всё ещё занят спасением грузов.
— А вот второй помощник Се Тяньшу… я наблюдала за ним. Эти три дня он налаживал связи с охраной и сближался с молодыми ребятами из группы. Такие выходцы из влиятельных семей лучше понимают власть и человеческую натуру, и амбиций у них больше.
Ци Шаньшань полушутливо добавила:
— Я видела, что его двоюродный брат Се Цзинь к тебе неравнодушен. Может, поделим их? Каждая применит свои чары, разделим их по справедливости, никто ни с кем не будет ссориться?
Цай Юйтун знала, что Ци Шаньшань не паникёрша, но её слова о «заранее спланированных действиях» не вызывали интереса:
— Если наступит день, когда мораль рухнет, зачем мне вообще жить в этом аду? Прыгнуть за борт не так уж трудно.
Ци Шаньшань закатила глаза:
— Я ведь знаю тебя. Ты положила глаз на того крепкого парня, верно? Предупреждаю, не будь наивной. Сейчас красавчики нам не помогут.
— К тому же… его состояние плачевно. Даже если рана на руке заживёт, он не сможет поднимать тяжести, станет полуинвалидом.
— И на когтях животных полно вирусов. У того медвеподобного существа они наверняка ещё опаснее. У тебя огромный риск заражения.
— Ты правда уверена, что в мире дефицита и хаоса хочешь тянуть на себе такого балласт?
Цай Юйтун протянула пальцы, похожие на нежные побеги, и предельно серьёзно произнесла:
— Во-первых, я никого не выбирала. Во-вторых, на исследовательском судне, если бы он не отвлёк зверя на себя, я бы уже погибла. Долг есть долг, я его верну. И, пожалуйста, не называй его обузой в его присутствии – ему и так психологически тяжело.
Ци Шаньшань засмеялась:
— А говоришь, что тебе всё равно. Никогда не видела, чтобы ты так о ком-то заботилась. Ну хорошо, хорошо, больше не буду… Так ты правда не хочешь продумать план на будущее? Потом пожалеешь!
Цай Юйтун не ответила и пошла к кухне, наспех сооруженной под обломками корабля.
…
Ли Вэйи не нашёл Меч Желтого Дракона, Рыбы Тайцзи Дао-праотца, которые должны были висеть у него на шее, тоже исчезли. Тело было крайне слабым, и только выпив полбутылки воды, он немного пришёл в себя.
Но вслед за этим пришло сильное чувство голода.
Вошла Цай Юйтун с миской горячей рыбной похлёбки.
Аромат мгновенно заполнил железный отсек.
Она помогла Ли Вэйи сесть и сказала:
— Знаю, что ты голоден, я выбила для тебя миску. Цени эту еду: морозильники сломаны, рыба и мясо скоро испортятся. Овощи и фрукты тоже долго не продержатся.
Слова о будущем явно были навеяны опасениями Ци Шаньшань.
Правая рука Ли Вэйи была занята капельницей, поэтому Цай Юйтун кормила его с ложки.
Надо признать, без грубой одежды Цай Юйтун была невероятно красива: холодный, ясный взгляд, нежная кожа, тонкие губы. В тумане пара от горячего супа она казалась ещё прекраснее.
Какой бы ужасной ни была ситуация, такая забота была настоящим счастьем.
Ли Вэйи знал, насколько она холодна, и был глубоко тронут.
Он поблагодарил её ещё раз.
В этот момент вошли Ци Шаньшань с двумя студентами, принёсшие еду профессору Сюй, который лежал рядом со сломанными ногами.
— Это твой старший брат просил меня позаботиться о тебе. Сейчас все либо ранены, либо мертвы, людей не хватает, не могу же я сидеть без дела, — бросила Цай Юйтун, чувствуя на себе взгляды вошедших. Ей казалось, что эта ситуация выглядит слишком двусмысленно.
Профессор Сюй на соседней кровати выглядел подавленным:
— Мы уже не вернёмся. Раз морозильники не работают, еды хватит на полмесяца. Нет, через десять дней начнётся хаос… Выживает сильнейший… Я уже вижу этот день… Животные вернутся к своей первобытной сути…
Услышав их разговоры, Ли Вэйи потерял аппетит. Он хотел выбраться наружу и увидеть, что происходит на самом деле.
Десять дней.
Рука точно не успеет зажить.
Ли Вэйи доел суп, чувствуя, как тело наполняется теплом и силой. Когда все ушли, он расспросил профессора Сюй о «шарире Будды» и «микромире».
Поняв суть, он задумался: «Шарира Будды – это, должно быть, та самая жемчужина с Рыб Тайцзи Дао-праотца! Неужели именно они активировали корабль и отправили экспедицию в микромир?»
«Микромир? Тот самый, что в учебниках?»
Всё это выходило за рамки понимания. Тяжёлое ранение и отсутствие безопасности вызывали у него тревогу, как у профессора.
«Нет, нельзя так».
«Даже Цай Юйтун и доктор Ци сохраняют спокойствие, неужели я хуже? Это позор для ученика моего Учителя».
«Покой ума – ключ к ясности».
В голове прозвучали слова Учителя. Ли Вэйи глубоко вздохнул и принялся дышать по методу Юйюй.
На Земле он практиковал это упражнение по три часа ежедневно в течение десяти лет.
Хотя никакой истинной Ци он не развил, это помогало ему сохранять рассудок в чистоте.
Подышав около получаса, он вошёл в состояние пустоты. Вдруг его правая ступня стала невыносимо горячей, словно объятой пламенем.
Раньше такого никогда не случалось.
http://tl.rulate.ru/book/204321/25592865
Готово:
