У подножия Чжэнтянь Даша быстро шла статная девушка.
Гань Линь опустила стекло машины:
— Мэн Жань!
Вдалеке на обычно спокойном лице Мэн Жань расцвела теплая улыбка. Она махнула Гань Линь рукой и прибавила шагу.
Гань Линь освободила место в салоне. Дождавшись, пока Мэн Жань сядет, она с улыбкой спросила:
— Столько не виделись, а ты так изменилась.
Мэн Жань нанесла макияж, а её наряд отличался особым стилем. Она и раньше была привлекательнее Гань Линь, но теперь, приложив усилия к образу, окончательно затмила подругу.
Если говорить лишь о внешности, то Гань Линь была редкой красавицей, но Мэн Жань превосходила её. Тем более что стили у них были разными: Гань Линь тяготела к чистоте и скромности, а Мэн Жань — к соблазнительности, да и фигура у неё была пышнее.
Теперь, когда Мэн Жань вышла в свет, её вкус в одежде разительно отличался от школьных времен, в то время как Гань Линь по-прежнему предпочитала простоту, из-за чего естественным образом проигрывала в сравнении.
Губы женщины горели алым, а при ближайшем рассмотрении она буквально излучала сияние. Всего за месяц перемены стали просто колоссальными.
— Кто же виноват, что ты не позвала меня пообедать раньше! — Мэн Жань отличалась дерзким и открытым нравом; в самой её сути жила нежелание уступать. — Сегодня солнце взошло на западе? У вас, супругов, появилось столько свободного времени, что вы решили нас принять?
Гань Линь вкратце рассказала о том, как Чэнь Дун сорвал куш. Внутри обычной вазы скрывалось сокровище; Чжан Гуанфу нашел эксперта для оценки, и в итоге сделка закрылась на двенадцать миллионов восемьсот тысяч юаней.
Эти деньги Чэнь Дун передал Гань Линь, чем до глубины души её тронул.
Мэн Жань замерла с открытым ртом:
— Да ладно? Чэнь Дун! Не ожидала! У тебя есть такие таланты? Научи и меня! Я тоже хочу разбогатеть за одну ночь!
— Просто счастливое совпадение, на такое не рассчитывай, — Чэнь Дун не мог сказать ей правду и лишь отшутился, уходя от прямого ответа.
Четверо сели за столик в ресторане. Мэн Жань так и лучилась завистью:
— Ну вот, научи меня паре приемов, я тоже пойду по ищу всякие вазочки и прочее. С такими деньгами мне вообще не нужно будет вкалывать!
Чэнь Дун подмигнул:
— Если бы у меня действительно был такой шанс, я бы точно им воспользовался и не отдал бы его тебе!
Мэн Жань рассмеялась:
— И то верно! Тебе же нужно зарабатывать, чтобы содержать мою Гань Линь!
— Кстати, у меня есть предложение, — Чэнь Дун взглянул на Чжан Чэня, и в голове у него созрела идея. — Дядя Чжан дал мне лишние восемьсот восемьдесят тысяч. Восемьдесят я оставлю себе на расходы, а остальные восемьсот вложу в твой интернет-магазин. Что скажешь?
— Ого! — Мэн Жань искренне удивилась. — Откуда ты знаешь, что я сейчас этим занимаюсь?
Она посмотрела на Чжан Чэня:
— Это ты разболтал?
Чжан Чэнь пожал плечами:
— Чэнь Дун будто эликсира бессмертия выпил, теперь даже гадать на улице может. Это не я!
Мэн Жань одновременно обрадовалась и удивилась:
— Обещаешь? Если действительно будут эти восемьсот тысяч, мой старт станет куда мощнее, и многие проблемы решатся сами собой!
— Конечно, обещаю! — Чэнь Дун сжал руку Гань Линь. — Ради Гань Линь я не стану тебя обманывать!
Гань Линь тоже улыбнулась:
— Раз он пообещал, значит, так и будет. Деньги у меня, и если он захочет пойти на попятную, это будет считаться присвоением средств, так что я всё равно выбью их для тебя!
— Вот это другое дело!
Когда блюда и напитки были поданы, Мэн Жань наполнила бокал пива:
— За твои слова! Выпью первую за твою честность!
Она выпила залпом, остальные трое поспешили последовать её примеру. Гань Линь не привыкла к алкоголю и тут же закашлялась.
Чэнь Дун осторожно похлопал её по спине, как вдруг Мэн Жань спросила:
— А как делим доли? Сколько планируешь забрать себе?
— Восемьдесят на двадцать!
Лицо Мэн Жань стало неестественным, а Чжан Чэнь и вовсе не поверил своим ушам. «Да не был он таким раньше!» — пронеслось у него в голове.
Гань Линь, подавляя кашель, посмотрела на Чэнь Дуна. Увидев его лукавый взгляд, она мгновенно всё поняла.
Чэнь Дун именно этого и добивался: намеренно заинтриговать, а затем, откусив кусок еды и долив вина, произнести:
— Ты — восемьдесят, я — двадцать. Разве это не справедливо?
Чжан Чэнь первым не выдержал и рассмеялся от возмущения:
— Ты, блин, действительно придурок!
Мэн Жань тоже рассмеялась:
— Справедливо, чертовски справедливо!
— Но восемьдесят на двадцать — это слишком, ты нас обижаешь. Давай тридцать на семьдесят!
Чэнь Дун не стал церемониться:
— Ладно, договорились.
Обычный человек не обладал бы такой уверенностью, чтобы принять подобное распределение, но Мэн Жань была не такой. Она верила в себя без всяких рациональных причин — эта уверенность была вбита в её кости, передалась от родителей, семьи и среды, в которой она росла. Это была её натура.
Чэнь Дун тоже верил в неё, но его уверенность опиралась на опыт и память его прошлой жизни.
Восемьсот тысяч в это время — это цена квартиры в Бэйцзине. Купи её сейчас, и через двадцать лет цена вырастет в десятки раз.
Но для Мэн Жань такой потенциал роста всё равно был маловат.
В прошлой жизни Мэн Жань, даже не имея сторонних вложений, сумела сколотить состояние в десятки миллионов, совершив невероятный взлет на волне стриминга и коротких видео. Она развивалась куда успешнее, чем вечно спотыкающийся Чжан Чэнь.
От «ангельских инвестиций» в восемьсот тысяч можно было ожидать таких дивидендов, о которых Чэнь Дун даже боялся мечтать.
— Завтра я подготовлю соглашение о долевом участии, подпишешь — и по рукам! — Мэн Жань действовала решительно.
Чэнь Дун покачал головой:
— Пусть подписывает Гань Линь. Все финансовые вопросы в нашей семье ведет она.
Мэн Жань перевела взгляд с него на Гань Линь и тут же уловила суть:
— Деньги на её карту, и подпись тоже её... Что, вы уже спите вместе?
Гань Линь покраснела и сердито взглянула на подругу:
— Что за вздор ты несешь!
Чжан Чэнь пришел в себя и с усмешкой посмотрел на Чэнь Дуна:
— А ты хорош, Чэнь Дун! Не ожидал!
Лицо Чэнь Дуна обдало жаром. Он выдавил из себя кривую усмешку:
— Вам не сравниться. Я помню тот снежный вечер...
— Брат, родной мой! — Чжан Чэнь перебил его. — Нельзя такое говорить! С ума сойти можно!
— Умный нашелся!
Мэн Жань захлопала своими красивыми глазами:
— Что происходит? О чем вы? Вы о чем вообще?
Чэнь Дун лишь покачал головой, а Чжан Чэнь схватил её за руку:
— Ничего, ничего особенного! Не спрашивай, умоляю, только не спрашивай!
— Так не пойдет! — Мэн Жань властно указала на Чэнь Дуна. — Говори или не говори?
Чэнь Дун посмотрел на Чжан Чэня с невинным видом:
— Не вини меня! Ты же знаешь, какой деспот твоя Мэн Жань.
— Хватит болтать! — Мэн Жань уже схватила пивную бутылку, и в её жесте читалась угроза. Хотя все знали, что она не ударит, Чэнь Дун предпочел сдаться.
— Ну, в тот снежный вечер вы собирались на свидание в кино...
— И что дальше? — Мэн Жань вспомнила ту ночь, и под воздействием алкоголя её лицо стало еще более румяным.
— Я просто дал ему совет, и он купил пачку синих таблеток... — Чэнь Дун не выдержал и согнулся от смеха. — В его-то возрасте и с его-то организмом, он после приема лекарства стоял в боевой готовности с трех часов дня до самого вечера! Ха-ха-ха!
Он хохотал во все горло, Гань Линь тоже прикрывала рот рукой, смеясь. Мэн Жань, внезапно всё поняв, воскликнула:
— Так вот почему мы не пошли в кино, и ты сразу потащил меня к себе! Чжан Чэнь, ты козел!
То, что она так легко выдала их интимный секрет, слегка удивило Чэнь Дуна, но он и раньше слышал об этом от Чжан Чэня, так что неловко не было.
Гань Линь тоже не раз слышала об этом от Мэн Жань, и при Чжан Чэне ей было немного неловко, но не критично.
Особые отношения между четверкой делали их ближе. Эта неловкая история, не такая уж и большая, лишь подчеркивала, как сильно Чжан Чэнь дорожил Мэн Жань.
Когда вино подействовало, а еда была закончена, Мэн Жань внезапно спросила:
— Вы уже так близки. Чэнь Дун, ты не думал о том, когда пойдешь на поклон к будущему тестю?
Стол был завален грязной посудой, бокалы опустели.
В словах Мэн Жань был подтекст, который заставил Чэнь Дуна задуматься. До сегодняшнего дня он так и не знал, чем занимаются родители Гань Линь.
Его родители были простыми крестьянами; хоть они и занимались мелкой торговлей, это была обычная семья. Но Гань Линь была другой. Судя по её манерам и речи, её родители точно не были простыми людьми. Раньше они упоминали, что отец Гань Линь — госслужащий, а мать — профессор университета, но на этом подробности заканчивались.
Мэн Жань явно намекала на что-то.
— Я была в доме Чжанов. Старик очень любезен, но, честно говоря, и виду не подал, что готов впустить меня в семью, — Мэн Жань потеряла интерес и решила дать совет: — Раз уж вы решили быть вместе, лучше поскорее познакомиться с родителями друг друга. Я считаю, что с браком лучше не тянуть.
Чжан Чэнь закивал:
— Я тоже так думаю!
Гань Линь покраснела:
— Я еще не окончила университет, какой брак?
— В твоем возрасте не обязательно ждать диплома, — Мэн Жань покачала головой. — К тому же, твой путь еще так долог: за магистратурой последует докторантура. Ты что, хочешь ждать окончания докторантуры? Чэнь Дун-то подождать может, а ты?
— Но если пожениться, придется рожать детей... Я боюсь, что не справлюсь со всем сразу, — пробормотала Гань Линь.
Чэнь Дун крепко сжал её руку:
— Не слушай их, не стоит спешить.
Но Мэн Жань отрезала:
— Гань Линь, послушай меня: либо замуж поскорее, либо не замуж вовсе!
— Почему? — Гань Линь не понимала, а Чэнь Дун примерно догадался, что имеет в виду Мэн Жань.
— Пока ты молода, когда родишь детей, ваши родители еще не будут старыми и смогут помочь с уходом. Если же рожать в зрелом возрасте, то родители будут либо слишком стары, чтобы помогать, либо больны, и тогда вся забота ляжет на тебя. А когда у тебя на руках и старики, и младенцы — это сущий ад!
— Но не помешает ли ранний брак карьере? — засомневалась Гань Линь.
Мэн Жань лишь фыркнула:
— Какая карьера? Если не можешь совмещать, значит, ты к этому не приспособлена. Будь то внешние обстоятельства или внутренние — выбирай что-то одно: либо карьеру, либо семью. Не пытайся усидеть на двух стульях.
— Рыбу и медвежью лапу не удержать одновременно, — Мэн Жань, разойдясь от вина, говорила прямо и резко. — Но это проблемы обычных людей. У тебя в руках сейчас эти миллионы Чэнь Дуна, так что об этом можно не беспокоиться. Разве что пара месяцев декрета доставят хлопот, в остальное время это никак не помешает!
Слова Мэн Жань погрузили Гань Линь в раздумья. Чэнь Дун слегка коснулся её руки, показывая, что не стоит накручивать себя.
Еще недавно он учил Чжан Чэня, как «сделать всё свершившимся», чтобы заставить отца принять Мэн Жань, а теперь Мэн Жань сама учила Гань Линь поспешить с браком. Мир был полон странностей.
В конце вечера компания разошлась. Чэнь Дун проводил Гань Линь, попрощавшись с Чжан Чэнем и Мэн Жань. Они пошли в отель рука об руку, и после близости начали мечтать о совместном будущем.
Перед тем как провалиться в сон, Гань Линь пробормотала:
— В этот праздник середины осени... поехали ко мне домой вместе!
http://tl.rulate.ru/book/201697/24783527
Готово:
