"Идёт."
Профессор Чой Чан Ян похвалил песню, которую принесла ему Пак Со Ён. Мелодия песни в исполнении на фортепиано была довольно приятной.
Пак Со Ён наконец успокоилась и вздохнула с облегчением.
"Фух. Слава богу. А я думала о Хён А, когда писала её. Правда, получилось?"
"Думаю, ей она подойдёт. Особенно хороша басовая линия, а вот аккордовая прогрессия немного..."
Профессор Чой Чан Ян указал на партию электрогитары. Хотя басовая линия была хороша, но партия электрогитары была слишком вычурной, и он предложил немного её переделать. Пак Со Ён поняла, что он имеет в виду, и кивнула.
"Я поняла. Спасибо вам за замечания. "
"Хорошо. Приходи снова, если понадобится помощь".
"Ах, да. Кстати, можно я сдам эту песню не только на выпускном экзамене?"
"Куда-нибудь ещё? Куда, например?"
Когда он спросил, Пак Со Ён немного помедлив, ответила:
"Я... подумала отдать её Кан Юн оппе".
"Хочешь продать ему свою песню?"
Профессор Чой Чан Ян очень заинтересовался. На его лице даже появилась лёгкая улыбка.
"Это было бы... хорошо, но... правда, нет. Кто купит мою песню? Не стоило мне этого говорить. Извините".
Она подумала, что сказала что-то грубое, ведь профессор Чой Чан Ян всегда был так добр. Она покачала головой и повернулась, чтобы уйти. Но вдруг профессор Чой Чан Ян мягко сказал:
"Ты боишься критики".
"...."
Попал в яблочко.
"Но он сможет сказать тебе, на каком уровне находится твоя композиция. На твоём месте я бы показал её ему в первую очередь, а не на выпускном экзамене. Оценка в институте — это как смотреть на небо из ямы. Кроме того, у господина Кан Юна острый глаз на такие вещи. "
Пак Со Ён ничего не ответила и попрощавшись ушла.
"Боюсь критики, значит..."
Сравнение с ямой долго не выходило у Пак Со Ён из головы. Она продолжала сомневаться и на занятиях.
***
Весна обычно бывает тёплой, но этой весной Ким Джэ Хун было жарче, чем всем остальным.
"Фух... Наверное, после сегодняшнего дня, я на некоторое время забуду о своём адском графике".
Ким Джэ Хун растянулся на сиденье машины, в которой ехал с Кан Юном, и пробормотал:
"Правильно. Спасибо тебе за все твои усилия, ты вернул нам все деньги за контракт".
"Я и представить не мог, что за всего месяц заработаю 1,5 миллиарда вон (около 1,5 миллионов долларов)".
У Ким Джэ Хуна теперь была головная боль от всех этих сумасшедших мероприятий. Он объездил практически всю страну. Остров Чеджу, оконечность земли и даже передовые линии, где можно было увидеть Северную Корею — Кан Юн ни одного из них не пропустил. Ещё более страшным было его мастерство вождения. Благодаря его потрясающим навыкам ни разу не было, чтобы Ким Джэ Хун опоздал на выступление.
Ким Джэ Хун залпом выпил бутылку воды, которая лежала на заднем сиденье.
"Но, похоже, с выступлениями я ненадолго завяжу. Только вот грустно как-то".
"Ха-ха-ха, вот такие они, люди. Что, если хочешь, я могу ещё какие-нибудь организовать".
"Откажусь. Я же не робот. Лучше я быстрее запишу песню, которую услышал у тебя дома".
"Хорошо-хорошо. Но дату релиза придётся назначить в один день с концертом. Помни об этом".
"Договорились".
Теперь, когда он освободился от всех своих невзгод, выражение лица Ким Джэ Хуна стало гораздо более радостным. Он не мог сосредоточиться на пении, когда его сердце отягощали долги и обязанности.
Прибыв на место проведения концерта в Тэджоне, Ким Джэ Хун сразу вышел на сцену после подготовки. Все сотрудники там сияли, потому что знали, что он к ним приехал. Хотя Ким Джэ Хун был певцом, нравившимся мужчинам, среди его фанатов, конечно, были и девушки.
Примерно через 40 минут выступления Канюн и Ким Джэ Хун сразу же сели в машину и отправились в Сеул. Вечером у него был очередной концерт в концертном зале неподалёку от университета, а после него его ждал финальный график на день — интервью для мужского журнала.
Время пролетело словно миг.
Ким Джэ Хун после концерта в университете ожидал в кафе. Вскоре приехал редактор из издательского дома женских журналов, а также оператор. После краткого знакомства началось интервью.
— У меня даже альбома нет. Разве со мной уже нормально можно брать интервью?
Когда он сказал это в шутливом тоне, редактор немного неловко улыбнулась и поправила свои толстые очки.
— Обычно нет. Но к вам, господин Ким Джэ Хун, проявляется интерес со стороны людей. Мы издательский дом со в основном мужской аудиторией, поэтому я подумала, что будет хорошо провести интервью с вами.
— Окей. С чего тогда... Начать с моих секретов успеха?
— Ха-ха. Было бы неплохо.
Настроение было приподнятым. Взгляд редактора был немного пугающим, но у неё был дар разряжать обстановку. Она спокойно вытягивала из Ким Джэ Хуна истории, а в особенности про последние 4 года, когда он переживал кошмарные дни. Основной темой было то, как он справился с этим кризисом.
Ким Джэ Хун после небольших раздумий спокойно сказал:
— Возможно, это из-за того, что... Я встретил хорошего человека?
— Человека?
Редактор проявила интерес и что-то быстро записала, параллельно записывая все интервью. Ким Джэ Хун спокойно продолжил:
— У меня был серьёзный конфликт с предыдущей компанией. В конце концов меня заставили заплатить за отмену контракта, и я с тех пор был обременён долгами. Тогда я разочаровавшимся пошёл на военную службу, но даже после этого ничего не особо изменилось. Человек, который спас меня в тот момент, — это мой нынешний президент.
Это не был тот ответ, который хотела услышать редактор. Ей хотелось получить ответ типа: «Я максимально держался из последних сил» или что-то в этом роде. И естественно, она подталкивала его сказать так.
— Но вы же вложили множество усилий, чтобы вернуться?
— Разумеется, я тренировался каждый день. Для певца практика — это жизнь.
— Ох, значит, в конечном итоге ваш секрет — каждый день готовиться к возвращению.
— Думаю, что так, но на самом деле... в моём случае, это заслуга президента.
Ким Джэ Хун повернул голову в сторону Канюна. Канюн пожал плечами, когда Ким Джэ Хун посмотрел на него. Ким Джэ Хун лишь рассмеялся.
Редактор спросила с некоторым недоумением:
— Такого расстояния как будто недостаточно для того, чтобы он услышал. Кажется, вы и правда очень восхищаетесь своим президентом.
— Да. Он научил меня множеству вещей. В отличие от моего предыдущего президента.
— Ваш бывший президент, ах да. Это тот, из-за которого скандал с зарубежными азартными играми.
— Ю Минсун... В то время я думал, что смогу добиться успеха, если буду хорошо петь, но он больно дал мне понять, насколько важны люди вокруг меня. В отличие от него, который инвестировал заработанные мной деньги в азартные игры, мой нынешний президент вкладывает деньги в нового исполнителя, чтобы тот пел ещё лучше.
— Это реклама вашей компании?
— Ха-ха, можно попросить вас об этом?
— Подумаю, если вы сегодня купите мне кофе.
Редактор ухмыльнулась. Ким Джэ Хун достал кредитную карточку. Он намекнул ей прорекламировать World Entertainment.
Теперь Ким Джэ Хун был настоящим артистом, который целиком и полностью принадлежал World Entertainment.
После интервью Ким Джэ Хун собирался забрать счёт, но редактор опередила его.
— Где вы видели редактора, который позволяет человеку, которого интервьюируют, платить?
Она первая покинула кафе, сказав, что ему не о чем беспокоиться насчёт рекламы.
После интервью Канюн подошёл к Ким Джэ Хуну.
— Спасибо за все приложенные усилия. Теперь вы свободны.
— И вы тоже, президент. Вау... Наконец-то завтра смогу отдохнуть. Это как-то непривычно, знаете?
— Теперь во время отдыха вам нужно будет работать над песнями. Если нам удастся выпустить альбом с такой общественной оглаской, то мы сможем добиться хороших результатов. Я пойду за машиной.
КангЮн похлопал Ким ДжеХуна по спине и вышел из кафе.
"Хён, спасибо", — пробормотал Ким ДжеХун, когда увидел крепкую спину КангЮна.
***
Ли ХёнДжи, которая осматривала офисы по недвижимости в районе Ёнам-дон в поисках здания, которое можно было бы использовать в качестве концертного зала, сейчас направлялась к одному из выставленных на продажу зданий.
"Цена немного высока, но расположение чертовски удачное".
До станции метро было недалеко, и дойти до нее можно было и пешком. Более того, так как это была срочная распродажа, цену существенно снизили. Однако, учитывая текущее финансовое положение World Entertainment, она все еще оставалась высокой. Тем не менее Ли ХёнДжи все еще считала, что этот вариант подходит.
"Еще никто не подписал контракт, верно?"
"Несколько человек присматриваются, но я не знаю, купят ли они".
"Хорошо, я поговорю с президентом".
Ли ХёнДжи посчитала это здание подходящим кандидатом и вернулась в офис. Когда она вернулась, КангЮн, который в данный момент руководил Ким ДжиМин, работал в офисе. (П/п: как это работает... по-корейски тоже не имеет смысла)
"Ты посмотрела зал?"
"Да. Хотя цена немного высоковата, на данный момент это был лучший из всех, что мы видели".
"Серьезно? Поедем сразу?"
КангЮн немедленно покинул компанию. Хотя Ли ХёнДжи пришлось уйти сразу после приезда, она не жаловалась.
Вместе с агентом по недвижимости эти двое осмотрели здание, но на этот раз подробно, например, высоту потолка, площадь зала и доступность. КангЮн был особенно заинтересован в том, сколько зрителей зал может вместить.
"Ну как?"
Немного поколебавшись, КангЮн кивнул.
"Он подходит, а что касается цены..."
Когда КангЮн сказал это, вмешался агент по недвижимости.
"О цене можно договориться. Поскольку это срочная распродажа, если вы поговорите непосредственно с владельцем..."
Услышав это, вмешалась Ли ХёнДжи.
"О, это правда? Сколько, по-вашему, мы сможем сэкономить, если получим ключи сегодня?"
"Если вы заключите контракт сегодня..."
Агент по недвижимости быстро назвал цену. Было совершенно очевидно, что он заранее поговорил с владельцем. Однако Ли ХёнДжи осталась недовольна ответом.
"Нет никаких преимуществ, даже если мы заключим контракт сегодня. Президент, может, нам стоит поискать еще кого-нибудь?"
"Хорошо, тогда. Можете дать визитку?"
КангЮн взял визитку у агента по недвижимости и развернулся. Он сказал ему, что вернется, договорившись с владельцем.
Вернувшись в компанию, они снова взялись за свою обычную работу. КангЮн руководил Ким ДжиМин в студии, в то время как Ли ХёнДжи занималась административной работой и расписанием гастролей White Moonlight и Ким ДжеХуна.
За последний месяц Ким ДжиМин почти не получала наставлений от КангЮна, и поэтому сейчас она проходила спартанское обучение.
"Я... мне так тяжело..."
"Да. Давай еще раз посмотрим. Хотя этого нет в нотах, попробуй сыграть это с сус-4 аккордом. Эта часть придает песне живость. Так, попробуй еще раз".
"Хорошо..."
Ким ДжиМин почти плакала, играя на гитаре. После почти месяца ожидания обучение КангЮна оказалось очень тяжелым. Несмотря на это, она чувствовала, что чему-то учится, и изо всех сил старалась следовать указаниям.
Как раз когда она сосредоточилась на обучении, дверь в студию открылась, и вошли два человека. Это были профессор Чхве ЧанЯн и Пак СоЁн.
"Профессор, вы здесь".
"Здравствуйте, мистер КангЮн. И вам привет".
"Привет".
КангЮн объявил небольшой перерыв. Ким ДжиМин направилась в подсобку, сказав, что принесет кофе. Пак СоЁн последовала ее примеру.
"Ты сегодня с СоЁн?"
"Да. Я случайно встретила ее по дороге сюда. По всей видимости, у нее есть дела к вам".
"Ко мне? Что-то вроде..."
"Она сама все расскажет".
Вскоре Ким ДжиМин и Пак СоЁн принесли кофе. Все четверо говорили о разном за чашечкой кофе: о университете, о репетициях и многом другом. В конце концов, это был перерыв.
После того, как все опустошили свои чашки, профессор Чхве Чанян обратился к Ким Джимин.
"Джимин, может, поупражняемся?"
"Хорошо".
"Я в прошлый раз говорил тебе, что нельзя бросать на полпути, верно? Давай посмотрим, насколько ты в этом преуспела".
Ким Джимин нервничала, когда вышла из студии с профессором Чхве Чанян. Они направились в зал для репетиций.
В студии остались только Пак Соён и Канюн.
"Эм... оппа".
"Ты что-то хотела?"
"Да".
Она осторожно достала партитуру и USB-накопитель. Канюн взял USB-накопитель и вставил его в свой компьютер. Когда он проиграл песню, которая была на нем, полилась музыка.
"Это не студийная запись".
"У меня нет таких денег... ха-ха".
Пока играла музыка, Пак Соён неловко рассмеялась. Из колонки звучали гитарные переборы и пение Пак Соён.
— Я мог бы еще бежать, но почему люди...
Это была легкая, но мощная песня. Хотя это была всего лишь классическая гитара и голос, ощущалась сила. Однако Канюн склонил голову.
"Звучание слабое".
Возможно, это было из-за того, что аранжировка не была сделана, или по какой-то другой причине. Казалось, он должен услышать это вживую, чтобы наверняка судить.
"Соен, ты можешь сыграть мне?"
"Сыграть? Вживую?"
"Да".
Она немного поколебалась, увидев, что Канюн так настаивает. Но вскоре она взяла свою гитару.
— Но в моем сердце — я выгравирую мою любовь — а на твоем сердце —
Пак Соён закрыла глаза и начала петь. Легкие звуки гитары заставили ее сердце трепетать. От этого песня стала еще мощнее.
Канюн сосредоточил свой взгляд на музыкальной ноте Пак Соён и на нотах гитары. Это было очень приятно для слуха. Однако...
"Я же говорил. Звучит все еще слабо".
Чего не хватало? Это была определенно хорошая песня, но влияние было немного слабым. Это было похоже на песню, которую можно послушать только один раз. Возможно, если бы в дело вступили другие инструменты, это изменилось бы, но сейчас это было просто чувство "Ну, и что?"
Песня закончилась.
"Эм... ну как... я?"
Канюн ответил на ее осторожный вопрос.
http://tl.rulate.ru/book/2001/4004646
Готово:
