Цинь Ло в тринадцатый раз проверял формулу на экране. Его глаза за стеклами очков были налиты кровью. Холодный белый свет лаборатории ложился на его белый халат, не менявшийся трое суток, подчеркивая его жалкий вид.
— Карл, готовы ли результаты моделирования седьмой группы данных? — его голос был хриплым, пальцы бессознательно стучали по консоли.
Спокойный электронный голос искусственного интеллекта раздался в лаборатории: — Доктор, в плазменном удерживающем поле обнаружена флуктуация в 0,03%. Рекомендуется приостановить эксперимент.
— Флуктуация в пределах допустимой погрешности, — Цинь Ло поправил золотые очки, сползшие на кончик носа. — Продолжайте эксперимент, увеличьте напряженность удерживающего поля на 0,5 Тесла.
— Предупреждение: температура ядра нанореактора аномально повышается.
Цинь Ло полностью проигнорировал сигнал тревоги, полностью сосредоточившись на потоке данных: — Это слишком идеально... смотрите, какая эффективность преобразования энергии! Еще семнадцать секунд — и —
— Предупреждение: в вакуумной камере появились микроскопические трещины. Эффект квантового туннелирования выходит из-под контроля.
Аварийные лампы в лаборатории внезапно сменили синий цвет на красный, безумно вращаясь, бросая зловещие тени на стены. Цинь Ло наконец очнулся от своего увлеченного состояния, но было поздно.
— Экстренная ситуация: обратный отсчет до расплавления ядра: 10, 9, 8...
Цинь Ло резко бросился к кнопке экстренной остановки, но пальцы не успели коснуться красного круга, как весь мир поглотила ослепительная белая вспышка. Последнее, о чем он думал, были не близкие, не несбывшиеся мечты или страх смерти, а чисто научное досадное сожаление:
— Черт! Я забыл учесть рассеивающий эффект силы Кулона на пучок частиц!
Затем его сознание распалось на миллиарды мельчайших частиц, разрываемое и перестраиваемое в вихре полного краха физических законов, и он пережил странное путешествие, которое невозможно было объяснить современной наукой.
— Бах! —
Это был не грохот взрыва лаборатории, а глухой удар головы о твердую деревянную доску.
Цинь Ло резко открыл глаза. Перед ним была не потолок больницы или адское пламя, как он ожидал, а низкие деревянные балки, на которых висели пучки сушеных трав, слегка покачивающиеся на ветру.
Он лежал на жесткой деревянной кровати, укрытый тоненьким, как нитка, одеялом из грубой ткани. Воздух был наполнен странной смесью запахов — древесной золы, каких-то неизвестных трав и слабого запаха серы.
— Где я? — он инстинктивно поправил очки, но пальцы нащупали пустоту.
Сильная головная боль обрушилась на него, словно сотня игл одновременно вонзилась в виски. Незнакомые воспоминания хлынули в мозг, как прорвавшаяся плотина —
Теперь он был учеником внешней секты Цинлань, которого, по совпадению, тоже звали Цинь Ло. Это был мир культивации, где люди могли летать, пронзать землю, создавать пилюли и жить вечно. Секта Цинлань когда-то славилась своим искусством создания пилюль, но теперь пришла в упадок и стала трехсортной сектой. Исходный владелец тела, обладая посредственными корневыми способностями, за три года не продвинулся дальше третьего уровня закалки ци и все дни проводил за самой грязной работой — охраной комнаты отходов пилюль секты.
— Переселение душ? — Цинь Ло потер болящие виски. Рациональность физика-доктора позволила ему быстро успокоиться.
Он осмотрел свое тело — возраст около восемнадцати-девятнадцати лет, худощавое, но с целыми конечностями. Черные волосы были небрежно собраны на затылке деревянной заколкой. Самое главное — мозг казался неповрежденным, а все знания по математике, физике и химии по-прежнему аккуратно хранились в памяти.
— Интересно, — пробормотал Цинь Ло, в его глазах мерцал тот особый блеск, который появляется у ученых при столкновении с неизвестным явлением. — Пространственный сдвиг? Скачок измерений? Или сознание загружено в какую-то симуляцию реальности?
Он встал и подошел к столу, открыв несколько старинных книг. «Основы пилюль», «Атлас ста трав», «Введение в алхимию Цинлань»... Страницы пожелтели и пахли плесенью. Он не знал написанных слов, но мог необъяснимым образом понимать их смысл.
Пока он пытался объяснить это явление с помощью квантовой механики, снаружи послышался нетерпеливый стук в дверь.
— Цинь Ло! Ты еще спишь, негодник? Быстро вставай! В комнате отходов пилюль опять что-то взорвалось, старейшина велел тебе идти и убирать беспорядок!
Цинь Ло последовал за неприветливым учеником-слугой по извилистым каменным тропинкам секты Цинлань. Секта располагалась среди вереницы гор, окутанных облаками, среди которых изредка пролетали журавли. На дальних горных вершинах виднелись несколько величественных дворцов, видимо, резиденции внутренних учеников и старейшин.
По сравнению с ними, зона внешней секты выглядела довольно скромно: низкие дома, простые тренировочные площадки и тот неутихающий запах фармацевтических отходов в воздухе.
Комната отходов пилюль находилась в самом уединенном углу секты, это был одинокий каменный дом. Еще не подойдя, Цинь Ло почувствовал едкий запах гари. Ученик, ведший его, зажал нос у входа и отступил: — Быстро убирай, нужно отчитаться перед надзирателем до ужина.
Цинь Ло толкнул скрипучую деревянную дверь и был потрясен увиденным.
Это была не комната для пилюль, а настоящий научный кошмар!
В центре комнаты стоял бронзовый алхимический котел высотой в полтора метра, из которого сейчас вился черный дым. На корпусе котла было несколько трещин, из которых сочилась темно-красная жидкость, застывшая на полу в причудливые узоры. Вокруг валялись осколки взорвавшейся крышки котла, стены были забрызганы разноцветными неизвестными веществами, некоторые из которых все еще слегка пузырились.
Будучи исследователем, прошедшим строгую научную подготовку, первой реакцией Цинь Ло был не страх или отвращение, а сильное любопытство и желание исследовать.
Он осторожно обошел подозрительные лужи на полу и внимательно осмотрел все еще горячий алхимический котел. На корпусе котла были вырезаны какие-то нечеткие руны, а сама конструкция была грубой до безобразия — толщина стенок котла была неравномерной, тепло наверняка распределялось неравномерно; конструкция вентиляционных отверстий не учитывала никаких законов гидродинамики; контроль температуры полностью полагался на опыт, даже не было элементарного измерительного прибора.
— Это не алхимия, это просто черт-те что, — не мог не проворчать Цинь Ло. — Даже стандартам безопасности химической лаборатории средней школы не соответствует.
В углу были свалены несколько корзин с неудачными пилюлями. Цинь Ло взял несколько штук наугад, чтобы рассмотреть. Некоторые имели неровную поверхность, явно из-за неправильной скорости охлаждения; другие были пятнистыми по цвету, очевидно, из-за неравномерного перемешивания; еще несколько даже странно деформировались, словно внутри произошла неконтролируемая химическая реакция.
— В процессе затвердевания не контролировалась скорость кристаллизации, распределение активных компонентов сильно неравномерно, содержание примесей, вероятно, превышает норму в десять раз... — Цинь Ло качал головой, осматривая. — С такими «пилюлями» без проблем не обойтись.
На книжной полке в комнате отходов пилюль лежали несколько записей по алхимии. Цинь Ло открыл их и еще больше удивился.В три часа (7:00-9:00 утра) засыпать ингредиенты, контролировать огонь на ощупь, готово, когда появится аромат лекарства...» — Цинь Ло читал метод изготовления пилюли, называемой «пигудань», с выражением недоверия на лице. — «На ощупь»? «Аромат лекарства»? Что это за стандарты операции? Нет даже конкретной температуры, времени или пропорций!
Он быстро просмотрел рецепты нескольких распространенных пилюль и обнаружил, что все они были с таким же неясным описанием. Алхимия в этом мире все еще находилась на стадии чистого эмпиризма, без каких-либо количественных стандартов и научных принципов.
Пока Цинь Ло вздыхал над грудой «химического мусора», снаружи раздался холодный женский голос:
— Эй, из комнаты отходов пилюль, материалы для сегодняшних пигудань доставлены. Не забудьте вовремя отнести их в столовую внешней секты.
Цинь Ло повернулся и увидел молодую женщину в бледно-голубом даосском халате, стоящую в дверях. Ей было около двадцати лет, лицо было красивым, темперамент — холодным. Материал и узоры ее халата были явно изысканнее, чем у учеников внешней секты. Судя по памяти, это была старшая ученица внутренней секты Цинлань, Су Мяои, с культивацией на ранней стадии Золотого Ядра, чьи таланты в алхимии считались выдающимися среди молодого поколения.
Су Мяои, очевидно, тоже заметила бедственное положение комнаты отходов пилюль, ее брови слегка нахмурились: — Опять взорвался котел? Скажи надзирателю, пусть выдадут новую печь. — В ее тоне слышалась едва уловимая нотка превосходства, обычное отношение гениев внутренней секты к отбросам внешней.
Она поставила корзину с травами и собралась уходить, но затем, словно что-то вспомнила, обернулась и добавила: — Пигудань в этот раз важны для культивации учеников внешней секты в следующем месяце, не налажай.
Цинь Ло не ответил на ее пренебрежение. Все его внимание привлек корзина с травами. Судя по записям, которые он только что видел, основными компонентами пигудань были: корень Шэнь, пория кокосовидная, атрактилодес белый, порошок гриба линчжи...
— Подождите, разве это не комбинация углеводов, полисахаридов и небольшого количества биоактивных веществ? — глаза Цинь Ло блеснули. — По сути, это сжатая высокоэнергетическая пища, с добавлением некоторых компонентов, стимулирующих организм переходить в состояние низкого метаболизма...
Дерзкая мысль сформировалась в его голове.
— Старшая сестра, — внезапно окликнул Цинь Ло уже развернувшуюся Су Мяои, — скажите, есть ли в секте... э-э... экстракты с более высокой чистотой? Например, концентрированный экстракт пории кокосовой? Или ультратонкий порошок гриба линчжи?
Су Мяои обернулась, на ее лице мелькнуло удивление, затем сменилось забавленным выражением: — Экстракты? Концентраты? Ты имеешь в виду эссенции пилюль или лекарственные пасты? Это полуфабрикаты, используемые только алхимиками внутренней секты. Во внешней секте есть только исходные травы.
Она оглядела Цинь Ло: — Что, хочешь использовать высококачественные материалы? При твоих навыках, какие бы хорошие материалы ты ни использовал, это будет пустая трата.
Цинь Ло поправил несуществующие очки — это был его привычный жест, когда он размышлял: — Нет, я просто считаю, что текущие методы алхимии слишком неэффективны. Если мы сможем предварительно экстрагировать и очистить травы, точно контролируя пропорции активных компонентов, мы сможем значительно повысить выход готовой продукции и единообразие лечебного эффекта...
Су Мяои слушала, ничего не понимая, но слова «слишком неэффективно» она уловила, и ее лицо мгновенно помрачнело: — Младший брат Цинь, пилюли секты Цинлань — это результат усилий предков на протяжении поколений, разве ты, ученик внешней секты, можешь так легко комментировать? Тебе достаточно делать то, что полагается.
Сказав это, она холодно фыркнула и ушла, махнув рукавами.
Цинь Ло потрогал нос, не споря. История науки показывает, что новые идеи всегда сначала высмеиваются и отвергаются, пока не докажут свою ценность фактами.
Он посмотрел на корзину с травами, затем на жалкий алхимический котел, и уголки его губ изогнулись в вызывающей улыбке.
— Хорошо, позвольте вам увидеть, что такое метод научной алхимии.
Цинь Ло не начал готовить пилюли сразу, а сначала провел ряд подготовительных работ.
Во-первых, ему нужно было лабораторное оборудование. Из комнаты отходов пилюль он нашел несколько потенциально полезных инструментов: несколько глиняных горшков разных размеров могли служить стаканами и реакционными сосудами; слегка вогнутая медная пластина могла быть нагревательной платформой; а некоторые стеклянные и нефритовые бутылки можно было использовать в качестве емкостей.
Затем ему нужно было предварительно обработать сырье. Цинь Ло размолол в порошок корень Шэнь, порию кокосовидную и другие травы, замочил их в воде, отфильтровал, получив предварительные экстракты. Этот процесс был настолько грубым, что сердце его сжималось от боли — без центрифуги, без роторного испарителя, без фильтров точной фильтрации, только гравитационное осаждение и грубая фильтрация через ткань, эффективность была низкой, не говоря уже о чистоте, которую было трудно гарантировать.
— Жаль, что нет того высокоэффективного жидкостного хроматографа из лаборатории... — вздохнул Цинь Ло, затем снова взбодрился. — Но это и хорошо, вот это настоящий вызов!
Самым сложным было управление температурой. Традиционный алхимический котел явно не подходил. Цинь Ло решил использовать метод нагрева в водяной бане — поставить один меньший глиняный горшок в большой, наполненный водой, и косвенно контролировать температуру реакции, регулируя температуру воды. Хотя нагрев был медленным, колебания температуры были небольшими, и перегрев был маловероятен.
— Считай, что это эксперимент, — Цинь Ло утешал себя. — Условия немного простые, но основные принципы те же.
Он действовал в соответствии с правилами химического эксперимента, строго записывая количество и пропорции экстрактов каждого лекарственного растения, а также разработал контрольную группу — партию пигудань, приготовленную традиционным методом, для сравнения эффектов.
Подготовительные работы заняли два полных часа. За это время несколько учеников внешней секты проходили мимо и, видя, что Цинь Ло не готовит пилюли, а скорее играет в детские игры, насмехались.
— Младший брат Цинь, ты что, кашу варить собираешься?
— Нужна помощь старшего брата в разведении огня? Ха-ха!
Цинь Ло не обращал внимания, полностью сосредоточившись на настройке «реакционной системы». Он использовал смесь воды и льда для точного контроля температуры до 75°C — это оптимальная температура для клейстеризации крахмала; он осторожно регулировал pH, чтобы максимизировать эффективность ферментативной реакции; он также разработал простое устройство обратного холодильника для предотвращения потери летучих компонентов.
Когда все экстракты были равномерно перемешаны, Цинь Ло не стал, как в традиционной алхимии, обжаривать их на сильном огне, а использовал метод ступенчатого охлаждения — сначала быстро охладил до точки застывания, а затем медленно охлаждал, чтобы уменьшить внутренние напряжения и сделать структуру пилюли более однородной и плотной.
Когда наступила ночь, первая партия «научных пигудань» Цинь Ло наконец была готова.
В отличие от традиционных пигудань с пятнистым цветом и шероховатой поверхностью, эта партия пилюль имела однородный бледно-желтый цвет, гладкую, как жемчуг, поверхность, мягко светящуюся в лунном свете. Более того, размер, форма и вес каждой пилюли были почти идентичны, словно вырезанные одной формой.
Цинь Ло взял одну пилюлю, поднес к носу и понюхал. Не было резкого и смешанного запаха лекарств, как от традиционных пилюль, а только чистый аромат зерна.
— Кажущаяся плотность однородна, поверхность гладкая без дефектов, текстура плотная, но не слишком твердая... — Цинь Ло проводил предварительную оценку качества. — Судя по внешнему виду, это как минимум промышленный стандарт. Что касается лечебного эффекта...
Не успел он договорить, как его живот заурчал. С утра он ничего не ел.
Цинь Ло поколебался, а затем решительно положил пигудань в рот. Пилюля растворилась во рту, без ожидаемой горечи, вместо этого появился легкий сладковатый вкус. Теплая и устойчивая энергия распространилась из желудка по всему телу, чувство голода быстро исчезло, разум стал ясным, а тело наполнилось жизненной силой.
— Успех! — Цинь Ло редко показывал свое возбуждение. — Биодоступность увеличилась по крайней мере на 50% по сравнению с традиционными пигудань!
В этот момент сзади раздался холодный женский голос:
— Цинь Ло! Ты не в комнате отходов пилюль убираешься, а черт-те что здесь вытворяешь?!
Цинь Ло обернулся и увидел Су Мяои, вернувшуюся, стоящую в дверях с явным недовольством на лице. Ее взгляд скользнул по «лабораторному оборудованию» Цинь Ло, и наконец остановился на только что приготовленных пигудань.
— Это... — взгляд Су Мяои сменился с гнева на удивление, а затем с удивления на недоумение. — Что это за пилюля?
Цинь Ло поправил несуществующие очки, на его лице было гордое выражение ученого, представляющего свои исследования:
— Старшая сестра, это пигудань, улучшенная мной с помощью научных методов. Содержание активных компонентов более точное, высвобождение лечебного эффекта более стабильное, вероятность побочных эффектов снижена как минимум на 70%. Если вам интересно, я могу подробно объяснить принцип ее приготовления...
Су Мяои не ответила. Она просто пристально смотрела на пилюли, мягко светящиеся в лунном свете, затем на уверенное лицо Цинь Ло, и наконец ее взгляд остановился на нелепо выглядящем «лабораторном оборудовании».
Старшая ученица секты Цинлань, всегда спокойная и сдержанная, впервые перед учеником внешней секты, показала выражение, близкое к оцепенению.
Конец первой главы.
http://tl.rulate.ru/book/190892/20114795
Готово:
