— Сыянь, твои глаза… глаза… ты снова видишь?! — Второй брат Ван был вне себя от радости. Он подхватил маленькую Шэн Сыянь на руки и закружил в воздухе.
Шэн Сыянь захихикала, обхватив голову второго брата Вана.
— Опусти меня! Опусти! — У меня голова кружится! — прошептала она про себя, думая, как хорошо, что ей всего пять. Иначе это классическое «кружение» для парня и девушки было бы слишком уж заметным, невозможно было бы не вызвать лишних мыслей…
Второй брат Ван, не ведая о её маленьких секретах, лишь решил, что ей действительно стало дурно. Он быстро опустил её, погладил по голове и спросил:
— Сыянь, второй брат Ван отнесёт тебя посмотреть на фонари?
С этими словами он снова поднял Шэн Сыянь, усадил себе на плечи и обратился к госпоже Ван:
— Госпожа Ван, можно мне взять Сыянь посмотреть на фонари?
Госпожа Ван улыбнулась:
— Иди, иди, только далеко не уходите. Она боится темноты…
Второй брат Ван: — … Ладно, только что прозревшая слепая девочка оказывается больше всего боится темноты. Как необычно! Запомнил!
Шэн Сыянь беззаботно сидела на плечах второго брата Вана, вертя головой по сторонам, её лицо сияло, словно маленький цветок. Хоть она и была красива, но красота её не была вызывающей, напротив, она вызывала умиление с первого взгляда. Люди невольно замедляли речь, говоря с ней, словно боясь её напугать.
Второй брат Ван, неся Шэн Сыянь, шёл вперёд, всё время указывая ей на что-то.
— Вон та прекрасная женщина-фонарь прислана из соседней деревни. Я думаю, сделано слишком грубо, совсем не похоже на красавицу. Но эти люди и настоящих красавиц не видели, так что их не в чем винить.
— Рядом с фонарём-красавицей — фонарь-краб. Не хочешь краба? Раньше госпожа Ван говорила, что из-за твоей болезни глаз нельзя есть «вызывающие» продукты, а морепродукты — это всё «вызывающее». Жаль, что ты не могла их есть. Теперь, когда глаза твои исцелились, ты сможешь? Когда придёт май, второй брат Ван отведёт тебя ловить крабов…
Они шли и разговаривали, и незаметно вокруг них собралась толпа подростков — мальчишек и девчонок.
Второй брат Ван всегда был лидером среди детворы деревни Ван.
Шэн Сыянь, когда ещё была слепой, знала об этом, но лишь увидев всё своими глазами, поняла, какое это грандиозное зрелище!
Действительно, лучше быть головой петуха, чем хвостом быка!
Даже быть лидером среди деревенских детей лучше, чем в столице кланяться знатным господам и прислуживать им…
Шэн Сыянь размышляла про себя и невольно погладила второго брата Вана по голове. — Какой же он хороший мальчик.
Второй брат Ван почувствовал себя немного неловко, но не мог понять, в чём дело. Подумав, что Шэн Сыянь устала, он сказал:
— Сыянь, там продают еду, пойдём съедим порцию жареной рисовой лапши?
Госпожа Ван никогда не разрешала Шэн Сыянь есть вне дома.
Раньше это было потому, что она была слепой, и она беспокоилась, что дочь может съесть что-то не то, не видя.
Но теперь, когда её глаза прозрели, это, должно быть, не проблема?
Шэн Сыянь увидела, как все деревенские дети смотрят на неё с замиранием сердца, и не хотела их расстраивать. Она кивнула:
— Я никогда не ела жареную рисовую лапшу. Второй брат Ван, она вкусная?
— Вкусная! Вкусная! Очень вкусная! — Второй брат Ван был вне себя от радости. Он опустил её, взял за руку и подвёл к лотку с жареной рисовой лапшой.
— Госпожа Синь, две порции жареной рисовой лапши, пожалуйста. Одну с острым перцем, другую без.
Что?! Здесь есть острый перец!
Шэн Сыянь, в прошлой жизни обожавшая острое, чуть не потекла слюной.
В течение пяти лет госпожа Ван никогда не давала ей ничего острого. Она автоматически решила, что здесь ещё не появилось чили, и подумывала о том, чтобы, когда глаза прозреют, найти где-нибудь семена чили, украдкой принести их, посадить, продать, открыть маленькую закусочную, заработать первый капитал, а затем встать на вершину жизни, победить белых и богатых, выйти замуж за высокого и состоятельного, стать победительницей жизни!
Но здесь уже есть перец чили — что же делать?!
Слёзы! Всё пошло не так, как было обещано!
Второй брат Ван поставил перед Шэн Сыянь две порции жареной рисовой лапши, но увидел, что она смотрит вперёд, словно в трансе, о чём-то задумавшись.
— Ешь лапшу. Эта порция не острая… — Второй брат Ван поставил не острую порцию перед Шэн Сыянь.
Шэн Сыянь очнулась, почти «злобно» уставилась на ароматную и острую рисовую лапшу, протянула руку, схватила её, сильно ткнула палочками и, возмущённо, принялась есть.
— Эй, ешь помедленнее, не скрипи так зубами, ты что, с ней враждуешь? — Это очень острое, ты вообще можешь есть острое? — Второй брат Ван с беспомощным видом смотрел, как Шэн Сыянь большими кусками уплетает ароматную и острую рисовую лапшу, будто у неё с этой лапшой была кровная вражда.
Шэн Сыянь, поедая ароматную и острую рисовую лапшу, внутри себя презирала свою ненадежность: «Шэн Сыянь, ты ничтожество! В прошлой жизни ты была местной городской девчонкой, а ещё лезла в древность, чтобы разбогатеть, ты что, не знаешь, как пишется слово «небо»? Ещё хотела открыть маленькую закусочную!
Чёрт! Ты в прошлой жизни умела только варить «Доширак», жарить сосиску с парой листьев салата, хорошо?
С таким мастерством ты ещё мечтаешь стать шеф-поваром?!
С твоими тривиальными кулинарными навыками, только твой ёжик А Цай и соседский второй брат Ван готовы были «снять шляпу» и попробовать твоё угощение, и то, если ты будешь доплачивать!
Об этом непрактичном, мечтающем о далёком, твоя мама, госпожа Ван, знает?
Шэн Сыянь, которая особенно умела себя критиковать, молча открыла в своём сознании список «Как заработать большие деньги в древности», и перед первой строчкой «Посадить перец чили, открыть закусочную» поставила жирный крестик.
Но она не унывала.
Не бойся! У неё ещё много хороших идей. Если один путь не работает, она пойдёт другим. Она верила, что в конечном итоге сможет достичь вершины Династии Дася, победить белых и богатых, выйти замуж за высокого и состоятельного, стать победительницей жизни!
Насколько радостно она фантазировала, настолько выразительным было лицо Шэн Сыянь.
В глазах деревенских детей она выглядела так, словно ела с огромным аппетитом, и это вызывало у них слюнотечение!
— Я тоже хочу! Я тоже хочу! —
Увидев это, деревенские дети не могли удержаться и, используя свои скудные карманные деньги, тоже покупали по порции жареной рисовой лапши и жадно ели.
Госпожа Синь, продававшая лапшу, продавала её уже полжизни, но никогда ещё не продавала столько за раз.
Владельцы соседних лотков с лапшой смотрели на неё с завистью, их глаза прямо искрились. Они говорили:
— Госпожа Синь, почему сегодня такой хороший бизнес?
Госпожа Синь хихикнула:
— Всё благодаря этой маленькой госпоже. Смотрите, как аппетитно она ест, от этого все и захотели.
Сказав это, она спросила второго брата Вана:
— Эр Чжу, это твоя родственница?
Второй брат Ван хихикнул:
— Госпожа Синь, вы её не узнаёте? Это же дочь госпожи Ван, Сыянь!
— А? Это Сыянь? Разве Сыянь не была слепой? — Госпожа Синь была удивлена и поспешно наклонилась, чтобы внимательно рассмотреть Шэн Сыянь, которая усердно ела.
Шэн Сыянь подняла голову и подарила ей милую улыбку. Её лепесткообразные губы стали ещё краснее из-за острого перца. Она сказала:
— Госпожа Синь, я слышала о вас! — Но только сегодня увидела вас впервые, причина вам понятна…
— Это действительно Сыянь?! Твои глаза вылечили?! — Госпожа Синь была одновременно удивлена и обрадована. Она поспешно зачерпнула для Шэн Сыянь ещё одну порцию сладкого желе из мелкой рыбки.
— Острая лапша вызывает жар. Съешь ещё порцию желе, оно охлаждено родниковой водой, не ледяное. — Это подарок от тётушки, бесплатно.
— Спасибо, госпожа Синь, — послушно сказала Шэн Сыянь. Она взяла порцию желе из мелкой рыбки, отложила большую часть в другую миленькую мисочку и поставила её перед вторым братом Ваном.
— Второй брат Ван, ешь. Я столько не съем.
Второй брат Ван с улыбкой поблагодарил её и доел остатки ароматной и острой рисовой лапши Шэн Сыянь, а также желе из мелкой рыбки.
Люди из деревни Ван хорошо знали госпожу Ван и Шэн Сыянь.
Услышав, что госпожа Ван вылечила глазную болезнь Шэн Сыянь, они все толпились вокруг неё, восхищаясь высоким мастерством госпожи Ван.
Несколько деревенских мужиков, любивших азартные игры, ставили на всё подряд. Естественно, они ставили и на то, сможет ли госпожа Ван вылечить врождённую глазную болезнь её дочери Шэн Сыянь.
Теперь, когда девушка стояла перед всеми со своими сияющими глазами, те, кто ставил на то, что госпожа Ван не сможет её вылечить, конечно же, признали своё поражение и с удовольствием угощали всех вином, устроив шумное и весёлое празднество.
Старый староста деревни Ван тоже пришёл посмотреть на Шэн Сыянь и с улыбкой сказал:
— Сыянь — поистине счастливая малышка. Как только её глаза прозрели, в нашей Династии Дася появится ещё одно радостное событие!...
http://tl.rulate.ru/book/190823/21030291
Готово:
