С десяток экзаменаторов переглянулись: когда это Нин Юэ за три года в Академии округа давала такие оценки?
Слова «задатки первого советника» – во всей Бессмертной династии Инь никто не рискнул бы произнести их вслух.
Тань Шоугуань опомнился первым. Сложив руки, он произнес:
— Господин академический надзиратель, этот свиток из девятого номера корпуса «Дин». В первый день, когда я обходил ряды, то как раз дошел до этого номера. Кандидат писал ответы не спеша, одним духом, — я сразу понял: необычный юноша. И специально запомнил его.
При этих словах несколько экзаменаторов не выдержали – встали с мест и окружили стол.
Нин Юэ развернула свиток, разложила его на столе и кивком пригласила всех ознакомиться.
Не успели они дочитать, как в задней комнате поднялся гул.
— Эта политика военных поселений на границе удивительно схожа с недавними приграничными расчетами двора…
— На первый взгляд, все три меры выглядят продуманными, но кругозор слишком узок, всё еще книжная премудрость.
— Помилуйте, этот шэнъюань пока еще простой человек, откуда у него широкий кругозор? Если его воспитать, кто знает – может, и войдет в Академию Ханьлинь…
Пока они передавали свиток друг другу, Тань Шоугуань нашел в корпусе «Дин» экзаменационный лист по толкованию канонов и подал его Нин Юэ.
Нин Юэ прочла все от начала до конца, задумалась на миг, а затем распорядилась:
— Вскрыть пломбу. Девятый номер «Дин».
Тань Шоугуань поклонился и вышел. Спустя мгновение он вернулся с реестром и зачитал имя:
— Ци Янь из уезда Цинхэ. Происхождение: простолюдин. Три поколения безупречны. Поручитель – сюцай из клана Гу, господин Гу Вэньцин.
В глазах Нин Юэ мелькнуло понимание. Она бережно свернула тот экзаменационный лист и убрала его в сандаловую шкатулку рядом с основным столом.
— Ци Янь. Уезд Цинхэ.
Она мысленно повторила это имя. Если такие люди будут служить двору – вот удача для Великой Инь.
…
Результаты префектурных экзаменов должны были объявить через пять дней. Обозы из уездов уже один за другим отправлялись в обратный путь.
По обычаю красные списки префектурного экзамена рассылали по уездам с нарочными из Академии на быстрых лошадях – кандидатам не нужно было томиться в городе в ожидании.
Ученики из Цинхэ на постоялом дворе Аньлань собирали вещи. Обоз выехал в полдень и направился на запад.
Дорога туда заняла дней десять с лишним, обратно ехали быстрее, но в повозках царила куда более тяжелая атмосфера, чем по пути сюда.
Те, кто раньше всего любил громкие разговоры, теперь молча глядели в окно.
Несколько учеников Академии сидели, сбившись в одну повозку. Один бормотал:
— Префектурный экзамен – и тема про нашествие чудищ. Да это же нарочное испытание! Я и чудища-то никогда не видел…
Сосед горько усмехнулся:
— Ты хоть полстраницы написал. А я тему не раскрыл, просто историю придумал.
— Историю?
— Ну, будто один книжник пошел в земли чудищ читать лекции и обратил их в добрую веру…
Тот вытаращил глаза:
— Это политическое рассуждение или народное сказание?
Товарищ помрачнел и замолчал.
Так прошло семь дней. До уезда Цинхэ оставалось меньше ста ли, и на большом тракте стало людно.
Коробейники с ношами, крестьяне, возвращавшиеся с рынка, торговцы на ослах – все смешались в один поток, и пришлось сбавить ход.
И тут сзади, с большой дороги, донеслась частая конская рысь.
Цокот копыт – частый, торопливый. Ци Янь открыл глаза, отдернул занавеску и услышал звонкий, торопливый колокольчик, а следом крик:
— Вестник из Академии! Посторонись!
Ученики в повозке разом побледнели.
— Вестник? — Один из них резко выпрямился, ударившись головой о крышу, но даже не заметил боли. — Список уже объявили? Так быстро?
— Верно! Академия округа обнародовала красный список. Он вывешен у ворот Академии, но в дальние уезды и волости отправляют нарочных на быстрых лошадях. Это… это к нам, в Цинхэ!
Возница поспешно свернул к обочине. Гу Вэньцин откинул занавеску, высунул голову, вглядываясь в даль.
Три всадника неслись в облаке желтой пыли. Передний был в синем казенном халате с вышитым знаком Академии на груди, на шее лошади алела шелковая лента, а в руке он громко бил в медный колокол.
Всадники мигом достигли обоза. Передний натянул поводья – конь взвился на дыбы и развернулся посреди дороги.
— Вы обоз из уезда Цинхэ? — Громко спросил вестник.
Наставник Линь вышел из передней повозки, поправил одежду, сложил руки:
— Верно. Наставник уездной школы Цинхэ Линь Цзэчэн.
Вестник спрыгнул с коня, снял с седла красный лакированный цилиндр, прижал его к груди и зычно объявил:
— Я послан госпожой Нин Юэ, академическим надзирателем округа, доставить в уезд Цинхэ красный список о сдавших префектурный экзамен. Встретив вас здесь, объявляю список на месте!
При этих словах ученики мигом повыскакивали из повозок и обступили вестника, но стояли на удивление тихо – ни шума, ни гама.
Вестник отвинтил красный цилиндр, достал сверток из золотистой красной бумаги, развернул его, прочистил горло.
— Бессмертная династия Инь, седьмой год эры Сюаньхэ, четвертая луна. Красный список префектурного экзамена. Ниже следуют сдавшие из уезда Цинхэ.
Он развернул бумагу и начал зачитывать с последнего места:
— Сто девяносто третий. Уездная школа Цинхэ. Чжан Шоужэнь.
Один из двух сопровождающих вестников вытащил маленький гонг и ударил – дзан!
Высокий худощавый юноша покачнулся и разрыдался от радости; соседи поспешно подхватили его.
— Сто восемьдесят седьмой. Академия Цинхэ. Чэнь Пин.
Снова удар гонга.
При каждом имени в толпе поднималось волнение: кто-то ликовал, кто-то вздыхал.
Вестник назвал еще семь имен – трое из Академии, четверо из уездной школы. Все едва-едва прошли.
Такой результат заставил собравшихся учеников покраснеть: из сотни с лишним человек, участвовавших в экзамене от уезда Цинхэ, прошли только семеро.
Назвав семь имен, вестник свернул красную бумагу.
Имени Ци Яня среди них не было.
— Как же так… — лица учеников Академии выражали полное неверие. Те семеро, кто миг назад сияли от радости, растерянно переглянулись.
Гу Вэньцин слегка помрачнел, а наставник Линь сжал губы в нитку.
Ци Янь стоял позади всех, лицо его оставалось спокойным. Он заметил, что вестник не уехал, а вдруг снова спрыгнул с коня.
Пока толпа гудела, вестник сунул красный лист товарищу, достал из-за пазухи другой свиток.
Этот был шире прежнего, обернут в ярко-желтый шелк, концы запечатаны красным лаком, а по краю шла золотая кайма.
Вестник поднял желтый свиток в обеих руках, поклонился в полтуловища и зычно спросил:
— Позвольте спросить: здесь ли находится господин Ци Янь из Академии Цинхэ?
Пальцы Ци Яня дрогнули. Он встал, шагнул вперед:
— Я здесь.
Передний вестник поправил форму и торжественно направился к Ци Яню.
Двое других тоже спешились и встали справа и слева от него.
Все трое прошли сквозь толпу, под восхищенными взглядами подошли к Ци Яню и подняли свиток с золотой каймой над головой.
И на дороге прозвучал громкий голос:
— Поздравляем господина Ци Яня из уезда Цинхэ! Оба этапа префектурного экзамена сданы на «отлично». По личному решению госпожи академического надзирателя Нин Юэ вы назначаетесь…
— Главой списка!
Последние два слова громом ударили в уши собравшихся.
Гу Вэньцин вздрогнул и застыл как вкопанный.
Наставник Линь легонько похлопал его по плечу и тихо сказал:
— Господин Гу, вы не ошиблись.
Ци Янь взял себя в руки и под гул поздравлений шагнул вперед, низко поклонился:
— Благодарю.
Вестник, сияя, произнес:
— Это документ о назначении главой списка, заверенный госпожой Нин. А еще от нее устный наказ. Она велела передать: надеется, что господин Ци Янь будет усердно совершенствоваться и ждет его в Академии округа.
Ци Янь принял документ, кивнул:
— Ученик запомнил.
http://tl.rulate.ru/book/204284/25444801
Готово:
