На стрельбище.
Сегодня день боевой стрельбы.
Вдалеке несколько фигур с биноклями — незваные гости, командиры разных батальонов и рот.
Они назвали это «инспекцией», но на самом деле их цель была ясна — посмотреть на Ян Цзюня.
Гао Чэн стоял неподалеку, прекрасно понимая все, но на лице его играла безмятежная улыбка «делайте что хотите».
Среди новобранцев были те, кто сжимал кулаки в предвкушении, и те, кто дрожал от напряжения.
Чэн Цай относился к первым.
Он сжал кулак и, понизив голос, сказал стоявшему рядом Бай Тецзюню: — Сегодня я должен выбить пятьдесят очков!
Он смирился с тем, что его обошли в физподготовке и рукопашном бою.
Но стрельба — это то, что он любил с детства, считая себя одаренным.
Это был его единственный шанс реабилитироваться!
А Сюй Саньдуо был типичным представителем вторых.
Он обнимал винтовку, ладони были покрыты потом, и казалось, что ледяной ствол оружия вот-вот растает от его тепла.
Он посмотрел на Ян Цзюня рядом с собой, потом на себя, и в сердце закралась тревога.
Ничего не получается, а стрельба… неужели он сможет?
У Люи подошел и похлопал по плечам каждого из новобранцев третьего отделения, остановившись возле Сюй Саньдуо.
— Не волнуйся, просто как обычная тренировка. Помни основные правила: три точки на одной линии, ровное дыхание, не дергай спусковой крючок.
Его голос был негромким, но в нем чувствовалась успокаивающая сила.
Специалист по вооружению начал раздавать патроны.
Золотистые пули, по пять на каждого.
В момент, когда новобранцы получили патроны, их дыхание стало более учащенным.
Это было настоящее оружие!
Командир стоял на возвышении и громко объявил: — Первое отделение, вперед! Занять огневые позиции!
Десять новобранцев по команде выступили вперед, двигаясь слегка скованно к линии огня.
— Зарядить лежа!
Раздался шум суеты.
Один из новобранцев, слишком нервничая, дрогнул пальцем и преждевременно снял предохранитель!
Щелчок прозвучал на удивление резко в тишине стрельбища.
Лицо стоявшего рядом инструктора по безопасности изменилось, он бросился вперед и, понизив голос, рявкнул: — Кто разрешил снимать предохранитель! Убери его!
Новобранец вздрогнул от испуга, поспешно вернул предохранитель на место, его лицо покраснело.
Командир на возвышении нахмурился, но ничего не сказал.
— Прицелиться!
Новобранцы изо всех сил старались совместить мушку, целик и центр мишени.
Но чем больше они пытались прицелиться, тем сильнее дрожали их руки, тем более неровным становилось дыхание.
— Огонь!
— Бах! Бах-бах! Бах…
Раздались выстрелы, беспорядочные.
Запах пороха распространился по воздуху.
Вскоре через громкоговоритель раздался голос оператора стрельбища.
— Мишень номер один, промах!
— Мишень номер два, промах!
— Мишень номер три, один выстрел, три очка!
…
Из десяти человек, по пять патронов у каждого, на мишени попали всего три раза, суммарно набрав меньше десяти очков.
Этот результат был просто ужасен.
Лицо Гао Чэна мгновенно потемнело.
Он почувствовал, как взгляды нескольких командиров с расстояния несли в себе едва уловимый насмешливый оттенок.
Позор!
Это был полный позор!
Следующее отделение, второе, показало результат немного лучше, чем первое, но тоже ненамного.
Раздался голос оператора стрельбища: — Мишень номер семь, шесть выстрелов, тридцать очков!
— Мишень номер восемь, четыре выстрела, двадцать очков!
Новобранец у мишени номер семь опешил: — Докладываю! У меня всего пять патронов!
Новобранец у мишени номер восемь тоже заволновался: — Докладываю! У меня на один патрон меньше!
Вся площадка мгновенно затихла, а затем раздался сдавленный смешок.
И так было понятно, что новобранец у мишени номер восемь слишком нервничал и попал на соседнюю мишень.
Неожиданные происшествия сделали атмосферу на стрельбище несколько комичной.
Лицо Гао Чэна стало черным, как будто из него могло потечь масло.
Наконец, настала очередь отделения, где находился Ян Цзюнь.
Несколько командиров издалека опустили бинокли и подошли к Гао Чэну.
Командир третьего взвода, криво усмехаясь, произнес: — Гао Чэн, твои новобранцы… база хорошая, только психологически не очень устойчивы.
Командир пятого взвода перевел тему на Ян Цзюня:
— Я слышал, твой «Сильный Волк» окончил Университет Цзин? Ого, с таким образованием быть рядовым, жаль, очень жаль.
Командир второго взвода был прямолинейным и спросил напрямую:
— Старина Гао, честно говоря, тот парень действительно такой, как говорят слухи? Я не верю.
Гао Чэн взглянул на него и медленно произнес фразу, которая не могла не шокировать.
— Он тренировался сам полгода перед поступлением на службу.
Что?!
Все командиры опешили.
Командир второго взвода не мог поверить своим ушам: — Полгода? Старина Гао, ты шутишь?
— Мы тренировались пять лет, и наш уровень рукопашного боя примерно такой же, а он, новобранец, тренировался полгода?
Гао Чэн смотрел на их шокированные лица, чувствуя внутреннее удовлетворение, но внешне оставался невозмутимым.
— Этот парень обладает кое-какими семейными навыками, метод тренировок у него другой.
Он на ходу выдумал причину.
Командиры отнеслись с сомнением, но, глядя на Гао Чэна, они не думали, что он лжет.
Они могли только предположить, что Ян Цзюнь освоил какой-то особый, чрезвычайно эффективный метод тренировок.
Командир третьего взвода с восхищением сказал: — Физическая подготовка — зверская, рукопашный бой — зверский, но вот стрельба…
Все взгляды снова сосредоточились на направлении стрельбища.
Истинный талант проявится в деле.
Если стрельба Ян Цзюня окажется такой же выдающейся, как его физическая подготовка и рукопашный бой, то он станет настоящим универсальным бойцом.
Такой солдат, кто же его не захочет?
http://tl.rulate.ru/book/182127/17423849
Готово:
