Каменная обитель оказалась вовсе не такой мрачной и зловещей, как представлял себе Линь Фань. Напротив, её убранство поражало изысканностью.
Мягкий свет струился из лунных самоцветов, вделанных в купол, — яркий, но не режущий глаз. Он заливал всё внутри ровным сиянием. Воздух был пропитан тонким ароматом старых книг и сандала; этот запах успокаивал, возвращал ясность мыслям. Место походило не на тайник, а скорее на кабинет богатого светского человека.
Вдоль стен стройными рядами высились стеллажи из палисандра, каждый высотой в чжан. На них плотными стопками лежали бумажные книги и свитки — совсем не те нефритовые свитки, что привыкли использовать культиваторы.
У одного из стеллажей стояла фигура.
Человек стоял спиной к двери. Высокий, стройный. Густые чёрные волосы небрежно заколоты простой деревянной шпилькой. Одежда — выцветший до белизны синий халат. Он держал в руках пожелтевший свиток и сосредоточенно читал.
Услышав шаги Линь Фаня и Чуньлань, он неторопливо обернулся.
На вид ему было лет двадцать пять — двадцать шесть. Лицо — белое, как яшма, черты мягкие и ясные, нос с горбинкой. На губах играла едва заметная улыбка. От него веяло книжной премудростью. Встреть его в городе простых людей, всякий принял бы за красивого книжника, собравшегося на столичные экзамены. Ни за что не связал бы его с этим грязным Призрачным рынком.
Линь Фань внутренне напрягся.
Он незаметно, от макушки до пят, оглядел незнакомца. Тот ничем не выдавал своего уровня культивации. Ни единой искры духовной силы. Впечатление было такое, будто перед ним самый обычный смертный.
Но Линь Фань не купился бы на это. Разве может тот, кого на Призрачном рынке величают «господином», быть простым человеком? Это означало одно из двух: либо его уровень намного превосходил Линь Фаня, либо он владел искуснейшей техникой сокрытия ци.
И то и другое говорило о необыкновенности этого человека.
Мысли в голове Линь Фаня завертелись с бешеной скоростью, но на лице он не выказал ни тени замешательства. Он немедленно свернул все внешние ощущения, принял самый смиренный вид и, сжав кулак в почтительном приветствии, глухо произнёс:
— Я — Ли Мо, внешний ученик Секты Юнься. Приветствую старшего. Вы, должно быть, и есть тот господин Ван, о котором говорила госпожа Чуньлань?
Он назвал заранее заготовленное вымышленное имя и представился внешним учеником, а не простым служителем. Так он выглядел не слишком ничтожно, но и не настолько выдающе, чтобы вызвать подозрения.
Услышав это, синехалатный книжник расплылся в ещё более тёплой улыбке. Он бережно закрыл свиток, небрежно сунул его обратно на полку и махнул рукой. Голос у него оказался мягким, как отполированный нефрит, — от него веяло весенним ветерком:
— «Господин» — это слишком. Я всего на несколько лет старше. Если, юный друг, не побрезгуешь, зови меня просто «собрат по Дао».
Говоря это, он неторопливо приблизился к грушевому чайному столику и сделал приглашающий жест.
— Слышал от Чуньлань, что собрат Ли хочет попросить у нашего рынка один путь… путь, чтобы покинуть это место незамеченным?
— Именно так. — Линь Фань не садился, оставаясь стоять. Он кивнул в знак согласия. — Я приобрёл две безделушки. Понимаю, что они мне не по чину, и боюсь, как бы на них не позарились лихие люди. Прослышал, что ваш рынок всемогущ. Вот и пришёл просить об одолжении. Не знаю, возможно ли это?
Слова его звучали искренне, поза была смиренной. Он выставил себя обычным культиватором, который случайно приобрёл редкое сокровище и теперь трясётся от страха.
Услышав это, книжник, то есть собрат по Дао Ван, вдруг изменился в лице. Прежняя тёплая улыбка исчезла, сменившись странной полуулыбкой. Взгляд его стал острым, как два невидимых меча, — казалось, он пронзал Линь Фаня насквозь.
— Одолжение? — Голос его оставался мягким, но в нём появилась насмешливая нотка. — Одолжение, конечно, возможно. Наш рынок — это бизнес, а в бизнесе главное — помогать людям. Но… в этом мире не бывает одолжений на пустом месте. Собрат, какую цену вы готовы заплатить за этот путь?
Вот оно!
Сердце Линь Фаня упало. Он понял, что настоящее представление только начинается. Маска призрака скрывала все его эмоции, лишь глаза оставались непроницаемыми, как стоячая вода.
Он слегка поднял голову, встретил острый взгляд собеседника и, тоже чуть скривив губы в улыбке, ровно ответил:
— Это зависит от того, насколько ваш путь стоит той цены, которую я готов заплатить. И подходит ли он под мои требования.
При этих словах в глубине глаз собрата Вана мелькнуло явное удивление.
Казалось, он не ожидал, что этот «внешний ученик», чья культивация едва достигала четвёртого-пятого слоя Зарождения Ци, и который выглядел таким перепуганным, осмелится в подобной ситуации торговаться с ним.
Он пристально посмотрел на Линь Фаня, затем повернулся к Чуньлань, которая всё это время почтительно стояла в стороне, и равнодушно бросил:
— Ступай.
— Слушаюсь, господин. — Чуньлань грациозно поклонилась и бесшумно выскользнула из каменной комнаты. Запрет на каменной двери на мгновение вспыхнул, как водная рябь, и снова вернулся в норму.
В кабинете остались только Линь Фань и собрат Ван.
Атмосфера мгновенно накалилась.
Собрат Ван не спешил начинать разговор. Он заложил руки за спину и медленно прошёлся по комнате, словно подбирая слова или оказывая на Линь Фаня незримое давление.
Линь Фань по-прежнему стоял неподвижно, прямой, как сосна. Однако внутри него уже тайно вращалась духовная сила пяти стихий, а бдительность была поднята до предела.
Спустя долгое время собрат Ван остановился, снова посмотрел на Линь Фаня и медленно заговорил:
— Раз собрат Ли — человек прямой, я не стану ходить вокруг да около. У нашего рынка есть несколько путей, по которым собрат может уйти незамеченным. Какой из них выбрать — решать только вам.
— Первый. — Он поднял один палец. — Собрат может заключить с нашим рынком «Кровавую душу-клятву» и стать одним из нас. Как только станешь своим, никакие мелкие выскочки тебе не страшны. Более того, на территории Секты Юнься, если ты сам не полезешь к культиваторам стадии Закладки Основания, рынок сможет гарантировать твою безопасность. И всё, что ты сегодня приобрёл, тоже останется при тебе.
Линь Фань мысленно усмехнулся. Кровавая душа-клятва — контракт, скреплённый кровью и душой. Подпишешь — и твоя жизнь будет в чужих руках. Чем это не продажа себя в рабство? Он, Линь Фань, проживший две жизни, стремился к бессмертию и свободе. Неужели он сам свяжет себе руки и отдаст жизнь другому?
Видя, что Линь Фань молчит, собрат Ван, похоже, и не ждал, что тот легко согласится. Он поднял второй палец.
— Второй. Если собрат не желает к нам присоединяться, можно заключить сделку. Собрату нужно лишь предоставить достаточно ценную редкую вещь — будь то небесное сокровище, редкое искусство, рецепт пилюль или талисманов второго ранга и выше. Если наша оценка сочтёт это достойным, мы выкупим это по разумной цене. Как часть сделки, рынок выделит людей, которые сопроводят собрата до границ Холма Черных Камней.
Этот вариант звучал неплохо. Но Линь Фань понимал: просто покинуть Холм Черных Камней — бесполезно. Те волки, что нацелились на него, при достаточном терпении могут устроить засаду в десятке ли отсюда, на единственной дороге. Это лишь ненадолго отложит опасность.
— Третий. — Взгляд собрата Вана стал ещё глубже. Он поднял третий палец, и голос его стал серьёзнее. — Если собрат обладает редким мастерством — например, в алхимии, создании артефактов, талисманов или формирований — он может заключить с рынком «Договор служения».
— Этот договор — не отношения господина и слуги, а равноправное коммерческое сотрудничество. Собрат будет регулярно поставлять рынку определённое количество готовой продукции, а рынок будет предоставлять покровительство и платить вознаграждение, значительно превышающее рыночное. Подписав этот договор, собрат станет почётным гостем рынка. Сегодняшние проблемы мы уладим сами и отправим вас обратно в секту целым и невредимым. В будущем вас будут извещать обо всех крупных торгах и даже бронировать места. Одним словом, выгод много.
Закончив перечислять три пути, собрат Ван замолчал. Он взял со столика давно остывший чай, сделал маленький глоток и спокойно уставился на Линь Фаня в ожидании ответа.
В голове Линь Фаня лихорадочно взвешивались все «за» и «против» каждого варианта. И вдруг он понял, что это Призрачный рынок полностью оправдывает своё название.
Эти три пути лишь казались выбором. На деле они были звеньями одной цепи. Какой бы ты ни выбрал, в итоге эта огромная структура, именуемая «Призрачным рынком», поглотит и свяжет тебя по рукам и ногам.
Первый — для отчаявшихся головорезов. Приманкой служит защита, цель — полностью завербовать их в свои когти.
Второй — для разрозненных культиваторов, случайно получивших сокровище, но не способных его уберечь. Под видом сделки у них отбирают удачу.
Третий — самый хитрый и опасный. Он нацелен на «таланты», обладающие мастерством и огромным потенциалом, но по разным причинам не сумевшие выбиться в люди в своих сектах. Он не требует полной верности, только коммерческое партнёрство, привязывая тебя выгодой. И кто знает, сколько таких, как он, культиваторов, прозябающих на дне сект, эта сеть бесшумно затянет в свои ряды.
В этот миг у Линь Фаня даже родилась более смелая догадка. Этот Призрачный рынок, хоть и кажется существующим вне сект, по своей структуре напоминает тень секты, затаившуюся в темноте. Он не занимает духовные жилы, не набирает учеников. Но таким способом он переманивает к себе бесчисленных мастеров ста искусств культивации, которых секты вырастили ценой огромных ресурсов.
Линь Фань ни за что не поверил бы, что за этим не стоят тени высокопоставленных лиц из сект… или даже что это само воплощение воли неких верхов.
Он молча стоял на месте, глаза под маской призрака прищурились. В голове лихорадочно взвешивались выгоды и потери.
Первый путь — ни в коем случае.
Второй путь выглядит безопасным, но требует вещи достаточной ценности. Из того, что у него есть, кроме двух только что купленных предметов, самое дорогое — это улучшенные им самим талисманы первого ранга высшего качества. Но если выложить их по одному, вряд ли они покажутся рынку слишком ценными. А если вывалить сразу много — вызовешь ненужные подозрения.
Третий путь казался самым подходящим. Но не стоит забывать: сейчас Линь Фань — внешний ученик Секты Юнься, а его истинная личность — мастер талисманов. Если он признается, что умеет их рисовать, а кто-то дотошный нападёт на след, — не разрушит ли это его спокойное cultivation, которое он так старательно поддерживал?
В голове Линь Фаня пронеслись десятки мыслей, он перебрал все варианты и в конце концов решил: нужно изменить способ ведения этой сделки.
http://tl.rulate.ru/book/192098/20821735
Готово:
