I. Ху Гун и Фэй Чанфан: Один тыквенный сосуд, один мир
Говорят, во времена династии Хань, в городе Жуйнань жил мелкий чиновник по имени Фэй Чанфан. Он отвечал за дела на рынке, был зорким и проницательным. Однажды на рынок пришел странный старик, которого все звали «Ху Гун». Никто не знал, откуда он прибыл, кто он и как его зовут. Этот Ху Гун торговал лекарствами, и у него был странный обычай: цена была окончательной, без торга. И что удивительно, его лекарства помогали от любой болезни! Ху Гун также заранее говорил покупателям: «После того, как вы съедите это лекарство, вы выплюнете то-то и то-то, и точно выздоровеете к такому-то дню!» И знаете, его слова никогда не расходились с делом.
Лекарства Ху Гуна были хороши, и бизнес, естественно, процветал, принося десятки тысяч монет в день! Но этот старик был очень странным: из заработанных денег он оставлял себе лишь тридцать-пятьдесят медных монет на еду, а остальное раздавал бедным и замерзающим на рынке. Что еще более странно, он всегда вешал пустой винный сосуд на крышу своей ветхой хижины. Когда солнце садилось, человека уже не было видно — Фэй Чанфан, поскольку его рабочее место находилось наверху, видел все очень ясно: он видел, как Ху Гун сжимался в теле и, «свистом», прыгал в этот маленький винный сосуд!
Фэй Чанфан был ошеломлен и понял: «Это определенно не обычный человек! Это бессмертный!» Поэтому он каждое утро вставал рано, тайно приходил и тщательно убирал место, где Ху Гун торговал, а также с почтением выставлял там простую еду и закуски. Ху Гун не отказывался, принимая все с достоинством. Шло время, Фэй Чанфан продолжал делать это каждый день, никогда не ослабляя усилий и никогда не осмеливаясь просить о чем-либо. Ху Гун видел, что его сердце искреннее, а намерения тверды, и что он — материал, достойный обучения.
Однажды вечером Ху Гун сказал Фэй Чанфаню: «Юноша, когда наступит глубокая ночь и никого не будет, приходи ко мне снова». Фэй Чанфан, сдерживая волнение, пришел в назначенное время. Ху Гун сказал ему: «Когда я сейчас прыгну в этот сосуд, ты следуй за мной, и я гарантирую, что ты сможешь войти!»
Когда пришло время, Ху Гун прыгнул, и его фигура исчезла в маленьком горлышке сосуда. Фэй Чанфан решился, закрыл глаза и тоже прыгнул к горлышку сосуда! Тело стало легким, и когда он снова открыл глаза, он обнаружил, что больше не находится в ветхой хижине. Вид перед ним заставил его замереть от удивления: где же был винный сосуд? Это был явно сияющий золотом бессмертный дворец, окутанный облаками и туманом! Павильоны и башни возвышались друг над другом, с резными балками и расписными зданиями, танцевали журавли, и десятки слуг-бессмертных и небесных дев почтительно стояли по обе стороны от Ху Гуна.
Ху Гун сидел на троне и сказал Фэй Чанфаню, который стоял на коленях: «Я изначально был бессмертным на небесах, но из-за некоторой небрежности при исполнении обязанностей я нарушил небесные законы и был сослан в мир людей для испытаний. Видя твою чистую природу и доброе сердце, я считаю тебя достойным обучения, поэтому и показал тебе истинный облик».
Услышав это, Фэй Чанфан был одновременно взволнован и напуган. Он снова и снова кланялся: «Я, Фэй Чанфан, всего лишь смертный, невежественный и грешный. Я благодарен Бессмертному за то, что он не отверг меня и пожалел. Это как открыть гроб и вдохнуть жизнь в гнилые кости! Боюсь, что мое грязное тело не сможет служить. Если бы я мог получить хоть какой-нибудь совет от Бессмертного, это было бы для меня благословением, накопленным за несколько жизней!»
Ху Гун кивнул: «Хорошо, очень хорошо, что у тебя есть такое осознание. Помни, что нельзя говорить посторонним о том, что ты видел и слышал сегодня». Фэй Чанфан поспешно согласился.
Через несколько дней Ху Гун позвал Фэй Чанфаня сверху: «Юноша, у меня здесь есть хорошее вино, поднимись, выпьем пару бокалов». Вино стояло внизу, Фэй Чанфан попросил кого-нибудь принести его, но несколько крепких мужчин вместе не смогли даже сдвинуть винный кувшин! Фэй Чанфан был вынужден честно доложить. Ху Гун усмехнулся, спустился вниз и одним пальцем легко поднял огромный винный кувшин наверх. Они пили вместе, и хотя винный сосуд был не больше кулака, они пили с вечера до ночи, но количество вина в нем совсем не уменьшалось!
После обильного питья Ху Гун сказал Фэй Чанфаню: «Я покину это место через несколько дней и вернусь на небеса. Ты хочешь пойти со мной?»
Услышав, что он может стать бессмертным, сердце Фэй Чанфаня чуть не выпрыгнуло из груди: «Хочу! Очень хочу! Но… если я уйду, мои родные дома будут в отчаянии. Есть ли у Бессмертного способ заставить их думать, что я умер естественной смертью, чтобы им не пришлось беспокоиться день и ночь, зная, что я «пропал»?»
Ху Гун сказал: «Это не проблема». Он взял зеленую бамбуковую трость и протянул ее Фэй Чанфаню: «Возьми эту трость домой, скажи всем, что ты внезапно тяжело заболел, положи ее на кровать, где ты обычно спишь, а затем тихо вернись ко мне».
Фэй Чанфан поступил так, как было сказано. Вернувшись домой, он тут же «заболел», положил трость на кровать, а затем тихонько сбежал и вернулся к Ху Гуну. Его семья обнаружила, что он «умер», труп лежал на кровати, окоченевший, и они в отчаянии «похоронили» его, рыдая и причитая. На самом деле, «труп» на кровати был не чем иным, как этой зеленой бамбуковой тростью.
Фэй Чанфан последовал за Ху Гуном, и ему показалось, что он летит на облаках. В мгновение ока он оказался в незнакомом месте. Ху Гун бросил его в толпу голодных тигров! Эти тигры раскрыли свои пасти, полные кровавых зубов, их клыки мерцали холодным светом, и они с ревом окружили его, готовые разорвать его на части. Фэй Чанфан вспомнил испытание Ху Гуна, мысленно воззвал к Учителю-Бессмертному, подавил страх, плотно закрыл глаза и, как ни странно, смог успокоить свой разум и остался неподвижным. Тигры кружили вокруг него, нюхали его, но в конце концов не напали.
На следующий день Ху Гун запер его в каменной пещере. С потолка свисал огромный квадратный камень, шириной в несколько чжан, подвешенный лишь тонкой соломенной веревкой! Еще более пугающим было то, что из неизвестно откуда выползли бесчисленные ядовитые змеи и начали грызть веревку! Веревка вот-вот должна была оборваться, и огромный камень мог в любой момент упасть и раздавить его в лепешку! Оказавшись в безвыходной ситуации, Фэй Чанфан, наоборот, обрел спокойствие, сел, скрестив ноги, и приготовился встретить свою судьбу. Ху Гун появился в нужный момент и с удовлетворением похлопал его по плечу: «Хороший мальчик! Твердость духа, достоин быть обученным!»
Затем Ху Гун представил последнее испытание. Он указал на кучу нечистот на земле, в которой извивались черви длиной более дюйма и распространялся тошнотворный запах, и сказал Фэй Чанфаню: «Съешь это».
Фэй Чанфан посмотрел на отвратительную субстанцию, его желудок закрутило, лицо стало бледным, и он никак не мог заставить себя съесть это. Он колебался снова и снова, но в конце концов не смог преодолеть сильное чувство отвращения.
Видя это, Ху Гун глубоко вздохнул и с сожалением сказал: «Эх, похоже, тебе все же не суждено достичь бессмертия. Ну и ладно, учитывая твою искренность и твердость намерений, я дарую тебе пост предводителя земных духов, и ты проживешь несколько сотен лет». Сказав это, он достал свиток, испещренный таинственными рунами (это то, что впоследствии стало известно как «Талисман Ху Гуна»), и отдал его Фэй Чанфаню: «Возьми это, и ты сможешь повелевать всеми духами, всегда называй себя «Посланником», и ты сможешь лечить болезни, спасать людей и устранять беды».
Хотя Фэй Чанфан сожалел о том, что не стал бессмертным, он был бесконечно благодарен. Он беспокоился о долгом пути и невозможности вернуться домой. Ху Гун засмеялся и снова протянул ему зеленую бамбуковую трость: «Сядь на нее, и ты мгновенно окажешься дома».
Фэй Чанфан сел на трость, и ему показалось, что ветер свистит в ушах, мир перед глазами замелькал, и когда он снова открыл глаза, он уже лежал во дворе своего дома, как будто только что проснулся после короткого сна. Увидев его, родные были потрясены до глубины души, думая, что это вернулся призрак! Фэй Чанфан быстро объяснил всю историю, и все отнеслись к этому с недоверием. Они побежали откопать могилу и посмотрели: в гробу действительно была только зеленая бамбуковая трость! Только тогда они поверили, что Фэй Чанфан действительно встретил бессмертного. Фэй Чанфан бросил трость, на которой вернулся, в пруд Гэбо. Как только трость коснулась воды, она мгновенно превратилась в огромного синего дракона, который несколько раз взмахнул хвостом и скрылся под водой. Фэй Чанфан почувствовал, что в месте пребывания бессмертных прошел всего один день, но когда он спросил у родных, оказалось, что в мире людей прошел целый год!
С тех пор Фэй Чанфан использовал талисманы, переданные Ху Гуном, путешествуя по миру. Он рисовал талисманы, ловил призраков, лечил людей, и все его действия были так же точны, как божественные предсказания. Он часто разговаривал с людьми, а затем внезапно начинал яростно ругать воздух. Когда его спрашивали, кого он ругает, он отвечал: «О, есть злой дух, который мешает нам здесь, я его воспитываю!»
В то время в округе Жуйнань бродил призрак, который был главарем духов. Ежегодно он приводил большой отряд, подобно инспекции наместника, и разгуливал по канцелярии наместника, играя на гонгах и барабанах, и, совершив круг, уходил, сея панику среди людей. Услышав об этом, Фэй Чанфан пришел в главный зал канцелярии наместника. Как ни странно, тот «наместник-призрак» как раз прибыл к воротам канцелярии со своим войском призраков. Настоящий наместник испугался и поспешно скрылся во внутренних покоях, оставив одного Фэй Чанфаня. Этот главарь призраков, казалось, почувствовал, что с Фэй Чанфанём не так-то просто справиться, и остановился у ворот, не решаясь войти.
Фэй Чанфан внезапно громко крикнул: «Приведите мне этого лидера призраков!» Не успел он договорить, как тот «наместник-призрак» спешно слез с колесницы, покатился и пополз перед двором и, стоя на коленях, бил лбом о землю, как будто молотил бобы: «Верховный Бессмертный, помилуй! Верховный Бессмертный, помилуй! Я знаю свою ошибку! Больше никогда не буду!»
Фэй Чанфан сурово отругал: «Ты, старый призрак, не знающий страха! Не сидишь спокойно, а осмеливаешься выдавать себя за чиновника и нарушать порядок в мире живых! Знаешь ли ты, что заслуживаешь смерти? Немедленно покажи свое истинное обличье!»
Призрак затрясся от страха и мгновенно превратился в огромную старую черепаху, панцирь которой был размером с колесо, а шея вытянулась более чем на чжан! Фэй Чанфан приказал ему снова принять человеческий облик, достал талисман и приказал: «Возьми этот талисман и немедленно отвези его водному духу Гэбо (Господину Гэбо)!» Призрак, держа талисман, плача, ушел. Фэй Чанфан послал людей тайно следить за ним. Они увидели, что талисман спокойно лежит у воды Гэбо, а тот призрак, обмотав себя длинной шеей вокруг дерева, испустил дух.
Позже Фэй Чанфан путешествовал в округ Дунхай, где уже три года была сильная засуха, и земля трескалась на тысячу ли. Фэй Чанфан сказал местному чиновнику, отвечавшему за жертвоприношения: «Я знаю причину. Это потому, что несколько дней назад Морской Король Дунхая оскорбил жену водного духа Гэбо, и я запер его с помощью магии. Он не мог выбраться и забыл о своей обязанности вызывать облака и дождь, что и привело к сильной засухе. Я сейчас освобожу его, и он немедленно прольет дождь». Вскоре после того, как Фэй Чанфан совершил ритуал, действительно сгустились тучи, и ливень хлынул, устранив засуху. Фэй Чанфан также обладал магическим искусством «сокращения земли», которое позволяло ему мгновенно приближать места, находящиеся в тысячах ли, ясно видеть их, а затем восстанавливать землю в прежнее состояние.
II. Цзи Цзысюнь: Возрождение глиняной куклы и искусство разделения тела
В земле Ци провинции Шаньдун жил необычный человек по имени Цзи Цзысюнь. В молодости он служил мелким чиновником в провинции и округе, был рекомендован как «сяолянь» (кандидат на государственную службу), служил лекарем и даже был назначен командиром конной гвардии, как зять императора. Но никто не знал, что он обладает необычными способностями. На родине он был чрезвычайно честным и надежным, скромным и уступчивым, и ладил с соседями. Что удивительно, он прожил так более трехсот лет, но его внешность ничуть не изменилась, он всегда выглядел как мужчина лет сорока-пятидесяти. Все находили это невероятным. Любопытные люди тайно наблюдали за ним, но не видели, чтобы он употреблял какие-либо особенные волшебные эликсиры.
Цзи Цзысюнь любил тишину и часто оставался один, читая «Книгу Перемен», иногда писал небольшие статьи, каждое слово было драгоценным и глубоким по смыслу. Однажды он увидел, как сосед держал на руках белого и пухлого младенца, и ему он очень понравился, поэтому он протянул руку, чтобы взять его. Но он неловко уронил младенца на землю, и тот мгновенно испустил дух! Сосед всегда уважал Цзысюня, и хотя его сердце было изрезано, он не смел выказать ни малейшей печали или упрека, и молча похоронил ребенка.
Прошло более двадцати дней, Цзи Цзысюнь пришел в дом соседа и спросил: «Вы все еще скучаете по своему ребенку?»
Сосед, сдерживая боль, сказал: «Учитель, этому ребенку, вероятно, было суждено недолго жить. Прошло столько дней с его смерти, мы… мы не смеем много думать об этом».
Услышав это, Цзи Цзысюнь повернулся и вышел. Через некоторое время он вернулся, держа на руках живого младенца! Этот младенец был их умершим ребенком!
Семья соседа была ошеломлена, думая, что увидели призрака, и не смели взять его. Цзи Цзысюнь засмеялся и сказал: «Не бойтесь, возьмите его. Это ваш собственный ребенок!» Младенец, увидев мать, улыбнулся и протянул маленькие ручки, чтобы его взяли. Мать, напуганная и подозрительная, дрожа, взяла ребенка. Привычный вес и тепло передались ей, и только тогда она осмелилась поверить, что ребенок действительно жив! После того, как Цзи Цзысюнь ушел, супруги вспомнили о похороненном ребенке, побежали откопать могилу и посмотрели: в гробу не было никакого младенца, только глиняная кукла длиной шесть-семь дюймов!
После того, как эта история распространилась, Цзи Цзысюнь стал еще более известен. Старики в деревне с седыми волосами и бородой, если они провели ночь лицом к лицу с Цзи Цзысюнем, на следующее утро, взглянув в зеркало, хе-хе! Их волосы и бороды стали черными! Они помолодели на десятки лет!
Эта странная новость, словно обретя крылья, улетела в столицу Лоян. Чиновники и знатные люди, услышав об этом, испытывали нестерпимое желание встретиться с этим живым бессмертным, но не имели никаких связей. Один молодой студент был, по совпадению, соседом Цзи Цзысюня. Эти знатные люди собрались, нашли этого студента и пообещали: «Молодой человек, разве ты не стремишься к славе и богатству, упорно учась? Пока ты сможешь пригласить господина Цзи Цзысюня в столицу, мы гарантируем тебе блестящее будущее, и тебе не придется так усердно трудиться!»
Студент, услышав это, подумал, что это выгодная сделка! Он немедленно собрал свои вещи и вернулся на родину, пришел в дом Цзи Цзысюня, с величайшим почтением стал за ним ухаживать, подметал пол, подавал чай, носил воду, готовил еду, хлопотал как маленький слуга, и так пробыл несколько месяцев.
Цзи Цзысюнь прекрасно понимал, и однажды сказал студенту: «Ты на самом деле не искренне пришел учиться Дао, зачем так усердно трудиться?»
Студент покраснел и хотел что-то возразить. Цзи Цзысюнь махнул рукой: «Хватит притворяться, скажи правду. Это не великие люди из столицы хотят меня видеть, и тебя прислали пригласить меня? Как я могу ради того, чтобы сэкономить несколько шагов, помешать тебе в стремлении к славе? Возвращайся в столицу и скажи им, что я обязательно приду такого-то числа».
Студент был вне себя от радости, поспешно попрощался с Цзи Цзысюнем, пустился вскачь и вернулся в Лоян, сообщив новость знатным людям. В назначенный день знатные люди с нетерпением ожидали, но Цзи Цзысюня не было. Родители студента тоже заволновались и пришли к Цзи Цзысюню: «Учитель, вы, кажется, забыли дату? Моему сыну будет трудно ответить в столице!»
Цзи Цзысюнь засмеялся: «Вы боитесь, что я забыл, и ваш сын потеряет доверие и карьеру? Я тронусь после еды». Поев, он неторопливо вышел из дома и за полдня прошел две тысячи ли, оказавшись в Лояне!
Студент, получив известие, поспешно выехал за город, чтобы встретить его. Цзи Цзысюнь спросил: «Кто хотел меня видеть?» Студент почтительно сказал: «Слишком много людей хотят видеть Учителя, и я не смею беспокоить вас, чтобы он навещал их по очереди. Как только они узнают, что Учитель прибыл в столицу, они естественным образом придут просить о встрече».
Однако Цзи Цзысюнь сказал: «Я не устал, даже проделав тысячи ли, неужели меня беспокоят эти несколько шагов? Скажи тем, кто хочет меня видеть, чтобы они в тот день отказались от гостей, тщательно убрали свои дома, и я лично навещу их завтра».
Студент поспешно передал слова двадцати трем высокопоставленным чиновникам. На следующий день произошло чудо! В домах этих двадцати трех чиновников одновременно появился один Цзи Цзысюнь! Каждый чиновник был уверен, что Цзи Цзысюнь прибыл к нему первым. На следующий день на утреннем приеме они встретились и спросили друг друга: «Когда господин Цзи прибыл в вашу резиденцию вчера?» Оказалось, что все двадцать три человека встретили Цзи Цзысюня в одно и то же время! И описания Цзи Цзысюня, их одежда, внешность и выражение лица, не имели ни малейшего отличия! Единственное отличие заключалось в том, что он говорил каждому слова, отвечающие желаниям хозяина, и содержание было разным.
Вся столица была в смятении! Эта способность разделения тела была поистине чудесной! Эти знатные люди еще больше хотели встретиться с ним. Цзи Цзысюнь сказал студенту: «Они, вероятно, слышали, что у меня особенные глаза (двойные зрачки и восемь оттенков), поэтому им любопытно. Теперь люди встретились, и мне нечего особо глубокомысленно говорить, мне пора идти». Сказав это, он вышел.
Едва выйдя за дверь, он увидел, что роскошные экипажи знатных людей заблокировали дорогу, и они торопились сюда. Студент поспешно сказал: «Уважаемые господа, господин только что ушел, тот, кто едет на муле по восточной главной дороге, это он!» Эти знатные люди поспешно поскакали в погоню. Странно, но как бы быстро они ни скакали, преследуя его полдня, мул, на котором ехал Цзи Цзысюнь, медленно трусил, всегда оставаясь примерно в одной ли впереди, и его никак не удавалось догнать! Все устали и запыхались, и им пришлось отказаться.
Перед отъездом Цзи Цзысюнь пришел к дому господина Чэня, чтобы попрощаться, и сказал: «Я уеду завтра в полдень». Господин Чэнь спросил: «Вы едете очень далеко в этот раз? Вы вернетесь?» Цзи Цзысюнь покачал головой: «Не вернусь». Господин Чэнь подарил ему простую рубашку из конопляной ткани.
На следующий день в полдень Цзи Цзысюнь действительно сидел дома и мирно скончался. Его тело было окоченевшим, руки и ноги были скрещены на груди, и их нельзя было раздвинуть, как изогнутые железные полосы. Что было странно, тело испускало чрезвычайно сильный и необычный аромат, который распространялся по всей улице и переулку. Люди поместили его в гроб. Прежде чем гроб был вынесен из дома, из гроба раздался раскат грома, и яркий луч света вырвался из щелей гроба, осветив весь двор! Все присутствующие были потрясены и упали на землю. Лишь через некоторое время они осмелились поднять головы. Они увидели, что крышка гроба сама раскололась и взлетела в воздух! В гробу было пусто, только одна туфля осталась внутри. В этот момент с главной дороги послышался звук лошадей и людей, а также звуки музыки, которые уносились на восток и постепенно исчезли. После ухода Цзи Цзысюня, дорога, по которой он прошел, была на десятки миль окутана этим странным ароматом, который не рассеивался более ста дней.
III. Дун Фэн: Весеннее тепло в персиковой роще, тигр охраняет зернохранилище
Во времена Троецарствия, в государстве Восточное У, в Хоугуань (ныне Фучжоу) жил божественный врач по имени Дун Фэн, чье вежливое имя было Цзюньи. Его медицинские навыки были божественными, и он сохранял молодость. В начале династии У, в родном городе Дун Фэна был уездный начальник, тогда Дун Фэну было около сорока лет. Позже этот начальник был снят с должности и уехал. Через пятьдесят с лишним лет этот человек снова стал чиновником в другом месте и проезжал через Хоугуань. Его бывшие подчиненные поседели, но внешность Дун Фэна была такой же, как и пятьдесят лет назад! Старый начальник удивленно спросил: «Господин Дун, вы достигли Дао? Когда я видел вас, вы были такими, а теперь у меня седые волосы, а вы выглядите еще моложе, что происходит?» Дун Фэн просто улыбнулся: «Это случайно, ничего удивительного».
В то время наместник региона Цзяочжоу (ныне Гуандун, Гуанси и север Вьетнама) Ду Се заболел странной болезнью и умер от отравления, пролежав мертвым три дня. Случилось так, что Дун Фэн был в Цзяочжоу, и, услышав новость, пришел. Он достал три пилюли, положил их в рот Ду Се, дал ему немного воды и попросил кого-то держать голову Ду Се и слегка покачивать ее, чтобы помочь глотать. Вскоре руки и ноги Ду Се слегка задвигались, а цвет лица постепенно восстановился. Через полдня он смог сесть! Еще через четыре дня он смог говорить!
Ду Се взял Дун Фэна за руку и дрожащим голосом сказал: «Когда я умирал, я был в полусне, как во сне. Я видел, как более десяти человек в черном одеянии посадили меня в колесницу, отвезли к красно-алому входу и бросили прямо в тюрьму. В той тюрьме была только маленькая камера, достаточная для того, чтобы человек мог присесть. Они посадили меня туда, запечатали дверь землей снаружи, так что ни один луч света не проникал. Позже я вдруг услышал, как снаружи кто-то сказал: «Небесный Император (Тайи) посылает посланника призвать Ду Се!» Затем землю, запечатывающую дверь, выкопали, и меня выпустили. Я увидел колесницу с красным навесом, на которой сидели три человека, один из которых держал печать и велел мне сесть в колесницу. Как только колесница доставила меня к воротам дома, я проснулся!» Ду Се со слезами благодарности сказал Дун Фэну: «Господин Дун, вы действительно мой родитель, давший жизнь снова! Как мне отплатить за эту великую доброту?» Поэтому он специально построил для Дун Фэна небольшой дом во дворе своего дома.
Дун Фэн жил в маленьком доме, его питание было очень необычным, он ел только сушеное мясо, финики и немного вина. Ду Се готовил ему три раза в день, каждый раз тщательно. Что еще более удивительно, когда Дун Фэн приходил есть, он иногда, как птица, приземлялся на свое место прямо с неба, а после еды улетал, и люди из дома Ду Се часто этого не замечали. Так прошло больше года, и Дун Фэн попрощался с Ду Се. Ду Се плакал и умолял его остаться, но не смог удержать. Ду Се спросил: «Куда вы идете? Вам нужна большая лодка, чтобы отвезти вас?» Дун Фэн покачал головой: «Лодка не нужна, просто подготовьте для меня гроб». Ду Се, хотя и не понял, все же выполнил просьбу.
На следующий день в полдень Дун Фэн действительно «умер» в комнате. Ду Се с горечью похоронил его в этом гробу. Через семь дней кто-то пришел из Жунчана с вестью от Дун Фэна: «Передайте мои благодарности Ду Се и пожелайте ему беречь себя». Ду Се был потрясен, поспешно приказал людям открыть могилу, вскрыть гроб и посмотреть: в гробу не было никакого тела! Была только белая шелковая ткань! С одной стороны был нарисован портрет Дун Фэна, с другой — нарисован таинственный талисман киноварью.
Позже Дун Фэн прибыл в округ Юйчжан (ныне Цзянси), скрываясь у подножия горы Лушань. Он лечил людей, и его методы были еще более странными. У одного больного была злокачественная язва, его тело гнило, и он был на грани смерти. Родные привезли его на тележке к дому Дун Фэна и со слезами умоляли о помощи.
Дун Фэн попросил больного уединиться в пустой комнате, накрыл его с головы до ног пятью слоями толстой ткани и напутствовал: «Ни в коем случае не двигайся!» Больной позже описал: «Сначала я почувствовал, как что-то лижет мое тело, это было невыносимо больно, каждая дюйм кожи был вылизан! Язык, вероятно, был шириной в фут, а дыхание было как у быка, я не знал, что это за чудовище! После долгого лизания оно ушло». Дун Фэн, после того как это существо ушло, вошел, поднял ткань, вымыл больного специальным лекарством, а затем отпустил его домой, сказав: «Вы скоро выздоровеете, помните, не подвергайтесь ветру». Через десять с лишним дней кожа больного, покрытая гнойными язвами, отслоилась, обнажив свежую красную нежную плоть, и он умер от боли. Но как только он погружался в лекарство, данное Дун Фэном, боль немедленно прекращалась. Еще через двадцать дней новая кожа выросла, и кожа всего тела стала нежной и гладкой, как у младенца!
Однажды в районе горы Лушань разразилась сильная засуха, поля трескались. Уездный начальник Дин Шиянь собрал людей для обсуждения: «Я слышал, что господин Дун Фэн обладает магическими способностями, возможно, он сможет вызвать дождь?» Он лично привез вино и мясо, чтобы навестить Дун Фэна, и рассказал о серьезности засухи.
Дун Фэн поднял голову, посмотрел на свою ветхую соломенную хижину и с трудом сказал: «Вызвать дождь — это легко. Но посмотрите на мой дом, он везде пропускает свет. Если пойдет сильный дождь, мне будет негде укрыться!»
Уездный начальник Дин был очень проницателен, сразу понял, что имеет в виду Дун Фэн, и ударил себя в грудь, обещая: «Если господин сможет вызвать благодатный дождь, я немедленно построю для вас крепкий хороший дом!»
На следующий день уездный начальник Дин лично привел более ста чиновников и рабочих, несущих бревна и бамбук, на гору. Стуча и звеня, за один день они построили для Дун Фэна приличный новый дом! Пока все были заняты замешиванием глины и побелкой стен, готовясь нести воду издалека, Дун Фэн махнул рукой: «Не нужно спешить, вечером будет сильный дождь». Все остановились, с сомнением и верой.
Действительно, к вечеру сгустились темные тучи, раздались раскаты грома и сверкнули молнии, хлынул проливной дождь, уровень воды на равнине достиг нескольких футов, и засуха была полностью устранена! Люди были в восторге.
Дун Фэн жил отшельником на горе Лушань, не занимался земледелием, каждый день только лечил людей. У него было правило, передаваемое из поколения в поколение: не брать денег! Как же его благодарили за излечение? За излечение от тяжелой болезни просили посадить пять персиковых деревьев на указанной им горе; за излечение от легкой болезни — одно дерево. За несколько лет он вылечил тысячи и десятки тысяч пациентов, и посаженные ими персиковые деревья достигли более ста тысяч! Они пышно росли, образуя бескрайний персиковый сад. Птицы и звери в горах любили играть в персиковом саду. Что еще более удивительно, в этом персиковом саду никогда не росло сорняков, он был настолько чистым, как будто его ежедневно убирали.
Позже созрели персики, золотистые, висящие на ветвях. Дун Фэн построил небольшую соломенную хижину на краю леса и повесил объявление: «Односельчане, желающие купить персики, не сообщайте мне. Принесите одну чашу зерна и положите в зернохранилище, тогда вы сможете сами набрать в контейнер персиков из леса и унести». Это называлось «самообслуживание при продаже персиков».
Некоторые стали жадничать, клали меньше зерна, а собирали больше абрикосов. Едва они вышли из рощи, как оттуда с рёвом бросились несколько пятнистых тигров, преследуя их! Человек в ужасе бросился бежать, неся абрикосы, но по дороге, спотыкаясь, рассыпал их. Придя домой, всё ещё дрожа от страха, он измерил оставшиеся абрикосы — и, чудо, их оказалось ровно столько же, сколько он принёс зерна! Другие, осмелившиеся украсть абрикосы, были до полусмерти искусаны тиграми, пришедшими к их домам. Родные, поняв, что произошло из-за воровства, поспешили вернуть украденные абрикосы Дун Фэну, кланяясь и моля о прощении. Только тогда Дун Фэн сотворил заклинание и спас укушенного.
Каждый год, используя этот метод «самообслуживания в абрикосовой роще», Дун Фэн получал огромное количество зерна. Он не оставлял себе ни зернышка, всё раздавая нуждающимся или путникам, потерявшим деньги в дороге. Так он спасал бесчисленное множество людей, израсходовав более двадцати тысяч ху зерна!
Однажды дочь местного чиновника была околдована злым духом, её разум помутился, и ни один лекарь не мог ей помочь. Чиновник, отчаявшись, обратился к Дун Фэну, пообещав: «Если вы исцелите мою дочь, я отдам её вам в жены». Дун Фэн согласился.
Он совершил обряд, призвав огромного белого водного дракона, длиной в несколько чжан! Это чудовище смогло выползти на сушу и добралось до ворот дома чиновника. Дун Фэн приказал своим слугам убить дракона, и дочь чиновника тут же выздоровела. Как и обещал, Дун Фэн взял дочь чиновника в жены. Они прожили вместе долго, но детей у них не было. Дун Фэн часто уезжал странствовать, и его жена, оставшись одна, взяла на воспитание девочку, чтобы скрасить одиночество.
Когда девочке исполнилось около десяти лет, однажды Дун Фэн, стоя во дворе, вдруг прямо вверх взмыл в небо, словно дымка, и исчез в облаках — стал бессмертным. Его жена и приёмная дочь продолжили жить на горах Лушань, полагаясь на абрикосовую рощу. Если кто-то осмеливался обмануть при покупке или продаже абрикосов, тигры из рощи по-прежнему появлялись, чтобы восстановить справедливость. Дун Фэн прожил на земле более трёхсот лет, а когда вознёсся, выглядел всё так же на тридцать лет.
Четыре. Ли Чанцзай: вечно молодой бог земли
В Шуцзюне (ныне провинция Сычуань) жил живой бессмертный по имени Ли Чанцзай. Он начал постигать Дао ещё в юности, и местные жители почитали его из поколения в поколение. Если подсчитать его возраст, он прожил не менее четырёх-пятисот лет, но выглядел всё так же, словно ему было около пятидесяти. Он лечил людей: тяжелобольные исцелялись за три дня, а с лёгкими случаями справлялся за один день. У него была семья и дом, дети и внуки, все уже женаты и замужем. Позже он почувствовал, что земные дела завершены, и решил уйти.
Перед уходом он взял у двух своих учеников по семнадцати-восемнадцатилетнему сыну, чтобы взять их с собой. Обе семьи не знали, куда направляется Ли Чанцзай, но всё же отдали сыновей. Ли Чанцзай достал два бамбуковых посоха, вручил каждому юноше и велел: «Возьмите эти посохи домой, положите их там, где вы обычно спите, а затем вернитесь сюда. Не разговаривайте с домашними».
Два юноши послушались. Они взяли посохи и разошлись по домам. Родные их даже не заметили, как они вернулись. Через некоторое время домашние обнаружили, что каждый из них «умер» в своей постели! Обе семьи разрыдались от горя, оплакивая «сыновей» и похоронив их.
Прошло более ста дней. Ученик из семьи Цзэн, оказавшись на улице в Писяне (ныне район Пиду города Чэнду), встретил своего учителя Ли Чанцзая! Рядом с ним были те самые два «умерших» юноши! Увидев родных, юноши со слезами на глазах поговорили с ним, а также передали домой письма. Получив письма, обе семьи, удивлённые и встревоженные, поспешили откопать могилы. В гробах, конечно, не было никаких тел — только бамбуковый посох! Тогда все поняли, что сыновья ушли вместе с бессмертным.
Тридцать с лишним лет спустя, кто-то снова увидел Ли Чанцзая в задней части горы Цинчэн. Там он снова женился, обзавёлся семьёй. Сын Ли Чанцзая, рождённый в мире смертных, услышал, что отец живёт на горе Цинчэн, и отправился издалека на поиски. Не успел он добраться, как Ли Чанцзай сказал своей новой жене: «Сын моей первой жены идёт ко мне, мне пора уходить. Когда он придёт, отдай ему этот золотой слиток».
Когда сын нашёл дом его мачехи, мачеха протянула ему золотой слиток. Сын, глядя на слиток, заплакал: «Отец бросил нас десятки лет назад, я скучал по нему день и ночь. Узнав, что он здесь, я проделал этот долгий путь не ради денег!» Он остался жить у мачехи, ожидая отца. Прождав тридцать дней, отец так и не вернулся, сын забеспокоился и обманул мачеху: «Отец не возвращается, я ухожу». Выйдя за дверь, он тайком спрятался в траве за домом.
Вскоре Ли Чанцзай действительно вернулся и сказал жене: «Этот мальчишка решил меня обхитрить, сказал, что ушёл, но на самом деле остался и, наверное, вернётся. Скажи ему, что он вырос и больше не нуждается во мне. Кроме того, согласно правилам Царства бессмертных, я больше не могу с ним видеться». Сказав это, Ли Чанцзай исчез.
Через некоторое время сын вернулся. Мачеха передала ему слова Ли Чанцзая. Сын понял, что никогда больше не увидит отца, взял холодный золотой слиток и, сидя в траве, безудержно рыдал, а затем понуро ушёл.
Ещё через семьдесят с лишним лет Ли Чанцзай снова исчез из поля зрения людей. Его ученики позже увидели его у подножия горы Хушоушань, где он вновь женился, обзавёлся детьми и жил обычной жизнью. Он был словно старый бессмертный, укоренившийся в земле; люди видели его из поколения в поколение, но его облик оставался неизменным, поэтому все почтительно называли его «Вечно Живой Бессмертный» или «Ли Чанцзай».
http://tl.rulate.ru/book/190873/21168131
Готово:
