Сун Аньнин смотрела на сообщение в телефоне. Сердце её всё глубже опускалось.
— Неужели конец света наступил.
— Мяу, человек, тебе пора кормить мяу.
— Си Лэ, доставай всё, я разберу.
Си Лэ выложил на пол купленные вещи. Сун Аньнин сначала дала ей две сушеные рыбки, велела есть в стороне. Затем она разобрала купленные и имеющиеся дома припасы, расфасовав их по пакетам.
Всё, что можно было есть сразу: молоко, йогурт, мелкие закуски, хлеб, большая пачка сосисок. То, что требовало простой обработки: лапша быстрого приготовления, саморазогревающаяся еда, сухая лапша — большая пачка. Зерна, муки, масла и специй было немного. Она редко готовила дома, поэтому и припасла немного, и в этот раз много не купила.
Купила несколько овощей: капусту, редьку, картофель. Этого хватит ей примерно на неделю.
Неправильно, я ведь теперь могу сажать растения, может, это как в романах пишут, способность к земледелию или древесная стихия?
Она разрезала картофель ножом, закопала его в цветочный горшок. Прикоснувшись к краю горшка, она вскоре увидела, как из земли показался росток, который медленно рос. Голова закружилась, но она упорно продолжала.
Головокружение усиливалось, она стиснула зубы и терпела. Потом, потом она совсем потеряла сознание.
Си Лэ подошёл: — Мяу, человек, что случилось? Мяу, Сун Аньнин, мяу…
Сун Аньнин открыла глаза, вокруг была кромешная тьма. — Неужели я ослепла? Почему так темно?
— Мяу, Сун Аньнин, ты очнулась? Отключили свет,
— Что?
Сун Аньнин вспомнила сообщение в телефоне. Она встала и посмотрела в окно. Снаружи была темнота, уличные фонари погасли, луны не было, поблизости не было ни одного огонька. Черная, темная ночь.
Она достала телефон, включила фонарик, велела Си Лэ упаковать собранные и расфасованные вещи. — Это еда, ты пока убери.
Сидя на диване, она снова просматривала сообщения на телефоне: «Погодные аномалии, просим всех подготовиться к морозам и жаре».
Слишком темно, ничего не сделаешь. Хотелось включить фонарик на телефоне и продолжить уборку, но она боялась, что телефон разрядится. И неизвестно, когда дадут электричество.
Лучше лечь спать! До утра всё будет ясно.
Редко бывает такая темная и тихая ночь, должно быть, легко заснуть.
Ей показалось, что она спала всего ничего, как уже рассвело. Она взглянула на часы: было меньше двенадцати, почему снаружи так светло? Она прильнула к окну и посмотрела.
Боже мой! Снег пошел? Неужели наступает апокалипсис экстремального холода? Так холодно, она поспешно достала всю теплую одежду и надела её. — Си Лэ, иди сюда.
— Мяу, как холодно, чуть не замерзла, мяу.
Она тоже положила Си Лэ под одеяло. Согревшись, она нашла шапку, распорола её, вырезала четыре отверстия. — Си Лэ, надень это. Может, так будет лучше.
Си Лэ надела вязаную шапку Сун Аньнин, потёрся головой о её ладонь, выражая благодарность.
Сун Аньнин тоже не могла уснуть. При свете она разобрала шкаф, достала термобелье, свитера, пальто, надела их. Остальную одежду упаковала, велев Си Лэ убрать.
— Си Лэ, ты можешь почувствовать, насколько велик твой пространственный карман, сколько вещей туда поместится?
— Мяу, не знаю.
— Давай, сначала убери диван, стол, стул, — Сун Аньнин ходила по комнате, убирая всё, что временно не понадобится. В комнате стало пусто, стало просторно.
Она пошла на кухню, проверила, есть ли газ, и быстро приготовила еду. Готовое она упаковала в коробки, велев Си Лэ тоже убрать.
— Не знаю, когда отключат газ, и я не смогу готовить. Я обработаю еду, и мы не будем голодать. Ты можешь есть капусту, картофель, булочки, рис?
— Мяу, совсем чуть-чуть, я люблю сушеную рыбку,
Она, укутавшись в одеяло, сидела на кровати, аппетита не было. Пожевав сушеную редьку, она съела булочку.
Электричества не было, и ей было лень разбирать холодильник. Она велела Сун Си Лэ убрать холодильник целиком.
Си Лэ съел всего половину булочки. — Мяу, разве вчера не покупали сушеную рыбку?
— Не знаю, когда можно будет выйти, ты ешь экономно, по две штуки в день, можно?
— Мяу, вы, люди, не можете выйти, а я могу. Я пойду сама, я смогу принести много сушеной рыбки.
— Да, и правда. Не сказано, что кошкам и собакам нельзя выходить. Но снег пошел, слишком холодно. Подождем, пока снег прекратится.
— Мяу, разве сейчас не должно идти дождь? Почему идет снег?
— Я же сказала, погодные аномалии,
Человек и кот сидели на кровати, разговаривали и уснули.
Сун Аньнин проснулась от холода. Она попыталась включить свет, но электричества по-прежнему не было.
Она прильнула к окну, выглядывая наружу. Белое все вокруг, ничего не разобрать. Она услышала отдаленный лай собак, а затем — пронзительные крики.
Достав телефон, она увидела, что её руки дрожат.
«Объявление: обнаружены мутировавшие кошки и собаки, нападающие на людей. Всем срочно избавиться от своих домашних животных. Кроме того, запрещен выход на улицу, запрещен выход на улицу, всем оставаться дома».
«Сейчас военная полиция совместно отстреливает всех мутировавших животных, таких как кошки и собаки, и мутировавшие растения в черте города».
«Запрещен выход на улицу»,
«Запрещен выход на улицу»,
— Си Лэ, тебе больше нельзя выходить. Там отстреливают кошек, собак и других мелких животных. Говорят, они мутировали и нападают на людей.
— Мяу, что такое мутация? Я могу сохранять вещи? Я не нападаю на людей?
— Пока не знаю. Когда я выходила, видела, как некоторые люди могли создавать огонь, воду. Разве это не мутация?
— Бам, бам. — Кто-то постучал в дверь.
Сун Аньнин и Сун Си Лэ вздрогнули. Она жестом велела Си Лэ спрятаться.
— Кто?
— Тебе не нужно открывать. Я староста дома. Ты видела сообщение от правительства? Я обхожу и уведомляю всех, не выходите, оставайтесь дома. Правительство всё организует. Сейчас водо-, электро- и газоснабжение нестабильно, потому что кое-где произошло повреждение, и некому чинить. Кроме того, я должен уточнить, сколько человек в вашем доме,
— Двое…
— Хм, в моем списке значится один человек? Хорошо. Есть ли у вас домашние животные? Если есть, лучше выбросить их из окна. Многие животные и люди мутировали, будьте осторожны, иначе может быть опасно, если вас поранят.
Не дожидаясь ответа Сун Аньнин, он продолжил.
— Ладно, я пошел. Вы следите за сообщениями на телефоне.
Она посмотрела в глазок, как он пошел стучать к соседям. Двое мужчин, говорил старший, второй, помоложе, держал в руке палку.
— Есть кто-нибудь? Я староста дома?
Никто не ответил. Он перевернул список в руке и пошел наверх.
Сун Аньнин прислушалась, прижавшись к двери. Они поднялись наверх и начали стучать, кажется, началась ссора. Ах да, наверху держали собаку, кажется, выпустили её. Собачий вой, наверняка, били палкой. Женский крик и ругань.
Сун Си Лэ тоже тихонько подкрался, наклонив голову, слушал.
Сун Аньнин жестом велела ему не издавать звуков, осторожно приоткрыла дверь. В комнату ворвался порыв холодного воздуха, так холодно! Она невольно вздрогнула.
— Посмотрим, кто посмеет тронуть мою Кэлэ, она не мутировала, она самая послушная,
http://tl.rulate.ru/book/193385/20009748
Готово:
