Ли Хёна сейчас направлялась в метро SBB в машине, которую вёл Кан Юн.
Она сидела на пассажирском сидении и угостила Кан Юна шоколадом. Её лицо немного покраснело.
— Хёна, ты волнуешься?
— Конечно, ещё как!
Хотя ей и доводилось бывать перед камерой, но это был первый раз, когда песня под названием «Белый лунный свет» должна была прозвучать по телевизору. Широкая улыбка выражала её нынешнее настроение.
Кан Юн, видимо, понял её настроение и ответил, включая весёлую музыку:
— Ты хорошо выбрала песню, Хёна. Со Ён написала хорошую песню. Сама занималась аранжировкой, да?
— Да. Но я не знала, что ты скажешь Со Ён самой заняться мастерингом. Непросто позволить кому-то другому копаться в твоём оборудовании.
Ли Хёна была очень удивлена.
Мастеринг — это процесс регулировки качества, длительности и уровня музыки с целью создания музыкального файла для CD или другого носителя. Для этой работы требовалась такая квалификация, что есть инженеры, занимающиеся только ей. В World Entertainment эту работу поручали Кан Юну.
Он улыбнулся и сказал:
— Я слышал, что Со Ён изучала мастеринг в университете. Поэтому я и предложил ей попробовать. И хотя из-за отсутствия опыта у неё недостаточно хорошо получилось, мы вместе справились.
— Что? Значит, Со Ён тоже будет работать в вашей компании?
Кан Юн пожал плечами.
— Кто знает? Ещё не решил.
— Хм... Мне было бы приятно с ней поработать. Когда она берётся за что-то, она очень усердно работает. В наше время редко встретишь таких трудоголиков.
Кан Юн сказал, что подумает над этим, и сменил тему. Приём на работу композитора — это не то же самое, что приём на работу обычного сотрудника. Он собирался переговорить с Ли Хён Чжи, прежде чем принять решение.
Вскоре они добрались до метро SBB.
Они припарковали машину и подошли к лифту, где их уже ждала женщина — помощник режиссёра.
— Здравствуйте. Вы из World Entertainment, верно?
— Да. Я — Ли Кан Юн.
По всему было видно, что эта помощница режиссёра всю ночь не спала, поскольку под густым слоем макияжа виднелись тёмные круги под глазами. Ли Хёна сглотнула, потому что раньше ей ни разу не доводилось видеть кого-то, связанного с телевидением.
Вслед за ней Кан Юн и Ли Хёна вошли в лифт.
Они направлялись в офис по драматургии, который находился на 21-м этаже. Помощница режиссёра приложила свой пропуск и провела их двоих внутрь.
Ли Хёна осмотрелась в офисе: она была здесь впервые.
«Ух ты, прямо как огромный корпоративный офис из фильмов. Так чисто и... Что? Ого, а этот мужчина такой красивый».
Сотрудник в костюме привлёк внимание Ли Хёны. Она утолила своё любопытство, оглядываясь по сторонам. Но когда этот мужчина прошёл мимо Кан Юна, оказалось, что он на полголовы ниже его.
«Я так и знала, мой оппа такой высокий…»
Ли Хёна невольно улыбнулась.
Вскоре они подошли к конференц-залу, где снимался «Его госпиталь». Когда они вошли, их уже ждали продюсер Ким Док Чжун и ещё несколько помощников режиссёра.
— Здравствуйте.
Кан Юн и Ли Хёна обменялись приветствиями с продюсером. Продюсер Ким Док Чжун был невысокого роста и имел строгий вид. Его острый взгляд сразу приковывал к себе внимание.
Помощница режиссёра, которая их сюда привела, вскоре принесла им кофе.
Ли Хёна с любопытством и волнением отхлебнула кофе, пока Кан Юн рассказывал, зачем он пришёл.
— Спасибо вам за то, что вы с таким вниманием отнеслись к песне «Белый лунный свет».
— Да что вы, она действительно хорошая. На меня она произвела впечатление даже в записи. Обычно мы заключаем устные договоры, но я просто захотел пригласить вас сюда, чтобы сказать, что хочу и в дальнейшем с вами сотрудничать. Надеюсь, я не был слишком назойлив, пригласив вас сюда, когда вы, должно быть, так заняты.
— Вовсе нет. Нам это было только приятно.
Настроение было прекрасным. Продюсер Ким Док Чжун не переставал нахваливать тон вокала и общее настроение, которые отлично дополняли атмосферу сериала. Хотя на стол к нему попадало много композиций, которые претендовали на то, чтобы войти в OST-альбом, впервые он услышал трек, который так ему понравился, что он захотел его вставить — по крайней мере, так он сказал.
Ли Хён А спросила в этом приподнятом настроении:
«Хм, продюсер, можно ли кое-что спросить?»
«Конечно. О, ты, должно быть, вокалистка, да?»
Канг Юн ответила за нее:
«Да».
Продюсер Ким Док Чжун с мягким выражением лица ждал ее вопроса. Хотя его взгляд был таким острым, что он совсем не казался мягким.
«Если наш трек действительно попадет в сериал, можно ли узнать, в какой сцене он прозвучит?»
Услышав этот вопрос, продюсер Ким Док Чжун рассмеялся, а затем сказал:
«Ха-ха-ха, полагаю, тебе любопытно. Он прозвучит в самой важной сцене, где главный герой впервые неожиданно целует героиню».
«О, значит, Джин У и А Джин… Хик! Меня только что спойлерили!?»
Ли Хён А закрыла уши, чтобы не услышать других спойлеров. Она тоже была поклонницей этого сериала.
Канг Юн рассмеялась, увидев это. Благодаря ей настроение стало еще более легким.
По завершении подписания контракта Канг Юн и Ли Хён А поднялись.
На прощание Канг Юн, пожимая руку продюсеру Ким Док Чжуну, сказала:
«Надеюсь, у сериала, и у песни, все сложится хорошо».
Продюсер Ким Док Чжун также заговорил, уверенно улыбаясь:
«Так и будет. Я давно не чувствовал себя настолько уверенно. Рейтинги растут, а песня прозвучит в самой важной сцене сериала, так что всех ждет счастливый финал. Можете с нетерпением ждать этого».
Он проводил Канг Юн до лифта.
По пути в машину, направляясь в World Entertainment, Ли Хён А спросила Канг Юн:
«Что ты думаешь о том, что сказал продюсер?»
Канг Юн немного подумала, прежде чем ответить:
«Посмотрим, какие будут результаты, когда мы к этому придем. И это не наш конечный пункт назначения. Нас ждет кое-что покрупнее».
«Главный дебют? О, да, ты права».
«Это только начало. Не будь такой трусихой».
Ли Хён А, слушая слова Канг Юн, ругала себя за трусость и давала себе слово.
***
На дворе стоял май.
Хорошая погода вывела людей на улицы, а горы зазеленели.
Общежитие Eddios тоже переполняло майское жизнелюбие.
«Кто сегодня отвечает за рис!»
…хотя некоторые были чрезмерно энергичными…
Эйли проворчала, опустив в кастрюлю комочки недоваренного бурого риса. Так как для приготовления бурого риса нужно больше воды, чем для белого, от этого способа приготовления, игнорирующего всё, она нахмурилась.
«Мина-онни...».
Со Хан Ю, которая уже доела, чтобы уйти на репетицию, назвала ей виновницу.
«Чон Ми Наааааа!»
Эйли стиснула зубы и задрожала оттого, что виновница сделала еще хуже и так уже невкусную еду. Она могла терпеть маленькие порции, но невкусную еду терпеть не могла.
«…Просто ешь то, что дали».
Кристи Ан сказала без всякого выражения. Однако Эйли начала суетиться.
«Ни за что. Мало того, что диетическая еда невкусная, с ней еще и так ужасно обращаются? Это пытка, настоящая пытка! А, не выдержу. Сварю еще одну порцию».
Эйли снова принялась мыть рис.
Хан Джу Ён прищелкнула языком.
«Боже, какая гурманша. Странная она какая-то».
«И не говори. Я слышала, нас на этой неделе будут взвешивать. Неужели с ней все в порядке?»
«Что!? Не может быть!»
От равнодушного голоса Кристи Ан Хан Джу Ён занервничала. Не только она, даже Со Хан Ю, которая собиралась уходить, стала волноваться. Только Эйли, занятая промыванием риса, была погружена в свой собственный мир.
«Вчера Мина говорила об этом. Эта девчонка опять забыла тебе сказать, да? Вот же хлопотунья. Директор-онни сказала, что на этой неделе нас будут взвешивать. Хотел президент, но директор сказала, что нужно сохранить наше достоинство».
"Кажется, я набрала вес, что делать..."
Главный враг женщин — весы.
"Чон МинА! Чон МинАаааах!"
Не замечая ничего вокруг, Али была занята приготовлением новой порции.
***
Пока остальные участники суетились из-за еды.
Ли Сам Сун, скачавшая дораму, смотрела "Его больницу" в наушниках. Ее непринужденная поза говорила о том, что она делала это не в первый и не во второй раз.
— Звезды прекрасны.
Джин У, игравший главную мужскую роль в халате врача, смотрел на звезды на крыше. Увидев это, сердце Ли Сам Сун сжалось. Высокий рост главного героя и красота в стиле сёдзё-манги заставили ее сердце затрепетать.
За ней появилась главная героиня А Джин. Она дала Джин У напиток и встала рядом с ним. Они поговорили о начальстве в больнице и немного о своей жизни.
Затем Джин У заговорил о сопернице главной героини, Со Джин, которая тоже хорошо к нему относилась. В дораме Со Джин была девушкой, которая заставляла Джин У много думать о ней.
— ...правда?
А Джин, конечно, не могла быть довольна тем, что Джин У говорит о Со Джин, ведь он нравился ей. Она сверкнула на него глазами и перебила.
— Подожди.
— Что такое?
— ...Давай перестанем говорить о сонбэ.
Затем она встала на цыпочки и коснулась его губ своими. Глаза Джин У расширились от удивления.
— Теперь ты не можешь говорить о ней при мне, правда?
Затем А Джин, смутившись, убежала с покрасневшим лицом.
Джин У был шокирован и стоял в ступоре, касаясь своих губ.
"Надо же... девушки должны вести себя более смело, да, я знал это... Подожди-ка, этот голос не ХёнА-онни?"
И тут Ли Сам Сун услышала знакомый голос. Она впервые слышала эту песню, но голос определенно принадлежал Ли ХёнА. Она ни от кого не слышала об этой песне и не думала, что Ли ХёнА поет такие песни.
"Какая хорошая песня!"
Это была очень печальная, но в то же время прекрасная песня, которая четко выражала мысли женщин.
Когда дорама закончилась, Ли Сам Сун зашла на сайт стриминга и тут же скачала OST в исполнении Ли ХёнА.
Драма SBB "Его больница", OST "Heartache" впервые предстала перед зрителями в 7-й серии.
Песня мгновенно покорила сердца многих, подчеркнув сцену, где главная героиня по имени А Джин внезапно поцеловала главного героя по имени Джин У, чтобы выразить свои чувства. Сдержанные, но все же еле сдерживаемые эмоции заставили сердца многих замереть в такт песне.
В день выхода 8-й серии.
"Heartache" Ли ХёнА заняла первое место на многих сайтах стриминга.
"Реакция хорошая".
Ли ХёнДжи, которая смотрела "Его больницу" вместе с Кан Юном в офисе, удовлетворенно улыбнулась, просматривая различные реакции в интернете.
"Монтаж был хорош. Песня прозвучала как раз вовремя. Она прекрасно передала, как главный герой не сразу замечает чувства главной героини".
"Точно. Фух, похоже, мы преодолели большое препятствие".
Ли ХёнДжи встала и потянулась.
"Похоже, реклама у нас получилась. У нас есть титул первого места на сайтах стриминга, поэтому теперь нужно готовить альбом".
"Я тоже так думаю. Нужно воспользоваться этой возможностью и появиться перед публикой".
У двоих было одно и то же мнение.
Однако не все в этом мире шло по их желанию.
Спустя два дня.
Кан Юн пришел на работу и разговаривал с Уайт Мун Лайт об альбоме вместе с Ли ХёнДжи, когда ему позвонил продюсер Ким Док Чжун. Он говорил очень извиняющимся тоном.
— Мне очень жаль. Я не думаю, что смогу выпустить "Heartache" в следующих эпизодах, то есть в 9-м и 10-м.
"Что? Что-то не так?"
Кан Юн был взволнован, но спросил спокойным голосом. Однако никаких объяснений не получил, а ему лишь сказали, что другая сторона сожалеет.
Конец драмы должен был быть в 20-й серии. Если бы песня изменилась, Кан Юн посчитал, что это произойдет не раньше 17-й серии. Здесь было что-то не так.
– К огромному моему сожалению, я могу только выразить свои глубочайшие извинения. Это связано с внутренними вопросами, так что, пожалуйста, поймите.
“… Фух. Похоже, мне придется наведаться. ”
– Хорошо. Пожалуйста, приходите. Я буду ждать вас.
Кан Юн закончил разговор и надел пальто. Ли Хён Чжи спросила, увидев внезапную суматоху.
“Что-то случилось?”
“Думаю, возникла проблема с саундтреком. Его не будут транслировать с следующей недели. ”
“Что? Их к этому вынудили из-за давления со стороны производственной компании или инвесторов или что-то в этом роде?”
Когда Ли Хён Чжи с тревогой спросила, Кан Юн кивнул. У него тоже промелькнула подобная мысль.
“Возникло это, возможно, потому, что рейтинги этого сериала довольно высокие. Не думаю, что это будет легко… но мы должны разработать свои собственные меры. Я позвоню, как только туда доберусь. ”
“Хорошо. ”
Кан Юн покинул офис с довольно суровым выражением лица.
“В последнее время не так уж много дел идут хорошо. ”
В офисе Ли Хён Чжи покачала головой.
http://tl.rulate.ru/book/2001/4008790
Готово:
