Национальная налоговая служба.
Ли Джонъун швырнул отчет на стол и закричал:
— Эй, менеджер Хан. Вы точно все проверили?
— Да. Проверка была тщательной.
— Тогда почему здесь все так чисто?
— Господин комиссар. Самджон... нет, Группа SJ изначально вела дела прозрачно. Я, честно говоря, даже не понимаю, почему против них начали налоговую проверку. Вы уверены, что донос действительно был?
— У-уверен.
— В любом случае, согласно моим данным, у Группы SJ нет серьезных проблем.
— И даже мелких зацепок?
— Комиссар. Если мы продолжим так давить на корпорацию, поднимется шум. Если Группа SJ начнет информационную войну, заявляя о несправедливости, другие конгломераты их поддержат и тоже начнут возмущаться. Как вы тогда собираетесь с этим справляться?
Ли Джонъун вздрогнул от слов Хан Хёксу, которые прозвучали как вопрос: «А не боишься ли ты, что и твоя голова может полететь?»
Если главы чеболей начнут единодушно выражать протест, даже такому влиятельному человеку, как комиссар Национальной налоговой службы, будет трудно сохранить свое кресло.
Для обычных людей или малого бизнеса он был фигурой устрашающей, но для крупных корпораций он оставался всего лишь могущественным чиновником.
— Проклятье.
— Комиссар. Вы ведь не по чьему-то наущению это делаете?
— Да как вы можете такое говорить, за кого вы меня принимаете?
— Если нет, то и ладно.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Я про председателя Кан Минхо. Он оказался крепким орешком. Я думал, что раз он младший брат бывшего председателя Кан Мингука, то будет на него похож, но он оказался совсем другим. У меня возникло предчувствие, что если мы совершим ошибку, ввязавшись с ним в борьбу, это обернется большими неприятностями.
— Да он всего лишь желторотый юнец. Весь мир знает, что до прошлого года он вел себя как последний разгильдяй.
— В любом случае, я не хочу переходить ему дорогу. И если вы снова решите проводить налоговую проверку в Группе SJ, я в этом участвовать не буду.
Увидев выражение лица Хан Хёксу, Ли Джонъун только тогда осознал, что ситуация принимает нешуточный оборот.
Хан Хёксу, который много лет занимался налоговыми проверками, прекрасно разбирался в людях. Поэтому его слова нельзя было игнорировать.
— Ты правда думаешь, что он может выкинуть что-то эдакое?
— Пожалуй, если мы снова полезем с проверкой, пытаясь придраться к мелочам... он пойдет на таран. Будьте осторожны.
Увидев взгляд Хан Хёксу, который словно говорил: «Твоих собственных грехов полно, так что поберегись», Ли Джонъун вспылил.
— Моя совесть чиста!
— В таком случае я пойду.
Хан Хёксу слегка поклонился и вышел.
Ли Джонъун еще долго сыпал ругательствами, а затем вытащил мобильный телефон и осторожно набрал номер.
— Депутат. Это я, Ли Джонъун.
— Как успехи?
— Все чисто.
— Чисто? Быть такого не может.
— Это правда. Группа SJ всегда управлялась добросовестно. Не зря же бывшего председателя Кан Мингука называли «образцовым учеником».
— Черт возьми.
— И вот еще что. Я думаю, на этом стоит остановиться.
— Что? Остановиться? Тогда копни под этого паршивца Кан Минхо.
Только тогда Ли Джонъун понял, что целью И Джунги была не Группа SJ, а лично Кан Минхо.
— Депутат. Если мы совершим ошибку с Кан Минхо и это вызовет коллективный протест корпораций, у нас будут большие проблемы.
— Боишься, что голова полетит?
От такого грубого выражения Ли Джунги Ли Джонъуна перекосило.
— В любом случае, больше я ничего сделать не могу.
— Трус.
Когда звонок завершился, Ли Джонъун в ярости швырнул мобильный телефон в стену.
— И что мне прикажете делать? Сам ведь прекрасно знает, как страшен председатель крупной корпорации, когда он затаил обиду. Проклятье.
Ли Джонъун достал сигарету и закурил. Другие завидовали его влиятельному положению, но в такие моменты он чувствовал себя жалко.
Потушив сигарету, он набрал номер Кан Минхо.
— Ой, господин председатель! Это я, Ли Джонъун.
— А, господин комиссар Национальной налоговой службы. Что случилось?
— Проведя нынешнюю налоговую проверку, я убедился, что Группа SJ — замечательная компания, активно сотрудничающая с государством. Поступил донос, и мне пришлось провести расследование, так что не держите на нас зла. Приношу извинения, если доставили неудобства.
— Что ж, это радует. Вы проделали большую работу. Как-нибудь пообедаем вместе.
— Ох, что вы, это будет лишним. Пресса сразу раздует слухи о коррупционных связях...
— Ну, тогда как-нибудь в другой раз. Дайте знать, если потребуется помощь.
Кан Минхо обменялся вежливыми словами и закончил разговор. Комиссар Национальной налоговой службы наверняка владеет ценной инсайдерской информацией о компаниях, что очень пригодится, когда наступит кризис МВФ и можно будет скупать предприятия за бесценок.
Раздался стук в дверь, и вошел глава секретариата О Тхэхун.
— Это то, что вы поручали в прошлый раз.
— Спасибо за труды.
Кан Минхо раскрыл отчет под названием «Нетскейп и интернет-бизнес в США».
— Кроме того, среди сотрудников компании нет тех специалистов, которых вы искали. Группа SJ в основном сосредоточена на тяжелой промышленности, а из-за того, что мы сильно просели в рейтинге деловых кругов, выдающиеся таланты к нам не спешат.
Кан Минхо в недоумении наклонил голову, но вскоре понимающе кивнул. Ведь это после удара МВФ найти работу станет трудно, а сейчас трудоустроиться было довольно легко.
— Если вы отправитесь в командировку в США, я буду вас сопровождать. Я не жил в Штатах, но проходил языковую стажировку и, думаю, смогу свободно общаться.
— Хорошо. Так и сделаем.
Кан Минхо улыбнулся и отпустил О Тхэхуна. Он спокойно начал изучать документы. Для него, знающего будущее, содержание отчета казалось весьма скудным, но его впечатлило, насколько детально был проанализирован материал.
«Нужно поскорее лететь в США».
Судя по данным, выход Нетскейп на биржу (IPO) был не за горами. Он тут же нажал кнопку интеркома.
— Слушаю, О Тхэхун.
— Забронируйте билеты до Сан-Франциско. Как можно скорее. И договоритесь о встрече с Нетскейп. Я намерен инвестировать.
— Слушаюсь, господин председатель.
Отключив интерком, Кан Минхо сразу вызвал Ли Чхольсона.
— Вызывали?
— Мне нужно слетать в США. Думаю, отправлюсь завтра или послезавтра, так что на время моего отсутствия оставляю компанию на вас.
— В США? По какому делу?..
— Хочу осмотреться и инвестировать в перспективные компании с передовыми технологиями. Уверен, что этот шаг станет фундаментом для роста Группы SJ.
— Не беспокойтесь и поезжайте.
Ли Чхольсон поклонился и вышел из кабинета председателя. Он позвал О Тхэхуна на крышу.
— Ты ведь в курсе?
— О чем именно?
— О том, что задумал председатель.
— Он едет в Кремниевую долину. Хочет найти там перспективные компании для инвестиций.
— Этот Нетс...
— Нетскейп.
— И что, это перспективно? Этот интернет такой медленный, а плата за него высокая. Как по мне, так никаких перспектив.
— Я тоже настроен скептически. Но председатель так решил, и мы должны следовать его воле.
— Парень, если решение ошибочное, ты должен давать дельные советы.
— Посмотрите на продажу спецстали. Честно говоря, он видит гораздо дальше нас. Если в этот раз он ошибется, тогда и будем советовать, а сейчас, кажется, не время.
— Ну, в тот раз я и сам был поражен.
Ли Чхольсон усмехнулся. Даже сейчас мысли о том, как ловко прошла сделка по продаже спецстали через конкуренцию между Группой Тэхён и Пхохан Стил, казались сном. Никто не мог предсказать, что компанию, три года приносившую убытки, удастся продать по такой высокой цене.
Как и заметил О Тхэхун, сейчас было самое время доверять Кан Минхо и следовать за ним.
— Он едет только ради Нетскейп?
— Нет. Компаний много. Он посетит несколько и тогда примет решение. Думаю, это займет около месяца. Если, к примеру, инвестировать в пять компаний и хотя бы одна успешно выйдет на биржу, это покроет все расходы. Я не думаю, что инвестиции председателя — это чистый принцип «высокий риск — высокая доходность». К тому же Нетскейп готовится к выходу на биржу, и в США у них неплохая репутация.
— Надо же. Не думал, что этот медлительный интернет будет так цениться.
Ли Чхольсон покачал головой, явно не понимая сути.
— Кстати, а что с налоговой проверкой?
— Да ничего. Национальная налоговая служба ушла ни с чем. Другие группы вовсю занимаются фальсификацией финансовой отчетности, скрывая триллионы, а у нас-то все честно. Наверняка какой-то мерзавец отправил донос.
— Это радует. Значит, в США можно лететь со спокойной душой.
— Присматривай там за ним.
— А вы присматривайте за компанией.
Ли Чхольсон улыбнулся, затушил сигарету и спустился в офис.
На следующий день Кан Минхо отправился в аэропорт Кимпхо, чтобы сесть на рейс в США.
Сан-Франциско.
Когда они прибыли, уже стемнело. Стоило выйти из аэропорта, как их окутал характерный влажный воздух. О Тхэхун проводил Кан Минхо до забронированного отеля.
— Встреча с представителями Нетскейп назначена на послезавтра, на десять утра.
— С кем именно?
— Генеральный директор — Андрессен, он разработчик. Бухгалтерией и финансами Нетскейп занимается Джеймс, переговоры будем вести с ним. По моим сведениям, он очень опытный переговорщик. Будьте осторожны.
— Это меня успокаивает.
— Простите? Что вы имеете в виду?
— С дилетантом за столом переговоров хлопот куда больше. С опытным человеком проще найти общий язык. По крайней мере, он понимает ценность инвестиций, так что мы будем обсуждать не просто «брать или не брать деньги», а то, что принесет выгоду компании. Это будут жаркие переговоры.
В Кан Минхо проснулся азарт. Предстояла серьезная борьба за интересы сторон. Сама мысль об этом пробуждала в нем жажду победы.
— Вот материалы. Пожалуйста, ознакомьтесь.
— Спасибо.
Кан Минхо с улыбкой погрузился в чтение. Глядя на то, с какой пугающей сосредоточенностью он работает, О Тхэхун невольно задался вопросом: неужели этот человек когда-то действительно был непутевым сумасбродом?
Два дня спустя Кан Минхо вместе с О Тхэхуном направились в офис Нетскейп.
— Я сам могу говорить по-английски, так что вы, начальник О, просто слушайте и, если я где-то ошибусь, подсказывайте.
— О, я и не знал.
— Я не носитель языка, но моего уровня вполне достаточно для свободного общения.
О Тхэхун не переставал удивляться своему руководителю. Он прекрасно знал, что свободное владение иностранным языком — задача далеко не из легких.
Нетскейп.
Поскольку компания еще не вышла на биржу, офис был небольшим. Кан Минхо твердо решил, что обязан заполучить долю акций.
— Рад встрече. Я Джеймс.
— Кан Минхо.
Кан Минхо на беглом английском поприветствовал Джеймса и пожал ему руку.
— У вас британский акцент.
После слов Джеймса Кан Минхо вспомнил о тех трех годах, что проработал в Лондоне в своей прошлой жизни.
— Британский английский отлично подходит для передачи сути.
— Да какая разница, какой акцент? Присаживайтесь.
Как только Кан Минхо сел, Джеймс сразу перешел к делу.
— Вы заинтересованы в инвестициях?
— Именно так. Насколько мне известно, компания Kleiner Perkins уже инвестировала в вас 5 миллионов долларов.
— Ха-ха-ха. А вы хорошо осведомлены. Все верно.
— И какую долю акций вы передали им взамен?
— Двадцать процентов.
Джеймс ответил честно.
— Понятно. Мы бы хотели инвестировать около 10 миллионов долларов.
— Впечатляющая сумма. Это будет отличный выбор.
— В таком случае, какую долю вы нам предложите?
— Мы дадим вам десять процентов.
— Это как-то несправедливо.
— Вовсе нет. Цена любого актива меняется со временем. Когда инвестировали Kleiner Perkins, компания была на самом раннем этапе, и они шли на огромный риск. Сейчас же риски значительно снизились. Как же можно предлагать одинаковые условия?
Слова Джеймса звучали логично. Кан Минхо пытался найти контраргумент, но ничего подходящего сразу не приходило в голову.
— Вы боитесь, что мы начнем вмешиваться в ваше право управления?
Джеймс заметно вздрогнул.
— Не буду отрицать. Честно говоря, передать десять процентов даже для нас в Нетскейп — серьезное решение. Нам нужны инвестиции, но мы не хотим отдавать право управления компанией.
Кан Минхо увидел в переговорах просвет. Джеймс из опасения за право управления просто заломил несусветную цену.
http://tl.rulate.ru/book/182921/17352280
Готово:
