— Получить на очко больше? Что ты имеешь в виду? — Наталья вспыхнула, услышав слова Ляо Юна.
Она не собиралась проигрывать.
Пусть разрыв между «Люсином» и «Молниеносным соколом» ещё не был столь катастрофичным, как если бы «Джей-20» издевался над «J-11B», но разница всё равно напоминала противостояние F-16C/D Block 90 против старого ветерана Block 60. В ВВС Федерации существовала теория: мастерство и опыт могут лишь частично компенсировать разрыв в характеристиках из-за разницы поколений машин. Наталья не считала, что её техника уступает навыкам Ляо Юна.
— Да всё просто. Я имею в виду, что — ты проиграла, — Ляо Юн продолжал язвить, хотя в голове уже вовсю шло планирование.
После месяца избиений Дэнъэнем Ляо Юн прекрасно осознавал свои возможности. Даже если противник был таким же выпускником военной академии, как и он, Ляо Юн не верил, что его мастерство и опыт обеспечат ему подавляющее преимущество над Натальей. Однако воздушный бой — это не только техника и опыт; тактическое противостояние часто становилось решающим фактором.
Поразмыслив, Ляо Юн решил сменить подход и взглянуть на ситуацию глазами Натальи.
Это не составило труда: он и сам был совсем недавно окончил академию, так что их положение было почти идентичным. Понимая себя, он чувствовал: даже если Наталья — девушка, её положение ненамного лучше его собственного месяц назад.
В этом заключалась общая беда всех пилотов истребителей, только что выпустившихся из летных школ: техника могла быть безупречной, но характер — нет. Импульсивность, вспыльчивость, самоуверенность... Талант Ляо Юна нельзя было назвать низким, но избавиться от этих трех пороков ему всё ещё было трудно.
Поставив себя на её место, Ляо Юн решил применить тактику Дэнъэня, чтобы прощупать почву.
— Говорит Занавеска-8. Вызываю Сокола. Я в зоне имитации воздушного боя, жду Мстителя-8.
— Не жди, я тоже на месте, — голос Натальи отозвался почти мгновенно.
— Принято. Начинаю моделирование боевой обстановки. Радиус боя — 350 километров, минимальная высота — 3500 метров, время боя — полчаса. Режим — симметричная имитация, тип боеприпасов — ракеты ближнего боя, боезапас — полный. Готово. Занавеска-8, курс 000, дистанция 225 километров. Мститель-8, курс 180, дистанция 305 километров.
— Принято.
— Принято.
Два истребителя, следуя командам Сокола, разошлись в стороны и быстро заняли указанные позиции.
— Позиции заняты. Начинаю обратный отсчёт: три... два... один... Начали!
Как только прозвучала команда, ИД-метки противников на ИЛС обоих пилотов мгновенно сменились на жёлтый цвет, обозначающий цель.
— Не вздумай потом винить технику в проигрыше! — Наталья, едва увидев смену меток, без лишних слов врубила форсаж. Рёв двигателя заполнил небо, и скорость самолета начала стремительно расти.
— Это мои слова! — не остался в долгу и Ляо Юн. Что, соревноваться в тяге? С твоим одним двигателем тебе не переплюнуть мой двухдвигательный!
Из сопел «Молниеносного сокола» вырвались ослепительные маха-кольца, а стреловидность крыльев достигла предела. Словно средневековые рыцари, два истребителя на полном ходу пошли друг на друга.
Как только системы оптико-электронного обнаружения захватили цель, Ляо Юн открыл огонь первым. Он до упора нажал на гашетки двух лазерных авиационных пушек. Две ослепительные светло-фиолетовые трассы прорезали воздух и с треском ударились о энергетический щит «Люсина». В глазах Натальи мир заполнили пульсирующие круги — след от попаданий лазерных лучей.
Эффективность радара «Молниеносного сокола» при столкновении с системой активной маскировки «Люсина» составляла всего 90%, зато для работы лазерных пушек хватало оптико-электронных систем и радаров обнаружения. В данных условиях дальность стрельбы лазерных пушек была значительно выше, чем дистанция захвата у радара Ляо Юна.
Разумеется, даже при большей дальности Ляо Юн не рассчитывал сбить Наталью лазерами. На самом деле, с тех пор как на «Молниеносные соколы» стали устанавливать энергетические щиты, лазерные пушки представляли угрозу лишь в хвосте, когда возмущения от реактивной струи могли помешать щиту. Здесь же они служили скорее для психологического давления. Ему нужно было лишь использовать вспышки от попаданий в щит, чтобы сбить Наталью с толку при выборе момента для пуска.
В небе действовало правило: «чем длиннее, тем сильнее». Система активной маскировки и радар «Люсина» превосходили «Молниеносный сокол», а значит, Ляо Юн уступал Натали в дистанции захвата минимум на 30%. Чтобы победить, у него было два пути:
— Либо заставить Наталью ошибиться, либо помешать ей вовремя использовать окно для пуска.
Ляо Юн выбрал второй вариант — этот приём всегда срабатывал в академии. Все новички, включая его самого, обожали захват по визуальному сопровождению, а обстрел щита из лазерных пушек серьезно мешал эффективности таких систем. Сам создатель этой тактики, Ляо Юн, едва не погорел на ней, так что Наталье и подавно не поздоровится.
Самолеты с воем сближались. Ляо Юн первым вошёл в зону поражения Натальи.
Заметив, что предупреждение об облучении не сработало, он понял: тактика работает. Он продолжал сканирование. Расстояние между ними сократилось с десятка километров до менее чем десяти. Как только раздался сигнал захвата, Ляо Юн мгновенно прекратил сканирование и выпустил одну ракету ближнего боя.
В ту же секунду в кабине взвыла сирена. Ляо Юн тут же отстрелил ловушки и начал выполнять «Маневр три-девять» для уклонения.
Несмотря на маневр, он не терял Наталью из виду. К счастью, дистанция позволяла системе захвата удерживать её в поле зрения. Увидев её силуэт в маленьком окошке в левом верхнем углу панорамного дисплея, Ляо Юн облегчённо выдохнул.
Наталья тоже выполняла «Маневр три-девять» — всё именно так, как он и ожидал. Теперь Ляо Юну нужно было придумать, как вырваться из её захвата после этой первой стычки.
«Молниеносный сокол» был двухдвигательным, тяжелым и обладал большей удельной нагрузкой на крыло. Это означало, что при схожих скоростях способность «сокола» к резкому изменению курса была гораздо хуже, чем у «Люсина».
Слабая маневренность означала, что Наталья могла быстрее развернуть нос самолета, а значит — легче зайти в хвост или захватить цель раньше него.
Ляо Юн покосился на экран: Наталья и впрямь уже почти разворачивалась. Но была одна деталь:
— Перегрузка при развороте у Натальи — максимум 8G. Это же чертовски медленно!
Несмотря на все расчеты, Ляо Юн не мог позволить упустить такой шанс. Будь он на «Люсине» с его великолепной маневренностью, он бы уже три-четыре раза подряд заложил вираж за 10G, вцепившись в противника мертвой хваткой. А эта «вялая» траектория Натальи... Она всерьез надеется зайти ему в хвост?
Мечтай больше!
Действуя на инстинктах, Ляо Юн резко потянул ручку на себя и одновременно нажал на педаль, используя рули для резкого разворота. Он начал жадно хватать воздух. Когда взвыл сигнал о перегрузке свыше 15G, Ляо Юн уже сам зашел Наталье в хвост.
«Этот парень свихнулся? Он что, жить надоело?» — Наталья не ожидала встретить безумца. Но времени на удивление не было. В воздушном бою, если противник начинает соревноваться в перегрузках на дистанции ближнего боя, ты должен быть готов ответить тем же, иначе трупом станешь ты.
Наталья прекрасно это понимала, поэтому, не раздумывая, тоже пошла на экстремальный маневр, пытаясь уклониться и одновременно перехватить инициативу.
Они оба знали это чувство. В академии, когда тактика переставала работать, начиналась битва тел. Если ты можешь держать 10G десять секунд, а я — двенадцать, победителем выйдешь я. А если нет — ты.
На дворе был не двадцать первый век: если только перегрузка не вызывала кислородное голодание и смерть мозга или если отрицательная перегрузка не приводила к кровоизлиянию, Регенерационная медицинская капсула легко вернет тебя к жизни. Дэнъэнь и учил Ляо Юна не злоупотреблять перегрузками, но он не запрещал ему биться на износ, когда дело доходит до выживания.
— Гх... — Ляо Юн стиснул зубы, все мышцы его тела одеревенели, пытаясь удержать кровь в мозгу.
— А-а... — Натальи было куда хуже: её глаза едва не вылезли из орбит. В академии ей никогда не приходилось доводить маневры до такого предела.
Это был уже шестой подряд резкий разворот с перегрузкой более 15G, но ни один из них не мог окончательно закрепиться в хвосте другого.
На этом этапе техника перестала иметь значение. Решающую роль играла работа сердца и легких. Ляо Юн явно был в лучшей форме: у Натальи уже начали темнеть в глазах, в то время как у него обзор оставался ясным. А это означало, что погоня подходит к концу.
В итоге Наталья не выдержала первой. Ляо Юн, не теряя ни секунды, заложил седьмой экстремальный вираж. На этот раз он намертво занял позицию в её хвосте. Наталья понимала, что шансов почти нет, но сил на маневр уклонения у неё не осталось.
«Раз не могу развернуться, попробую ускориться!» — она врубила форсаж, пытаяясь оторваться, но «Молниеносный сокол» был двухдвигательным, и в тяге ему не было равных.
«Люсин» был всего на 15% легче, но «сокол» — это, черт возьми, два двигателя! Суммарная тяга двух моторов составляла 180% от тяги «Люсина». Пытаться соревноваться с ним в тяге на «Люсине» было чистым самоубийством.
Для Ляо Юна эта фаза стала легкой прогулкой. Заняв позицию в хвосте и прибавив газу, он сначала прижал Наталью огнем из пушек, вынуждая её маневрировать, а затем, как только она вошла в зону неизбежного поражения, рассчитанную его компьютером, выпустил две ракеты.
Наталье оставалось только смириться и закрыть глаза.
http://tl.rulate.ru/book/184708/18291777
Готово:
