После того как инцидент с моим похищением был исчерпан, прямая ветвь Бласко единогласно решила немедленно вернуться в Артем.
Столица Пхеллаим находилась под полным влиянием императорской семьи, поэтому никто не видел смысла задерживаться здесь дольше. К тому же, моя личность уже была раскрыта всему миру, так что, как только дела были закончены, лучше было поскорее вернуться в Артем.
«Все же в столице мне так много хотелось сделать».
Я с легкой грустью наблюдала за проплывающими за окном видами магического города. Карета, обладавшая невероятно мягким ходом, медленно покидала Пхеллаим.
Видимо, разочарование отразилось на моем лице. Арнин, которая сидела рядом и до этого момента разделяла со мной привычное молчание, тихо прошептала:
— Когда испытание закончится, давай приедем сюда снова. Я составлю тебе компанию.
— ...Вы ведь не шутите, сестренка?
— Ты что, совсем мне не веришь? Обещаю.
Арнин вытянула мизинец. Я тут же в ответ сцепила его своим. Почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд, я подняла голову и увидела Герцога. Он наблюдал за нами с Арнин с каким-то неопределенным выражением лица.
К слову, с самого утра в рядах Бласко царило странное молчание.
— А где брат Вернер?
— Какой он тебе брат.
Арнин так громко фыркнула, что я даже вздрогнула. Она решительно покачала головой.
— Не обращай внимания на этого мелочного упрямца. Пусть добирается сам, хоть верхом, хоть пешком.
М-да, опять поссорились. Я мельком осмотрела плечи, руки и талию Арнин. Не заметив ничего подозрительного, я сделала вывод, что в этот раз до поножовщины не дошло. Позже нужно будет подойти к Вернеру и разузнать, что случилось.
«По крайней мере, без Сибеля стало намного спокойнее».
Когда я вернулась в особняк, Сибеля Бласко уже отправили в некий «Тренировочный центр». Судя по тому, что о нем ничего не было слышно уже неделю, он серьезно впал в немилость у Герцога.
Карен тогда очень довольно смеялась, говоря, что сейчас он, вероятно, страдает и телом, и душой.
Проблема была лишь в том, что Маргарет тоже до сих пор не вышла из этого «центра»... Надеюсь, она-то там не пребывает в унынии?
«Она сказала, что скоро вернется в Артем, так что мы скоро увидимся».
Пока я пыталась себя этим утешить, карета миновала городские стены столицы. Я помахала рукой флагу Астроки, развевающемуся на дозорной башне.
Прощай, Пхеллаим. Не знаю, когда я вернусь сюда снова, но надеюсь, к тому времени ты станешь более безопасным местом.
Айкаль на моих коленях довольно заурчал.
Карета резво помчалась к ближайшей станции перемещения.
Голубое небо с пушистыми облаками, теплое солнце и ласковый воздух. Начало лета в Артеме, как и всегда, было ясным и погожим.
Маленький снежный барс, положив пушистые лапки на подоконник, завороженно смотрел на расстилающийся за окном пейзаж.
Ухоженный зеленеющий сад, величественные стены огромного особняка, грандиозная тренировочная площадка на востоке. Вдалеке виднелась серая башня размером с палец, а за ней простиралась залитая зноем степь. Все вокруг было в новинку. Удивительный, совершенно иной мир.
Айкалю было немного непривычно, и он принялся остервенело чесать подбородок обеими лапами.
Он никогда не мог вообразить, что в мире существует место больше, чем его орден. И никогда не думал, что бывают другие времена года, кроме зимы.
Белый орден располагался на полуострове Ирель, на самом севере континента. Перед ним лежала Земля Вечных Снегов, скованная льдом навечно, а позади — ледяное Северное море, кишащее магическими зверями.
Первое воспоминание Айкаля — пробуждение в тихом белом замке, отрезанном от людского мира.
— Предположительно, это полукровка божественного зверя Икласа. Мы считаем, что он обладает достаточными способностями, чтобы унаследовать Священный меч Хиллайя.
Орден был крайне суровым местом. Там не существовало иных цветов, кроме черного, белого и серого, и никогда ничего не менялось.
Идет ли снег или нет, ползут ли магические звери из Северного моря по скалам или нет — вот и все различия в том безмолвном пространстве. Там Айкаль прожил пятьдесят один год.
Однако Артем, где он оказался теперь, разительно отличался от ордена.
И дело было не только в пейзаже. Мирная земля, где нет ни одного магического зверя, мягкая постель, ежедневное разнообразие в еде и...
— Что делаешь, Аки? Ты дочитал книгу?
Первый в жизни друг.
Катиша внезапно высунула голову слева. Ее ярко-оранжевые волосы слегка пощекотали бок маленького снежного барса.
— Я же сказала, что ты должен дочитать «Детскую энциклопедию общих знаний» до конца дня.
Айкаль капризно вильнул хвостом.
«Нет, не хочу».
Поняв его жест, Катиша вскинула брови.
— Тебе нужно хоть немного узнать об этом мире, ты, человек... а, нет, не человек. Ты, зверюга!
Айкаль плюхнулся с подоконника.
Катиша с трудом подхватила его на руки и отнесла к учебному столику, обустроенному специально для него в углу спальни. А затем строго пригрозила:
— Я не позволю тебе жить таким невеждой, который ничего не знает. Учи основы!
Напор был нешуточный. Айкалю ничего не оставалось, кроме как вяло устроиться перед энциклопедией. Учеба, которую заставляла его делать Катиша, была ему совсем не по душе.
«Но это все равно лучше, чем тренировки...»
На самом деле, все в Артеме было несравнимо лучше, чем в ордене.
Только покинув орден окончательно, Айкаль осознал, насколько сильно он ненавидел то место, бывшее для него тюрьмой без решеток.
Первый план побега Айкаль составил еще десять лет назад.
Из всех однообразных, бесконечно текущих дней лишь тот один врезался в память.
Проснувшись в обычное время, он вдруг почувствовал невероятно сильное желание. Жажду немедленно покинуть этот белый замок.
И он вырвался. Тот первый побег, когда он безрассудно спрыгнул со стены, закончился всего через три часа, потому что он, не зная последствий, обнажил Хиллайю.
Особой причины уходить не было. Лишь мощное влечение, будто так и должно быть. Каждую ночь кто-то неведомый шептал ему на ухо:
«Как только проснешься, уходи из этого душного места».
«Исправь то, что пошло не так, Айкаль».
С тех пор Айкаль по привычке совершал побеги один или два раза в год.
Иногда он пропадал на день или два, а однажды ему удалось скрываться целый месяц. Но поскольку это не был отчаянный побег ценой собственной жизни, конец всегда был одинаков.
Его возвращали в орден, надевали оковы подавления на шею, запястья и щиколотки — еще более прочные, чем раньше, — подвергали еще более изнурительным тренировкам и чаще отправляли к Северному морю.
Он смиренно выполнял поручения Главы ордена, выжидая момент, снова сбегал и снова попадал в плен.
Так прошло десять лет в бессмысленных повторениях.
И вот всего несколько недель назад Айкалю наконец удалось переплыть Северное море и добраться до восточного побережья континента.
На востоке он случайно попал в руки работорговцев, что, как ни странно, помогло ему избежать преследования воинов ордена. После нескольких сделок его продали на гладиаторскую арену на окраине столицы империи Астрока.
Место было далеко не из приятных или веселых, но Айкалю, ничего не знавшему о мире за пределами ордена, больше некуда было идти. Сначала новая обстановка даже казалась забавной, но это чувство быстро прошло.
Убивать врагов, восстанавливать раны на теле с помощью регенерации, есть то, что дают, и спать, когда велят. Почти никакой разницы с орденом.
«Не то чтобы это приносило радость...»
Если конечный пункт был таким, то зачем он так стремился выбраться из ордена? Снаружи тоже нет ничего особенного.
Когда сомнения начали одолевать его, а рутина — затягивать, Айкаль встретил в соседней клетке рыжеволосую девочку. И узнал ее с первого взгляда.
«Необычная аура».
Аура маленькой человеческой девочки была крайне странной.
Тонкая вибрация, которая казалась одновременно и похожей на его собственную, и полной ей противоположностью. Смесь несовместимых энергий притягивала Айкаля.
— Должно быть, было очень больно. Сейчас ты в порядке?
«...То, что пошло не так».
Она явно отличалась от обычных людей. Как только он осознал это, в нем мгновенно вспыхнул интерес.
Кажется, эта девочка того стоит. Стоит того, чтобы навсегда отвернуться от ордена и пойти за ней.
И в этот раз у него не было иных причин, кроме интуиции. Чувство должной необходимости двигало им.
«Хорошо нашел».
Голос, шептавший ему ночами, отозвался далеким эхом, в котором слышалась улыбка.
http://tl.rulate.ru/book/180105/16733447
Готово:
