Ю Соль А ярко завершила последние мгновения Бальзака.
Кап. Кап.
Бальзак опустился перед ней на колени всего через двадцать разменов ударов.
Наблюдая за ним, лежащим в луже крови, она отчётливо слышала его бормотание.
— Я мечтал... кха!.. взойти на... вершину...
— ...
— ...Неужели мой конец почтит лишь какой-то безымянный Охотник. Поистине пустой финал.
Бальзак сетовал на жизнь, цепляясь за ускользающее сознание.
— Раз так, кха-кха, лучше бы... там...
Но его слова оборвались. Лучше было не слушать предсмертные слова, которые некому передать.
— Было бы красивее, если бы вы ушли так, будто ни о чём не жалеете.
Вжих! Большой меч коснулся его горла, обрывая дыхание.
Швах!
Она оглянулась и увидела людей, смотрящих на неё с небоскрёбов Вонджу.
Криков радости не было. Она их и не ждала, но и привыкнуть к такому не могла.
Поэтому ни чувства триумфа, ни достигнутой цели, ни возбуждения от победы — ничего из того, что обычно чувствуешь после схватки с сильным противником.
Ничего не чувствовалось.
Лишь настороженные взгляды, направленные на незнакомку и нечто неведомое...
Щёлк. Щёлк. Щёлк.
Лишь странные, непонятные звуки.
«Что это за звуки?»
Ю Соль А не знала, что это. Люди, смотревшие на неё, казались ещё более чужими.
— Бальзак мёртв?
К ней кто-то подошёл и заговорил. Мужчина, снимающий противогаз. Лицо было незнакомым, но она сразу поняла, кто это.
Чон Чхонвон.
Это был его клон.
— Наверное.
Ю Соль А ответила, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не спросить, где он пропадал до этого.
— Если мёртв, значит мёртв. Что ещё за «наверное»? Ты что, не добила его как следует?
— Нет, дыхание я пресекла надёжно. Я снесла ему голову.
Чхонвон подошёл к Бальзаку, проверил его состояние и кивнул.
— Мёртв. Определённо. Но почему ответ «наверное»?
— Мало ли. Вдруг магия воскрешения, или угасающий даньтянь в последний миг проявит смекалку и случится внезапное Перерождение.
Умереть и переродиться...
Чхонвон посмотрел на неё с недоумением.
— Какое ещё Перерождение у покойника?
— Слышала, что у мастеров, достигших пика, такое порой случается. Он ведь был на пороге Стадии Трансцендентности.
— Понятия не имею, о чём ты.
— Стадия Трансцендентности — это состояние после Перерождения, когда предельно накопленная мана перестраивает тело. А этап прямо перед этим — уровень пика. То есть...
— А, хватит.
Чхонвон махнул рукой, прерывая сложное объяснение.
— Агенты Ассоциации уже на подходе, времени нет. Какова вероятность, что он оживёт?
— Крайне мала...
— Тогда забудь. Даже если оживёт, просто умрёт во второй раз. Бисмарк тоже скоро вернётся.
Быстро разобравшись в ситуации, он сменил тему.
— Кстати, у меня есть просьба...
В этот момент Ю Соль А перебила его.
— Как удачно. У меня тоже был вопрос к тебе. Ответишь — и я выполню твою просьбу.
— ...А, да? И что за вопрос?
Вопрос был внезапным, и Чхонвон выглядел озадаченным. Ю Соль А, бесстрастно глядя на него, продолжила:
— Что дальше?
— Что?
— Это ведь ещё не конец? Так?
Нет, её лицо не было бесстрастным. Чхонвон почувствовал в её глазах пылающую жажду битвы. Это было присущее Ю Соль А отточенное боевое рвение.
«Я давно догадалась, что ты каким-то образом знаешь будущее. Ты действовал так, будто с самого начала знал, что Бальзак придёт в Вонджу. Неужели ты думал, что я этого не замечу?»
Он так не думал. Чхонвон понимал, что она о чём-то догадывается.
Сейчас Чхонвон растерялся не из-за вопроса. А из-за незнакомого чувства, исходящего от неё. Он слышал её мысли.
«Ещё чуть-чуть... кажется, ещё совсем немного, но чего-то не хватает. Подсказка к следующей стадии почти перед глазами, но туман не рассеивается. Тяжело. Недостаточно. Хочу сразиться с кем-нибудь, с кем угодно».
Яростное, невиданное прежде воодушевление, возбуждение.
Это был голос человека, снедаемого нетерпением. Поэтому Чхонвон на мгновение замолчал.
— Впрочем, это неважно. Сейчас это не имеет значения. Важно лишь то...
Ю Соль А пробормотала, глядя на свои руки с таким видом, будто погрузилась в раздумья:
— Да, важно то, что я сразилась с человеком, достигшим уровня, к которому я стремилась всю жизнь, забрала его жизнь и одержала победу, достойную похвалы, но при этом ничего не чувствую. В этом и проблема.
— Ничего не чувствуешь?
Чхонвон переспросил с недоумением. Это противоречило тому состоянию, которое он уловил в её мыслях. На этот раз она не стала утверждать, а замялась:
— ...Не знаю. Я точно сражалась хорошо. Даже лучше, чем ожидала. Но нет чувства удовлетворения. Для моего нынешнего уровня это должен быть ценный опыт...
Чхонвон почувствовал в ней водоворот. Казалось, она сама этого не осознавала, но он ощущал это отчётливо.
Водоворот, готовый вот-вот выплеснуться через край. Но в самом центре, в «глазу бури», царило абсолютное спокойствие. Не там ли сейчас находится её сознание?
Как же это называлось?
В глубине памяти Чхонвона всплыло название похожего феномена. Да, он слышал об этом на лекции.
Кажется, это было «Введение в боевое мастерство Охотников». Тогда профессор упомянул одну концепцию, которая показалась ему особенно интересной.
«Озарение?»
Когда Охотник, изучающий боевое мастерство, достигает определённого уровня, наступает момент озарения, необходимый для перехода на следующую ступень.
Вспомнив об этом, Чхонвон заподозрил, что она находится как раз в шаге от озарения.
В то же время он сомневался, стоит ли ему сейчас вмешиваться.
«Стоит ли мне что-то говорить?»
Согласно тому, чему его учили, человека в состоянии озарения лучше не трогать. Всё, что он слышит, видит и чувствует, влияет на этот процесс.
Но время было крайне неподходящим, чтобы просто ждать.
«И почему именно сейчас?»
Бисмарк уже возвращался, и другие агенты вот-вот должны были прибыть.
Чхонвон, не планировавший долгих разговоров, не мог позволить себе ждать. От волнения у него выступил холодный пот.
И тут он, сам того не осознавая, произнёс:
— Не слишком ли ты торопишься?
— Тороплюсь?
Честно говоря, Чхонвон и сам не был уверен, почему это сказал. Но произнеся эти слова, он убедился в своей правоте.
То, что чувствовала Ю Соль А сейчас, было именно нетерпением.
За время их знакомства Чхонвон понял одну вещь: в своём желании стать сильнее Ю Соль А не уступит никому.
Ради этого она сразилась с Бальзаком и злилась на то, что её обманули. Такая, как она, определённо жаждала вырасти над собой в этой битве.
Но роста не произошло. Точнее, ей так казалось.
— Просто ты кажешься очень возбуждённой.
— Возбуждённой? Я?
«Так и есть».
Она даже не осознавала собственного возбуждения. Из-за чего оно возникло и почему она сама его не замечает?
Чхонвон постарался максимально деликатно сформулировать то, чего она не понимала.
— Ты ведь хотела сразиться с сильным противником, чтобы стать сильнее. Но после боя кажется, что ты не особо выросла, и поэтому ты нервничаешь, не так ли?
— ...
— ...Если нет, то забудь.
Для ситуации, которая могла быть моментом озарения, слова были слишком обыденными, но Ю Соль А, казалось, была глубоко потрясена ими и замерла.
Затем она медленно пошевелила руками и кивнула в знак согласия.
— Да. Возможно, так и есть.
После этого бушующий внутренний голос Ю Соль А постепенно стих, и она вернулась в своё обычное состояние. Как будто ничего и не было.
Хотя, если быть точным, что-то в ней неуловимо изменилось.
«Как бы сказать... она стала спокойнее... и будто твёрже».
Возможно, это было лишь воображение. Чхонвон не знал, как меняются воины после озарения. Поэтому он решил просто сделать вид, что ничего не произошло.
Что бы это ни было, хорошо, что обошлось без происшествий. Громко кашлянув, чтобы сменить атмосферу, он продолжил:
— Кхм! В общем, успокойся немного, а остальное обсудим в другом месте. Мне не очень хочется сталкиваться с другими агентами.
Чхонвон указал на своё лицо, открывшееся после снятия противогаза.
— Как видишь, с тобой говорю я, но это тело принадлежит Злодею. Если герои Ассоциации меня увидят, то арестуют.
— И что ты предлагаешь?
— Об этом я и хотел попросить. На вопрос отвечу позже, так что сначала выполни мою просьбу.
Похоже, его манера просить, не раскрывая сути, вызвала у неё подозрение. Ю Соль А ответила с недовольным видом. Но, к счастью, не стала сразу отказываться.
— ...Что за просьба. Сначала скажи.
— Э-э... ну...
Собравшись с духом, Чхонвон почесал щеку и указал пальцем на Ю Соль А.
— Я получил новую способность — Одержимость. Это способность входить в тело того, с кем я соприкасаюсь. Так что... э-э... я бы хотел ненадолго войти в твоё тело...
— ...
— Можно?
Единственный способ незаметно вывести клона отсюда, избежав надзора Ассоциации героев.
Это было использование Одержимости на Ю Соль А. Услышав просьбу Чхонвона, она тут же скривилась.
— Это единственный способ выбраться отсюда, который я смог придумать.
— Ты...
На лице Ю Соль А отразилось презрение. Чхонвон поспешно перебил её:
— Клянусь своей совестью, ничего странного я делать не буду.
— ...Это и так понятно.
Но Ю Соль А беспокоило не это. Она нахмурилась по другой причине.
— Мне просто не нравятся твои методы. Вечно ты прячешься, убегаешь, что-то крадёшь... Ха-а...
Понимая, что иного выхода нет, она тяжело вздохнула и кивнула.
— Ладно. Учитывая мой долг перед тобой, на этот раз я позволю.
При этом она резко вскинула взгляд и предупредила:
— Но второго раза не будет.
— ...Э-э, да, конечно.
Едва получив разрешение, я подошёл к ней ближе. Чтобы использовать Одержимость, нужно было коснуться её тела.
В этот напряжённый момент внезапно раздался сигнал.
[Бип— Бип— Бип!]
Вздрогнув, я перевёл взгляд на источник звука, похожего на тревожную сирену. Звук шёл от членского удостоверения Ассоциации на её груди.
После нескольких гудков раздался голос. Это было экстренное сообщение из командного центра.
[Город Каннын. Дон Крик. Появился Злодей 1-го ранга. Всем агентам немедленно оказать поддержку!]
«Дон Крик!»
Появление злодея, которого я и ожидал. Но место появления показалось смутно знакомым.
«Каннын? Там ведь...»
В этом городе был размещён профессор Пак Се Хён. Промелькнуло дурное предчувствие. И, как всегда, тревожные ожидания оправдались.
[В районе командного центра станции Каннын прикомандированные агенты ведут бой со Злодеями. Агент Пак Се Хён и многие другие получили тяжёлые ранения! Срочно требуется поддержка!]
http://tl.rulate.ru/book/193746/20092827
Готово:
