Пять минут спустя.
— Занавес-1, новичок вашей эскадрильи вошел в зону выполнения задачи. Прикрывайте его. Кроме того, противник, скорее всего, выслал крупный самолет управления воздушным движением. Если не собьете эту штуку, целую неделю спокойной жизни не видать!
Голос диспетчерской вышки зазвучал в ушах Дэнъэня. Он глянул на радар: позади их группы появился сигнал IFF с меткой Yong.L и быстро влился в строй.
— Молодец, парень, сам справился? У тебя есть позывной? — спросил Дэнъэнь.
— Докладываю, командир, в академии мой позывной был «Одиночка». Можете звать меня так. И, думаю, я не приму другой.
Этот ответ рассмешил всю эскадрилью «Занавес».
— Отлично, Одиночка, отныне ты — Занавес-8. Говорит AWACS, позывной «Молния». Враг вошел в зону боя. Эскадрилья «Занавес», приготовиться к бою!
— Занавес-1, принял. Перестраиваем строй. Занавес-2, иди в пару с седьмым. Новичок, ты будешь моим ведомым.
— Занавес-2, принял.
— Занавес-7, принял.
— Занавес-8, принял.
Три самолета быстро сменили положение, после чего вся эскадрилья разделилась на четыре пары и рванула навстречу наступающему врагу.
— Отрабатывали тактику парного боя в академии? — спросил Дэнъэнь, когда строй стабилизировался.
— Учились, — отозвался Ляо Юн.
— Хорошо. Тогда действуем по тактике «рыбалки». Я отвлеку врага, ты берешь на себя основной удар. Понял?
— Понял.
— Ладно.
Дэнъэнь отключил микрофон и потянул ручку управления на себя. Самолет ушел в вираж, отрываясь от группы и забирая высоту — он намеревался перехватить группу бомбардировщиков в небе. Ляо Юн же включил режим малозаметности и, резко дернув руль, начал закладывать вираж.
— Эскадрилья «Акула», внимание! Замечен вражеский самолет, предположительно, пытается приблизиться к группе бомбардировщиков, — скомандовал крупный самолет управления противника.
— Акула-1, принял. Пятый, седьмой, разберитесь с ним, — приказал командир «Акулы».
По его команде два однодвигательных истребителя VTC-15 «Слава» отделились от группы сопровождения и взяли курс перехвата. Дэнъэнь, заметив попытку перехвата, не стал сразу прекращать набор высоты, а еще немного прошел вверх, прежде чем уйти в защитный маневр.
Он делал это, чтобы дать Ляо Юну максимально широкое окно для атаки. Теперь оба вражеских самолета были вытянуты им на большую высоту — оставалось лишь надеяться, что Ляо Юн сумеет воспользоваться моментом.
Две огненные сферы взорвались по обе стороны от него. Самолет Ляо Юна пронесся сквозь всполохи взрывов и, закрепившись в примерно километре за спиной Дэнъэня, восстановил полет в паре.
— Красавчик, Одиночка! Продолжай набор, бомбардировщики противника на высоте шестнадцати тысяч метров, — наконец раздался голос «Молнии».
Дэнъэнь выждал немного, но заметил, что Ляо Юн не выказал ни восторга, ни возбуждения. Тот молча продолжал набирать высоту, и это пробудило любопытство командира.
— Командное чувство и слаженность у тебя на высоте. Почему же тогда «Одиночка»? Я думал, ты из тех пилотов, что привыкли работать в одиночку, — спросил Дэнъэнь, когда они достигли заданной отметки.
Ляо Юн действительно превзошел его ожидания. И в плане тактики, и в плане выдержки он совсем не походил на вчерашнего выпускника академии. Особенно его поразило ледяное спокойствие, которое в корне противоречило его позывному.
В Военной академии Федерации позывные имели значение. Когда Дэнъэнь учился, его звали «Ледяной», что подтверждало его хладнокровие среди сокурсников. И все же в первые два месяца службы он был на редкость безрассудным и на первых совместных учениях знатно получал нагоняй от ветеранов.
А позывной «Одиночка» не сулил ничего хорошего. В его выпуске тоже был парень с таким именем. Тот летал отлично, но был крайне безрассуден и совершенно не умел работать в команде. Если при посадке он умудрялся не мешать ведущему или ведомому, с которым взлетал, — это уже считалось чудом.
По сравнению со своими однокурсниками, Ляо Юн был просто образцовым мальчиком.
— Если командиру понадобится, чтобы я работал один, я справлюсь, — не ответил Ляо Юн прямо, а лишь сменил угол разговора.
— Ха-ха, в будущем у тебя будет полно возможностей для одиночных вылетов. А сейчас давай разберемся с бомбардировщиками. Не хочу опоздать к обеду.
С этими словами Дэнъэнь первым пошел на набор высоты, и Ляо Юн послушно последовал за ним.
— Я не видел этого знака. Командир, вы знаете этих людей? — спросил Ляо Юн, глядя на маркировку на хвосте бомбардировщиков.
— К сожалению, нет. Но какая разница? Они выпустили крылатые ракеты по базе, так что нам нужно просто сбить их всех, — ответил Дэнъэнь. Он включил радар облучения и одним махом выпустил четыре ракеты.
Ляо Юн не отставал: вслед за ним ушли еще четыре ракеты. Под ударом восьми ракет две из пяти вражеских бомбардировщиков были уничтожены. Оставшиеся три начали резко маневрировать, пытаясь уклониться.
— Проклятье! «Частер-2» и «Частер-3» сбиты! Эскадрилья «Акула», я плачу вам за сопровождение, а не за воздушный бой! Живо возвращайтесь на позиции прикрытия!
На борту крупного самолета управления раздался яростный крик, когда сигналы двух бомбардировщиков исчезли с экранов.
— «Акула» на связи. Третий, четвертый, бросайте этих федератов, живо возвращайтесь к шестому и восьмому. Этих двоих оставьте мне и Второму! — скомандовал командир «Акулы».
По его приказу четыре истребителя «Слава» резко набрали высоту, устремляясь к Ляо Юну и Дэнъэню, только что завершившим атаку.
— Прошу прощения, что прерываю, но вечеринка окончена. Четыре вражеских самолета приближаются к вам! — прозвучало сообщение от «Молнии».
— «Занавес-1» на связи. Одиночка, есть предложения? — спросил Дэнъэнь.
— «Молниеносный сокол» лишь немного уступает «Славе» в эффективности виражей, в остальном показатели примерно равны. Но в наборе высоты и ускорении наше преимущество заметнее. Им придется потратить много энергии, чтобы подняться на нашу высоту. За счет превосходства в энергии, думаю, я смогу удержать их в одиночку, — Ляо Юн выдал решение мгновенно, даже не задумываясь.
— Отличная идея. Тогда ты займись бомбардировщиками, а с этими я разберусь, — сказал Дэнъэнь.
Ляо Юн возразил:
— Не стоит, командир. У меня только ракеты ближнего боя, я буду менее эффективен против бомбардировщиков, чем вы с вашими ракетами большой дальности. Если я полечу наверх, я потрачу слишком много времени. Лучше я свяжу врагов боем, а вы быстрее закончите и спуститесь на помощь.
Дэнъэнь на мгновение лишился слов. Ляо Юн был прав, но поручать новичку столь опасную работу было не по себе.
— Командир, я пошел, — Ляо Юн, не дождавшись ответа, принял молчание за согласие и камнем бросился вниз.
— Ладно! Будь осторожен, главное — выжить! Вторым-седьмым: оставьте несколько человек, чтобы связать их, остальные — живо на подмогу! Не дайте новичку весь кураж забрать!
— Принял!
— Вас понял!
Завершив распоряжения, Дэнъэнь включил форсаж. Из сопла вырвались яркие маховые кольца, и его «Молниеносный сокол», подобно настоящему соколу, бросился на добычу.
Оторвавшись от группы, Ляо Юн вырвался из облаков, слегка снизил высоту и включил радар облучения.
В воздушном бою попытка сражаться меньшинством — глупость, но бросать вызов противнику, чья энергия значительно выше — еще большая глупость. Причина проста: чем выше энергия самолета, тем больше энергии у его ракет, что дает им большую дальность и обширную зону неминуемого поражения.
Из-за спешки со стороны штаба, четыре самолета «Акулы» тоже действовали суетливо. Они хотели поскорее набрать высоту, полагаясь на численное превосходство, и совершенно не ожидали встретить в небе хладнокровного убийцу.
Как только четыре вражеских самолета вошли в зону захвата радара, Ляо Юн мгновенно распределил по одной ракете для каждого.
— Ракетная атака! Уклоняйся! Уклоняйся! — пилот «Акулы-4» вскрикнул от ужаса, услышав сигнал тревоги, и резко дернул ручку на себя, уходя в маневр.
Из-за его резкого движения строй из четырех машин мгновенно превратился в хаос. Особенно пострадал «Акула-8», находившийся слева от четвертого: чтобы избежать попадания в его турбулентный след, пилоту пришлось заложить еще более крутой вираж.
Ляо Юн не упустил этого. Его четыре ракеты были выпущены именно для того, чтобы заставить противника маневрировать. Вражеские самолеты и так набирали высоту, теряя скорость, а резкие маневры уклонения лишили их последних остатков кинетической энергии. И хотя Дэнъэнь велел ему беречь себя, он не запрещал открывать огонь, если представится шанс.
Сейчас перед ним были две идеальные цели. Не сбить их — значило не быть Ляо Юном.
Он толкнул ручку управления, переводя самолет в пикирование. С падением высоты потенциальная энергия стремительно переходила в кинетическую. Когда система захвата выдала два резких предупреждения, а рамки захвата на панорамном дисплее сменили цвет с зеленого на красный, это означало, что «Акулы-4» и «Акулы-8» уже не смогут вырваться из зоны поражения ракет ближнего боя.
— Прощайте, — прошептал Ляо Юн в общий канал, прощаясь со своими будущими победами, и нажал на гашетку. Две ракеты сорвались с пилонов и устремились к целям.
Красная метка означала попадание в зону неминуемой гибели. Насколько долго они смогут продержаться, зависело лишь от скорости полета ракет. Однако, уничтожив этих двоих, Ляо Юн останется лишь с лазерной пушкой.
Противников все еще было двое, а оружие — одно. Разумнее всего было бы попытаться уйти. Но оставшиеся двое врагов, хоть и не маневрировали так резко, тоже не стояли на месте. К тому же, после пикирования Ляо Юн хоть и потерял преимущество в высоте, но за счет скорости стал быстрее их. Вступая в ближний бой на высокой скорости, он был уверен, что сможет удержаться в воздухе даже без ракет.
Но сейчас вопрос был не в уверенности.
В кабине Ляо Юна взвыла сирена захвата: оставшиеся два вражеских самолета, удерживаясь на пределе дальности, выпустили по две ракеты.
http://tl.rulate.ru/book/184708/17939206
Готово:
