Шепот ночи следовал по пятам за двумя отрядами. Как только они выбрались из густого леса и увидели городские стены, ночь, словно по расписанию, опустилась на землю.
Дорога назад оказалась намного проще, чем ожидалось. Возможно, все местные гоблины собрались в пещере, где они были раньше…
По пути обратно они лишь издалека видели несколько прыгающих слизней.
Приближаясь к городским воротам, израненные отряды наконец смогли вздохнуть с облегчением.
К тому же, они как раз застали смену караула. Увидев жалкое зрелище, солдаты обеих смен бросились к ним.
— Это… капитан Батон? …с вами все в порядке… Быстрее! Найдите кого-нибудь, чтобы уведомить медицинский отдел и прислать целителя!
Однако, когда стражники перевели взгляд на пятерых Кэнта, их отношение явно стало холоднее.
Один из солдат даже начал жаловаться:
— С вами всегда одни проблемы. И как это вы вернулись целыми? Вы все время только и делали, что прятались!? Такое бремя для отряда нужно докладывать…
— Довольно…
Капитан Батон, который как раз отчитывался стражникам, больше не мог слушать. Его голос был хриплым от слабости.
Сделав паузу, и когда внимание окружающих сосредоточилось на нем, он продолжил:
— Команда «Новая Звезда» в этот раз сделала гораздо больше, чем мы. Мы попали в засаду, когда разделились… Если бы не их своевременная помощь… мы бы уже стали ужином для гоблинов…
Услышав это, солдаты вокруг больше ничего не сказали, но и не обращали внимания на Кэнта и его товарищей.
Даже когда Дашань передал им раненых, которых нес на спине, солдаты не удостоили команду главного героя даже взглядом.
Наконец, когда отчет капитана Батона был закончен…
Пятеро Кэнта, следуя за ветеранами, вошли в городские ворота.
— Тьфу! Слепые ублюдки! — проворчал Чэнь Мэн себе под нос, чувствуя, как наконец-то отпускает накопившееся напряжение.
Кэнт похлопал его по плечу и тихо сказал: — Побереги силы, бесполезно.
Услышав их разговор, капитан Батон остановился и обернулся к Кэнту и его товарищам.
В сумерках его лицо выглядело еще более измученным.
— Парень Кэнт, — голос Батона стал намного ниже, — спасибо тебе в этот раз. Эта жизнь, седьмой патрульный отряд в долгу перед вами.
Он сделал паузу, обводя взглядом измученных товарищей.
— Мы еще немного побудем здесь, посмотрим, сможем ли получить лечение от восстановительной магии, но, простите… боюсь, я не смогу добиться этого для вас.
Однако, что касается вознаграждения, я лично зайду на Склад снабжения завтра и получу все для вас. Кроме той части, что предназначалась старому курильщику, ее вместе с нашей частью доставят прямо на вашу базу.
И будьте уверены, вы получите все, что вам положено, я лично прослежу.
Кэнт молча слушал… Зная, что это все, что мог сделать этот молодой капитан отряда, он серьезно кивнул:
— Спасибо, капитан Батон. Тогда мы пойдем первыми в базу, чтобы отдохнуть.
— Мм.
Батон кивнул, словно хотел что-то сказать, но засомневался. В конце концов, он лишь тяжело вздохнул и сказал топористу и лучнику:
— Пойдемте, сначала пойдем и подождем, пока придет медицинский отдел.
Он снова посмотрел на Чжан Дашаня.
Чжан Дашань лишь молча кивнул.
Недалеко от них, когда топорист поддерживал без сознания копейщика, он тихо сказал что-то Батону. Голос был негромким, но Чжан Дашань, шедший последним, все же расслышал:
— Капитан, пособие для старого курильщика… и… что касается Сяо Яна… нужно как можно скорее передать. Погода становится холоднее… если не получится… заберите ее ко мне домой…
Лицо Батона потемнело, он тихо ответил: — Понял. Завтра, когда получим деньги, я лично съезжу.
Огромное тело Чжан Дашаня едва заметно дрогнуло.
