— А теперь слово предоставляется герою войны в Северном секторе и обладателю медали «Герой человечества», подполковнику Ляо Юну!
Стоя перед камерами, Ляо Юн смотрел на текст своей речи, а мысли его уносились в тот самый день, когда он только окончил военную академию и прибыл на Авиабазу 404 на Межзвездном транспортном самолете двойного назначения AC175.
Он до сих пор помнил: в тот день дул необычайно сильный ветер, и с неба кружились снежинки.
──────────────────────────────
3 июня 2317 года. Когда белоснежный AC175 замер на взлетной полосе, шестидесятипятилетний начальник базы Алунь распахнул ворота. Прислушавшись к вою ветра, он прищурился и поспешно выскочил из здания, на ходу накидывая пальто.
На полосе стоял молодой человек, одетый лишь в стандартную весенне-осеннюю форму Федеральной армии.
Заметив Алуня, черноволосый юноша, несмотря на то что его ноги дрожали от холода, вытянулся во фрунт и отдал честь:
— Здравствуйте, командир! Я пилот Ляо Юн, прикомандированный к базе 404...
Алунь замер, быстро ответил на приветствие и, набросив пальто на плечи юноши, перебил его:
— Глупый мальчишка, неужели тебе никто не говорил, что зимы на планете Сократ могут сковать даже кости? На тебя же смотреть больно, живо за мной в ангар.
Только когда Алунь затащил его в помещение, он заметил на диване полковника и лейтенанта. Понимая статус офицеров, молодой человек тут же скинул пальто и потянулся к своему дорожному ящику, чтобы достать документы.
— Разве это не приказ о переводе? Такая бумажка — лишь формальность. Сначала выпей чего-нибудь горячего, прапорщик Ляо Юн, — Алунь подошел и снял пальто с парня, чтобы бросить его в сушилку, и тут же налил ему чашку горячего кофе.
— Благодарю, командир, — Ляо Юн принял чашку.
— Да ладно тебе, в этом «доме престарелых» под названием база 404 не нужно лишних церемоний. Я здесь начальник смены, зови меня просто старина Алунь. Если захочешь чего-нибудь особенного — говори, обещаю, как только приземлишься, всё будет на столе, — Алунь похлопал Ляо Юна по плечу.
Сделав пару глотков, Ляо Юн наконец почувствовал, что к нему возвращается жизнь.
— Господин, вот мой приказ, — он поставил чашку, открыл свой ящик и, достав документ, повернулся к офицерам на диване.
— Отдай мне, — полковник поднялся. Он взял бумаги, быстро пробежал глазами текст и вытащил из нагрудного кармана ручку, чтобы поставить подпись.
Передав приказ адъютанту, он посмотрел на Ляо Юна:
— Я командир базы 404, полковник Ноэль Линь. Добро пожаловать на авиабазу 404 планеты Сократ, прапорщик Ляо.
— Для меня это большая честь, — Ляо Юн уже стоял, отдав честь.
Ноэль ответил на салют, пожал ему руку и вышел.
Ляо Юн вернулся к кофейному столику, не зная, чем заняться.
— Прогноз говорит, что через полчаса снег стихнет, так что не спеши. Твой будущий командир вернется, и он объяснит, что к чему. Здесь база резерва, времени полно, не горит, — Алунь достал из сушилки теплое пальто и передал его Ляо Юну. — Вижу, зимнюю форму ты не взял. Пока поноси мою, позже отведу тебя за новой.
— Спасибо, — Ляо Юн принял одежду, его взгляд на мгновение потух.
— Ну же, парень, не надо вечно строить из себя мрачного воина. Пусть это и резервная база, условия здесь не хуже, чем на передовых постах или в частях прямого подчинения. Разве не хорошо? — Алунь уселся рядом с ним, согревая руки о чашку горячего чая.
Он служил сорок пять лет, и двадцать пять из них провел именно здесь. Каждый раз, когда Алунь вспоминал свое прибытие на 404-ю, по спине пробегал холодок.
Его перевели с тыловых позиций в самом начале последней межзвездной войны. Как планета, подвергшаяся нападению Империи Вальк одной из первых, Сократ стала ареной жесточайших боев. Борьба за господство в воздухе была настолько яростной, что всего за месяц после начала войны запасы пилотов на всей планете были истощены. Алунь помнил, как в ангарах самолеты взлетали чаще, чем садились; за год сменилось больше десяти экипажей. Сначала он скорбел, потом впал в отчаяние, а в итоге просто оцепенел.
Его сын был пилотом, но служил в Западном секторе, и за целый земной год они виделись лишь несколько раз. Поэтому Алунь относился к местным пилотам с особой заботой, словно к собственным детям. Именно поэтому за ним закрепилось прозвище «старина Алунь». А борьба за небо в той войне стала для него настоящим кошмаром.
Когда боевые действия на Сократе завершились, он отказался от повышения и перевода на передовую, предпочтя остаться на 404-й. Причина была проста: Алунь больше не мог каждый день видеть гибель товарищей.
И вот он остался здесь до сих пор.
— Старина Алунь, какие у нас обычно задачи? — сделав еще глоток кофе, Ляо Юн решил прояснить ситуацию.
— Обычно? Три воздушных патруля в день: в 01:00, 09:00 и 17:00. Если транспортники из тыла заходят на базу для дозаправки или остановки, обеспечиваем им сопровождение в воздушном пространстве. Вот и всё. Ты новенький, так что твои смены — в девять и в пять. Всё просто, — пояснил Алунь.
— А боевых вылетов не бывает?
— Мы в центре Северного сектора, а Сократ — аграрный мир. Парень, мирный договор подписан уже пятнадцать лет назад. Даже если и есть пираты, то они крутятся у баз в открытом космосе или у действующих флотов. Откуда здесь взяться боевым задачам? — Алунь усмехнулся.
— Понятно... — Ляо Юн опустил голову и уставился в окно на падающий снег.
Как и говорил Алунь, снег действительно редел, и через полчаса небо прояснилось. Завидев солнце, Алунь поднялся и подошел к панорамному окну ангара, где располагался пульт управления комплексной логистической системой. С помощью этого оборудования он в одиночку управлял множеством дронов, и всего за пять минут завершил расчистку всей взлетной полосы.
— Ладно, через десять-пятнадцать минут вернутся твои командиры, я их представлю, — Алунь вернулся к столу и с наслаждением потянулся.
Ляо Юн ничего не ответил, лишь механически кивнул.
— Ну не дуйся ты. Сейчас мирное время, просто делай свою работу. Лучше взлететь и благополучно вернуться, чем быть сбитым в небе, верно? — Алунь видел, что парень подавлен, и продолжал подбадривать его.
Спустя несколько минут на аэродром приземлились два XTA-117A в серебристо-серой окраске — истребители с позывным «Молниеносный сокол». Алунь поднялся, налил себе лимонного чая и чашку чая с морской солью, а затем подошел к рабочему месту, отдавая команды дронам загнать истребители в ангар для планового обслуживания.
— Ну и погода сегодня — дрянь! О, это тот новенький, который пришел на место Бобба, старик?
Двери ангара распахнулись, и вошли двое в летных комбинезонах. Ляо Юн тут же поставил чашку, вытянулся во фрунт и отдал честь. Алунь лишь пожал плечами, всем видом показывая: «Сам видишь, какой он».
— Здравствуйте! Я прапорщик Ляо Юн, выпускник 2303-го авиационного курса Академии Федеральной армии. Согласно распределению, прибыл для зачисления в ваше подразделение.
— Расслабься, прапорщик Ляо. Это не приграничная база. Я командир 1212-й летной эскадрильи [Занавес], Дэн Эн Халанд. Теперь мы одна семья. Пошли, я знал, что ты приедешь, так что в столовой специально заказали вкусный обед. После еды отведу тебя в ангар, — Дэн Эн Халанд положил шлем на стол.
— Хорошо...
Он не успел договорить: в небе вспыхнул ослепительный свет. Послышался гул — сработали щиты статической обороны базы. И тут же взвыла сирена противовоздушной обороны.
— Проклятье, тревога первого уровня! Повторяю, тревога первого уровня! Технической группе немедленно подготовить все истребители в ангаре! Всем пилотам базы — готовность к вылету! Повторяю: техникам — к машинам, пилотам — в кабины!
Голос диспетчера из динамиков в ангаре перекрыл всё.
— Твою мать, откуда здесь авианалет?! Чжун Сэнь, пошли! — Дэн Эн Халанд осушил напиток одним глотком, выругался и схватил шлем.
— Подождите, командир! Что мне делать?
— Твой борт в четвертом ангаре, но он «голый». Все системы в заводских настройках. Сейчас некогда возиться с параметрами, так что либо сам всё настраивай, либо сиди здесь и помогай старине Алуню, понял, прапорщик? — Дэн обернулся к Ляо Юну.
— Понял!
Ляо Юн отдал честь, схватил из ящика шлем и комбинезон, быстро переоделся и бросился к дверям, ведущим в ангары.
— Эй, парень, стой! — окликнул его Алунь.
— Старина?
— Береги себя! И помни: перед посадкой скажи мне, чего хочешь выпить!
— Не беспокойтесь! — Ляо Юн усмехнулся и выбежал прочь.
На базе было двадцать ангаров. Четвертый не был далеко. Пробежав несколько десятков метров, он ворвался внутрь. В огромном помещении, рассчитанном на четыре самолета, одиноко стоял новенький «Молниеносный сокол».
Чтобы не забыть надеть шлем, Ляо Юн сначала застегнул его, а затем достал из ящика с инструментами диагностический планшет.
Как и сказал Дэн, машина была «голой»: реактор холодного ядерного синтеза был выключен, топливо отсутствовало, а бортовые системы не были настроены. К счастью, Ляо Юн был отличником в академии и прошел суровую подготовку. Он знал, как максимально быстро ввести истребитель в боевую готовность.
Он подсоединил заправочный пистолет к порту, затем нажал на тумблер резервного питания, скрытый в стойке передней опоры шасси. Раздался щелчок, и подвижные элементы — вертикальный стабилизатор, горизонтальное оперение, закрылки и тривекторное сопло — синхронно дернулись.
Первый этап самодиагностики систем управления.
«Отлично, базовое состояние в норме».
Увидев на планшете зеленые отметки, Ляо Юн кивнул. Он нажал кнопку выпуска трапа, и перед кабиной развернулась складная лестница, после чего фонарь кабины плавно откинулся.
Ляо Юн отсоединил кабель планшета от интерфейса под крылом и, перепрыгнув через трап, запрыгнул в кабину.
«Запуск электромагнитной системы управления, реактор в критическом состоянии, двигатели системы VG в норме, режим радара — смешанное сканирование, режим захвата — визуальный захват плюс ручной огонь, система стелс в режиме ожидания, параметры кресла в норме, запуск театрального интерфейса... Старина Алунь, поможешь с ракетами? Мне нужен полный боекомплект ракет «воздух-воздух»!»
Завершив настройку систем в одиночку, Ляо Юн подключился к внутренней линии связи ангара и крикнул Алуню, который как раз заканчивал подготовку остальных семи машин.
— Уже лечу!
Тут же сервисные роботы в углу ангара пришли в движение. Двенадцать ракет по конвейеру переместились из боехранилища в кабину, где роботы захватами подхватили их и закрепили на подфюзеляжных узлах и законцовках крыльев.
Когда заправка и подвеска ракет были завершены, Ляо Юн показал Алуню большой палец, дважды махнул рукой, закрывая фонарь, и ворота ангара распахнулись. Он направил истребитель на полосу и подключился к оперативной частоте.
— ...Пять бомбардировщиков, и еще подозрительные... Стоп, «Занавес-1», у вас же в группе всего семь человек! Какого черта там, на рулежке, готовится к взлету?!
Голос диспетчера в его наушниках сорвался на крик. Уголки губ Ляо Юна приподнялись, и он произнес:
— Докладывает диспетчеру прапорщик Ляо Юн. Подготовка машины завершена. Запрашиваю разрешение на взлет!
http://tl.rulate.ru/book/184708/17914498
Готово:
