— Что? — Ляо Юн не верил своим ушам.
— Именно. Седьмой флот, потеряв почти все корабли до единого флагмана, и даже временное усиление в виде линкорной группы сократилось вдвое, лишь тогда с трудом пробил его броню, — кивнул Дамиан. — Поэтому мы и используем спецоружие. При нынешнем положении мы не можем позволить себе такие потери — целый флот.
— Но сможет ли один наш авиаполк, четыре эскадрильи, тридцать два истребителя, выполнить такую задачу? — невольно спросила Наталья.
Верно. Почти целый флот. Основные силы Национальной обороны, как опора стратегических сражений, с самого начала строились на принципе: «один флот уничтожает крепостную систему».
Крепостная система, включающая [огромную искусственную планету-крепость], [комплексный пояс астероидной обороны] и [кластер боевых космических станций], была бы легко уничтожена. Мощь флота несомненна. Но даже такая сила понесла тяжёлые потери перед этой махиной. Видно, сколь опасны Врата Стикса.
И теперь прикажут четырём эскадрильям 666-го авиаполка справиться с этим?
— Для этого нам нужны вы, два аса, — Дамиан поднялся. — Мой боевой товарищ, бывший герой Федерации Ляо Цзяньхуа, однажды провёл операцию. Он повёл свою эскадрилью, прорвал зенитный огонь боевой космической станции Валк, уничтожил станцию изнутри и вывел всех живыми. Думаю, вы, как асы, обладаете схожими способностями?
— Да, — при упоминании подвига отца Ляо Юн мгновенно воспылал боевым духом.
Хотя он не слишком хорошо помнил отца, его цель была одна — равняться на него.
Видя, что провокация сработала, Дамиан кивнул, и уголок его губ дрогнул в едва заметной улыбке.
— Тогда чего вы ждёте? — он посерьёзнел. — Четвёртая тактическая комната передана вашему полку. Идите и отрабатывайте тактику.
— Есть! — Ляо Юн и Наталья отдали честь и поспешно вышли.
Когда они скрылись, Дамиан откинулся на спинку кресла.
«Прости, Ляо Юн, но герой ты или трус — проверить можно только под ударом молота, верно?»
В четвёртой тактической комнате собрались все ключевые фигуры 666-го авиаполка.
— Мощь обороны этого чуда просто чудовищна, — вздохнул Ляо Юн, глядя на проекцию Врат Стикса, изрыгающих зенитный огонь.
— Будь у него слабая оборона, нас бы здесь не было, — лицо Дэнъэня тоже было мрачным. — Но хорошо, что он заточен против кораблей.
— Всё упирается в бомбоотсеки истребителей, — ответил Шаньдянь. — Судя по имеющимся данным, враг определяет угрозы через свой мозг, используя оптику и данные многодиапазонного квантового радара. Если запихнуть спецсредства во внутренние отсеки, возможно, удастся обмануть систему.
— С оружием проблем нет, Виктор сказал, оба вида самонаводящиеся после пуска, внешние пилоны не нужны, — ответила Наталья. — Но влезут ли они в отсеки «Супер Молниеносного Сокола»?
При этих словах все взгляды обратились к Алуню.
В космосе гравитация не важна, но инерция никуда не делась. Если запихнуть кое-как и плохо закрепить, при манёвре бомба может сорваться — и веселье обеспечено. А два спецсредства — бомба распада удерживающего поля весом 2 тонны и VVK-4 в 6,5 тонн — серьёзный вызов для пилонов «Сокола».
— С бомбой распада проблем почти нет, главное — с токсичной, — заговорил Алунь. — Предел загрузки пилона — 4 тонны. Даже если я соберу временный спаренный пилон, останется вопрос размера. Влезет только в брюшной отсек, и то, думаю, не больше двух.
— Если все четыре отсека набить бомбами, после расхода внешних пилонов у них не останется средств самообороны, — нахмурился Гуньсунь Мо. — Других вариантов нет?
— Пока нет, если только сейчас не доставят их персональные машины, — вздохнул Алунь.
Все присутствующие были мастерами, но никто не знал параметры истребителей лучше Алуня. Раз он сказал, что лучшего плана нет, значит, его нет.
— А можно повесить только одну? — спросил Ляо Юн. — Второй отсек забить ракетами для ближнего и среднего боя для баланса?
— Чтобы отравить биологическую структуру Врат Стикса, минимум — 20 тонн, — вздохнул Шаньдянь. — Это огромная конструкция, весом в триллионы тонн.
Тактика имеет смысл, только если это не тупик. Но если не обмануть систему оценки угрозы, истребитель перед зенитным огнём корабельного калибра — как мокрая туалетная бумага.
— Лейтенант Ляо, может, свяжетесь с директором Ли? До третьего этапа у нас около четырёх дней, — наконец, Ноэль повернулся к Ляо Юну с горькой улыбкой. — Если доставят ваши персональные машины, ваша безопасность будет куда выше.
— Мне плевать на лицо, но сейчас режим связи второго уровня. Прямой контакт со столицей — это по процедурам нормально? — спросил Ляо Юн.
— Я пойду к командиру Дамиану за разрешением. А вы пока исходите из того, что машины уже есть, и моделируйте тактику на этой основе, — кивнул Ноэль и покинул комнату.
— Если будут персональные машины, предположим у вас около десяти единиц самообороны. Тогда главная угроза — только это, — после ухода Ноэля Дэнъэнь взял ведение собрания.
Он взмахнул рукой, и множество отметок корабельного огня исчезло.
— Так мало зениток? — лицо Ляо Юна посветлело. — Только лазеры и ракеты? Тогда не так уж сложно.
— Не обольщайся. Против наших зенитных лазеров, если знаешь алгоритм предсказания, они действительно не попадут. Но взгляни — что это?
Дэнъэнь движением руки увеличил несколько полусферических структур на внешней броне Врат Стикса.
— Это… глаза? — Ляо Юн перевёл дух.
— Да, глаза. Не забывай, это живое существо. Ему не нужен алгоритм предсказания — достаточно визуального наведения, — кивнул Дэнъэнь.
— Тогда, кажется, не так страшно. У персональных машин щиты усилены, пару попаданий выдержат, — подняла руку Наталья. — А с ракетами справится активная лазерная защита.
— Вы молоды. Технологии валков — это не наше понятие.
Видя оптимизм Натальи и Ляо Юна, Дэнъэнь покачал головой.
Он реально сражался с валками в бою и знал их технологии. Разъедающий кость лазер — попадая, не разрушает корпус, а высасывает энергию реактора, выращивая на машине кислотный мешок. Или «Плачущая сирена» — ракетный рой с биологическим самонаведением, меняющий принцип поражения в зависимости от защиты цели. Всё это куда сложнее, чем думают Ляо Юн и Наталья.
К тому же, эта штука живая — кто знает, есть ли внутри ещё оружие.
Ляо Юн доверял Дэнъэню. Увидев его выражение, он отбросил пренебрежение.
— Значит, надо любой ценой избегать попаданий? — спросил Ляо Юн.
Дэнъэнь кивнул.
— Это же невероятно сложно, — вздохнул Ляо Юн. — И от лазеров уклоняться, и от ракет маневрировать, и ещё прорываться внутрь…
— Об этом не беспокойтесь. Мы решим эти проблемы.
Это сказала Силфу, командир эскадрильи Мышей. Она и командир эскадрильи Чернил Вэйэрши присутствовали на совещании в виде проекций.
— И мы тоже. Раз надо взорвать эту штуку — всего четыре эскадрильи, это не жертва, — кивнули Дэнъэнь и Гуньсунь Мо.
Смысл был ясен: кроме них двоих, все тридцать два пилота 666-го авиаполка будут насмерть прикрывать Ляо Юна и Наталью.
— Но это слишком… — Наталья с трудом принимала это.
— На войне у каждого своя задача, — сказал Дэнъэнь. — Вы — асы. Мы, старики, хорошо знаем разницу между собой и асами.
Верно. Хотя Дэнъэнь по боевой мощи был на уровне аса, даже пройдя огонь прошлой войны, он не стал асом.
Причина проста: асу нужна не только сила, но и удача с озарением. А у Дэнъэня с этим было плохо. Его стиль — надёжность и взаимодействие с товарищами, что мешало ловить момент в бою. Ему всегда не хватало нескольких сбитых.
Хотя сбитых у него было много, но в основном в военное время. А тогда, из-за высокой интенсивности, звание аса не считали по месяцам.
Иначе в Национальной обороне сейчас были бы миллионы асов.
Разумеется, не быть асом не значит не понимать их роли. Ведь сильнейшим асом Федерации был его однокурсник. Ляо Цзяньхуа в бою обладал чуть ли не божественным полем зрения, не упускал момент. Дэнъэнь видел это и знал, насколько велико влияние аса в бою.
Хотя Ляо Юн и Наталья пока далеки от Ляо Цзяньхуа, у них есть преимущество — они сильные асы.
Ас плюс ас — это не математическое 1+1=2, а химическая реакция, даже ядерный синтез. И сейчас, чтобы мобильным флотом уничтожить Врата Стикса, требовавшие целый флот, оставалось надеяться только на эту реакцию.
http://tl.rulate.ru/book/184708/19736966
Готово:
