История первая: Пьяница Ма Чжоу и встреча с бессмертным
В давние времена, до основания династии Тан, на горе Хуашань стоял дворец бессмертных под названием «Сулинский дворец». В этом дворце служил небесный чиновник по имени Ма Чжоу. Величайший бессмертный на небесах, Великий Старец Лао-цзюнь, предсказал, что род Ли займет трон, и послал Ма Чжоу на землю, чтобы тот помог будущему императору основать эпоху мира и процветания.
Однако у этого небесного чиновника Ма Чжоу была одна большая слабость — пристрастие к вину! Едва попав в мир людей, он был полностью поглощен ароматом вина, провел дни в пьяном угаре, начисто забыв о своем поручении. Эта пьянка длилась двадцать лет! Двадцать лет он скитался по миру, как бродяга, ночевал в разрушенных храмах и придорожных гостиницах, жил от случая к случаю, ходил в рваной одежде, покрытый пылью. Ничто у него не ладилось, он спотыкался на ровном месте, несколько раз чуть не умер от голода и холода на улицах, превратившись в настоящего жалкого пьяницу.
Однажды Ма Чжоу услышал, что из Сычуани прибыл великий прорицатель по имени Юань Тяньган, чье искусство предсказания судеб не имело себе равных во всем мире, и он обосновался в городе Чанъань. Ма Чжоу подумал: «Когда же закончатся мои несчастливые дни? Пойду-ка я к нему, узнаю свою судьбу». И он, шатаясь, отправился к Юань Тяньгану.
Юань Тяньган поднял глаза, увидел Ма Чжоу, долго смотрел на него, всё сильнее хмуря брови, а потом вдруг хлопнул себя по бедру и со вздохом сказал: «Ох, беда, беда! Все боги твоих пяти внутренних органов (то есть духи, управляющие сердцем, печенью, селезенкой, легкими и почками) сбежали! Ты теперь пустая оболочка, ничем не отличаешься от мертвеца, проживешь от силы три-пять дней! Что тут еще предсказывать? Готовься к худшему!»
Услышав это, Ма Чжоу перепугался до смерти, пьянство как рукой сняло. Он упал на колени, обхватил ноги Юань Тяньгана и со слезами взмолился: «Великий бессмертный Юань, учитель Юань! Спасите меня! Есть ли способ избежать этой беды?»
Юань Тяньган, видя его жалкое состояние, подумал и сказал: «Способ есть. Сейчас же выезжай из города и иди всё время на восток. Помни: если встретишь старика с белой бородой, верхом на синем быке, ни в коем случае не заговаривай с ним и не беспокой его, просто тихо и незаметно следуй за ним. Иди за ним до самого конца, и, возможно, твоя беда разрешится».
Ма Чжоу не посмел медлить, поблагодарил Юань Тяньгана и бросился к восточным воротам города. Не успев отойти далеко от городских ворот, как вдруг — эге! — он увидел белоголового старика, который медленно ехал на старом синем быке в сторону от города. Ма Чжоу поспешно замолчал, затаил дыхание и издалека, тихо, последовал за ним.
Старик не направлялся в город, а сворачивал на извилистые проселочные дороги. Идя таким образом, он въехал на большую гору. Ма Чжоу, задыхаясь от усталости, не смел остановиться и, стиснув зубы, следовал за ним, карабкаясь на вершину горы.
Добравшись до вершины, старик, ехавший на быке, словно имел глаза на затылке, внезапно обернулся, посмотрел на запыхавшегося Ма Чжоу, спешился, сел под большим деревом и подозвал Ма Чжоу к себе. Старик заговорил, его голос был негромким, но ударил Ма Чжоу в сердце, как гром: «Великий Старец Лао-цзюнь послал тебя сюда, чтобы ты помогал будущему мудрому правителю, умиротворил смутное время и спас народ! А ты что? Целыми днями просиживаешь в винных бочках, живешь в пьяном угаре, сам себя довел до такого жалкого состояния! Теперь твои пять внутренних органов рассеяны, праведности нет совсем, ты вот-вот умрешь! Не пора ли тебе очнуться и хорошенько покаяться?»
Ма Чжоу слушал, ничего толком не понимая, будто что-то улавливал, но все же ничего не понял. Старик, видя его растерянность, покачал головой и сказал: «Ты сам был небесным чиновником из Сулинского дворца на горе Хуашань! Теперь властитель бессмертных горы Тайхуа послал за тобой, чтобы вызвать тебя на разговор!» Сказав это, он, не обращая внимания на реакцию Ма Чжоу, повел его за собой.
В мгновение ока Ма Чжоу почувствовал, как перед глазами всё поплыло, и оказался он в невероятно величественном дворцовом комплексе. Пройдя через ряды строго охраняемых, сияющих золотом дворцовых ворот, он оказался перед величественным главным залом. У входа в зал стояла стража, вооруженная, в перьевых одеждах, внушающая страх, более грозная, чем любой императорский дворец в мире. Подойдя к занавесу из жемчуга перед залом, он услышал изнутри суровый голос, выговаривающий Ма Чжоу за то, что он, получив указ, отправился в мир людей, но предался пьянству и провалил поручение, предав небесное доверие. Ему было приказано немедленно вернуться в свой прежний небесный чиновничий кабинет, запереться и обдумать свои поступки, глубоко раскаявшись!
Тот старик на быке и несколько посланников отвели Ма Чжоу в отдельный двор за восточным крылом главного зала. Этот двор был весьма внушителен, дома были высокими и роскошными. Ма Чжоу поднял голову, увидел надпись на воротах двора, и там было выгравировано его имя! Старик дал ему ключ. Ма Чжоу открыл замок и вошел, остолбенев: обстановка в комнате — курильница, алхимический котел, кровать, одеяла и циновки — была точно такой же, как в его прежнем жилище в Сулинском дворце! Ма Чжоу ощупывал знакомые предметы, пытаясь вспомнить, но его мозг был всё ещё полон тумана, он не мог вспомнить, кто он такой.
Пока он так пребывал в замешательстве, из ниоткуда в комнате появилось пять человек! Эти пятеро были одеты в одежду цветов, символизирующих восток, запад, север, юг и центр, каждый из них был высок, могуч и имел необычный, внушающий страх вид. Они в один голос сказали Ма Чжоу: «Господин! Мы все — духи ваших пяти внутренних органов! Вы в течение этих двадцати лет в мире людей только и делали, что пили и буйствовали, оскверняя свое тело, и мы больше не могли там оставаться, поэтому давно вернулись сюда и ждали вас! Теперь вам нужно только закрыть глаза, и мы сможем снова вернуться в «божественные покои» в вашем теле».
Ма Чжоу поспешно сделал, как ему сказали, закрыл глаза. Он почувствовал, как по его телу разливается теплый поток, словно что-то входило внутрь. В одно мгновение он вдруг почувствовал себя бодрым и свежим, его разум стал необычайно ясным! Двадцать с лишним лет пьяной, туманной жизни в мире людей пронеслись перед его глазами, но ощущалось это так, словно прошло всего десять с небольшим дней!
Ма Чжоу внезапно прозрел, наконец понял, кто он такой и какую миссию несет! Он поспешно запер ворота двора, быстро вернулся в главный зал владыки бессмертных, упал на колени и, ударяя головой о землю, как горох, со слезами на глазах просил у владыки бессмертных прощения и вновь принял миссию по оказанию помощи миру.
Вернувшись из мира бессмертных в мир людей, Ма Чжоу немедленно отправился к Юань Тяньгану. Когда Юань Тяньган увидел его, его глаза чуть не вылезли из орбит, и он воскликнул: «Ах! Ты… что с тобой случилось? Почему все следы болезни исчезли? Судя по твоему цвету лица, в течение шестидесяти дней тебя ждет успешная карьера и постоянные повышения! Через сто дней ты станешь канцлером! Поздравляю, поздравляю! Веди себя достойно и цени свое будущее!»
И действительно, во времена правления императора Тайцзуна династии Тан, император издал указ, призывающий всех чиновников представить свои мудрые предложения по управлению государством. Ма Чжоу также представил доклад, в котором его идеи превосходили обычные, будучи изящными и безупречными! Император Тайцзун, увидев это, был в восторге, и в тот же день он вне очереди повысил Ма Чжоу, назначив его чиновником, ответственным за подачу прошений и рекомендации (шиюйгуань), и инспектором (цзяньча юши лисин), ответственным за надзор над чиновниками. С тех пор он стремительно продвигался по карьерной лестнице и в итоге занял пост высокопоставленного и влиятельного «чжуншулин» (канцлера), много лет помогая в управлении государством.
Однажды к Ма Чжоу на дом внезапно спустилась группа бессмертных и сказала ему: «Твоя миссия по оказанию помощи мудрому правителю и совершению великих дел в мире людей завершена, пора возвращаться. Бессмертный Тайи Чжэньцзюнь с небес отдал приказ о твоем призыве, и ты больше не можешь оставаться в мире людей». На следующий день Ма Чжоу, не болея и не страдая, мирно скончался в своем доме. Двор посмертно присвоил ему титул «Чжунгун». Что касается его конкретных дел по укреплению государства и отбору мудрых талантов в мире людей, то в государственных летописях имеются подробные записи, поэтому здесь мы не будем останавливаться на этом подробнее.
История вторая: Бессмертная судьба Ли Линьфу и его заблудший путь
Говорят, что другой великий чиновник династии Тан, правый канцлер Ли Линьфу. В молодости (около двадцати лет) он был совсем не таким коварным, как впоследствии. В то время он был настоящим распутником, который бездельничал в Восточной столице Лоян, не учился, а только и делал, что с соколами и собаками отправлялся на охоту, или играл на поле для игры в поло на осле у алтаря на иве за городом. Он играл день и ночь, не зная усталости. Устав, он садился на землю, опираясь на руки, и тяжело дышал.
Однажды, когда он так бесформенно развалился под алтарём на иве, отдыхая, к нему подошел даос. Этот даос был страшно неказист, с кривым лицом. Он медленно сказал Ли Линьфу: «Молодой человек, ты весь в поту от игры, развалился на земле, что тут такого веселого? Ты так к этому пристрастился?»
Ли Линьфу, раздраженный усталостью, обернулся и выругался: «Тебя это не касается! Иди прочь!» Даос не обиделся, улыбнулся и ушел.
На следующий день Ли Линьфу снова устал и отдыхал на прежнем месте, и тот уродливый даос снова пришел и сказал то же самое: «Молодой человек, что тут такого веселого?» Хотя Ли Линьфу был распутником, его ум был острым. Он почувствовал, как у него в сердце что-то ёкнуло: «Этот уродливый даос приходит уже второй день подряд и говорит одно и то же, неужели он какой-то необычный человек?» Он поспешно встал, поправил одежду и с почтением поклонился даосу, извинившись.
Даос тогда стал серьезен и сказал: «Господин, ты сейчас играешь и тебе весело, но будь осторожен, чтобы радость не обернулась горем. Если однажды ты упадешь с лошади или осла, станешь калекой или умрешь, будет уже слишком поздно сожалеть!»
Ли Линьфу, услышав это, немного испугался и поспешно заверил: «Благодарю вас, учитель даос, за наставление! Я обязательно буду осторожен и больше не буду так безумно играть!»
Даос, увидев его искреннее отношение, улыбнулся и сказал: «Хорошо, через три дня, в пятую стражу (с 3 до 5 утра), приходи сюда, к алтарю на иве, и найди меня». Ли Линьфу полностью согласился.
Через три дня Ли Линьфу рано утром отправился к алтарю на иве, но, к своему удивлению, даос уже ждал его там. Даос был немного недоволен: «Мы договорились о времени, почему ты опоздал?» Ли Линьфу поспешил извиниться. Даос сказал: «Ладно, подождем еще три дня».
Еще через три дня Ли Линьфу научился быть умнее и пришел к алтарю на иве еще в полночь, чтобы ждать. Долго ждав, даос наконец появился. На этот раз даос был очень доволен, и они с Ли Линьфу очень хорошо поговорили. Во время разговора даос сказал нечто поразительное: «Я путешествовал по миру пятьсот лет, и такой человек, как ты, господин, с бессмертной судьбой, — первый, кого я встречаю! Твое имя уже занесено в реестр бессмертных, и тебе суждено «вознестись днем» и стать бессмертным! Но, если ты не хочешь стать бессмертным, ты можешь выбрать жизнь в мире людей в качестве канцлера, обладающего огромной властью, в течение двадцати лет! Выбирай сам. Хорошенько подумай дома, и через три дня, в пятую стражу, встретимся здесь снова, чтобы ты сообщил мне свой выбор».
Вернувшись домой, Ли Линьфу долго размышлял: «Я ведь родственник императорского дома (из рода Ли Тан), с детства привык к роскошной жизни. Стать канцлером на двадцать лет, иметь власть над жизнью и смертью, внушать страх со всех сторон! Это так здорово! Стать бессмертным и вознестись? Это что-то эфемерное, как можно сравнивать с тем, чтобы быть канцлером?» Его жажда власти взяла верх, он твердо решил.
Через три дня Ли Линьфу пришел к алтарю на иве и сказал даосу: «Я выбираю стать канцлером!»
Услышав это, даос изменился в лице, неоднократно топал ногами, вздыхал, выглядел очень скорбным: «Эх! Такой хороший талант, который появляется раз в пятьсот лет! Жаль! Очень жаль!» Ли Линьфу, видя его таким, немного пожалел о своем решении и хотел передумать, выбрать становление бессмертным. Даос махнул рукой: «Уже поздно! Бессмертные уже знают о твоем выборе, ничего нельзя изменить!»
Даос попрощался с ним и наставительно сказал: «Ты будешь канцлером двадцать лет, обладая властью над жизнью и смертью, внушая страх всему миру, — это не проблема. Но! Обязательно помни, не совершай коварных, злых и эгоистичных поступков! Совершай больше добрых дел, накапливай добродетель, спасай людей в беде, ни в коем случае не обвиняй невиновных и не убивай невинных! Если ты сможешь это сделать, то через триста лет у тебя еще будет шанс вознестись днем. Ну вот, твоя карьера начинается, ты можешь отправляться в столицу и строить свое будущее». Ли Линьфу упал на землю, плача, и коснулся головой земли перед даосом. Даос помог ему встать, пожал руку и, повернувшись, улетел.
В то время у Ли Линьфу был двоюродный дядя, который служил «кубуланчжуном» (чиновником, ответственным за склады) в столице Чанъань. Ли Линьфу отправился в столицу, чтобы найти его. Двоюродный дядя давно слышал, что этот парень бездельничает в Восточной столице, и сначала не хотел его принимать, увидев, что он внезапно приехал, он очень удивился: «Как ты сюда приехал, парень?»
Ли Линьфу сделал вид, что раскаялся: «Дядя, я знаю, что раньше ошибался, специально приехал к вам, чтобы исправиться и хорошо учиться! Можете бить и ругать меня, я не буду возражать!» Двоюродный дядя, видя, что его отношение резко изменилось, относился к нему с недоверием, и не сразу позволил ему учиться. Вместо этого, когда в доме были гости, он поручал ему присматривать за слугами, расставлять тарелки, подавать блюда, выполнять разную работу. Ли Линьфу, чтобы показать себя, делал это очень старательно и тщательно, начищал тарелки до блеска, расставлял винные кувшины ровно. Иногда двоюродный дядя поручал ему что-то сделать, даже если снаружи шел сильный снег, который мог бы скрыть ноги, он без колебаний выполнял это. Двоюродный дядя, видя, что он действительно изменился, постепенно стал его любить и даже рекомендовал его своим коллегам, хваля его за то, что он, как блудный сын, вернулся к праведности.
Благодаря связям двоюродного дяди («инь сю»), Ли Линьфу вскоре получил должность «цзаньшаньдафу» (чиновник при наследнике престола), а затем его карьера пошла как по маслу. Менее чем за десять лет он действительно стал канцлером! Став чиновником, он стал глубокомысленным, искушенным в методах, прекрасно понимал мысли императора, пользовался огромным доверием императора и обладал всей полнотой власти. Никто из высших чиновников не смел его бояться.
Чем больше власти, тем чернее становилось сердце Ли Линьфу. Через несколько лет, чтобы укрепить свое положение, он начал массово устранять своих противников, устраивать крупные судебные процессы, фабриковать обвинения и казнить тех, кто ему не подчинялся. Бесчисленное количество людей было несправедливо им осуждено и убито, кровь текла рекой. Он давно забыл предупреждение даоса у алтаря на иве: «Не совершай злых поступков» и «не убивай невиновных». В то время те, кто приходил в дом Ли, должны были спешиться задолго до ворот и уважительно идти пешком, никто не смел подъезжать к воротам на лошади.
Внезапно однажды днем кто-то постучал в ворота дома Ли. Дворецкий открыл дверь и увидел очень худого старого даоса. Даос сказал: «Нищий имеет дело, которое нужно доложить господину премьер-министру Ли». Дворецкий, увидев его в ветхой одежде, подумал, что он пришел просить милостыню, громко отругал его и выгнал, а также позвал слуг, связал даоса и собирался отправить его в суд. Даос не сопротивлялся, лишь слегка улыбнулся и ушел.
На следующий день в полдень этот даос пришел снова! На этот раз дворецкий не посмел медлить, нашел возможность и доложил Ли Линьфу. Ли Линьфу был в приподнятом настроении и небрежно сказал: «Не помню, чтобы знал какого-то даоса, пусть войдет».
Даос вошел в зал. Ли Линьфу поднял глаза и чуть не сполз со стула от испуга! Это уродливое лицо, разве это не тот бессмертный, который пробудил его однажды у алтаря на иве? Ли Линьфу мгновенно облился холодным потом, почувствовал крайнюю степень стыда и страха, не зная, куда деть руки и ноги. Он внезапно вспомнил слова даоса о «двадцати годах пребывания в должности канцлера», срок которых как раз подошел к концу! А предупреждения даоса «не совершай злых поступков» и «не убивай невиновных» — он не выполнил ни одного! Сердце его металось, как от ножевых ранений, он поспешно встал и упал на колени, коснувшись головой земли.
Даос посмотрел на него с легкой насмешкой: «Господин премьер-министр Ли, давно не виделись! Я тогда добрым советом пытался вас наставить, а вы и слова не приняли к сведению! Я просил вас накапливать добродетель, а вы вместо этого убивали невинных! Бог всё видит ясно, ваши грехи слишком велики, наказание вот-вот придет! Что же вы собираетесь делать?»
Ли Линьфу был так напуган, что потерял сознание, он только продолжал кланяться, его лоб покраснел от ударов.
Даос остался на ночь в доме Ли. Ли Линьфу отослал всех слуг, и они остались вдвоем в главном зале, каждый на своей кровати. Даос съел лишь немного чая и фруктов, ничего другого не прикасался.
Когда глубокой ночью наступила тишина, Ли Линьфу вспомнил о соблазне стать бессмертным и робко спросил: «Учитель даос, тогда вы сказали… что если я буду совершать добрые дела, то через триста лет смогу вознестись… сейчас… есть ли еще надежда?»
Даос холодно сказал: «Какие дела ты совершил, чтобы соответствовать небесному закону? Не только вознесение невозможно, но и последует суровое наказание! Триста лет? Прибавь еще шестьсот! Посмотрим через девятьсот лет!»
Услышав это, сердце Ли Линьфу на полпути охладилось: «Тогда… что будет со мной после смерти? Можете ли вы мне сказать?»
Даос посмотрел на него: «Ты действительно хочешь знать? Хорошо, я отведу тебя посмотреть». Ли Линьфу поспешно встал с кровати и поклонился, благодаря.
Даос сказал: «Сейчас ни о чем не думай, успокойся, очисти свой разум, стань как сухая древесина». Ли Линьфу старательно следовал его указаниям, и через некоторое время сказал: «Я… я, кажется, ничего больше не думаю».
Тогда даос сказал: «Хорошо, пойдем со мной». Ли Линьфу, пребывая в полудремотном состоянии, пошел за даосом. Удивительно, но ворота дома Ли, а также ворота Чуньмин города Чанъань, открылись автоматически, увидев их приход! Ли Линьфу крепко держался за край одежды даоса, только тогда осмеливался идти.
Пройдя более десяти ли, Ли Линьфу, избалованный премьер-министр, никогда не испытывал таких трудностей! Он так устал, что ноги дрожали, дыхание перехватывало. Даос знал это и сказал: «Устал? Отдохнем немного». Они сели отдохнуть у дороги.
Через некоторое время даос достал несколько кусков бамбука и протянул Ли Линьфу: «Сядь на это, оно доставит тебя куда нужно. Помни! Ни в коем случае не открывай глаза!» Ли Линьфу взобрался на бамбук, почувствовал, как тело стало легким, и взлетел в воздух! Ветер свистел в ушах, под ногами, казалось, было бескрайнее море, шум волн был отчетливо слышен.
Примерно за время, которое нужно, чтобы съесть одну трапезу, бамбук остановился. Ли Линьфу украдкой открыл глаза и увидел перед собой огромный город. У ворот города стояло несколько сотен воинов в доспехах, все они выглядели злобно. Когда даос появился, воины почтительно поклонились, и даже Ли Линьфу поклонились.
Пройдя еще более ли, они прибыли к мрачному правительственному учреждению. Пройдя дальше, через несколько дверей, по ступеням стояли еще два ряда воинов с алебардами. Поднявшись по ступеням и войдя в зал, он увидел, что он был богато украшен, с роскошными занавесами и удобными кроватями. Ли Линьфу был очень уставшим и, увидев роскошную кровать, захотел лечь.
Даос схватил его и резко крикнул: «Не ложись! Если ляжешь, ты не сможешь вернуться! Это место, где ты будешь находиться после смерти!»
Ли Линьфу потерял всякую надежду и горько рассмеялся: «Если так, то я приму это, я ни на кого не буду иметь претензий».
Даос же холодно рассмеялся: «Хм, ты слишком хорошо думаешь! Здесь управляют водными существами, рыбами, черепахами, креветками и крабами (членистоногими и чешуйчатыми)! Ты будешь здесь служить, и страданий будет предостаточно! Эти дела, когда рыбы и креветки дерутся, отвоевывают территорию, съедаются большими рыбами, — все это тебе придется решать в качестве судьи, это будет тебя сильно утомлять!» (Даос намекал, что после смерти Ли Линьфу будет страдать среди водных существ).
Сказав это, даос повел Ли Линьфу из этого мрачного зала к городским воротам. Он снова заставил его сесть на те бамбуковые палки, закрыть глаза. Пролетев как ветер, Ли Линьфу почувствовал, что вернулся в свой собственный кабинет премьер-министра и вошел в зал. К своему удивлению, он увидел, что его собственное тело сидит на кровати с закрытыми глазами, медитируя!
Даос крикнул его телу: «Господин премьер-министр! Господин премьер-министр!» Ли Линьфу почувствовал, как его душа вздрогнула, и в мгновение ока он вернулся в свое тело и резко открыл глаза! Вспомнив увиденное, он в слезах бросился к даосу, кланяясь и благодаря.
На следующий день даос собирался уходить. Ли Линьфу достал полные сундуки золота, серебра и шелков, чтобы подарить ему. Даос даже не взглянул, лишь махнул рукой и оставил ему одну фразу: «Веди себя достойно! Через шестьсот лет мы снова встретимся!» После этого он вышел за дверь, его фигура мелькнула, и он бесследно исчез.
Позже, могущественный Ань Лушань (который впоследствии восстал) тайно содержал немало людей, владеющих магией. Однажды Ань Лушань спросил своего мага: «Я не боюсь ни императора, ни кого-либо другого, почему каждый раз, когда я встречаю Ли Линьфу, мои ноги дрожат, и мне хочется зарыться в землю? Почему так?»
Маг тоже очень удивлялся: «Так не должно быть! У вас есть пятьсот защитников-духов с медными головами и железными лбами, обычные люди не могут к вам приблизиться, Ли Линьфу, каким бы могущественным он ни был, — всего лишь человек! Позвольте мне посмотреть».
Поэтому Ань Лушань воспользовался случаем и пригласил Ли Линьфу к себе на банкет. Он велел тому магу спрятаться за занавеской и тайно наблюдать за Ли Линьфу. После окончания банкета маг вышел с выражением лица, будто увидел призрака: «Это так странно! Так странно! Когда господин премьер-министр Ли вошел, я увидел маленького слугу в синей одежде, который нес перед ним курильницу! Ваши медноголовые и железнолобые охранники-духи, увидев этого мальчика, впали в панику, кто-то прошел сквозь стену, кто-то выпрыгнул из окна, все разбежались! Я не знаю почему. По моему мнению, этот господин премьер-министр Ли, скорее всего, небесный чиновник, временно сосланный в мир людей, чтобы пройти испытание!» (Намек на то, что Ли Линьфу изначально имел бессмертный корень, но из-за своих злодеяний бессмертная судьба прервалась, и после смерти его ждет наказание).
История третья: Го Цзыи встречает Богиню Ткачиху
Го Цзыи, уроженец Хуачжоу, был знаменитым полководцем династии Тан, позже ему был присвоен титул князя Фэньян. В молодости, будучи солдатом на границе, он однажды получил приказ отправиться в столицу Чанъань для ускорения доставки военных продовольствий. Закончив дела, он поскакал обратно к своему месту службы. Когда до города Иньчжоу оставалось около десяти ли, небо стало темнеть. Внезапно поднялся сильный ветер, поднялись песчаные бури, небо затянуло, и стало совершенно темно, так что не было видно рук. Ехать дальше было невозможно.
Го Цзыи пришлось взять лошадь под уздцы и найти заброшенный пустой дом у дороги, чтобы укрыться от ветра. Он просто постелил немного сухой травы на земле и приготовился провести ночь.
Глубокой ночью, когда Го Цзыи почти заснул, он вдруг почувствовал, как по обе стороны от него стало светло! Он потер глаза и сел. Обнаружив, что пол по обе стороны излучал красный свет! Он удивленно поднял голову вверх, и тут произошло нечто еще более невероятное! Он увидел, как в воздухе медленно спускается «пинчэ» (вид колесницы, на которой ездят бессмертные), украшенная пышными пологами и изысканной вышивкой. Внутри сидела красавица, грациозная, с ногами, свисающими по бокам колесницы.
Небесная фея спустилась с неба, склонила голову и посмотрела на сидящего на земле Го Цзыи.
Го Цзыи был одновременно потрясен и удивлен, подумав: «Сегодня как раз седьмой день седьмого месяца, день встречи быка-пастуха и ткачихи! Неужели это Богиня Ткачиха?» Он поспешно лег на землю и стал кланяться, искренне молясь: «Великая Богиня Ткачиха! Солдат Го Цзыи искренне молится, не смея просить слишком многого, только прошу, чтобы Богиня даровала мне долгую жизнь, даровала мне богатство и чтобы вся жизнь была мирной!»
Услышав это, фея улыбнулась, ее голос был подобен небесной музыке: «Великое богатство и высокое долголетие!» Сказав это, ее колесница медленно поднялась и устремилась в небо. Фея, сидя в колеснице, все время смотрела вниз на Го Цзыи, долго-долго, прежде чем исчезнуть в бескрайнем ночном небе.
Позже Го Цзыи действительно совершил выдающиеся военные подвиги, стал опорой государства, достиг высших рангов (тайвэй, шаншулин, шанфу), был пожалован титулом князя Фэньян, пользовался огромным авторитетом и был несравненно богат. В начале эпохи правления императора Дай-цзуна (около 766 года н.э.), когда он оборонял Хэчжун (ныне район Юнцзи, провинция Шаньси), он тяжело заболел, и все три армии были очень обеспокоены.
Го Цзыи позвал к своей постели придворного врача и своих доверенных помощников Ван Яньчана, Сунь Су, Чжао Хуэйбо, Янь Ина и других, и спокойно сказал: «Что касается этой болезни, я сам знаю, еще не время умирать». Затем он рассказал им о чудесной встрече с феей в пустыне Иньчжоу в молодости. Услышав это, все были одновременно потрясены и обрадованы, стали поздравлять его, и атмосфера мгновенно стала легкой и радостной.
Позже Го Цзыи действительно выздоровел и прожил до девяноста лет, прежде чем мирно скончался, полностью исполнив предсказание феи «великое богатство и долголетие».
История четвертая: Хань Хуан получает письмо с горы Дунхай
В династии Тан был еще один канцлер по имени Хань Хуан. Когда он был высокопоставленным чиновником в Чжэси (нынешние провинции Цзянсу и Чжэцзян), он был очень властным, не допускал возражений и даже был немного амбициозен, возможно, имел втайне неспокойные мысли.
Однажды купец по имени Ли Шунь пришвартовал свой корабль у плотины в Цзинкоу (ныне Чжэньцзян). Глубокой ночью внезапно оборвался швартовочный канат! Лодка, подхваченная течением, унеслась неведомо куда.
Когда небо начало светлеть, ветер и волны постепенно утихли, и лодка причалила к подножию горы. Ли Шунь, всё ещё дрожа от пережитого, высадился на берег, чтобы осмотреться. Следуя по едва заметной тропинке, заросшей травой и кустарником, где слышалось пение птиц, он прошёл пять-шесть ли и вдруг встретил человека. Тот был в чёрном головном уборе, волосы небрежно собраны, а одежда отличалась древним покроем и была совсем не похожа на ту, что носили обычные люди.
Не сказав ни слова, одетый по-древнему человек повёл Ли Шуня на гору. Пройдя немалое расстояние, перед ними внезапно открылась величественная и великолепная картина дворцов и павильонов! Нефритовые чертоги, окутанные туманом, – по своему великолепию это место явно не принадлежало миру людей!
Пройдя через несколько ворот, они оказались в чрезвычайно обширном дворе. Человек в древней одежде велел Ли Шун немного поклониться у входа во дворец. В этот момент угол жемчужной завесы в зале приподнялся, и донёсся голос: «Придётся вас побеспокоить. Мы хотим поручить вам доставить письмо господину Хань из Цзиньлина (ныне Нанкин) (Хань Хуан). Надеемся, вы не откажете». С этими словами ему протянули письмо. Ли Шунь благоговейно принял его, поблагодарив.
Проводивший его человек в древней одежде довёл Ли Шуня до его лодки. Ли Шунь, не в силах больше сдерживаться, спросил: «Смею спросить, бессмертный, что это за место? Когда господин Хань спросит, кто писал ему письмо, как мне ответить?»
Человек в древней одежде слегка улыбнулся и ответил: «Это Бессмертная гора в Восточном море – Гуансаншань. Тот, кто дал вам письмо, – это Святой Конфуций (Конфуций Чжунни) из царства Лу. Достигнув Дао и став бессмертным, он управляет этой горой. Что же касается господина Хань Хуана, которому вы должны доставить письмо, то он в прошлой жизни был учеником Святого Конфуция – Цзылу (Чжунъю)! У него был вспыльчивый нрав, и он был слишком самоуверен. Учитель опасался, что, получив власть в земном мире, он станет слишком суровым и нарушит закон, поэтому специально написал это письмо, чтобы наставить его». Сказав это, человек в древней одежде рассеялся в воздухе.
Ли Шунь вернулся на лодку. В этот момент прозвучал голос, предостерегая людей на борту: «Держитесь крепче, не бойтесь и ни в коем случае не смотрите наружу!» Лодка бесшумно тронулась с места. Проплыв, неизвестно сколько, показалось, что прошло всего мгновение, и они снова оказались у прежнего места стоянки в Цзинкоу!
Ли Шунь, не смея медлить, немедленно отправился с таинственным письмом в Окружную управу Хань Хуана. Хань Хуан взял письмо, открыл его и обомлел! На письме было девять странных, причудливых «иероглифов», извивающихся, словно головастики (стиль «кедоу»), ни одного он не смог разобрать!
Хань Хуан тщательно расспросил Ли Шуня об обстоятельствах доставки письма, испытывая одновременно страх и недоумение. Он счёл всё это слишком странным и заподозрил Ли Шуня в распространении ложных слухов, приказав арестовать его и бросить в тюрьму, намереваясь подвергнуть суровому допросу. Одновременно он послал людей повсюду, разыскивая нескольких учёных, которые считались знатоками древних письмён и печатей (большая печать). В результате эти люди, долго разглядывая девять «головастиков», только растерянно переглядывались, никто не мог их прочесть.
Когда надежды уже не оставалось, к Окружной управе прибыл гость. У этого человека были густые брови, большой нарост на лице (бородавчатые брови), он также был одет в очень старинную одежду и утверждал, что знает все виды древних письмен.
Хань Хуан, хотя и сомневался, всё же показал ему письмо. Увидев письмо, гость в старинном одеянии мгновенно принял чрезвычайно благоговейный вид. Он поднёс письмо обеими руками к голове, дважды низко поклонился, а затем взволнованно поздравил Хань Хуана: «Поздравляю вас, господин! Это письмо от самого Конфуция (Конфуций)! Здесь использован древний стиль времён Ся Юй – «кедоу»! Написано: «Сообщаю Хань Хуану, соблюдай верность слуги, не действуй опрометчиво!» Это означает: предостерегаю Хань Хуана, держись своей доли как подданного, не имей несбыточных мыслей, не действуй опрометчиво!»
Услышав это, Хань Хуан вдруг всё понял! Он тут же почтил гостя высшим почетом. Гость, выполнив свою миссию, вышел и исчез.
Хань Хуан сидел один, вспоминая слова Ли Шуня о «Гуансаншань», «Конфуции», «перевоплощении Цзылу» и прочее. Чем больше он думал, тем более реальным это казалось, и по спине у него выступил холодный пот. Он немедленно приказал освободить Ли Шуня из тюрьмы, угостить его лучшей едой и вином, а также преподнёс богатые подарки в знак благодарности.
С тех пор Хань Хуан изменился, словно стал другим человеком. Он сдержал свой буйный нрав, стал уважительным и скромным в общении, действовал осмотрительно, строго соблюдал обязанности подданного и больше никогда не смел иметь никаких несбыточных мыслей, в итоге благополучно завершив свою жизнь.
http://tl.rulate.ru/book/190873/21168138
Готово:
