В первый же день пребывания в Академии мне крупно повезло.
Да что там — я сорвал настоящий куш.
Причём я даже пальцем для этого не пошевелил.
Поскольку это был мой первый день, я планировал разобрать вещи и немного отдохнуть. Но удача сама свалилась мне в руки, словно спелая ягода.
Ситуация была ошеломляющей: на меня обрушилось невероятное везение. Условия были таковы, что я просто не мог не погрузиться в это с головой, отбросив все сомнения.
До такой степени эта девочка по имени Верока была поразительной.
Даже слова «поразительная» было недостаточно, чтобы описать её колоссальный потенциал. Впервые после Регрессии я ощутил нечто, столь сильно будоражащее мою Силу духов.
Конечно, были Мэттью и Депай. Но с ними всё обстояло иначе.
Потенциал Мэттью тоже воздействовал на меня, но в то время я ещё не обладал Силой духов в полной мере. А после поглощения Камня духов талант Мэттью уже начал расцветать с огромной скоростью.
С Депаем тоже трудно было сравнивать. Его потенциал по большей части уже раскрылся. И это естественно. Если бы у него, уже ставшего одним из лучших кузнецов континента, всё ещё оставался не огранённый талант, его нельзя было бы считать человеком. Разве что бог кузнечного дела потерял память и тренируется в мире людей.
Поэтому можно сказать, что я впервые столкнулся с таким невероятным, первородным потенциалом, от которого буквально теряешь дар речи.
«Как Мэттью, податься в торговлю? Нет, не подходит».
Глядя на Вероку и её возможности, я начал оценивать их применимость. Это была работа по определению направления, в котором должен развиваться её дар.
«Её близость к Мане до абсурда высока... Но она не рыцарь. Путь воина, требующий физической силы, этой девочке не подходит».
Сама она об этом не догадывалась, но Верока обладала поразительным сродством с Маной. Можно сказать, она была с ней на «ты». К тому же её интеллект выходил за рамки просто «блестящего». Скорость её мышления могла поспорить с выдающимися учёными, и это при том, что её ум ещё даже не начали толком развивать.
Что ж, ответ был очевиден.
Поразительная близость к Мане, позволяющая манипулировать ею по своему желанию, и исключительный интеллект, способный мгновенно анализировать явления и выдавать результат. Вывод напрашивался сам собой.
Путь, по которому должна была идти Верока, по сути, был определён.
«Хм... Для меня это направление несколько затруднительно. Будет непросто».
Однако реализовать этот путь было не так-то легко. Сложность становилась очевидной при сравнении с другими вариантами.
Если бы это был путь торговца или рыцаря, мне бы даже не пришлось раздумывать. Торговку я бы доверил Мэттью и Торговому дому Силкро, а рыцаря взял бы на себя. Даже если бы её талант лежал в области копья или лука, а не меча — неважно. В конечном счёте, любое боевое искусство сводится к одному и тому же. Хотя я сам ещё не достиг вершин мастерства, поставить базу новичку мне было вполне под силу.
Будь это путь учёного, ситуация бы тоже мало отличалась. Достаточно было научить её грамоте и снабжать книгами. К счастью, мы находились в Королевской академии, где литературы было в избытке. Под предлогом моих поручений Верока могла бы сама ходить в библиотеку и брать нужные тома.
Но путь, предначертанный Вероке, отличался от всего этого. У меня не было человека, которому я мог бы её доверить, я сам не мог её обучать, да и сама эта сфера была крайне закрытой. В эту область было непросто подступиться.
«На данный момент это единственный способ? Но это займёт время...»
Впрочем, это не значило, что выхода нет совсем. У меня в голове уже зрел примерный план. Пусть это и было сделано «на коленке», но если в полной мере использовать способности, полученные после поглощения Камня духов, можно было добиться определённого эффекта. Однако этот метод требовал времени. И немалого. Подготовка к его реализации была делом хлопотным.
— Эм, молодой господин...?
Видимо, я слишком долго пребывал в своих мыслях, заворожённо глядя на неё. Не выдержав моего пристального взгляда, Верока заговорила первой.
— А, извини. Я ненадолго задумался.
Я тут же взял себя в руки. Сейчас было не время для раздумий. Наступил момент закрепить успех.
— Кстати, Верока, ты ведь будешь моей личной горничной в течение ближайших трёх лет? Не случится ли так, что ты уйдёшь или тебя заменят на другую?
— Да, если не возникнет чрезвычайных обстоятельств, я буду прислуживать вам, молодой господин. Однако, если вы того пожелаете, вы можете заменить меня на другую горничную в любое время.
— Хорошо, мне это нравится. И не волнуйся. Даже если небо расколется надвое, я тебя не прогоню.
Всё. На этом можно считать, что Верока стала моим человеком.
Как я и сказал, возможность того, что я отпущу Вероку, была исключена. Даже если бы она сама умоляла меня отпустить её, это ничего бы не изменило. Я был готов сам вцепиться в неё мёртвой хваткой и просить её остаться.
Жалкое было бы зрелище, наверное.
Конечно, её назначение в эту комнату, возможно, и не зависело от её желания, но её уход отсюда зависел от него ещё меньше. Раз уж она ступила сюда, выхода уже не было.
— Тогда, Верока, надеюсь на твоё доброе отношение в будущем.
— Да, молодой господин, я приложу все усилия.
— Конечно, именно так и должно быть. Я тоже приложу все усилия. Давай хорошенько постараемся вместе.
— ...?
Уголки моих губ сами собой поползли вверх. Хотя я и ехал в Академию с определёнными целями, я не ожидал, что такая удача сама приплывёт ко мне в руки. В конце концов, у меня тоже была совесть. Но джекпот выпал в самом неожиданном месте и в самое неожиданное время. И когда дело дошло до такого невероятного везения, о совести можно было забыть. Сначала нужно было заглотить наживку.
Я не мог сдержать чувства глубокого удовлетворения, которое так и норовило прорваться наружу в виде улыбки.
— Мы ведь уже встречались?
Мой взгляд упал на человека, сидевшего в одиночестве в углу. Это был знакомый мне человек. Поэтому я без колебаний подошёл к нему.
— Позволите присесть рядом, молодой господин Сане?
— А, молодой господин Лайонел. Разумеется. Присаживайтесь.
Это был Сане Вальтеус. Второй сын семьи виконта Вальтеуса, бастард, презираемый своим старшим братом Лероем. Он уже сидел здесь, когда я пришёл на первое официальное мероприятие Академии.
— Прошу прощения за прошлый раз. Кажется, из-за меня вам пришлось выслушать немало неприятных слов.
— За что вам извиняться, молодой господин Лайонел? Это был лишь результат честного поединка. Более того, я, напротив, благодарен вам. Благодаря вашей заботе я впервые за долгое время почувствовал себя отомщённым.
В отличие от своего брата, Сане был рассудительным. В ходе последовавшего разговора он не забыл извиниться за то, что поместье Вальтеус первым проявило необоснованную враждебность.
— Мы ведь сверстники и однокурсники, может, будем общаться проще? Если не возражаешь, зови меня Лай.
— Хорошо, давай так и сделаем. Рад встрече, Лай.
Благодаря этому мы быстро перешли на «ты» и подружились. И чем дольше мы разговаривали, тем крепче становилась моя уверенность. Сане был выдающимся человеком. Это было видно даже по его нынешнему поведению.
Он был бастардом, которого в собственном поместье наверняка считали обузой, и прожил в такой обстановке целых восемнадцать лет. В таких условиях неизбежно формируется замкнутый и мрачный характер. Однако в нём это нисколько не проявлялось. Напротив, Сане вёл беседу уверенно и открыто. Хотя из-за своего положения он был вынужден держаться в тени, было очевидно: дай ему шанс, и он вцепится в него мёртвой хваткой. К тому же у меня были конкретные доказательства его достижений из прошлой жизни.
— Кстати, Лай, ты собираешься вступать в Студенческий совет?
Пока мы беседовали, Сане задал вопрос, который касался нашего сегодняшнего первого официального мероприятия. Мы с Сане сидели здесь не ради лекций. Мы пришли на некое подобие светской встречи.
На первый взгляд могло показаться странным, что светское собрание является первым официальным пунктом программы Академии. Однако, если вникнуть в детали, всё становилось понятным. Всё дело было в составе участников.
Хоть это и называлось «встречей для общения», лица здесь присутствовали весьма примечательные. Точнее, важными были не столько личности, сколько их происхождение. Каждый из них выставлял на первый план имя своей семьи, а не своё собственное.
Это было собрание для новоприбывших кадетов-аристократов. Причём не просто аристократов. Это была группа «настоящей» знати — выходцев из семей, владеющих территориями, тех, кто фактически финансировал Академию. Собрание привилегированного класса, считавшего себя истинными хозяевами заведения.
Разумеется, количество людей, имевших право присутствовать здесь, было крайне малым. Из семидесяти с лишним аристократов, поступивших в Академию в этом году, набралось всего восемь человек. И в это число входили я, второй сын из поместья Лайнхарт, и Сане, второй сын из семьи виконта Вальтеуса.
Сегодня на этой встрече должен был решиться один важный вопрос. А именно — вступление в Студенческий совет, о котором меня и спросил Сане.
Студенческий совет представлял собой объединение владетельных дворян и являлся одной из трёх властных структур, наряду с ректором и преподавательским составом. По сути, именно Студенческий совет управлял Академией. Поэтому кадеты из владетельных семей считали вступление в него своим неоспоримым правом и обязанностью. Для них это было столь же обязательно, как изучение основных предметов. С этой точки зрения вопрос Сане о том, собираюсь ли я туда вступать, звучал даже странно.
— Студенческий совет? Конечно... — я уже собирался ответить ему.
— Похоже, все в сборе. Тогда начнём.
Но мой ответ был прерван на полуслове. В комнату вошли новые лица, чьё появление ознаменовало официальное начало встречи.
— Рад вас видеть. Меня зовут Клиан Нароум, я старший сын семьи маркиза Нароум и занимаю пост вице-президента Студенческого совета.
Клиан Нароум. Ученик третьего курса Академии и, как он сам представился, старший сын маркиза. Семья маркиза Нароум была главой восточного региона Королевства и, подобно маркизу Баркосу на севере, отвечала за защиту восточных рубежей. Однако их реальная деятельность разительно отличалась от задач семьи Баркос. Все дело было в специфике востока.
Восток граничил с Империей Роман. Формально миссией семьи Нароум была защита Королевства от имперской угрозы. Однако никто не верил, что Королевство Шрауд осмелится пойти против Империи. Военное столкновение с ними было равносильно самоубийству. В результате военные задачи семьи маркиза отошли на второй план, а дипломатические и политические, напротив, возросли. К настоящему времени они превратились скорее в семью политиков, нежели военных.
— А это младший управляющий Студенческого совета и наследник графства Вайпер — Карсано Вайпер. Думаю, все вы наслышаны о доме Вайпер?
Человеком, вошедшим вместе с Клианом, был Карсано Вайпер, второкурсник Академии и управляющий в Студенческом совете. Как и сказал Клиан, семья графа Вайпера была весьма знаменита. Причиной была их специализация. Графство Вайпер обладало эксклюзивным правом на продажу артефактов, изготовленных в Магической башне. На этом праве они сколотили огромное состояние. И их влияние в центральных политических кругах было столь же велико, как и их богатство.
— Прежде всего, приветствую вас с поступлением. Именно вы являетесь истинными хозяевами Королевской академии Шрауда... Всегда несите груз ответственности и ведите кадетов за собой...
Пока Клиан произносил приветственную речь, а Карсано с высокомерным видом стоял рядом, я пристально наблюдал за ними. Неужели я был так впечатлён речью Клиана? Конечно нет. Я ещё не настолько погряз в светских условностях, чтобы умиляться пафосным речам, пропитанным чувством собственного превосходства.
Просто я не мог отвести от них глаз. Лица этих двоих были слишком тесно связаны со мной. Мысли об узах, объединявших нас, заставляли меня буравить их взглядом. Похоже, эти двое испытывали нечто подобное по отношению ко мне.
Закончив приветствия и наставления для молодых аристократов, они направились прямо к моему столу.
— Лайонел Райнхарт, — произнёс Клиан.
В его словах я почувствовал ту самую нить, которая связывала наши судьбы.
— Первый принц Кристофер желает видеть тебя в ближайшее время. Подготовься заранее.
Это была прочная нить. Нить злосчастной судьбы, которая не оборвалась даже после Регрессии, а, напротив, становилась всё отчетливее и крепче.
http://tl.rulate.ru/book/180421/16805721
Готово:
