Как только закончился сезон паводков, ритм работы в поселке сразу замедлился.
Чэнь Дун замер в раздумьях, когда вдруг дверь скрипнула, и в кабинет вошел секретарь правительства Ян Цзе.
— Сяо Чэнь, в обед приедет секретарь уездного комитета, иди скорее помогай! — Ян Цзе был в годах и ничуть не церемонился с ним.
По идее, кадровый резервист и секретарь комсомольского комитета не должен заниматься хозяйственными делами, но Чэнь Дун был человеком сговорчивым. К тому же он трижды в день ел в столовой и из вежливости иногда помогал накрывать на стол или убирать. Со временем Ян Цзе, почувствовав безнаказанность, начал помыкать им.
— Хорошо, иду, — бросил Чэнь Дун. В прошлой жизни он видел немало таких людей, поэтому не стал показывать раздражения. Лишняя работа его не убьет, а когда представится случай, ему еще научат манерам.
В работе на уровне поселка или деревни большинство людей были неплохими, но человеческая натура такова: каждый подстраивается под статус собеседника. Люди — как пружины: если ты слаб, они нападают; каждый готов пойти на шаг вперед, и мало кто знает меру.
Его статус кадрового резервиста был лишь красивым ярлыком на лице; пойдет он в большую политику или нет, на этих людях это никак не отразится.
Поэтому «сговорчивый» Чэнь Дун совмещал в поселке еще несколько неблагодарных и низкоквалифицированных работ: помощника повара, компьютерщика и мастера по ремонту техники.
Повар на кухне, старшая сестра Лю, была добрым человеком. Ей было за пятьдесят, она работала ловко, была простой и неприхотливой, а готовила вкусно. Чэнь Дун ладил с ней отлично; порой они вдвоем подтрунивали над Ян Цзе, и это приносило немало удовольствия.
Благодаря многолетнему одиночеству в прошлой жизни, Чэнь Дун виртуозно владел ножом, и жарка или варка не составляли для него труда. Благодаря его помощи восемь блюд быстро оказались на столе.
Расставляя приборы, Чэнь Дун с усмешкой произнес:
— И секретарь Ян тоже дает жару: секретарь уездного комитета приехал обедать, а его и след простыл.
— Так ему и надо, у него за спиной люди стоят! — рассмеялась сестра Лю.
— Ну вот, пришел «Цао Цао»!
Чэнь Дун обернулся и действительно увидел Ян Цзе, несущего пакет с кукурузными лепешками.
— Лю-эр, разогрей это, секретарь Чжоу любит такие.
— Брат Ян, скоро приедут руководители уезда, ты разве не покажешься им? — подколол его Чэнь Дун.
Ян Цзе хмыкнул:
— Да зачем мне показываться? Мой рост уже на пределе, пусть возможности достаются молодым!
Чэнь Дун промолчал. Как только Ян Цзе отошел, он холодно фыркнул. Этот человек всегда судил о людях по их виду; Чэнь Дун не стал опускаться до его уровня, но тот решил поиграть в «заманивание через отталкивание».
Во двор въехал легковой автомобиль. У Цимин вышел из машины и поднялся наверх. Его водитель, Сяо Ван, быстро вбежал в столовую и, завидев Чэнь Дуна, заулыбался:
— Брат Чэнь, опять помогаешь сестре Лю?
Они были ровесниками, Чэнь Дун был чуть старше, поэтому его называли «братом Чэнь», но сегодня это прозвучало впервые.
— Секретарь У велел проверить, всё ли готово к обеду?
— Всё готово, горячее в котлах, скоро начнем, — Чэнь Дун ловко сложил салфетки и разложил их в стаканы.
— Ладно, я пойду доложу секретарю.
Сяо Ван убежал. Время было около одиннадцати тридцати, когда У Цимин спустился вниз. Во двор въехал «Ауди», за ним следовали два черных седана. В окружении свиты У Цимина в столовую вошел Чжоу Цзюньхуэй.
— О, и ты здесь, Сяо Чэнь? — заметив Чэнь Дуна, Чжоу Цзюньхуэй сам окликнул его.
Чэнь Дун хотел было улизнуть, но понял, что не выйдет, и подошел поздороваться:
— Здравствуйте, секретарь Чжоу.
— Пойдем, пройдемся вместе, — Чжоу Цзюньхуэй вымыл руки, но не сел за стол, а позвал Чэнь Дуна выйти во двор.
— Сегодня утром я спрашивал о тебе у Линь Бучжана. Юрист с престижного университета — это серьезно. С твоими данными ты вряд ли надолго задержишься в Цинцзяне. Маленький Линьгуаньчжэнь — не то место, где стоит оседать. Если есть какие-то мысли, можешь поделиться со мной.
Чжоу Цзюньхуэй говорил прямо, и Чэнь Дун не стал юлить:
— Секретарь Чжоу, я планирую идти шаг за шагом. Если представится возможность вернуться в провинцию — это было бы лучше всего. Если нет — я не против начинать с самых низов. Великие полководцы выходят из рядовых, а канцлеры — из провинций. Хочешь добиться величия — начинай снизу.
Чжоу Цзюньхуэй одобрительно закивал, глядя на него с нескрываемым восхищением:
— С такой проницательностью я не ошибся в тебе! Сначала я хотел перевести тебя к себе для обучения, но, послушав тебя, решил, что тебе полезно еще поработать на передовой.
— Ты — кадровый резерв по направлению. Через год я организую твой перевод на должность заместителя отдела с реальными полномочиями. Когда будут идеи — приходи и говори. Запиши мой номер...
— Благодарю за доверие, секретарь Чжоу! — Чэнь Дун поспешно записал номер. Они еще немного перекинулись парой фраз о семье Чэнь Дуна, после чего вернулись в помещение, чтобы приступить к трапезе.
Чэнь Дун хотел сесть за стол к водителям, но секретарь Чжоу Цзюньхуэя, Ли Минфэн, притянул его к себе.
Будучи приближенными к руководству, они обладали достаточной проницательностью, чтобы понимать, что происходит.
Чэнь Дун не стал спорить и непринужденно сел. Рядом с Чжоу Цзюньхуэем сидели У Цимин и заместитель уездного главы Цзан Хунвэнь, а также начальники управлений развития и жилищно-коммунального хозяйства и начальник поселка Хань Ган. Кроме них, за столом были Чэнь Дун и Ли Минфэн.
То, что Чэнь Дун оказался за этим столом, говорило о многом. Приближенные к секретарям уездного комитета мгновенно осознали значение этого жеста.
Чжоу Цзюньхуэй первым взял палочки, и беседа за едой потекла оживленно.
— Секретарь Чжоу, если после обеда не заняты, может, выпьем по чарке? — негромко спросил У Цимин, видя хорошее настроение собеседника.
— Хорошо, выпьем!
Чэнь Дун тут же вскочил, чтобы принести алкоголь, но У Цимин его остановил:
— Сяо Чэнь, сядь! Как кадровый резервист из Провинциального комитета по проверке дисциплины может носиться тут как официант? Это же неприлично!
Хань Ган покраснел и тоже поднялся:
— Сяо Чэнь, сиди! Ты все равно не знаешь, где вино. Я позову Ян Цзе!
Хань Ган вышел с телефоном. Вскоре из административного здания прибежал запыхавшийся Ян Цзе. Он нес две бутылки местного белого вина, лицо его было пунцовым от бега.
Хань Ган яростно взглянул на него, выплеснув всё раздражение на секретаря правительства, выхватил бутылку и скрылся в кабинете.
В тот миг, когда дверь распахнулась, Ян Цзе увидел Чэнь Дуна. Тот сидел на почетном месте, а прямо напротив него — секретарь уездного комитета Чжоу Цзюньхуэй.
Сердце Ян Цзе екнуло. Теперь он понял, что означал тот свирепый взгляд Хань Гана.
Зайдя на кухню, Ян Цзе почувствовал, как подкашиваются ноги. Он стал секретарем правительства только потому, что был одноклассником брата Хань Гана, используя эту связь, чтобы занять прибыльное место.
Но с каких пор Чэнь Дун стал настолько значимым, что его приглашают обедать с секретарем уезда?
В голове у него все помутилось. Он подошел к сестре Лю:
— А почему Сяо Чэнь сел за тот стол?
— Ты меня спрашиваешь, а я кого? — огрызнулась она, бросая половник в раковину. Это был её прямой способ выразить недовольство.
У Ян Цзе не было времени на споры; он лихорадочно соображал, как теперь вести себя с Чэнь Дуном.
Он осторожно подошел к дверям кабинета и услышал, как У Цимин просит Чэнь Дуна подать вино.
Голос Чэнь Дуна разнесся по комнате:
— Я здесь самый молодой и самый низкий по рангу. Эту чашу я хочу поднять за вас, старшие коллеги и руководители! Пусть ваш путь будет светлым, дела — процветающими, а карьера стремится только ввысь. Крепкого вам здоровья и исполнения всех желаний!
— Вторую чашу я предлагаю поднять за наш уезд Цинцзян! Под руководством секретаря Чжоу и благодаря усилиям всех присутствующих, пусть в уезде царит порядок и гармония, а экономика растет: первичное производство удержит лидерство, вторичное — будет крепнуть, а третичное — уверенно развиваться. Пусть все отрасли процветают, а развитие будет стабильным и долгосрочным!
— А третью чашу я поднимаю за поселок Линьгуаньчжэнь! Под мудрым руководством секретаря Чжоу, при поддержке управлений развития и жилищно-коммунального хозяйства, и благодаря тесному сотрудничеству секретаря У и начальника Хань, пусть поселок достигает еще более выдающихся и блестящих успехов!
После того как Чэнь Дун осушил три чаши вина подряд, в комнате послышался гул отодвигаемых стульев. Чжоу Цзюньхуэй громко воскликнул:
— С таким талантом и размахом, как у Сяо Чэня, нам стоит поднять бокалы все вместе! Давайте! До дна!
Ян Цзе слушал это с перекошенным лицом, мысленно проклиная свою глупость. С таким даром Чэнь Дун рано или поздно взлетит на вершину. О чем он только думал, когда решил с ним враждовать!
Но, к счастью, он вовремя спохватился. Надеюсь, еще не поздно всё исправить.
(Продолжение следует)
http://tl.rulate.ru/book/201697/24783523
Готово:
