Он опустил голову, глядя на остриё клинка, торчащее из его собственной груди. Его губы шевельнулись, он хотел что-то сказать, но изо рта хлынула лишь густая кровь.
За его спиной фигура в звериной маске медленно извлекала окровавленное танто.
— Вражеская атака!!!
Шух-шух-шух-шух!
Бесчисленные чёрные силуэты, подобно саранче, хлынули из теней, заполняя квартал Учиха.
Их было слишком много — в три, а то и в пять раз больше, чем самих Учиха!
Корень? АНБУ? Все эти безжалостные убийцы в масках по первому приказу Данзо ринулись на штурм!
— Клан Учиха поднял мятеж! Уничтожить на месте! Живых не оставлять!
Взрывы ниндзюцу загрохотали по всему кварталу.
— Убить!!! — взревел Учиха Текка, врываясь в ряды врагов. Свет глазной силы то вспыхивал, то угасал в его зрачках.
Он чувствовал это. Его три томоэ раскалывались, эволюционируя в сторону Мангекё. Предельная ярость, отчаяние и невыносимая боль от предательства — всё это превращалось в додзюцу, вливаясь в его залитые кровью глаза!
— Мастер Текка!!!
Несколько молодых людей из клана Учиха следовали прямо за ним. Пусть в их шаринганах было всего по два томоэ, ведомые яростью, они двигались куда стремительнее, чем обычно.
— Защищайте стариков и детей! Прикройте отход гражданских!
— Отступаем к реке Накагаве! Там есть потайной ход!
— Быстрее!!!
Какая-то старуха, поддерживаемая внучкой, выбежала из пылающего дома. За её спиной уже опускался клинок оперативника Корня.
Дзинь!
Кунай, прилетевший сбоку, ювелирно отбил этот удар.
— Бабушка, беги!
Кунай бросил мальчишка лет одиннадцати-двенадцати, Учиха Судзумэ — генин, совсем недавно окончивший Академию. На его лице ещё играли детские черты, но взгляд был по-взрослому пронзительным. Однако в следующую же секунду напарник того шиноби Корня зашёл с фланга и вонзил клинок Судзумэ прямо в живот.
Мальчик глухо застонал, но мёртвой хваткой вцепился руками в лезвие, не давая врагу вытащить оружие.
Его шаринган бешено закружился. Нащупав в сумке со снаряжением взрывную печать, он намертво прилепил её к груди стоявшего перед ним бойца Корня.
— Беги... скорее...
Бум——!
Взрывная печать детонировала, и силуэт подростка вместе с двумя оперативниками Корня бесследно исчез в огненной вспышке. Старуха, увлекаемая внучкой, бежала прочь, обливаясь горькими слезами. А позади них подобные сцены разыгрывались одна за другой.
Данзо стоял на высоком холме у самой границы квартала. Опираясь на трость, он холодно взирал на бушующее внизу чистилище. За его спиной оставались лишь четверо элитных гвардейцев Корня, все остальные уже были брошены в бой. В его единственном глазу горел блеск абсолютной уверенности в победе.
— Раз уж Итачи остановился, нам придётся закончить дело за него, — мрачно произнёс он. — Убить всех, до единого! А все глаза забрать в распоряжение Корня...
Взгляд Данзо скользнул по хаосу сражения и внезапно замер на одном направлении. На его губах заиграла холодная усмешка.
— Кицуне.
Он повернулся и отдал приказ своему доверенному лицу в маске пса:
— Я должен заполучить оба глаза Учихи Фугаку. Любой ценой.
Кицуне глухо отозвался и в тот же миг растворился в воздухе, задействовав Шуншин.
Данзо повернулся обратно, продолжая наблюдать за полем боя.
На протяжении десятков лет они использовали любые средства и методы, чтобы загнать Учиха в сегодняшний тупик.
И теперь его заветное желание было близко к исполнению как никогда.
Закинув голову под углом в сорок пять градусов, Данзо устремил взор к небесам, и на его старом лице отразилось выражение полнейшего упоения:
— Учитель Тобирама, я сделал это... Вы видите?
Но стоило его сердцу затрепетать от восторга, как из тени прямо за его спиной медленно соткался чей-то силуэт.
Кошачья маска, форменная одежда АНБУ.
Он появился без единого звука, словно струйка дыма. Сенсорные способности Данзо были одними из лучших в Корне, однако в этот миг он совершенно не ощутил приближения чужака. Лишь когда к его затылку прижалось холодное лезвие куная, его тело сковал мертвенный девственный оцепенение.
— Кто?! — рявкнул Данзо, яростно вскидывая правую руку!
Однако чужой клинок оказался быстрее. В одно мгновение сверкнули бесчисленные холодные вспышки, и во все стороны брызнула свежая кровь! Тело Данзо было мгновенно изрублено на куски...
— Ха-а... ха-а...
На старом лице Данзо выступил холодный пот, он покачнулся и сделал несколько шагов назад, тяжело дыша.
— Гендзюцу... Но когда оно успело...
Неподалёку от него шиноби в кошачьей маске медленно снял её, явив лицо Итачи.
Вспых! Его Мангекё Шаринган раскрылся во всём величии, высвобождая наружу непревзойдённую, сокрушительную глазную силу.
— Я могу явиться к тебе в любое мгновение. Эти глаза вечно будут следить за тобой... из самой глубокой тьмы!
— Не смей забывать о том, что пообещал мне. И даже не думай зариться на моего младшего брата, иначе...
Мир вокруг исказился, и Данзо с трудом вырвался из иллюзии, едва не рухнув на колени. Он дико огляделся по сторонам — рядом оставались лишь четверо его телохранителей...
— Убить его!!! — взревел он.
— Есть!
И хотя четверо подчинённых не поняли, почему их предводитель вдруг так резко занервничал, они беспрекословно подчинились приказу и ринулись в бой.
— Убить!
— Ради наших детей, ради славы клана!
Оказавшись в безвыходном положении, клан Учиха окончательно обезумел от ярости. Среди них были обладатели сильной глазной силы; заметив то, что происходило в самом центре деревни, они разразились воодушевляющими криками:
— Смотрите! Это легендарная, величайшая сила нашего клана — Сусаноо!
— О-о-о! Это Учиха Тенши!
— Это Тенши сражается ради нас!..
— В бой! Фугаку больше не глава нашего клана! Прорубим себе кровавый путь, клану Учиха не страшна никакая битва!
Сотни соклановцев разразились громовым рёвом. И дряхлые старики, и едва достигавшие метра в колене дети — все поголовно хватались за оружие.
Бум! Золотой Сусаноо зловеще шагнул по пылающей, разрушенной улице. Земля покрылась трещинами, во все стороны полетели обломки камней, а уцелевшее трёхэтажное здание под гигантской стопой исполина в мгновение ока превратилось в труху.
Тенши стоял внутри Сусаноо, его глаза были алыми, словно налитыми свежей кровью. Он почувствовал это. Суперсенсорика, дарованная ему Телом Мудреца, позволяла во всех красках «видеть» каждую деталь, происходящую в квартале клана...
Этих соклановцев, в ужасе воспрянувших ото сна. Эти вспыхивающие шаринганы. Тех, кто уже не на жизнь, а на смерть схлестнулся с оперативниками Корня.
Чакра Инь-стихии бушевала и горела в их телах, заставляя шаринганы эволюционировать один за другим.
Алое сияние то и дело вспыхивало в самых разных уголках квартала — это были те сородичи, кто прежде никогда не открывал шаринган, но теперь впервые пробуждал его под воздействием колоссального эмоционального потрясения!
Клан пробудился. А это значило, что у него самого осталась лишь одна-единственная задача.
http://tl.rulate.ru/book/203575/24244331
Готово:
