— Когда-нибудь, в очень далёком будущем, если ты совершишь что-то плохое и попадёшься именно мне, только тогда, один-единственный раз, я встану на твою сторону.
На мгновение я просто лишился дара речи от такой нелепости.
— Это всё, что вы можете для меня сделать, капрал Юн?
— Да. Это лучшее, что в моих силах.
— Вы ведь и сами понимаете, что я не виновен.
— Не знаю я.
— Пожалуйста, не ведите себя в будущем так трусливо.
— Жить иначе... чертовски трудно.
Капрал Юн болезненно поморщился.
— Когда увидимся в следующий раз, постарайтесь больше походить на полицейского.
Сказав это, я поднялся со своего места.
И всё же, в этом деле, где меня несправедливо обвинили, нашёлся один человек, который попросил у меня прощения. Сидящий передо мной капрал Юн, на лице которого застыла гримаса страдания, будет до конца своих дней нести на себе бремя вины.
— По... походить на полицейского...
— Именно.
Я крепко стиснул зубы.
В этот момент мне внезапно вспомнилось, что в тот день те бандиты снимали всё происходящее на цифровой фотоаппарат. Я пристально посмотрел на капрала Юна.
«Можно ли ему доверять?» — промелькнула мысль.
«Его мучает совесть...»
Я снова взглянул на него.
— Хочешь мне что-то сказать?
— Нет.
Я снова сжал челюсти.
— Послушайте... А что будет, если найдутся доказательства?
— Доказательства?
— Да.
— Если будут улики, ситуация может измениться. А что, у тебя есть что-то на примете?
— Ну, это...
— Что «это»? Говори. Если есть доказательства, то всё действительно может обернуться так, как ты говоришь...
В глазах капрала Юна внезапно вспыхнул блеск. Это был взгляд гиены, преследующей добычу.
«Нет. Он точно не на моей стороне!» — мгновенно осознал я.
— Нет. Ничего нет.
Я отогнал мысли о фотоаппарате и нахмурился. Возможно, это последняя улика, способная снять с меня ложное обвинение. Поэтому нельзя действовать опрометчиво.
— До встречи. Сейчас преступником считаюсь я, но спустя долгое время преступником станете вы, капрал Юн.
От моих слов капрал Юн плотно сжал губы.
Он снова запер Ынсона за решётку, а затем вышел из участка и кому-то позвонил.
— Это я.
Рука, сжимавшая мобильный телефон, слегка дрожала.
— Удалось что-нибудь выяснить?
Из трубки донёсся низкий мужской голос.
— Нет.
— В таком случае, доведите дело до конца.
Сколько бы я ни твердил о своей невиновности, доказательств не было.
Разумеется, того парня по имени Ю Чхоль вызвали в суд в качестве свидетеля, но он явился с заранее подготовленным ложным алиби.
Тётушке, нет, маме из-за меня пришлось потратить огромные деньги на оплату услуг адвоката.
Обычно в таких случаях стараются достичь мирового соглашения, но отец пострадавшей, некий директор Пак, наотрез отказался идти на мировую.
А это означало более суровый приговор.
Так я официально стал преступником. Алиби Ю Чхоля было принято судом. Оно казалось до странного ненадёжным, но на это просто закрыли глаза.
Кроме того, Ю Чхоль заявил, что не знает того мальчишку, которого сам же избивал. Более того, он утверждал, что никакого мальчика там и вовсе не было.
— Это неправда. Я не пытался изнасиловать эту девушку.
В суде я до самого конца не признавал вину.
Так, без лишнего сопротивления, я позволил запечатлеть в своей памяти лица Пак Ынджин и директора Пака, прежде чем меня увезли в исправительный центр для несовершеннолетних.
«Я никогда не забуду ваших лиц»,
— тихо прошептал я, до боли стискивая зубы.
Кофейня в отеле.
Гаын спокойно сидела у окна и пила кофе. Благодаря её исключительной красоте она заметно выделялась среди остальных посетителей. Люди за другими столиками, и мужчины, и женщины, то и дело бросали на неё взгляды.
Конечно, причины этих взглядов разнились. Мужчины были очарованы её внешностью, а женщины заворожённо рассматривали брендовые вещи, в которые она была облачена.
В этот момент у входа появился мужчина довольно ловкого вида. Он медленно подошел к столику Гаын и вежливо поклонился.
— Присаживайтесь, начальник отдела Ын.
— Слушаюсь, госпожа.
— Вы разузнали то, о чём я просила?
— Да,
— коротко ответил начальник отдела Ын.
— И каков результат?
— Прежде всего, как вы и предполагали, молодой господин действительно преследовал госпожу Пак Ынджин.
— Это не так уж важно. Кто ещё там был?
— В то же время и в том же месте находились ещё три человека.
— Трое?
— Именно. Во-первых, студент по имени Ю Чхоль, который выступал в суде. Разумеется, председатель через сотрудников компании заставил его молчать.
— Компании? Смешно. Видимо, нынче и ростовщичество называют компанией.
Начальник отдела Ын слегка поморщился от насмешки Гаын.
— Простите. Просто забавно стало. Продолжайте.
— Да. Остальные двое были бандитами.
— Бандиты? Неужели их нанял Санхёк?
— Нет. Эти трое знали друг друга, а молодой господин, по всей видимости, случайно оказался там, когда в очередной раз выслеживал Пак Ынджин.
— Вот как? Мне это кажется непонятным.
— Позвольте спросить, по какой причине вы проводите это расследование втайне от председателя?
Услышав вопрос начальника отдела Ына, Гаын сделала глоток кофе и слегка улыбнулась.
— Я хочу сделать вас руководителем в моей компании.
— Что?
— Ростовщичество, которым занимается отец, приносит много денег, но люди презирают нас за это. Чем наша работа отличается от банковской? Я хочу выйти на свет.
Гаын была женщиной с большими амбициями.
— Но как это связано с делом молодого господина...
— Вы ведь и сами знаете, что Санхёк — настоящий негодяй.
На это начальник отдела Ын не нашёл, что ответить.
— Не мне об этом судить.
— Верно. Давайте дослушаем историю.
— Слушаюсь! Насколько я выяснил, Ю Чхоль и двое бандитов намеревались обесчестить Пак Ынджин. И молодой господин тоже там присутствовал.
— Тогда какое отношение к этому имеет Чхве Ынсон?
— Чхве Ынсон, в буквальном смысле, пытался спасти Пак Ынджин.
Гаын нахмурилась в недоумении.
— Тогда почему Санхёк, перепугавшись до смерти, прибежал к отцу и умолял его о спасении? Ведь если он просто наблюдал со стороны, это не преступление.
— Всё так. Моё расследование показало, что по какой-то причине молодой господин в итоге тоже оказался в роли спасителя Пак Ынджин.
— И что потом?
— После того как Чхве Ынсон раскидал Ю Чхоля и тех двоих бандитов и спас Пак Ынджин, молодой господин, кажется, совершил оплошность.
— Оплошность? Надо же, как вы это называете.
Голос Гаын прозвучал холодно. Казалось, она уже вовсю обдумывала план, как загнать Чхве Санхёка в угол.
— Однако есть кое-что непонятное. Почему этот Чхве Ынсон избил нашего Санхёка? Что произошло между ними?
— Мне доподлинно известно лишь то, что молодой господин намеревался причинить вред Пак Ынджин.
— От кого вы это слышали?
— От тех бандитов.
— Значит, вывод таков: что-то случилось в тот короткий промежуток времени.
— Именно так. Но что вы намерены делать?
Начальник отдела Ын не мог скрыть своего крайнего беспокойства.
— Пока будем следить за ситуацией.
— Если председатель узнает, мне конец, госпожа!
— В прошлый раз вы тоже были на волосок от гибели, но я вас спасла. Так что теперь вы — мой человек.
Начальник отдела Ын был тем, кто занимался выбиванием долгов. Пусть он и не был бандитом в полном смысле слова, он был очень близок к этому кругу. И он входил в ближайшее окружение председателя Чхве. Так Гаын тайно переманивала людей отца на свою сторону.
— Что... что именно вы планируете?
— Я собираюсь основать сберегательный банк. Нет нужды выслушивать проклятия, зарабатывая деньги.
От слов Гаын у начальника отдела Ына округлились глаза.
— И, разумеется, директором должна стать я. Хо-хо-хо.
Начальник отдела Ын не нашёл слов.
— Присмотрите за этим парнем, Чхве Ынсоном, после его освобождения. Интересно, как он будет действовать.
— Слушаюсь.
http://tl.rulate.ru/book/193639/20019605
Готово:
