В миндалевидных глазах Су Мяои, всегда отличавшихся холодным спокойствием, отчетливо отражались две вещи: блюдо с «пилюлями», излучающими мягкое, ровное сияние в лунном свете, и молодое лицо с выражением, которое она не могла понять, но которое называлось «научная уверенность».
Воздух словно застыл. Острый запах гари из комнаты отходов пилюль, казалось, рассеялся от чистой злаковой ароматики, исходившей от блюда с пилюлями.
Цинь Ло, видя, что старшая ученица просто уставилась на пилюли, словно не поняв его слов, любезно пояснил снова, тон его напоминал демонстрацию результатов исследования коллегам в лаборатории:
— Проще говоря, в традиционном процессе изготовления пилюль контроль переменных был слишком грубым, что приводило к высоким потерям активных компонентов и образованию множества побочных продуктов. Я, посредством стандартизированного извлечения, точного контроля температуры и оптимизации процесса затвердевания, повысил однородность продукта и его биодоступность. Предварительная сенсорная оценка и личный опыт показывают, что улучшенная версия имеет значительные улучшения во вкусе, скорости наступления эффекта и его продолжительности.
Су Мяои: «……»
Каждое слово было ей понятно, но вместе они звучали как китайская грамота. Что такое контроль переменных? Что такое биодоступность? Что такое сенсорная оценка?
Она глубоко вздохнула, заставляя себя выйти из абсурдного недоумения, и её взгляд снова стал острым, указывая на скромные банки и горшки: — Ты… ты использовал эти… эти вещи, чтобы изготовить пилюли пустого зерна?
— Условия были ограничены, удалось провести лишь предварительные попытки, — Цинь Ло с сожалением взглянул на керамические горшки и тазы. — Если бы было более точное оборудование, например, высокоэффективный жидкостный хроматограф для анализа состава, термостатический шейкер для оптимизации эффективности экстракции, или даже мини-пресс для таблеток для стандартизации формы, качество продукции и эффективность производства можно было бы повысить на несколько порядков.
Су Мяои почувствовала, как у неё пульсируют виски. Хроматограф? Шейкер? Пресс? Что это за чертовщина?!
Она резко взмахнула рукавом, и в её голосе появились нотки упрека: — Чушь! Путь Дао пилюль – это притяжение духовной ци неба и земли, следование пяти элементам инь и ян, постижение таинства изменений огня пилюль! Разве это то, чем можно заниматься, как крестьянка, варящая кашу, вслепую мешая всё подряд?! Ты оскорбляешь Дао пилюль, завещанное предками!
Цинь Ло был ошеломлен этим «ярлыком». Он моргнул, пытаясь понять логику собеседницы: — Старшая сестра, я не хотел оскорблять. Просто оптимизация технологического процесса для повышения выхода и качества — это неизбежный путь развития техники. Подобно тому, как мастера создания артефактов совершенствуют печи для переработки, а фермеры отбирают лучшие сорта семян…
— Замолчи! — Су Мяои прервала его, чувствуя, что с этим учеником внешних врат совершенно невозможно общаться. Она указала на блюдо с «научными пилюлями пустого зерна»: — Эти… эти круглые комки, кто знает, не будут ли проблемы после их употребления! Изготовление пилюль – не детские игры!
— Безопасность может быть проверена, — Цинь Ло нисколько не обиделся, наоборот, чувствовал, что столкнулся с экспертом-рецензентом, которого нужно терпеливо убеждать. — Я уже провёл предварительное экспериментирование с самоприменением, не обнаружил побочных реакций. Если секта нуждается, я могу разработать полный план токсикологической оценки и оценки безопасности, включая тесты на острую токсичность, исследования длительного кормления…
— Довольно! — Су Мяои почувствовала, как у нее зашевелились волосы на затылке, ей казалось, что этот человек либо сумасшедший, либо одержимый. Она с трудом подавила желание выбросить эти «странные пилюли» и этого «странного человека» вместе, и холодно сказала: — Меня не волнует, какие еретические методы ты использовал. Поскольку ты отвечаешь за изготовление этой партии пилюль пустого зерна, доставь их в столовую вовремя. Если возникнут какие-либо проблемы, отвечать будешь только ты!
Сказав это, она, словно боясь, что её уши будут осквернены ещё какими-то странными терминами, не пожелала оставаться ни минуты. Повернувшись, она превратилась в поток света и быстро улетела, однако её фигура при уходе, казалось, была немного более поспешной, чем при появлении.
Цинь Ло смотрел в направлении, куда исчезла старшая сестра, погладил подбородок и задумчиво произнес: — Похоже, в академическом кругу этого мира тоже существует определенная консервативность и эксклюзивность. Давление peerreview (рецензирования коллегами), видимо, немалое.
Его взгляд вернулся к блюду с успешным экспериментальным образцом, и он быстро отбросил этот маленький эпизод из головы. — В любом случае, предварительная проверка пройдена. Следующий шаг — расширить производственные образцы и провести более систематическую оценку эффективности.
Он осторожно собрал несколько десятков «научных пилюль пустого зерна» в чистую нефритовую бутылку, затем снова посмотрел на оставшиеся в корзине исходные лекарственные материалы и на сломанную печь для пилюль, которая всё ещё дымилась.
— Хм… нужно ещё подготовить контрольную группу. — Он засучил рукава, решив всё же по традиционному методу этого мира сварить ещё одну партию нормальных пилюль пустого зерна для отчета. — В конце концов, нужно контролировать переменные.
Для доктора Цинь, который в своей прежней жизни одновременно вёл три проекта в ведущей лаборатории, одновременное изготовление пилюль кустарным способом и планирование последующих экспериментальных программ в уме было совершенно обыденной операцией.
Так, во второй половине ночи в комнате отходов пилюль возникла странная сцена: с одной стороны, Цинь Ло неуклюже разводил огонь, бросал травы в сломанную печь для пилюль согласно неясным описаниям из «Руководства по изготовлению пилюль секты Цинлань», из-за чего он был покрыт сажей и дымом; с другой стороны, аккуратно стояло его скромное «лабораторное оборудование», а рядом на каменной плитке с помощью обгоревшей палочки были написаны какие-то заметки, вроде «Предварительный прогноз зависимости температуры экстракции от эффективности», «Наблюдение за влиянием скорости охлаждения на кристаллическую структуру пилюли».
Когда на востоке показалась бледная заря, Цинь Ло удовлетворенно кивнул, глядя на две совершенно разные «результаты» перед собой.
Одно блюдо – около тридцати штук традиционных пилюль пустого зерна, выкопанных из сломанной печи, разного оттенка, некоторые даже подгоревшие. Другое блюдо – около пятидесяти научных пилюль пустого зерна, с ровным блеском и правильной формой.
— Выход увеличился примерно на 66,7%, однородность внешнего вида значительно повышена, — делал он записи. — Жаль, нет электронных весов, чтобы точно сравнить содержание активных компонентов. В дальнейшем нужно разработать простой метод обнаружения…
Он переложил традиционные пилюли пустого зерна в стандартную для секты бутылку для пилюль, готовясь сдать. А ту бутылку с научными пилюлями он осторожно убрал, чтобы использовать для «дальнейших исследований».
Ранним утром перед столовой внешних врат было оживленно. Сотни учеников внешних врат стояли в очереди за ресурсами для тренировок за этот месяц — в основном десять пилюль пустого зерна низкого качества, которых хватало на месяц, чтобы не голодать и с трудом поддерживать повседневные тренировки.
Раздавал пилюли староста Чжуцзы из столовой, низкоуровневый культиватор с брюшком, который, пользуясь небольшой властью, не раз урезал пайки учеников внешних врат. Он косо смотрел на очередь, медленно отсыпал пилюли, каждый раз «случайно» загребая несколько штук пальцами, которые оседали в его рукаве.
Настала очередь Цинь Ло. Он подал свою деревянную карточку личности.
Староста Чжуцзы взглянул на него, лениво взял стандартную бутылку для пилюль, отсыпал десять сероватых, невзрачных пилюль пустого зерна — именно те, что Цинь Ло приготовил вчера традиционным способом.
Цинь Ло смотрел на пилюли, и у него сработал профессиональный рефлекс, он невольно пробормотал: — Неполная фиксация, поверхность имеет трещины, вероятно, будет легко впитывать влагу и портиться… срок хранения может быть затронут.
Рука старосты Чжуцзы, отсыпавшего пилюли, замерла. Его треугольные глаза сузились, он оглядел этого незнакомого и, похоже, не знающего страха ученика внешних врат: — Что ты сказал?
Цинь Ло пришел в себя, осознал, что, кажется, сказал лишнее, и поспешно ответил: — Ничего, господин староста.
Но староста Чжуцзы вошел во вкус, швырнул пилюли на блюдо и повысил голос: — О? По твоим словам, ты недоволен пилюлями, которые я выдал? Ты, который присматривает за комнатой отходов пилюль, знаешь толк в изготовлении пилюль!
Окружающие ученики стали оборачиваться, некоторые с видом наблюдателей за представлением, другие — опустив глаза, словно их это не касалось.
Цинь Ло не хотел проблем, взял блюдо и уже собирался уйти: — Ученик не смеет.
— Стой! — староста Чжуцзы ударил по столу. — Не смеешь? По-моему, ты очень смелый! Неужели ты тайно спрятал хорошие пилюли, а мне подсунул эти негодные?
Это было откровенное обвинение. Ученики, знавшие о нравах старосты Чжуцзы, мысленно кривились, но никто не смел издать ни звука.
Цинь Ло нахмурился: — Эти пилюли изготовлены и выданы в соответствии с правилами секты, ученик не…
— Чушь! — староста Чжуцзы прервал его, разбрызгивая слюну. — Неужели ты, мусор, подмешал сюда испорченные пилюли? Говори! Это ты сделал!
В этот момент ученик, стоявший за Цинь Ло, худощавый, с бледным лицом, посмотрел на пилюли в блюде, поколебался и всё же тихо попытался оправдать Цинь Ло: — Староста Чжуцзы, эти пилюли выглядят так же, как и обычно…
— Заткнись! Здесь тебе слово предоставляется? — староста Чжуцзы посмотрел на ученика, тот тут же сжался, не смея больше говорить.
Цинь Ло взглянул на ученика, который попытался его оправдать, и запомнил его внешность. Затем он повернулся к старосте Чжуцзы, его настроение было совершенно спокойным — как у человека, столкнувшегося с шумными данными в эксперименте, которые не хотят подчиняться.
— Если староста считает, что пилюли имеют проблемы, он может проверить их, — ровным тоном сказал Цинь Ло. — Или, я могу предоставить другую партию пилюль, изготовленную одновременно, но с немного отличающейся технологией, для сравнения.
Он достал из-за пазухи нефритовый пузырек и высыпал несколько научных пилюль пустого зерна.
В мгновение ока все взгляды приковались к ним.
Те пилюли были круглыми, блестящими, с однородным цветом. В утреннем свете они казались не пилюлями, а какими-то гладкими, словно драгоценные камни, бусинами. По сравнению с сероватыми, неровными пилюлями, выданными старостой Чжуцзы, это было небо и земля.
— Это… что это? — староста Чжуцзы тоже был ошеломлен, и инстинктивно протянул руку, чтобы взять.
Цинь Ло, однако, повернул запястье и убрал руку: — Это экспериментальные образцы, полученные в результате усовершенствования технологии учеником. Их немного, но если староста сомневается в качестве предыдущей партии, их можно использовать вместо них.
Его намерением было погасить конфликт, предложив что-то хорошее, чтобы заткнуть этому старосте рот.
Но староста Чжуцзы, глядя на явно неординарные пилюли, увидел в его глазах жадность, но на словах стал ещё строже: — Хорошо! Цинь Ло! Точно ты устроил заговор! Тайно спрятал такие хорошие пилюли и подсунул секте некачественные! Какому наказанию ты должен подвергнуться!
Он резко встал и указал на Цинь Ло: — Люди! Схватите этого вора, укравшего припасы секты!
Несколько подсобных рабочих из столовой, стоявшие вокруг, переглянулись, некоторые колебались.
Цинь Ло вздохнул. Он понял, что это не академический спор, а откровенный конфликт интересов и злонамеренная подстава. Против таких людей нет смысла говорить.
В тот момент, когда атмосфера накалилась до предела, из-за толпы послышался холодный голос:
— Что за шум?
Толпа расступилась, и все увидели Су Мяои в одежде цвета лазури, вернувшуюся неизвестно когда. Она стояла неподалёку и смотрела на происходящее без выражения. За ней следовали несколько учеников внутренних врат, все с любопытством поглядывали сюда.
Увидев Су Мяои, староста Чжуцзы немедленно сменил маску, подобострастно подбежал: — Старшая сестра Су! Вы пришли как раз вовремя! Этот ученик внешних врат Цинь Ло, ответственный за комнату отходов пилюль, осмелился тайно хранить высококачественные пилюли и выдавать некачественные вместо них. Когда я обнаружил это, он пытался оправдаться! Пожалуйста, строго накажите его!
Взгляд Су Мяои прошел мимо старосты Чжуцзы, сначала задержался на лице Цинь Ло, затем упал на нефритовый пузырек в его руке, выражение её глаз слегка дрогнуло.
Она не обратила внимания на болтовню старосты Чжуцзы, подошла прямо к Цинь Ло и протянула свою тонкую руку: — Дай посмотреть.
Цинь Ло передал ей нефритовый пузырек.
Су Мяои высыпала одну научную пилюлю пустого зерна, поднесла её к кончику носа и тихо вдохнула, затем провела пальцами, ощупывая её текстуру. Выражение её лица не изменилось, но в глубине глаз мелькнуло едва заметное удивление.
Как одна из учениц Секты Цинлань с самым высоким дарованием в Дао пилюль, она лучше всех могла ощутить необычность этой пилюли — лекарственная сила была чистой и сдержанной, структура — однородной и стабильной, без примесей и следов яда пилюль, обычных для обычных пилюль. Это определенно не то, что мог изготовить обычный ученик внешних врат, и даже… не похоже на работу кого-либо из старших братьев или сестер учеников внутренних врат, известных ей.
Она вспомнила невероятные слова этого ученика внешних врат и его нелебое «оборудование» прошлой ночью.
Неужели… действительно…
Она подавила волнение в сердце, повернулась к подобострастному старосте Чжуцзы и ровным тоном сказала: — Староста Чжуцзы, вы говорите, он тайно хранил пилюли и выдавал некачественные вместо хороших?
— Да, да, да! Старшая сестра Су, будьте свидетелем! Это он!
— О? — Су Мяои слегка приподняла брови. — Тогда вы знаете, когда были изготовлены «некачественные» пилюли, которые он сдал, кто их контролировал и где они хранились?
— Это… — староста Чжуцзы на мгновение потерял дар речи.
— А «высококачественные пилюли», о которых вы говорите, — Су Мяои раскрыла ладонь, показав ту научную пилюлю пустого зерна. — Насколько мне известно, недавно Павильон Пилюль секты не выдавал ученикам внешних врат никаких партий пилюль пустого зерна с таким особенным внешним видом. Так расскажите, откуда он их «тайно хранил»?
У старосты Чжуцзы выступил пот на лбу: — Может быть… может быть, он из другого места…
— Неужели это вы, в своей столовой, тайно урезали и накопили лучшие пилюли, он случайно их нашёл, а вы теперь клевещете на него? — голос Су Мяои стал холоднее.
Староста Чжуцзы в страхе рухнул на колени: — Это клевета, старшая сестра Су! Слуга предан секте, такого никогда не было!
Су Мяои холодно фыркнула, больше не глядя на него, а повернулась ко всем ученикам внешних врат и громко сказала: — Раздача пилюль пустого зерна в этот раз была проведена учеником внешних врат Цинь Ло из комнаты отходов пилюль. Хотя внешний вид немного отличается, лекарственная сила в порядке. Что касается этих… — она покачала нефритовым пузырьком, — это результат его самостоятельного изучения и улучшения Дао пилюль, а не пайка секты. На этом всё. Если кто-то ещё будет создавать проблемы без причины, будет наказан по правилам секты!
Толпа затихла. Все удивленно смотрели на Су Мяои, затем на Цинь Ло. Старшая сестра… она на самом деле защищает этого мусорщика, ответственного за комнату отходов пилюль? И признала, что он «изучал и улучшал Дао пилюль»?
Староста Чжуцзы побледнел как полотно, остался лежать на земле, не смея встать.
Цинь Ло тоже удивленно посмотрел на Су Мяои. Эта старшая сестра, похоже, не так… упряма, как казалось на первый взгляд?
Сказав это, Су Мяои бросила нефритовый пузырек обратно Цинь Ло, глубоко взглянула на него, её взгляд был сложным и непонятным, и, не сказав ничего, повернулась и ушла с учениками внутренних врат.
Так буря была насильственно подавлена.
Толпа постепенно рассеялась. Цинь Ло взял свою порцию традиционных пилюль пустого зерна и уже собирался уходить, как тот худощавый ученик, который раньше за него заступился, подошёл и тихо сказал: — Брат Цинь, у вас всё в порядке? Староста Чжуцзы он… он всегда такой, не принимайте близко к сердцу.
Цинь Ло посмотрел на него и улыбнулся: — У меня всё в порядке. Спасибо, что вступился за меня. Как тебя зовут?
Ученик был вне себя от радости, он замахал руками: — Ничего, ничего! Меня зовут Ли Сяочжу, все зовут меня Чжуцзы. Брат Цинь, вы… вы действительно сами приготовили эти красивые пилюли?
В его глазах читалось любопытство и немного восхищения.
Цинь Ло кивнул: — Угу, попробовал новый метод.
— Это потрясающе! — искренне восхитился Чжуцзы, затем снова понизил голос. — Но, брат Цинь, в будущем будьте осторожнее. Староста Чжуцзы — злопамятный человек, он обязательно запомнит вам это.
— Спасибо за предупреждение, — Цинь Ло понял. Он посмотрел на явно недоедавшее лицо Чжуцзы, снова достал нефритовый пузырек, высыпал две научные пилюли пустого зерна и протянул ему: — Возьмите это в подарок, в благодарность. Эффект должен быть лучше, чем у тех, что выдали.
Чжуцзы смотрел на две круглые, блестящие пилюли, его глаза расширились, он отчаянно махал руками: — Это… это слишком ценно! Я не могу взять!
— Возьми, — Цинь Ло вложил их ему в руку. — Попробуй эффект и расскажи мне потом, как ощущения. — Это был не просто вежливый жест, ему действительно нужны были данные внешнего отклика.
Чжуцзы крепко сжал две пилюли, его лицо покраснело от волнения, и он заикаясь поблагодарил: — Боль-большое спасибо, брат Цинь! В будущем, если понадобится какая-нибудь помощь, просто прикажите мне, Чжуцзы!
Глядя на спешащего прочь Чжуцзы, Цинь Ло покачал головой, взял своё блюдо с сероватыми традиционными пилюлями пустого зерна и направился к своей скромной хижине рядом с комнатой отходов пилюль.
Идя, он размышлял про себя: «Похоже, в этом мире «публикация» результатов тоже вызывает проблемы. Нужно создать определенную «академическую репутацию» для самозащиты… или найти надежного «научного руководителя»? Эта старшая сестра, кажется, кое-что представляет из себя…»
Прибывший в этот мир доктор Цинь начал осторожно планировать свою «научную карьеру» в этом мире культивации.
А он не заметил, как из окна башни вдалеке вернувшаяся Су Мяои снова появилась и тихо смотрела на его удаляющийся силуэт в направлении комнаты отходов пилюль, держа в руке ту самую «научную пилюлю пустого зерна», которую она взяла, её глаза мерцали.
Конец второй главы.
http://tl.rulate.ru/book/190892/20114796
Готово:
