— Мне показалось, что Миэна выглядит ещё более исхудавшей, чем раньше. Неужели её плохо кормили?..
— Как можно такое говорить, дорогая! — Граф Сидус вздрогнул и испуганно замотал головой.
В то же мгновение, встретившись взглядом с женой, он, словно провинившийся ребёнок, низко опустил голову и плотно сжал губы.
Заметив это странное поведение, графиня прищурилась и медленно произнесла:
— Кстати, Диасен. В письме ты написал: «Возвращайся, все долги выплачены». С нашими средствами мы бы не смогли погасить такие огромные долги за один раз.
— Э-это так...
— Более того, зная тебя, ты бы скорее потратил эти деньги на лекарства для Миэны, чем на выплату долга.
Её светло-карие глаза, вопреки обычному мягкому цвету, холодно и пристально смотрели на мужа.
Граф Сидус невольно сглотнул и начал невнятно бормотать:
— Ну, на самом деле...
— Что «на самом деле»?
— Миэна сказала, что больше не хочет получать поддерживающее лечение.
— Дом великого герцога Эвердина окажет поддержку Дому Сидус.
Как только Юстин договорил, Тина, которая как раз несла новый чайник, замерла от неожиданности, широко разинув рот.
Тайминг был просто поразительный.
— Чего-о-о?
Единственная свидетельница, которая, скорее всего, ожидала увидеть трепетное чаепитие двух подростков, едва не уронила челюсть от такого внезапного заявления о покровительстве.
Я невозмутимо улыбнулась и жестом подозвала Тину.
— Спасибо, Тина. Оставь чайник здесь и, пожалуйста, оставь нас ненадолго.
— Но, как же...
— Я сама потом всё объясню маме и папе.
Судя по её выражению лица, она явно сомневалась, что дело ограничится только моим объяснением.
Тина ещё пару раз открыла и закрыла рот, но в итоге с понимающим видом отступила. Кажется, она вовремя вспомнила мои прошлые слова: «Что бы ни случилось с Домом Сидус в будущем, просто примите это как данность».
Хорошая Тина, молодец.
— Поддержка... в каком смысле?.. — Когда Тина окончательно покинула сад, я намеренно замолчала, глядя на пар, поднимающийся из носика чайника.
Юстин поднял чайник, налил чай в чашку и продолжил:
— У Дома Сидус должен быть покровитель такого уровня, чтобы ни у кого не возникло подозрений, откуда берутся ваши средства.
— То есть финансовая помощь действительно будет поступать?
— Если контракт будет выполняться должным образом.
«Значит, это партнерство под видом покровительства».
— Это деловое предприятие по поддержке проводится с одобрения его светлости великого герцога Эвердина?
— Как наследник, я, разумеется, обладаю такими полномочиями. Я и работаю для того, чтобы иметь их.
— Если я потерплю неудачу, вы, молодой великий герцог, тоже понесёте серьёзные убытки.
— Судя по нашему разговору, я не думаю, что леди ждёт провал.
— ...
— У меня хорошее чутьё. Тот факт, что я сам пришёл к вам, — лучшее тому доказательство, — прошептал Юстин, наслаждаясь ароматом чёрного чая.
Его голос звучал непривычно для его возраста — холодно и угрюмо, но в то же время в нём чувствовалась непоколебимая уверенность.
— И чтобы подкрепить это чутьё, я постоянно готовлюсь, повторяю пройденное, анализирую и строю прогнозы.
— Похоже на то...
— Поэтому вы мне нужны.
Затем его прямой взгляд серебристых глаз остановился на мне. Я тоже пристально посмотрела на него, погрузившись в раздумья.
Покровительство Дома великого герцога Эвердина.
Поскольку поддержка направлена на «Дом Сидус», а не лично на «Миэну Сидус», её масштаб будет поистине огромным. Если мы продолжим поддерживать дружеские отношения, это обеспечит моей семье благополучие даже после того, как я покину этот мир.
Это определённо было неплохое предложение. Нет, оно было настолько заманчивым, что становилось даже страшно.
Послушайте, я ведь просто хотела остудить его пыл... ну, то есть, голову. А тут вдруг — покровительство? Прямо сейчас?
Нужно быть полной дурой, чтобы отказаться.
Однако условия были настолько хороши, что я не могла просто радостно воскликнуть: «По рукам!».
— В таком случае, я хотела бы услышать точные условия поддержки.
«Нужно проверить, нет ли в контракте кабальных условий, господин заказчик». Я произнесла это с максимально любезной улыбкой, отпивая чай, и Юстин ответил мне такой же улыбкой:
— Поскольку это официальное покровительство, оно не ограничится разовой сделкой, но...
— ...
— Для начала, сделайте так, чтобы торговое соглашение между Сомниумом и Ринексом было успешно подписано.
Я едва не выплюнула чай.
Он поручает это мне?
Этот сумасшедший?..
Легкий ветерок, знаменующий начало весны, коснулся моих волос. Если бы ветер умел говорить, он бы наверняка рассмеялся и сказал: «Ой, ты только посмотри на него! Он несёт полную чушь!».
— Кажется, я ослышалась.
— Я сказал: помогите сделать так, чтобы торговое соглашение между Сомниумом и Ринексом было заключено.
— Это не означало, что я прошу вас повторить это дважды... — ответила я с глубоким сожалением.
Юстин склонил голову набок, словно не понимая моей реакции. Я смотрела на его чёрные пряди, мягко рассыпавшиеся при движении, и едва заметно улыбалась. Я даже не знала, с чего начать объяснять этому безумцу реальное положение вещей.
— Это вопрос государственной важности, чтобы поручать его частному лицу. К тому же Дом Сидус, если не считать этого соглашения, вообще никак не связан с иностранными делами.
— Я знаю.
— Кроме того, вы, молодой великий герцог, до сих пор точно не знаете, в чём заключается моя способность. В такой ситуации просить меня помочь с заключением торгового соглашения — это...
«Как ни крути, кажется, он ещё не совсем выздоровел. Может, стоит всё отменить и отправить его домой?».
«Мне очень жаль, но давайте встретимся в следующий раз, когда ваш рассудок будет в добром здравии...».
В тот самый момент, когда я уже мысленно забирала у него пропуск в список своих партнёров и прощалась, Юстин легонько постучал пальцами по столу и спросил в лоб:
— Способность вмешиваться в чужие сны, свободно управлять ими и менять собственный облик по своему желанию — разве не в этом она заключается?
— Н-ну... это верно.
Если вдаваться в подробности, это ещё не всё, но в целом всё перечисленное я действительно могу. Собственно, я вовсю пользовалась этим в снах Юстина.
Я вздохнула, вспоминая наши прошлые встречи в его сновидениях.
— Я всё равно не понимаю, как моя способность может повлиять на эти торговые переговоры. Из-за того, что мы продали все земли нашего Дома, нам приходится жить в столице, но мы никак не связаны с императорским двором.
— Если вы хотите получить государственную должность...
— Не говорите того, чего сами не желаете.
Даже если в жилах семьи великого герцога течёт императорская кровь, вряд ли у них есть такие полномочия.
Когда я ответила с искренним отвращением, Юстин снова безобидно улыбнулся. Судя по этой лукавой усмешке, предыдущие слова были лишь очередной ловушкой.
Это он просит о помощи, так почему он постоянно подбрасывает мне то наживку, то ловушку?
— Чем больше мы общаемся, тем больше я убеждаюсь, что не зря встретил вас.
«А я вот уже начинаю об этом жалеть».
— Мне даже любопытно, почему такой человек, как вы, до сих пор скрывал свою способность.
— Не так много людей возлагают надежды на больного ребёнка.
— ...
— Сейчас я могу вести долгую беседу только потому, что несколько дней отдыхала как убитая. Если бы не это, у меня бы уже давно поднялся жар.
Чтобы вести дискуссии и обмениваться мнениями, нужны силы. Чтобы сохранять рассудок в реальности, нужна выносливость. Ходить, болтать, пить и есть — всё это признаки здоровья. Для меня же даже это было роскошью.
— Честно говоря, я не так сообразительна, как вы, поэтому планировала до самой смерти жить тихо и спокойно, но...
Поскольку из-за меня дела семьи пошли прахом, можно считать, что эта мечта уже разрушена.
Я замолчала и пристально посмотрела на Юстина Эвердина. Юстин, слегка подавшись вперёд, изучал меня в ответ.
Мои впалые щёки, сухие волосы, которые не блестели, сколько их ни расчёсывай, и бледную кожу.
«Да-да, смотри сколько влезет. Не сотрусь же я от твоего взгляда».
— Ваше состояние улучшается, если вы, как и я, отдыхаете во сне, а не работаете там?
В этот момент Юстин внезапно задал вопрос, не сводя с меня глаз. Я уставилась в его сияющие серебром глаза и лишь мгновение спустя выдохнула:
— А...
— Если леди страдает от болезни из-за того, что, подобно мне, работает даже во снах, не давая себе отдыха...
— Нет, это не так. Конечно, если я много думаю во сне, на следующий день это немного сказывается, но моя способность и болезнь — вещи совершенно разные.
Эта проклятая болезнь тянулась за мной ещё из прошлой жизни, так что в этом я была абсолютно уверена. Даже если я буду лежать во сне неподвижно и ничего не делать, это лишь убьёт время, но не принесёт никакого улучшения здоровью.
— В таком случае...
— Для вас это даже лучше. По крайней мере, вам не придётся мучиться чувством вины за то, что вы эксплуатируете и без того больного человека.
— Если честно, для меня это действительно облегчение, — спокойно произнёс Юстин.
Я пожала плечами. Кто-то мог бы назвать его слова бессердечными, но на самом деле я бы и сама отреагировала так же. В конце концов, нас не связывали глубокие узы — мы были лишь сухими бизнес-партнёрами, чей союз только что наметился. Тем более я ещё не приняла его предложение.
— Как бы то ни было, жаль, но боюсь, в этом соглашении я ничем не смогу помочь. Я ведь не могу присутствовать на заседаниях.
— Разумеется, леди нет никакой необходимости присутствовать на заседаниях. Сами переговоры не имеют никакого отношения к вашей способности.
— Тогда...
— Вам нужно просто войти в сны дипломатической делегации Ринекса и сыграть свою роль.
«Так же, как вы сделали это со мной».
Юстин улыбнулся — мягко, словно лепесток цветка, дрожащий на ветру.
Я невольно поджала губы.
«Ты... ты что, думаешь, торговое соглашение — это шутки?»
http://tl.rulate.ru/book/185049/18112095
Готово:
