Глава 171. Гу Цинчжу
— Компания «Водяная Птица»? — Чэнь Фань мысленно усмехнулся, разглядывая стоящего перед ним Гу Цинчжу.
В этом суетливом мире было нечасто встретить человека, которого можно было бы назвать истинно благородным и утончённым. Гу Цинчжу было около тридцати, но его изысканность казалась не молодой грацией, а скорее мудростью старости — словно он видел, как рушатся горы и высыхают моря, словно его душа пережила целые эпохи.
В буддизме существует понятие «перерождённого тела». Когда мастер, достигнув предела в постижении, не может продвинуться дальше, он добровольно оставляет тело, перерождается, и в определённый момент к нему приходят воспоминания прошлой жизни. Они в сочетании с опытом нынешней позволяют ему прорваться через барьер. Чэнь Фань мог с уверенностью сказать: перед ним стоял тот, кто переродился, но не был Буддой.
— Тёмный культиватор осмеливается появиться передо мной, — усмехнулся он. — Это бесстрашие или безрассудство?
— Тёмный культиватор?! — Цинь Линьинь расширила глаза и невольно отступила на шаг.
Она знала, что компания «Водяная Птица» была странной, но чтобы настолько — что она была связана с тёмными культами!
Бай Мяофу спряталась за спину Чэнь Фаня, но в её глазах горело любопытство и азарт. Впервые она видела живого тёмного культиватора — до этого ей попадались только мёртвые. А убить такого — это же святое дело, благо для народа! Может, она тоже сможет помочь?
— Ха-ха-ха, — Гу Цинчжу рассмеялся спокойно, без тени страха. — Похоже, от Главы даосов ничего не ускользает. Но называть меня тёмным культиватором я не могу принять. Праведное и тёмное — всего лишь выбор. Если я считаю себя праведным, значит, я праведный.
— Переродился, и теперь исповедуешь субъективный идеализм? — Чэнь Фань приподнял бровь, и в его голосе послышалось любопытство.
— Я не причинил никому вреда, — мягко ответил Гу Цинчжу. — Так какая разница, как меня называют другие?
— Хватит пустых слов, — оборвал его Чэнь Фань. — Ты помогал Обществу Ищущих Путь, а значит, помогал злу. Ты сам выбрал этот путь. Думаешь, если будешь прикрываться высокими словами, то сможешь смыть с себя вину?
Гу Цинчжу, казалось, ждал этого вопроса. Он не рассердился и не смутился, а лишь слегка улыбнулся:
— Глава даосов, представьте: перед вами рельсы, по которым мчится поезд, а на пути привязаны десять человек. Если вы потянете за рычаг, поезд свернёт на другой путь, но там привязан один человек. Я не стану спрашивать, что бы вы сделали. — Он выдержал паузу. — Я бы потянул за рычаг. Даже если для того, кто погиб, я буду злодеем — какая разница? По крайней мере, остальные десять будут живы и назовут меня праведником. Разве нет?
Чэнь Фань молча смотрел на него. Бай Мяофу и Цинь Линьинь замерли, чувствуя, как воздух вокруг становится тяжелее.
— Это философия Общества Ищущих Путь? — спросил он наконец.
— Нет, — покачал головой Гу Цинчжу. — Это моя.
Чэнь Фань пристально вглядывался в его лицо, и Гу Цинчжу не пытался скрыть свои черты. Он знал: перед таким мастером, как Чэнь Фань, маскировка бесполезна. Но если не скрываться, это выглядит как искренность. Чэнь Фань видел: его линия судьбы была спокойна — он действительно никогда никого не убивал. Для тёмного культиватора из Общества Ищущих Путь это было удивительно. Все, кого он встречал раньше — Будда, Алмазный Страж, Бодхисатва, — были обагрены кровью.
— Зачем ты пришёл? — Чэнь Фань прищурился. — Твоя компания «Водяная Птица» явилась сюда не ради инвестиций, верно?
— Глава проницателен, — Гу Цинчжу почтительно сложил руки и поклонился.
Его старомодные манеры вызывали у Чэнь Фаня лёгкое раздражение. В этом была одна из проблем перерождённых: когда воспоминания прошлой жизни нахлынывали на нынешнюю, оставался ли человек тем, кем он был? Гу Цинчжу выглядел на тридцать, но его поведение было чуждо его возрасту.
— Я пришёл, чтобы встретиться с Главой и выкупить тела тех, кто пал от вашей руки, — сказал он.
Чэнь Фань приподнял бровь. Он и не сомневался. Тёмные культиваторы Общества Ищущих Путь использовали запретную технику, чтобы поглощать буддийские реликвии — золотые тела, священные кости — и превращать их в оружие. Теперь, когда буддийские школы усилили охрану, добывать их стало почти невозможно. Гораздо проще было заплатить Чэнь Фаню за тела — особенно за три тела Будд, разделивших свои сущности на прошлое, настоящее и будущее. Их ценность была сравнима с целой корпорацией «Фуши». Но вот беда: даже если бы Чэнь Фань захотел их продать, он не мог — все трое уже были превращены в духов-слуг, и их тела исчезли без следа.
— Сколько вы готовы предложить? — спросил он, и голос его звучал ровно, без тени интереса. — Вы же знаете, деньги меня не волнуют.
Гу Цинчжу на мгновение замялся. Ему показалось, что Чэнь Фань лжёт. Цинь Линьинь, которая уже хотела мысленно обругать его за лицемерие, взглянула на Бай Мяофу, которая смотрела на него с восхищением, и задумалась. Если он действительно Глава даосов, то он должен быть бескорыстным. Тогда зачем он был рядом с Фу Сюэюэ? Этот вопрос терзал её мозг.
— Если Главе нужны деньги, компания «Водяная Птица» готова отдать себя целиком, — предложил Гу Цинчжу с поклоном.
— Мало, — покачал головой Чэнь Фань.
— Тогда добавим десять миллиардов заказов, — невозмутимо продолжил Гу Цинчжу.
— Всё равно мало.
Чэнь Фань просто не мог продать то, чего у него не было. Оставалось лишь заломить цену, чтобы отказаться.
Гу Цинчжу помрачнел:
— Вся компания стоит около ста миллиардов. Если десяти миллиардов недостаточно… тогда сорок? — он поднял голову и посмотрел на Чэнь Фаня в упор.
«Богато!» — подумал Чэнь Фань.
http://tl.rulate.ru/book/204133/27145402
Готово:
