Тхэ Гён схватил Марин за руку и помог ей подняться с пола. Она изо всех сил старалась не стонать, но всё тело так ныло, что звуки боли вырывались сами собой.
Рюн стоял, засунув руки в карманы брюк и не двигаясь, его лицо выражало крайнее недоумение.
Марин чувствовала то же самое. Она и сама хотела знать, почему она, человек, не смогла пройти сквозь Барьер дома.
— Что в последнее время происходит? Почему Барьер в таком беспорядке?
Тхэ Гён осторожно коснулся указательным пальцем двери особняка и тут же отдёрнул его с возгласом: «Ой!».
— Никакого беспорядка. Барьер идеален, — Рюн вышел наружу.
— Если он идеален, то почему Марин отбросило?
Рюн отодвинул в сторону преграждавшего ему путь Тхэ Гёна и подошёл к Марин. Он смерил её пристальным, пронзительным взглядом.
— Ты кто такая?
— Что?
— Ты была вампиром?
— Нет. Этого просто не может быть.
Она покачала головой. Что за нелепость?
Во-первых, она не была исконной жительницей Зеркального мира, а в Ином мире Марин была обычным человеком. Насколько ей было известно, на Земле не существовало никаких рас, кроме человеческой. А тут — вампир... Вероятность этого была нулевой.
— Если бы Марин была вампиром, мы с тобой давно бы это заметили. Особенно я — я же профи по части поиска вампиров. Говорю тебе, твой Барьер барахлит.
Тхэ Гён хихикнул, поддразнивая Рюна, но тот всё ещё был полон сомнений.
Тхэ Гён подтолкнул Марин в спину.
— Давай, Марин. Попробуй войти ещё раз. Если в этот раз пройдёшь, значит, Рюн, тебе придётся заново ставить Барьер.
— А если снова произойдёт то же самое?
— По мне, так это явная неисправность Барьера.
Марин не решалась снова заходить внутрь. Боль от предыдущего раза всё ещё отдавалась во всём теле, и при мысли о том, что она может повториться, ей казалось, что страдания уже начинаются.
Тхэ Гён подбадривающе похлопал колеблющуюся Марин по плечу, заверяя, что всё будет в порядке.
Сделав глубокий вдох, она медленно занесла ногу внутрь. Совсем чуть-чуть, только самый край — если заболит, она тут же выйдет. Однако, как и говорил Тхэ Гён, на этот раз никакой реакции не последовало.
Одна нога и больше половины тела уже были внутри, но всё было в порядке. Она плавно перешагнула порог и оказалась внутри.
— Вот видишь. Барьер просто не смог её распознать. Как это Соль Рюн докатился до того, что даже один Барьер нормально поставить не может?
Тхэ Гён продолжал насмехаться над Рюном. Марин занервничала, чувствуя, что Рюн вот-вот взорвётся, и надеялась, что Тхэ Гён замолчит.
Однако Рюн ни капли не заботился о словах Тхэ Гёна. Неужели в Барьере и правда была ошибка? До сих пор такого никогда не случалось. В первый раз не пропустил, а во второй — получилось. Но как ни крути, это действительно был сбой Барьера. Если бы Марин была вампиром или в ней текла хотя бы капля их крови, Рюн не мог бы этого не знать. Тхэ Гён тоже. С его врождённым чутьём Охотника на вампиров он бы точно не ошибся.
«Видно, я в последнее время ослаб».
Рюн пришёл к такому выводу, хотя какое-то смутное неприятное чувство всё же осталось.
Её комната казалась раз в десять больше той, что была в общежитии. В соответствии с размерами помещения здесь стояла огромная кровать, имелась гардеробная и просторная ванная комната. Была даже дамская комната, которой она вряд ли когда-либо воспользуется. В ванной, в отличие от общежития, стояла полноценная ванна, отчего Марин расплылась в широкой улыбке.
Наконец-то она будет жить в комнате одна. О, как долго она ждала этого момента! Она повалилась на кровать, раскинув руки и ноги, наслаждаясь моментом счастья.
Благодаря Барьеру Рюна, сюда не могли попасть посторонние, кроме нанятого персонала, поэтому по ночам ей не нужно было беспокоиться о чужих взглядах — достаточно было лишь не попадаться на глаза ему.
«Семейная жизнь началась. Теперь нам и правда придётся жить как супругам?»
Раздался стук в дверь.
— Вас просят спуститься к ужину.
По зову помощницы Марин переоделась в удобную одежду и спустилась на первый этаж.
Рюн сделал знак рукой, и помощница, заканчивавшая приготовления, вышла. Она села на место, которое, очевидно, предназначалось ей. Отпив воды из прозрачного стакана, она оглядела стол. При виде ужина, приготовленного на двоих, у неё потекли слюнки.
На столе были блестящие коричневые рёбрышки кальби.
Рюн положил мясо в тарелку Марин.
— Впредь завтракай и ужинай здесь.
Ему, как вампиру, не было нужды есть человеческую еду утром и вечером. Марин покачала головой, чувствуя, что он проявляет о ней заботу.
— Мне и в ресторане вкусно.
— Тебе неудобно?
— Нет, не то чтобы неудобно. Но... всё это стоит денег, к тому же вам, сонбэ, не обязательно есть.
— Почему ты беспокоишься о моих деньгах? Свои деньги я сам решу, куда тратить. К тому же, хоть я и могу не есть, мне всё же нужно понемногу принимать пищу.
На этот раз он щипцами положил ей в тарелку салат. Освежающий аромат заправки пробудил аппетит.
— Если тебе это не в тягость, ешь здесь. Если у тебя будут какие-то встречи, просто предупреждай заранее.
— Хорошо.
Марин не знала, что у Рюна на душе, но догадывалась, что совместные приёмы пищи входили в его понятие «семьи». Как только он взял палочки, она тоже потянулась к рёбрышкам и сказала:
— У меня вряд ли будут встречи, из-за которых придётся есть вне дома. Давайте всегда есть вместе, сонбэ.
Она была полна решимости сдержать обещание и стать ему настоящей семьёй. К тому же она находилась в Зеркальном мире всего четыре месяца, и у неё не было близких людей, а мысль о том, что когда-нибудь ей придётся уйти, отбивала всякое желание с кем-то сближаться. С недавних пор Хаюль, однокурсница, с которой они вместе работали в Пантеоне, постоянно крутилась рядом, и они были в довольно хороших отношениях, но не настолько, чтобы договариваться об отдельных встречах.
— Хорошо. В ближайшее время старайся по возможности оставаться дома. У тебя есть отдельный кабинет, так что, если нужно писать отчёты, делай это здесь. Там есть почти все необходимые книги по твоей специальности, так что занимайся лучше здесь, чем в библиотеке.
Марин кивнула с набитым ртом.
Дом, в котором есть даже библиотека... Она и в страшном сне не могла представить, что наступит день, когда она будет жить в таком месте, и не знала, радоваться этому или нет.
Ужин продолжался. В отличие от Рюна, который ел совсем помалу, Марин практически потеряла контроль и уплетала всё подряд. Еда в ресторане была вкусной, но здесь было во много раз лучше.
Когда она закончила есть, вошла помощница, приготовила чай и удалилась.
— У меня есть к тебе вопрос.
Сначала он сделал глоток чая.
— Вопрос?
— Я узнал, что ты перевелась.
— А, да.
Марин тоже знала об этом факте.
— Как ты это сделала?
— Простите?
Что ей ответить на вопрос о том, как она перевелась? Республика Корея в Зеркальном мире была точной копией той, где жила Марин, так что и система перевода должна быть такой же. Её мать наверняка не использовала никаких особых методов.
— Я сдала экзамен.
— Экзамен?
Его взгляд стал острым.
— Одного экзамена было бы недостаточно. У тебя есть опекун? Без опекуна перевод в Университет Хваран невозможен.
О чём это он? Трудно перевестись по результатам одного лишь экзамена, и есть ли у неё опекун... В горле пересохло. Она поспешно отпила чай. Она на мгновение задумалась, что ответить.
— Не этот ли опекун позаботился о том, чтобы тебя распределили в корпус A-a? Должно быть, он занимает довольно высокую должность.
«Да что не так с этим корпусом A-a?!» Марин, не понимая, что он имеет в виду, лишь внимательно следила за его реакцией. Её мозг работал на пределе. Очевидно, что Рюн сомневается в том, как Марин попала в Университет Хваран.
— А что с корпусом A-a?
— Ты не знала? Людей в корпус A-a не распределяют. Ты была единственным человеком, который там жил.
Для перевода нужен опекун, а ей, как человеку, нельзя было находиться в общежитии корпуса A-a. Что это? Неужели это тайна Ю Марин из этого Зеркального мира? Если так, она должна это выяснить. Но как? Ей нужно узнать правду, но она не может спросить об этом Рюна напрямую. Это было бы неловко. Она не могла просто выдумать несуществующего опекуна.
В таком случае...
Задумавшаяся Марин снова отпила чай. Точно. Она всё равно вышла за него замуж, собираясь использовать его в своих целях. Значит, можно использовать его и сейчас. Если она чего-то не знает, пусть он сам это выяснит. Раз он признал её своей семьёй, он наверняка захочет во всём разобраться.
Надеясь, что он возьмётся за поиски, Марин сказала:
— У меня нет опекуна.
— Нет?
— Да. Нет. Мне и самой интересно. Как я, не имея опекуна, смогла перевестись и почему меня распределили в корпус A-a.
— Странно.
Глядя на то, как Рюн ставит чашку на стол, Марин крепко сжала кулаки.
Это случилось, когда она выходила из Пантеона. Марин торопливо спускалась по лестнице, когда кто-то окликнул её по имени.
— Ю Марин! Марин!
К ней подбежала Хаюль в маске. Она проболела гриппом почти три недели, и они давно не виделись.
— Как твоя простуда?
— Да простуда — это мелочи. Я слышала, ты женился!
— А, это долгая история.
— Я когда в новостях увидела, просто в шоке была! Это же тройное комбо!
Для этого были причины: Марин, будучи парнем, женился на мужчине, и этим мужчиной был не кто иной, как Соль Рюн. Однако Хаюль больше интересовал сам факт свадьбы с Рюном, чем то, что Марин нравятся мужчины.
Спустив маску, Хаюль спросила с любопытством в глазах:
— Рюн-сонбэ хорошо к тебе относится?
— Ну... да.
— И как это? Мне так интересно, каков в отношениях человек, которого называют «Белым ужасом».
Марин неловко улыбнулась. Рюн действительно хорошо к ней относился, но она не знала, как это объяснить. Чтобы сменить тему, Марин спросила Хаюль:
— Ты совсем выздоровела?
— Да, мне лучше, но я всё ещё боюсь снимать маску. Ты тоже берегись гриппа.
Она сокрушённо покачала головой.
— Ты намучилась. Даже похудела.
— Откуда возьмётся вес, если аппетита совсем нет?
— Ешь побольше и поправляйся.
— Чувствую, аппетит снова пропадёт. У меня столько долгов по учёбе, что просто руки опускаются. Я принесла справку, и профессора сказали заменить пропуски отчётами, но я даже не знаю, за что хвататься. Хм-м. Так вот почему Рюн-сонбэ никогда не смотрел на девушек.
Только Марин удалось отвлечь Хаюль, как всё снова вернулось на круги своя. Чтобы избежать дальнейших расспросов, Марин сказала, что опаздывает на лекцию, и убежала.
В ближайшее время таких любопытных, как Хаюль, будет много. Когда она пришла на занятия после «медового месяца», взгляды, устремлённые на неё, были пугающими. Было много любопытства, но также хватало враждебности и презрения. Рюн, Тхэ Гён и Хаюль были людьми широких взглядов, но остальные мало чем отличались от жителей того мира, откуда она пришла. Никто не смел говорить гадости открыто, зная, что Марин — пара Рюна, но скрытая неприязнь и игнорирование ощущались.
Однако у неё были дела поважнее, поэтому она не обращала на это внимания.
Она успела к самому началу лекции и села на последний ряд. Ей повезло не опоздать. Профессор был крайне придирчивым и часто запирал дверь ровно в назначенное время, так что опоздавшие не могли попасть на занятие.
Только она разложила книги и тетради и перевела дух, как кто-то быстро вошёл и плюхнулся на соседнее место. Она невольно покосилась в сторону и, увидев севшего рядом парня, тут же отвернулась. Это был человек, с которым ей меньше всего хотелось разговаривать — Юн Джэ.
Что он здесь делает? Неужели он тоже записан на этот курс? Она никогда раньше не видела его здесь. Может, пришёл просто послушать?
Она сделала вид, что не замечает его, надеясь на взаимность, но он бесцеремонно ткнул её локтем.
— Марин-сонбэ.
Скрываться больше не было смысла, и она посмотрела на него.
— Не одолжите ручку? Я забыл ноутбук.
— А, ну хорошо.
Марин достала одну и протянула ему. Когда Юн Джэ брал ручку, его пальцы коснулись её руки. Нет, он крепко схватил её.
http://tl.rulate.ru/book/180121/16736320
Готово:
