Утренний туман над Городом Шаньцин еще не рассеялся. Сюэ Чэн, опустившись на одно колено на замшелый камень, точил свой ржавый меч о его поверхность, высекая тонкий блеск. На земле, смытой ночным ливнем, разбросались с десяток сухих листьев, рассеченных ци меча на тончайшие пластинки. Они трепетали на легком ветерке.
«Ху-у-у…»
Он выдохнул и взмахнул мечом. Тень от ветки, словно меч, рассекла каменную глыбу высотой в человеческий рост. Пока отлетали каменные крошки, из-за деревьев, спотыкаясь, вывалилась фигура в лунно-белых одеждах.
— Ты… как ты можешь тут размахивать мечом!
Девушка подняла руку, прикрывая лоб. Кисточки на ее нефритовой шпильке покачивались в такт дыханию. Сюэ Чэн прищурился, узнав её — дочь Клана Му, с которой он встретился три дня назад в Аптеке Цзишитан. Теперь она сменила пышные одежды на темно-синий боевой костюм, но на поясе по-прежнему висел нефритовый кулон с гербом Секты Линсяо.
— Мисс Му, зачем вы следили за нищим? — Сюэ Чэн нарочно воткнул деревянный меч в землю, поднимая брызги грязи на ее вышитые туфельки.
Лицо Му Цинчэн покраснело. Она хотела тайно, без ведома стражи, выяснить причину аномалий духовных жил за городом, но этот неопрятный юноша разоблачил ее. Бросив взгляд на следы ци меча, еще не рассеявшиеся на камне, она вдруг вспомнила обрывок «Метода Меча Линсяо» из отцовского кабинета — приемы этого парня удивительно напоминали древние техники секты.
— Я… я пришла на охоту! — Она вытащила из рукава короткий лук, но от излишней силы вырвался наполовину развернутый свиток. Сюэ Чэн быстро схватил уголок свитка. Развернув его, он увидел на пожелтевшей бумаге карту местности к северу от Города Шаньцин. Узлы духовных жил были обведены малиновой краской. Рядом значилось три иероглифа: «Пьяный Старец с Мечом».
В момент касания бумаги пальцами компас в рукаве слегка нагрелся. Сюэ Чэн невозмутимо сложил карту и протянул обратно. При передаче он заметил красную нить на запястье девушки — это был узел мира и спокойствия, который он сам повязал ей семь лет назад на храмовой ярмарке в Городе Шаньцин.
Воспоминание мелькнуло:
Восьмилетний Сюэ Чэн, сжавшись в углу храма, крепко прижимал украденную половину лепешки. Перед храмом остановилась резная повозка, из нее выпрыгнула девочка в розовом платье. Золотые шпильки в ее волосах сверкали на солнце.
— Маленький нищий, что ты ешь?
Она присела перед ним, с любопытством глядя на крошки у него в ладонях. Сюэ Чэн настороженно отступил на полшага. Но увидел, как она достала из вышитой сумочки бумажный пакет с еще теплыми лепешками с османтусом: «Вот, возьми. Мама говорит, нужно делиться, когда голоден».
Потом пошел сильный снег. Он учил ее рисовать мечом на снегу, а она сунула ему в руки грелку. Перед расставанием она настойчиво повязала ему на запястье красную нить, сказав: «С этого дня я твоя сестра». Только когда послышались крики солдат, преследовавших его, он в панике порвал нить и бежал. Но он не знал, что после его ухода девушка тайком положила два слитка серебра под статую в разрушенном храме.
Реальность:
— Этот узел мира и спокойствия… — пальцы Му Цинчэн коснулись узелка на красной нити, и ее голос внезапно дрогнул. — Кто ты такой?
Сюэ Чэн отвернулся, вытирая грязь с лица рукавом: — Мисс Му, вы ошиблись. Я всего лишь попрошайка. — Он наклонился, поднимая ржавый меч, но нарочно подставил надпись «Чистый Ветер» на рукояти так, чтобы она попала ей на глаза.
Зрачки Му Цинчэн сузились. Эти два слова были точно такими же, как в обрывке трактата, который она вчера видела в секретном кабинете отца. Она инстинктивно протянула руку, чтобы схватить его за запястье, но поскользнулась на земле и упала ему в объятия. В момент их сближения нефритовый кулон издал тихий звон. Кровавый узор меча в компасе и ледяной духовный канал в кулоне одновременно засияли, сплетаясь в воздухе в подобие инь-янской рыбы.
— Отпусти меня! — Она резко оттолкнула его, кончики ушей покраснели. Сюэ Чэн заметил узор на золотой шпильке в ее волосах — это были следы меча из техники «Девять Изменений Холодной Сливы» Секты Линсяо. Та маленькая девочка, которая семь лет назад бегала за ним по снегу, оказывается, уже давно оказалась втянута в водоворот мира совершенствования.
— Завтра, в час Ю, в разрушенной печи к западу от города. — Он внезапно понизил голос, сунул ей в руку кусок дерева с отпечатком следа меча. — Если хочешь увидеть настоящие приемы меча, не бери стражу. — Не дожидаясь ее ответа, он прыгнул в лес, оставив после себя лишь скошенную траву, рассеченную вспышкой меча, колышущуюся на ветру.
Му Цинчэн крепко сжала кусок дерева, обнаружив, что на нем выгравирован маршрут использования энергии в «Стиле Разделяющей Воды». Издалека послышался стук гонга ночного сторожа, и она вдруг осознала, что пробыла за городом целых три часа. Опустив взгляд, она увидела, что красная нить на ее запястье каким-то образом обвилась вокруг щепок от его деревянного меча, напоминая обрывок той самой порванной нити.
В ту ночь, в полночь:
В разрушенной печи мерцал свет свечи. Сюэ Чэн, прислонившись к каменной стене, протирал свой меч Циншуан. У входа послышались тихие шаги. Он приподнял бровь, увидев Му Цинчэн в маске, но в самой заметной лунно-белой тунике, и с шкатулкой из золотистого кипариса в руках.
— Ты все-таки пришла. — Он щелкнул пальцами, и ци меча погасила свечу. В темноте Му Цинчэн почувствовала, как холодный ветер пронесся мимо ее щеки, затем послышался легкий металлический звук — шкатулка в ее руках уже оказалась у Сюэ Чэна.
— Мисс Му, зачем вы принесли такую дорогую вещь? Не боитесь, что я ее украду? — Он при лунном свете открыл крышку шкатулки. Внутри оказался полный экземпляр переписанного от руки «Метода Меча Линсяо». На первой странице стояла красная печать «Книжное собрание Клана Му».
Девушка сняла головной убор. Ее стройная шея слабо светилась в лунном свете: — Ты спас мне жизнь семь лет назад. Я должна была узнать тебя раньше. — Она коснулась бледного шрама у него над бровью — того, что остался, когда он защищал ее от горцев.
Сюэ Чэн резко отступил на полшага, ножны ударились о каменную стену с тихим звоном. Воспоминания хлынули, как прилив: в тот дождливый вечер он спрятал ее в высохшем колодце, а сам, отвлекая преследователей, получил удар от горного разбойника по лбу. Позже, когда власти подавили бандитов, она переехала с семьей. Когда они встретились снова, он уже был тем самым нищим, которого все гнали, а она — недосягаемой дочерью знатного рода.
— Прошлое лучше не вспоминать. — Он отодвинул трактат, но коснувшись ее кончиков пальцев, компас внезапно сильно затрясся. Ледяно-голубой призрак поднялся из ее даньтяня — он был точь-в-точь похож на ледяного феникса, которого он видел на фреске в разрушенном храме.
— Ты… — они сказали это одновременно. Нефритовый кулон на шее Му Цинчэн рассыпался в пыль, обнажив внутри замороженный нефритовый свиток. А компас в рукаве Сюэ Чэна взмыл в воздух, показав остаточную душу Пьяного Старца с Мечом, противостоящего главе Секты Линсяо. Меч «Холодный Иней» в руках главы секты был точно таким же, как меч Циншуан, который только что вытащила Му Цинчэн.
— Кровь ледяного феникса, меч и хозяин — едины. — Остаточная душа Пьяного Старца с Мечом внезапно материализовалась, в ее голосе слышалась нотка скорби. — Старый глава секты, чтобы защитить тебя, запечатал духовную силу в нефритовом кулоне, но не думал… — Остаточная душа посмотрела на Сюэ Чэна. — Ваши с ней духовные корни взаимозависимы и взаимоисключающи. Если сможете совершенствоваться вместе…
Не успев договорить, снаружи послышался свист стрел. Сюэ Чэн развернулся и взмахнул мечом, рассекая три отравленные стрелы в пыль. Перед ним уже стояли десятки темных фигур, плотно окруживших разрушенную печь. У главаря на поясе висел жетон с горящим призраком Учения Преисподней.
— Мелкий ублюдок, умри!
Призрак-культиватор поднял руку и выпустил черную дымку. Му Цинчэн внезапно почувствовала, как духовная сила в ее даньтяне притягивается черной дымкой и бесконтрольно вытекает наружу. Сюэ Чэн встал перед ней, прикрывая ее мечом. Но тут он увидел, как в ее глазах внезапно вспыхнул ледяно-голубой свет. Осколки нефритового кулона, только что рассыпавшиеся, соединились в воздухе, превратившись в длинный меч из ледяного кристалла.
— Держись рядом! — низко прокричал он. Меч и сабля одновременно выскользнули из ножен. В момент соприкосновения меча Циншуан и ледяного меча в воздухе раздался чистый звук, похожий на драконий рык. Сюэ Чэн почувствовал ясность в разуме, словно увидел две духовные жилы, сплетающиеся в его теле — одна была путем его меча, другая же, казалось, тянулась от лба Му Цинчэн.
Черный туман культиватора-призрака рассыпался вдребезги под светом меча. Главарь в ужасе обернулся, чтобы бежать, но был пронзен ледяным мечом в плечо. Сюэ Чэн, воспользовавшись моментом, взмахнул мечом. Блеск меча и тень клинка сплелись под лунным светом в узор тайцзи, превратив всю черную дымку в ледяную скульптуру.
— Это… — Му Цинчэн смотрела на свои бесконтрольные руки. Призрак феникса на ледяном мече медленно обретал плоть. Сюэ Чэн заметил, что золотые шпильки в ее волосах полностью раскрошились, обнажив скрытый знак секты — это была метка ледяной сливы, которой обладали только Святые Девы Секты Линсяо.
— Сначала уберемся отсюда. — Он сорвал с себя верхнюю одежду и накинул ей на плечи. Коснувшись ее ключицы, он обнаружил там родинку в форме бабочки — точно такую же, как у той маленькой девочки в снегу семь лет назад.
На обратном пути они оба молчаливо избегали упоминания о произошедших событиях. У городских ворот Города Шаньцин Му Цинчэн внезапно остановилась: — Завтра… я хочу учиться у тебя мечу. — Она сунула «Метод Меча Линсяо» ему в руки. — Считай это платой за обучение.
Сюэ Чэн приподнял бровь, принимая свиток, и провел пальцем по надписи «Лин Шуан» на обложке: — Плата за обучение, значит… — Он вдруг наклонился к ее уху. — Тогда сначала скажи мне, почему ты тогда внезапно уехала?
Кончики ушей девушки покраснели, она повернулась и пошла прочь, но у поворота тихо сказала: — Потому что отец сказал… что мне пора выходить замуж. — Не успев договорить, она убежала, подхватив подол платья. Остатки аромата магнолии в ее волосах смешались с ци меча и надолго задержались в ночном ветре.
Сюэ Чэн опустил взгляд на свиток в своих руках. С первой страницы выпал пожелтевший клочок бумаги с детским почерком девушки: «Братик Сяо Чэн, я обязательно тебя найду. — Цин’эр».
Компас в этот момент снова тихо нагрелся. Хаотичный узор на циферблате резонировал с духовными жилами в его теле, словно предвещая, что шестеренки какой-то судьбы медленно вращаются.
http://tl.rulate.ru/book/187213/18551846
Готово:
