Готовый перевод My plan failed: I tried to destroy the country, but I created the greatest empire! / Мой план провалился: я пытался развалить страну, но создал величайшую империю!: Глава 38. Тесть, ты не воруешь? А ты, Полено, занялся переработкой отходов

— Отец, ваше величие всё еще при вас. В будущем вы обязательно сможете вновь собрать вокруг себя верных министров.

— Что ты понимаешь! Раньше люди были готовы якшаться с твоим отцом лишь потому, что видели слабость императора. Они делали ставки на обе стороны. Но теперь, когда император проявил твердость, кто из них осмелится поддерживать со мной связь?!

Ли Гуанмао возразил:

— Этот никчемный император даже на утренние аудиенции не выходит, какая уж тут твердость?

Глядя на своего непутевого сына, Шестой Мудрый князь почувствовал, как внутри него закипает ярость. Как этот малый умудрился не унаследовать ни капли его проницательности?

Он невольно позавидовал своему покойному брату, прежнему императору. Как тот смог воспитать сына с такой железной хваткой? Все эти годы он, Ли Шоу, просто не разглядел истинную натуру племянника!

Однако, поскольку это был его единственный родной сын, в случае успеха переворота империю всё равно пришлось бы передавать ему. Поэтому Шестой Мудрый князь, подавив раздражение, терпеливо произнес:

— Методы императора крайне изощренны. Всё, что произошло — это его стратегический замысел.

— Отец, что вы имеете в виду?

Видя тупость сына, Шестой Мудрый князь едва не сплюнул кровью от досады. Он заставил себя успокоить бурлящую энергию ци и сказал:

— Ты думаешь, Сын Неба не знал о том, что затеял Тан Сяожэнь? Он наверняка знал всё с самого начала, но не стал сразу награждать его.

Ли Гуанмао с тем же отсутствующим выражением лица спросил:

— Но зачем ему это?

— Чтобы заманить моих людей в ловушку! — Шестой Мудрый князь зашелся в кашле. — Император намеренно расставил сети! Иначе с чего бы ему повышать этого Фань Цзяня? Потому что тот — часть его плана! Сначала Фань Цзянь притворился пьяным и «слил» информацию о коррупционном деле Тан Сяожэня цензору Суню. Тот, решив, что заполучил неопровержимые улики для свержения Первого советника, прибежал ко мне за советом. И как только я выложил все свои козыри, поддержав его, на Дворцовом совете дело Тан Сяожэня внезапно пересмотрели! Все, кто подал доносы на Первого советника, тут же оказались виновны в клевете на опору престола! В итоге все мои пешки, которые я расставлял годами, были изгнаны из столицы! Разве это не дьявольская прозорливость?

Ли Гуанмао был потрясен. Неужели это тот самый простодушный и мягкий кузен-император?

Шестой Мудрый князь, стиснув зубы, добавил:

— В этот раз я проиграл, и проиграл заслуженно. Но пусть мой племянничек не радуется раньше времени!

Ли Гуанмао всё еще выглядел так, будто витал в облаках, чем доводил отца до белого каления. Но князь не упустил возможности преподать сыну урок.

— У страны не может быть двух правителей! То, что император так явно покровительствует Тан Сяожэню, неизбежно приведет к тому, что власть Первого советника станет безграничной. И тогда в правительстве снова начнется ожесточенная борьба двух сторон. Вот тут-то и появится мой шанс!

— Двух сторон? — непонимающе переспросил Ли Гуанмао. — Каких именно?

На этот раз Шестой Мудрый князь действительно едва не лишился чувств. Он посмотрел на сына и выдохнул:

— Разумеется, стороны Первого советника и стороны доверенных лиц императора! Тан Сяожэнь теперь — Единоличный советник. После этих событий его престиж достигнет пика. Даже Гао Яо в свое время, будучи назначенным самим покойным императором, не мог с ним сравниться. И даже если у самого Тан Сяожэня нет дурных мыслей, разве их нет у его последователей? Во все времена борьба между императорской властью и властью советников была самой кровавой. Император-основатель создал Кабинет и упразднил должность канцлера именно для того, чтобы ослабить влияние чиновников. Мой племянник хоть и хитер, но, взрастив такого могущественного временщика, как Тан Сяожэнь, он сам создает себе проблему, которую потом не сможет контролировать!

Ли Гуанмао тупо пробормотал:

— Но ведь Тан Сяожэнь — тесть императора.

— Тесть? Плевать на родство, мы тоже родня престола! В императорской семье нет места чувствам, запомни это, сын! Власть Тан Сяожэня стала слишком велика, и сдержать её будет непросто.

Тем временем Ли Тянь вернулся во дворец. Сегодня, помимо очередного нежелательного скачка очков Государственной удачи, у него прибавилось еще восемь тысяч комплектов «горячего» снаряжения, которое жгло ему руки.

Ладно, решено — пойду к наложнице Лань.

В сопровождении Сяо Вэйцзы Ли Тянь направился в покои Благородной наложницы Лань. В это время она как раз перечитывала письмо от своего брата Лань Дэ из Лучжоу. Она так увлеклась чтением, что не услышала доклада служанок, и Ли Тянь беспрепятственно вошел в спальню.

— О чем так самозабвенно читает моя любимая наложница? — спросил Ли Тянь.

Лань-эр вздрогнула. Она практиковала семейные боевые искусства и уже вошла в число мастеров второго класса. Как она могла не заметить приближение Ли Тяня? Неужели уровень культивации Его Величества достиг таких невероятных высот?

Подавив сомнения, она с улыбкой ответила:

— Это письмо от Лань Дэ. Он пишет о делах в Лучжоу.

«А, весточка от шурина», — подумал Ли Тянь. Стоп! Точно, у него же есть шурин!

Вот оно! Чтобы развалить Государственную удачу, нужно полагаться именно на шурина!

Ли Тянь уже окончательно понял: его тесть — вовсе не коварный сановник. Этот старый лис — преданный слуга, лишь притворяющийся льстецом! Как же он, Ли Тянь, ошибся в нем!

И этот Чжан Фэйчай, которого рекомендовала вдовствующая императрица... Его имя «Никчемное полено» — наглая ложь! Мало того что он кристально честен, так еще и оказался невероятно талантливым мастером! Просто возмутительно!

Но императрица беременна, а тесть не совершил ни одной ошибки, напротив — принес огромную пользу двору, так что трогать его пока нельзя. А вот Чжан Фэйчая нужно срочно переводить, нельзя позволять ему и дальше возиться в Военном арсенале. Если так пойдет и дальше, он действительно сделает страну богатой, а народ — процветающим!

Дело по развалу Государственной удачи можно доверить только шурину.

Ли Тянь тут же произнес:

— Расскажи и мне, что там случилось у Лань Дэ в Лучжоу.

Наложница Лань отличалась от императрицы. Тан Ханьсюэ происходила из семьи потомственных ученых и с детства получила строгое воспитание. Она свято чтила правила: даже когда Ли Тянь просил её проверять доклады, она никогда не позволяла себе обсуждать государственные дела по собственной инициативе. В этом была её сдержанность.

Но наложница Лань была из семьи титулованной военной знати. Её родители рано умерли, и хотя она была рассудительна, в ней всё же проскальзывала некоторая заносчивость. В последнее время, пока императрица была в тягости, Ли Тянь действительно каждую ночь оставался в покоях Лань, что неимоверно её льстило.

Поэтому, забыв о запрете на вмешательство гарема в политику, она прямо сказала:

— Лань Дэ немного жалуется. Он говорит, что в Лучжоу не хватает оружия и доспехов. Он просил их у великого главнокомандующего, но тот лишь отчитал его.

«Вполне логично», — подумал Ли Тянь. Лучжоу никогда не был передовой в войне с Бэймань, к тому же там есть неприступная крепость Гуанъюань. Разумеется, великий главнокомандующий не хотел выделять снаряжение какому-то тыловому гарнизону. В Восточном Ляо и так дефицит, с чего бы ему отдавать ресурсы в Лучжоу?

Получив отказ, Лань Дэ написал сестре. И раз уж Ли Тянь сам спросил, она выложила всё как есть.

Подождите-ка! У него же как раз есть восемь тысяч комплектов новенького оружия и брони, которые некуда деть! Шурин — просто находка!

Если отправить их в Восточное Ляо, и те вдруг победят, Государственная удача снова взлетит до небес. А вот если отправить их в Лучжоу... В Лучжоу они точно не принесут никакой пользы государственному величию!

К тому же, если император выделяет снаряжение собственному шурину, даже Первый советник и великий главнокомандующий не посмеют открыто возражать.

Решено!

— Любимая наложница, не печалься, — торжественно произнес Ли Тянь. — Раз великий главнокомандующий не дает, дам я! Восемь тысяч комплектов новейшего оружия и доспехов — я немедленно прикажу отправить их в Лучжоу!

Наложница Лань подняла голову, её глаза наполнились слезами. Император так заботится о семье Лань!

— Ваше Величество... — прошептала она, не в силах сдержать слез радости. — Благодарю за вашу безграничную милость!

Ли Тянь обнял её и добавил:

— Мы же одна семья! И передай Лань Дэ: если впредь возникнут трудности, пусть пишет доклады напрямую мне!

http://tl.rulate.ru/book/199177/23005389