Он инстинктивно сжал кулак, ничего не сказав, но кровь уже стекала из его отрубленного пальца.
Кэнт остро уловил эту незначительную реакцию Чжан Дашаня и поспешил узнать о его состоянии. Однако Чжан Дашань лишь улыбнулся и покачал головой.
Две команды, окутанные сумерками, разошлись на улицах.
С чувством тяжести и усталости.
Пятеро Кэнта, поддерживая друг друга, направились к знакомому входу на базу на Шлаковой улице, 17.
Толкнув деревянную дверь базы, Чэнь Мэн первым ворвался внутрь, бросил ржавый топор в угол и рухнул у холодного камина, словно из него вынули кости. – Я чертовски устал…
Линь Сяо, поддерживая Су Вэнь, осторожно усадила ее за стол, а сама опустилась рядом.
Чжан Дашань молча снял щит со спины, подошел к камину, взял черпак, зачерпнул большую порцию холодной воды, оставшейся от кипячения Кэнта, и залпом выпил. Холодная вода стекала по его подбородку, пропитывая часть одежды на груди.
Кэнт, прислонившись к двери, обессиленно медленно сполз на пол. Боль в спине и голове вызывала провалы в зрении.
Он с трудом собрал силы: — Линь Сяо… ты еще можешь двигаться? …достань… те травы, что я оставил дома… и… оставшиеся бинты…
Его голос становился все слабее.
— Кэнт! — Линь Сяо испуганно подбежала. — У тебя такой бледный вид!
— Со мной все в порядке… просто… немного истощен…
Кэнт махнул рукой, давая понять, чтобы она не волновалась,
— Сначала… сначала дай мне травы… раны у всех… нельзя затягивать… нужно сделать немного гемостатика.
Он с трудом попытался встать, но руки были слишком слабы и не слушались.
— Не двигайся!
Линь Сяо остановила его руку, ее голос был непререкаем:
— Сначала позаботься о себе… Ты все равно ничего не сможешь сделать с травами сейчас. Неизвестно, открыта ли еще травяная лавка… Я схожу!
Она быстро достала маленький кошелек Кэнта и посмотрела на Чэнь Мэна и Чжан Дашаня: — Чэнь Мэн! Брат Дашань! Вы тоже подождите меня! Су Вэнь, ты пока не двигайся, я скоро вернусь!
Не дожидаясь ответа от остальных, она поспешно вышла за дверь.
Кэнт мог только горько усмехнуться, беспокоясь, не встретит ли Линь Сяо неприятностей, отправившись ночью одна.
Однако, взглянув на своих развалившихся товарищей… он вздохнул.
В этот момент он мог только ей доверять.
Едва несколько человек немного пришли в себя, как Линь Сяо вернулась с большой сумкой.
По пути она бросила пустой кошелек Кэнту.
Кэнт открыл его и увидел, что внутри остались только две жалкие медные монеты.
— Быстрее, быстрее! Вы, ребята, покажите свои раны, я обработаю!
Услышав слова Линь Сяо, Чэнь Мэн, скалясь, сел, отстегнул порванную кожаную броню, обнажив неглубокую, но с разорванной кожей рану на плече: — Черт, это костяное копье того зеленого ублюдка задело, аа… Линь Сяо, поаккуратнее!
— Заслужил! Ты же геройствовал! С маленьким щитом бросался вперед быстрее, чем Дашань! — Линь Сяо, хоть и бранилась, действовала осторожно. Влажной от чистой воды тряпкой она аккуратно вытерла кровь и слизь вокруг раны, затем тщательно нанесла купленную лечебную мазь и перевязала чистым бинтом.
Чжан Дашань молча снял поврежденную верхнюю одежду, обнажив крепкое тело.
Правая рука сильно опухла, несколько ссадин от костяного копья кровоточили, но более заметным был темно-пурпурный синяк под левым плечом – след от лобового столкновения с гоблином.
Линь Сяо вздрогнула: — Брат Дашань, у тебя…
— Плоть разорвана, но кости целы, не страшно.
Голос Чжан Дашаня был низким. Он сам взял мазь и неуклюже начал наносить ее на раны.
Линь Сяо, увидев это, поспешила помочь ему обработать синяки и ссадины на спине, куда он сам не мог дотянуться.
Су Вэнь, обхватив посох, все еще выглядела бледной, но, казалось, ее дух восстановился.
Она посмотрела на бледное лицо Кэнта и тихо сказала: — Брат Кэнт… я… мне кажется, я чувствую, как немного восстанавливается магия… хоть и очень медленно… но, возможно… возможно, позже я смогу попробовать полечить всех?
Кэнт, прислонившись к двери, закрыл глаза и, тихо покачав головой, прошептал:
— Не стоит… Су Вэнь… хорошо отдохни… чрезмерное истощение ментальной силы нанесет тебе больший вред. Восстановись полностью, а потом уже думай.
Он схватил пучок полыни, лежавший рядом, и начал жевать его. Горькая жидкость принесла слабый теплый поток и ощущение стимуляции, немного прояснив его затуманенный мозг.
Обработав самые срочные внешние раны Чэнь Мэна и Чжан Дашаня, Линь Сяо наконец обратила внимание на Кэнта.
Она осторожно развязала пропитанный кровью бинт на его спине и, увидев ужасную рану, диагонально простиравшуюся от лопатки до бока, мгновенно покраснела, руки ее задрожали.
— Кэнт… у тебя… у тебя очень серьезная рана… — голос Линь Сяо дрожал от слез.
— Выглядит страшно… но, на самом деле… кости не повреждены…
Кэнт, вдыхая холодный воздух, старался, чтобы его голос звучал ровно.
— Очистить… нанести лекарство, туго перевязать… думаю, через несколько дней будет хорошо… аа… поаккуратнее…
Линь Сяо, прикусив губу, сдерживая слезы, осторожно промывала засохшие кровяные корки и грязь вокруг раны чистой водой. Ее движения были нежными, как будто она обращалась с хрупким фарфором.
Каждое прикосновение заставляло тело Кэнта напрягаться, холодный пот стекал по его лбу, но он крепко стиснул зубы и не издавал ни звука.
После очистки Линь Сяо толстым слоем нанесла оставшуюся мазь на рану, затем тщательно обмотала ее чистым бинтом.
Все это время в базе было необычайно тихо, лишь потрескивание дров в камине и редкие вздохи Кэнта нарушали тишину.
Чэнь Мэн, прислонившись к камину, смотрел на чудовищную рану на спине Кэнта и его бледное лицо. На этот раз он молчал, лишь взгляд его был сложным.
Чжан Дашань сидел в тени угла, опустив голову, молча протирал свой изрядно поцарапанный щит. Его пальцы скользили по глубоким следам от когтей и зазубренным краям деревянных щепок, пробивших щит. Движения его были медленными и тяжелыми, он, казалось, о чем-то размышлял.
Су Вэнь, обхватив посох, свернулась на стуле, с беспокойством глядя на Кэнта, и изо всех сил старалась сосредоточиться, ощущая медленно восстанавливающийся, подобный тонкому ручейку поток магии в своем теле.
Наконец, обработка раны была закончена. Кэнт, словно после еще более тяжелой битвы, был весь пропитан холодным потом и обессиленно прислонился к стене, даже поднять палец не было сил.
— Линь Сяо… спасибо… — его голос был слаб.
— Между нами нечего благодарить! — Линь Сяо вытерла пот со лба. Глядя на слабого Кэнта, она чувствовала боль и тревогу.
— Ты голоден? Испечь что-нибудь?На плите еще есть вяленое мясо и хлеб…
— Мм… потревожил тебя… Сегодня я уже не смогу, всем нужно на тебя рассчитывать… — Кэнт кивнул.
Линь Сяо тут же принялась за дело: подбросила в камин дров, поставила на огонь маленький чугунный котелок, растопила немного животного жира, бросила нарезанное кусочками вяленое мясо и раскрошенный твердый хлеб, обжарила и залила водой, поставив вариться.
Вскоре простая и грубоватая, но сытная ужин был подан каждому. Хоть и не такой вкусный, как у Кэнта, но для голодных и измученных, это было более чем достаточно.
Еда, казалось, рассеяла тяжелую атмосферу.
Чэнь Мэн съел свою порцию в несколько глотков, похлопал себя по животу и подошел к камину: — Линь Сяо, налей мне еще, чертовски чуть не стал обедом для этих зеленых ублюдков, надо хорошо подкрепиться!
— Так быстро съел? Ладно, я все остальное сварю, точно хватит… — небрежно ответила Линь Сяо, у которой во рту еще была еда.
— Хе-хе, знаю, знаю, сестренка Линь Сяо самая лучшая! — весело ответил Чэнь Мэн, но глаза его не отрывались от кипящей еды в котле.
Су Вэнь медленно пила оставшийся в миске бульон, чувствуя, как теплый поток скользит по горлу, разгоняя холод и головную боль.
Она посмотрела на бледный профиль Кэнта и тихо спросила: — Брат Кэнт, ты… тебе уже лучше?
Кэнт закрыл глаза, слегка приподняв уголки губ: — Гораздо лучше… пока не стоит беспокоиться.
Чжан Дашань ел молча, не торопливо, но очень сосредоточенно.
Он всегда ел без лишних звуков, лишь иногда останавливался, смотрел на дымящуюся в миске еду, взгляд его становился отсутствующим, он, казалось, о чем-то думал.
Наевшись и напившись, усталость, казалось, усилилась в десять раз. Чэнь Мэн удовлетворенно рыгнул, уперся руками в живот и рухнул на стул: — Ах… наелся… теперь снова могу в одиночку сразиться с десятью гоблинами!
— Хватит тебе, — Линь Сяо, убирая посуду, проворчала, — кто только что был как размякшая грязь? А теперь снова хвастаешься?
— Эй! Я просто скрывал свою силу! — Чэнь Мэн уперся шеей, возражая.
— Если бы не мои резкие удары, вы бы так легко… аа…
Он слишком резко дернулся и задел рану на плече, зашипев от боли.
Су Вэнь не могла сдержать смешка, но тут же поняла, что это неуместно, и быстро прикрыла рот.
Кэнт, глядя на перебранку товарищей, немного расслабился.
Пережив опасность, возможность сидеть вместе, есть и препираться – это была величайшая удача.
Его взгляд упал на молчаливого Чжан Дашаня.
— Дашань, — тихо позвал Кэнт, нарушая тишину вокруг Чжан Дашаня.
— Твой щит… сильно поврежден. Завтра… я постараюсь его починить, или… посмотрим, сможем ли найти лучший.
Чжан Дашань поднял голову, посмотрел на Кэнта, затем снова опустил взгляд на дубовый щит у его ног, покрытый шрамами.
Его грубая рука провела по глубоким следам от когтей и пробитым отверстиям на поверхности щита, помолчал несколько секунд.
— …Хорошо.
Чжан Дашань ответил, снова опустил голову, пальцы машинально гладили глубокую царапину по краю щита, словно он о чем-то размышлял.
Свет, падавший на его лицо, отражал сложные эмоции в глубине его глаз – усталость, боль, и, возможно… обдумывание чего-то еще.
— Кэнт, а нам?
Чэнь Мэн подошел, указывая на порванный «жестяной бак» – его кожаную броню.
— Мое сокровище тоже пострадало. И мой меч, лезвие затупилось! Завтра мне тоже новую экипировку? Я смотрю, у ветеранов вроде Батона неплохое снаряжение!
Линь Сяо, убрав посуду, тоже села, обхватив колени руками: — У моей тетивы, кажется, снова ослабла, и стрелы закончились… остались только всякий хлам, найденный в пещере.
Кэнт, слушая нужды товарищей, заставил свой уставший мозг снова заработать. Хотя последствия «ускорения мысли» все еще ощущались.
— Мм… завтра капитан Батон, должно быть, принесет немало вознаграждений…
Кэнт прикинул. Он посмотрел на всех, в его глазах появился блеск:
— Оружие тоже нужно будет заточить или заменить на более удобное… лук Линь Сяо нужно обслужить, стрелы пополнить, лучше всего купить побольше в запас на этот раз…
Су Вэнь пока не нужно менять оружие, но можно посмотреть, есть ли в пределах нашей досягаемости начальные магические предметы или зелья.
…Мы поможем Дашаню выбрать лучший щит, когда придет время, а также поищем подходящие наручи или что-то подобное…
Он сделал паузу, обвел взглядом уставшие лица всех, и наконец остановился на своем окровавленном кожаном доспехе:
— …Всем нам нужен более прочный и лучше подогнанный доспех. Завтра, получив деньги, мы обновим снаряжение! Нельзя каждый раз так унижаться!
— Отлично!
Чэнь Мэн взволнованно хлопнул себя по бедру, но тут же задел рану и зашипел от боли. — Аа… черт… я давно натерпелся от этой проклятой кожаной брони! Завтра обязательно достану хорошую!
Линь Сяо тоже улыбнулась с ожиданием: — Да! Я тоже хочу запастись стрелами.
Су Вэнь, обхватив посох, сильно кивнула, в ее глазах тоже мерцала надежда на будущее.
Чжан Дашань по-прежнему молчал.
Ночь сгущалась. Огонь в камине постепенно угасал, издавая слабое потрескивание.
Чэнь Мэн первым не выдержал, прислонившись к углу, бормотал что-то невнятное: — …новая броня… порубить десять… ху… Вскоре раздалось тихое храпение.
Линь Сяо тоже зевала, последующая уборка вытянула из нее последние силы.
Она с трудом поднялась: — Кэнт, Су Вэнь, вам тоже пора отдыхать… я приберусь…
Сказав это, она пошатываясь встала, чтобы отнести пустые миски к тазу с водой в углу.
— Оставь… завтра поговорим…
Голос Кэнта был полон усталости. — Все спать… набраться сил…
Линь Сяо посмотрела на бледное лицо Кэнта, затем на спящего Чэнь Мэна и Су Вэнь, которая клевала носом, свернувшись на стуле, и кивнула: — Ну… хорошо. Су Вэнь, не спи на стуле, мы переляжем.
Глядя на девушку, быстро уснувшую на куске ткани.
Кэнт не лег сразу. Он с трудом приподнял тяжелые веки и достал несколько инструментов из своей сумки.
Он взял короткий лук, который Линь Сяо оставила у его ног, и при слабом свете огня тщательно осмотрел повреждения.
Медленно он достал материалы и начал ремонтировать, начал крепко связывать, закреплять. Он делал это медленно, очень тщательно, каждое усилие вызывало боль в ране на спине, на лбу выступали мелкие капельки холодного пота, но он стискивал зубы и сосредоточенно продолжал работу.
В голове же непрерывно крутились разные мысли:
Хватит ли завтрашнего вознаграждения… для обновления снаряжения?
Стрелы Линь Сяо лучше заменить на сделанные из чистого железа…
Су Вэнь… восстановление ментальной энергии тоже требует времени… надеюсь, она полностью восстановится…
Чжан Дашань… его настроение какое-то не такое… стоит ли спросить…
Мысли путались, но усталость не давала ему покоя, волнами накатывая на сознание. Действия рук становились все медленнее.
Веки были тяжелыми, словно налитые свинцом. Свет перед глазами и узоры на деревянном луке начали расплываться, накладываясь друг на друга.
«Донг…» – легкий звук.
Рука Кэнта, державшая точильный камень, упала вниз, точильный камень упал на пол. Его голова начала клониться, и в конце концов он уткнулся головой в сумку с инструментами.
Грубое прикосновение принесло слабое ощущение пробуждения, но вскоре оно было поглощено еще более глубокой усталостью.
Он остался в этой неудобной позе, в руке все еще крепко сжималась половина кожаной веревки и маленький кусочек железа. Дыхание стало ровным и глубоким, он крепко уснул.
В базе наступила полная тишина, лишь изредка слышалось тихое потрескивание тлеющих углей в камине и дыхание разной степени тяжести.
http://tl.rulate.ru/book/183075/17778721
Готово:
